Ангел для ситха или Помоги нам, датомирец!

Чем ближе к вечеру, тем напряженнее чувствовала себя Анж. У нее все валилось из рук, на нервной почве все колбы в лаборатории побила, а каждая хрустальная колба, между прочим, один Имперский кредит стоит. Не помогали ни уговоры, ни попытки отвлечься за работой, даже драгоценный «Справочник таксидермиста» был нервно отброшен в сторону: зартанка знала, что Мол на ужине озвучит свои условия присутствия на планете и очень боялась этого. Неожиданно дверь в лабораторию резко отъехала в сторону: на пороге стояла Хезифа в своем умопомрачительном комбинезоне пилота — перешитый в талию, подчеркивающий ВСЕ достоинства фигуры хозяйки, хронически расстегнутый до ложбинки груди, он производил на мужчин неизгладимое впечатление («Хорошо не в кимоно» — отрешенно подумала Анж, увидев гостью). — Какой у вас протокол вечернего платья? — спросила Хезифа, с любопытством разглядывая разгромленную лабораторию и нервную зартанку посреди хрустального моря осколков. Анж растерянно посмотрела на Хезифу. — Протокол? — повторила она — Ах, да… Женщины в любом вечернем платье и украшениях, мужчины в протокольных костюмах их расс… Хезифа кивнула, внимательно глядя на зартанку на грани истеричного обморока: — А ты в чем пойдешь? Анж рассеянно покачала головой: — Одену что-нибудь. Я всего лишь королевский врач, — печально улыбнулась она — могу и не наряжаться… — Ага, — кивнула сама себе тви’лечка, о чем-то думая — но у тебя же есть вечерние платья? Можешь мне одолжить? Я, знаешь ли, не думала, что вы тут такие — она усмехнулась — протокольные! Анж кивнула, отведя глаза: — Да… да, пойдем, примеришь, выберешь что-нибудь… *** В покоях, отведенных Анж в королевском дворце, было намного проще, чем, скажем, в покоях, отведенных Молу, но гораздо уютнее. Хезифе понравилось огромное окно-дверь в высокой анфиладе, выходящее на простор океана. Выйдя на широкую полукруглую террасу, прятавшуюся от зартанских солнц под навесом из белой легкой ткани, где стояли две мягких кушетки золотистого цвета и небольшой белый столик, тви’лечка облокотилась на мощный широкий парапет, любуясь океаном в лучах закатных солнц. Опустив случайно голову вниз, она изумилась головокружительной высоте, на которой располагалась терраса, а также тому, что она была, оказывается, вырублена в отвесной скале над бьющимися о прибрежные скалы волнами. — Интересные у тебя покои — сказала она Анж, выкладывающей платья на широкую двуспальную кровать под золотым балдахином. — И вид потрясный! Зартанка усмехнулась: — Это покои королевского врача. Они, если ты заметила, вырублены в скале, на которой стоит дворец. Это ниже основного уровня дворца, здесь живет прислуга и я… Террасы дворца повернуты в другую сторону… — Что это значит? — Хезифа уже вернулась в комнату и перебирала платья — Мммм… вот, вроде, ничего… И это…  — она отложила понравившиеся наряды в сторону.  — Окна и террасы в покоях королевы, крон-принца и придворных повернуты так, чтобы утренние лучи не мешали спать, но бриз проветривал бы комнаты, — иронично ответила Анж — а вечером можно было бы насладиться закатом старого солнца — оно не такое жгучее… А мы, прислуга (в голосе едва уловимая печаль), переживем палящие лучи нового солнца, да и встаем мы раньше, так что… Сама понимаешь… Хезифа, прищурившись, смотрела на зартанку: — Я возьму вот эти три платья, выберу у себя. Не возражаешь? — Бери… — кивнула головой Анж, разрешая. — А в чем все-таки ТЫ пойдешь? Зартанка посмотрела сердито на тви’лечку. — Да какая разница! — взорвалась Анж — Я туда вообще не хочу идти после сегодняшнего… — А вот это ты зря! — отрезала Хезифа — Подумаешь, — дернула она плечом, — придурки из совета сказали что-то там тебе сказали… Пфф… видали мы их слова с джедайского храма! И даже два раза! Ты пойдешь! И так пойдешь, чтоб у них у всех челюсти вставные повыпадали, поняла? — тви’лечка грубовато тряхнула Анж за плечи. — А то Лорд Мол сам за тобой придет и притащит! Он может! Анж слабо усмехнулась, а Хезифа ехидно продолжила: — Еще и оденет по своему вкусу, не постесняется… А он у него, мммм…. оррригинальный — она многозначительно усмехнулась и подмигнула раскрывшей рот зартанке. — Так что ты уж, будь добра, оденься и приди на своих двоих, а не на плече Владыки ситхов в чем-нибудь… этаком — сделала изящный-фривольный пируэт ладонью Хезифа и, собрав платья, гордо удалилась, оставив Анж размышлять и одеваться. *** Большая королевская гостиная была полна народу. Все сливки общества Зарты были сегодня здесь, на королевском ужине, и все, как один, говорили только о прибывшем забраке и его спутнице. — Ходят слухи, он невероятно силен и… оригинально выглядит… — перешептывались знатные горожанки с придворными дамами, которые, снисходительно-высокомерно, рассказывали о, наверное, последнем, Владыке ситхов, почтивших их своим присутствием: «силен…», «могуч…», «а глаза… ммм… это нечто…», «татуировки…», «кожа, как огонь…», «голос…» — слышалось со всех сторон. Мужчины, более сдержанно, но не менее темпераментно обсуждали шансы гостя выполнить обещание найти убийцу, а также, естественно, его спутницу-тви’лечку. Королева Зарисса сидела в своем кресле, у дальней стены зала, и выслушивала доклад вице-канцлера о том, как провел день их гость (доклад на 12 листах подготовили сотрудники отдела королевской слежки): — До полудня ни он, ни его спутница покои не покидали, потом тви’лечка встретилась с леди Сол-Анж (королева скривилась), вышла из ее покоев через пол-часа с платьями для приема и вернулась к себе. Больше никуда не выходила. Лорд Мол покоев не покидал, ни с кем не встречался и… — Мать моя банту, — скривился молодой мужчина с глубокими, чернильного цвета, глазами и темно-золотыми волосами, красивой волной лежащими на его широких плечах. Одет он был в черную шелковую рубашку и узкие черные бриджи, заправленные в высокие лакированные сапоги. Поверх рубашки, ворот которой был расстегнут на три пуговицы, открывая мощную шею, на литых плечах небрежно был накинут золотистый удлиненный жилет. В левой руке мужчина держал бокал с темно-розовым местным напитком из специально выращенных водорослей. Правая рука его отсутствовала. Правый рукав рубашки был заправлен внутрь жилета, а пройма жилета под правую руку была зашита. — Вы не перестраховались, матушка? — насмешливо продолжил он — ТАК следить за… забраком (он произнес это слово как ругательство), который весь день трахал свою шлюху? — Следи за языком, Закерри, ты не портовый грузчик — сморщилась королева Зарисса — и он не простой забрак. Он — Темный Владыка ситхов, понимаешь? В наших интересах знать, что он делает, а, в идеале, что думает… Вице-канцлер почтительно закивал головой в знак согласия с королевой. — И, кроме того, — Зарисса усмехнулась — нам надо его к себе РАСПОЛОЖИТЬ… Понимаешь, сын? Крон-принц (а это был именно он) фыркнул и закатил глаза: — Бред, какой бред! Я, крон-принц Зарты, должен … А что я должен, матушка? Прогнуться под …. Забрака? (опять брезгливо поджатые губы) — Не прогнуться, а расположить к себе ЛЮБЫМИ путями, а потом — в глазах королевы сверкнул злобный огонь — ПРОГНУТЬ под себя, использовав в своих интересах! Крон-принц усмехнулся и резко допил водорослевое вино: — Пройдусь, подышу воздухом… матушка — саркастично сказал он — пока его не испортили… забрачьей вонью! Закерри поставил фужер на столик около своего кресла, откуда его тут же убрал один из слуг, и широко шагая, вышел на террасу, взметнув полами жилета. Зарисса тяжело опустила голову на руку, поставленную на подлокотник, задумавшись: сможет ли придуманная ей комбинация принести ожидаемые результаты… В этот момент двери в зал распахнулись и в него своей фирменной походкой I’m sexy (и далее по тексту) и каменным лицом вошел Дарт Мол в сопровождении Хезифы. Зал вздохнул и замер, наблюдая, как статный ало-татуированный Владыка ситхов с острым венцом коротких острых рогов на голове шел по направлению к королеве. Дамы нашли его цвет, татуировки, венец рогов, мускулатуру, серьги, поблескивающие в ухе, и выражение лица (кирпичом) крайне… интересным и волнующим. Мол шел, не оглядываясь по сторонам, но ловя каждый взгляд, вздох или слово. Хезифа тоже произвела впечатление своим нарядом (она остановила свой выбор на платье из тончайшего серебряного кружева, сильно открытом сверху и струящимся свободными легкими складками по подолу) и внешностью. Одну из своих нежно-бирюзовых леку она игриво перебросила на грудь, украсив ее серебряной ниткой с нанизанными крупными жемчужинами. Мужчины провожали ее аппетитные формы жадными взглядами, но, натыкаясь на суровый ответный взгляд Мола, отводили глаза и делали вид, что они прибрежные устрицы. Дамы, ревниво осмотрев гостью с ног до головы, рвали от злости носовые платки (фигурально выражаясь) и ядовито сплетничали о том, что вся Галактика знает, какие тви’лечки… свободные в отношениях… прямо ну очень легкие! Мол и Хезифа невозмутимо приблизились к королеве Зариссе: — Ваше величество, вы великолепны… — раздался в абсолютной тишине сочный бархатный баритон забрака. Многие дамы решили, что сознание будет лишним и без слов ушли в глубочайшие экстатические обмороки. — Лорд Мол, леди Хезифа, рады приветствовать вас — улыбнулась королева, протягивая Молу руку для поцелуя. Забрак, чуть усмехнувшись краешком губ, принял руку Зариссы и, глядя исподлобья ей в глаза своими завораживающе-жгучими оранжево-алыми очами, чувственно прошелся татуированными губами по кончикам королевских пальцев. Зарисса еле слышно выдохнула: татуированные губы забрака, твердые на вид, оказались нежнее лепестков океанских лильросов (цветок, напоминающий кувшинку) на ощупь. Выпрямившись и отпустив руку королевы, датомирец, отступил чуть в сторону и назад, давая возможность Хезифе продемонстрировать безупречное знание зартанского этикета (тви’лечка мысленно сказала «спасибо» Анж, разъяснившей им еще утром, как будет проходить прием и что нужно, а чего КАТЕГОРИЧЕСКИ не следует делать). Когда Хезифа, после стандартных слов приветствия, склонилась в глубоком реверансе, демонстрируя идеальную осанку, растяжку и декольте, из-за спин гостей раздались аплодисменты и перед гостями, аплодируя, предстал крон-принц Зарты. — Простите, господа, но вы продемонстрировали сейчас нашим дамам такой класс дворцового этикета… — чуть иронично проговорил он — я в восхищении… Хезифа поднялась и бегло оглядела крон-принца — недурен… но ничего выдающегося. Закерри, в свою очередь, также оценил как платье тви’лечки, так и простое, но изысканное черное кимоно Мола. — Лорд Мол, — продолжил принц, пожав руку Молу. Тот ответил, и крон-принц чуть скривился от крепкого рукопожатия забрака (а может, от брезгливости?) — оу! Вот это сила… Леди Хезифа, — он склонился к руке Хезифы — очарован, как и мы все — сказал он, интимно понижая голос. Тви’лечка чуть заметно усмехнулась и кокетливо кивнула крон-принцу. — Позвольте представить — встрял вице-канцлер, вспоминая свои обязанности — крон-принц Зарты Закерри Зарусса-Тана (Мол чуть вскинул правую бровь, выражая, видимо изумление)… — Рады познакомиться, принц, — негромко сказал он — наслышан о вас… — Да? От кого же?! — делано изумился Закерри. Мол чуть усмехнулся, полоснув по принцу оранжево-алым взглядом демона ада: — От вашей родственницы, видимо… Леди Сол-Анж Зарусса-Тана… — Ах, кузииина… — в голосе крон-принца мелькнуло… что-то неясное, что напрягло Мола. Отголосок чего-то животного, темного… — А где она, кстати? Я думал, она придет с вами? — Закерри остро посмотрел на Мола и Хезифу. — Нет. — коротко сказал Мол. Хезифа отрицательно качнула головой. — Ваше величество, крон-принц, господа… — раздался сзади спокойный звучный голос и перед королевой, принцем и гостями предстала Анж… Леди Сол-Анж. Она была облачена в легкое шелковое сиреневое платье в цвет своих глаз, отделанное тонким золотым кружевом по краю эффектного декольте, спускающегося с плеч девушки мягким треугольным вырезом, открывающим нежную шею и весьма пышную грудь (к удивлению Мола и Хезифы). Платье плотно облегало верх стройной фигурки Анж, струясь от бедер в пол мягкими складками. Свои беспорядочные кудряшки девушка собрала в низкий пышный узел на затылке, спрятав его под тонкую сетку, обшитую жемчугом, открыв лицо с золотой татуировкой с правой стороны, спускающейся тонкой вязью геральдических символов от виска к челюсти. Такие же татуировки Мол заметил на лицах королевы и крон-принца и сделал вывод, что их Анж относится каким-то образом к королевской семье Зарты. Подробности он решил уточнить в своей манере позже (то есть попросту зажать бедняжку в угол и вытрясти правду), а сейчас он ловил колебания Силы в этой зале и удивлялся: королева, Закерри и Анж ясно чувствовались в Силе, гораздо сильнее остальных, но по-разному. Королева, например, имела очень слабый пресный отклик в силе, а вот Анж, напротив, чувствовалась ярко, полно и… вкусно. Мол не мог подобрать другого определения. Но самым интересным был след Закерри: изломанная, темная тень, а не человек. Да еще со странным привкусом падали… Эту особенность у себя Мол обнаружил после обряда восстановления утраченного, проведенного датомирскими ведьмами. Они предупреждали о… побочных эффектах. Вот таким эффектом и стала способность Мола ощущать людей в Силе не просто, а с каким-то ВКУСОВЫМ оттенком. Возможно, так получилось потому, что Мол, по природе своей, был хищником. Самым опасным хищником в далекой-далекой на данный момент, хищником с уникальным интеллектом, навыками и кристально-чистой яростью… — Кузииина — выдохнул Закерри, подходя к Анж и припадая к руке девушки — мы тебя потеряли уже — он не отпускал руку Анж и Мол почувствовал закипающую в крови, совершенно неожиданную и неуместную, эту самую ярость. — Закерри, — королева Зарусса поднялась с кресла — пора ужинать, раз мы все в сборе — она улыбнулась всем — прошу. Закерри — настойчиво и многозначительно повторила она — леди Зараки ждет тебя… — и кивнула за спину сына, где стояла миловидная, но немного амебоподобная, платиновая блондинка со светлыми, нежно-сиреневыми, глазами, в бледно-золотистом платье («Дохлый оторт симпатичнее и живее» — прокомментировала про себя Хезифа). Закерри с недовольным лицом отпустил руку Анж и оставил девушку, которую тут же оперативно подхватил Мол, двинувшись к указанной леди. Увидев, что забрак деловито пристроил Анж у себя под боком на руке, не занятой Хезифой, крон-принц злобно полыхнул взглядом по датомирцу из-под опущенных ресниц и, натянуто улыбнувшись, повел своего «оторта» (как хихикала Хезифа всю дорогу) в столовую. За принцем с дамой, королевой и Молом с девушками потянулись другие гости. Ужин обещал быть интересным… *** Беседа за столом текла вяло. Королеве никак не удавалось разговорить Владыку ситхов: на все игривые комплименты, восхищения им, его силой и возможностями, он не реагировал, отвечая односложно и предельно «по протоколу». Не добавлял спокойствия за столом и крон-принц, не обращавший совершенно никакого внимания на свою даму, зато уделяющий слишком много внимания своей кузине, не знающей уже куда деться от внимания навязчивого родственника. Хезифа откровенно забавлялась происходящим. Дамы, шепотом активно обсуждающие Лорда ситхов, были настолько взбудоражены и возбуждены, что уже разыгрывали очередность близкого общения с Лордом Молом. Мужчины поделились на два лагеря: одни были в приподнятом настроении из-за тви’лечки и ее прелестей, другие «понимали» крон-принца и восхищенно возмущались, что Анж скрывала «такую красоту» ото всех.  — Лорд Мол и все-таки вы — необыкновенный представитель своего народа… — с восхищенным придыханием вещала королева — не скромничайте, я думаю, что… Она не успела сказать, что думает, потому что Молу надоела этот фарс. Он уже поужинал и готов был выслушать ее предложения, касаемо того, ради чего он и прилетел сюда, но о проблеме говорить никто, видимо, не собирался. Мол же, в свою очередь, был решительно настроен уже с утра развить бурную деятельность (чего время то терять) и привлечь к ней Анж, о чем он и хотел сообщить королеве. Но, судя по происходящему, никто его слушать не собирался, с чем Мол был категорически не согласен, поэтому он решил взять разговор в свои руки и быстренько свернуть его в нужное русло. Что тут обсуждать то, мать моя датомирская ведьма, кроме расходов и оружия — совершенно нечего! — Королева Зарисса, — Мол включил свое обаяние на полную мощность, как учил его покойный Дарт Сидиус (упокой Сила его душу), что грозило катастрофой для всех присутствующих дам, ибо с этой частью обучения Мол справлялся… ну, так себе. Его обаяние было штукой ненадежной, вело себя как хотело, и нельзя было спрогнозировать, как оно сработает. В смысле, попадет ли точно в предполагаемую цель или разлетится по всему помещению неконтролируемыми феромонами. Это вам не в ранкора из плазмогана палить, тут головой думать надо! Но Мол решил рискнуть, так как ему этот цирк с конями надоел. — Королева, — повторил Мол еще раз, понижая и без того сексуальный тембр голоса до предела и подпуская в него нотки вожделения (ух, какой молодец! — восхитился собой Мол) — хотелось бы обсудить с вами наши дела… — дыши, Мол, дыши в ритме королевы, напомнил он себе. Результат не заставил себя ждать: королева Зарисса, медленно и глубоко вздохнула, моргнула и ее глаза затянула вожделенно-мечтательная поволока. Еще бы, когда тебе такой забрак, весь татуированный, с сережками и рожками, почти на ушко сексуально шепчет, что у вас с ним есть КАКИЕ-ТО дела (уже не важно, какие), важно срочно выполнить его просьбу. А то больше он ТАК шептать не будет. Точно! — Даааа, Лорд Мол — почти простонала королева. — Я завтра начинаю разбираться в деле, ради которого прилетел, королева, и забираю себе в помощники леди Сол-Анж… Такова моя воля — произнес Мол формулу подчинения (спасибо за науку, учитель), после которой королева будет уверена, что это ЕЕ решение. — Дааа — королева почти не слышит смысла слов, Мол в этом уверен, она слышит только его дыхание и тембр голоса. Отлично! — Не препятствуйте мне, — королева невидяще кивнула — благодарю вас, королева. — Мол склонился к руке Зариссы, поцеловал ее и встал. — Благодарю вас за прием, королева Зарисса, — уже громко произнес Мол — но мы вынуждены откланяться, завтра нас ждут дела… — он был ВЫНУЖДЕН еще пользоваться своим обаянием, чтобы усыпить бдительность королевы и всего зала и через минуту понял, что сделал это зря («Надо было как обычно, мордой в пол и делай как я сказал» — сокрушался потом Мол). Обаяние, вампа его раздери, решило, как всегда, выйти из-под контроля, и со скоростью звука накрыло всех в зале. Женщины, как по команде, повернулись в строну Дарта Мола и грозный Владыка ситхов слегка… занервничал (хотя и не признался себе в этом — ситхи ничего не боятся!). Нет, слушайте, это на самом деле страшно, когда полсотни фертильных баб смотрят на тебя голодными глазами и наперебой предлагают… помочь. Во всем. Всеми методами. И способами. Сейчас. И через час тоже. И еще через час. И… Ну, понятно, почему Лорд темной стороны Силы сделал знак рукой Хезифе, на которую его обаяние не действовало (иммунитет, как никак, выработался), хватать Анж и оперативно отступать вслед за ним. Тви’лечка быстренько поднялась, подхватила Анж под руку и с шепотом «делаем ноги» начала отступать к выходу, когда произошло непредвиденное: Закерри, не желающий отпускать кузину, просто не давал ей выйти из-за стола, хватая за руки (видимо, его тоже обаяние накрыло), злобно при этом косясь на Мола. Оценив обстановку, Дарт Мол шустренько закину своих дам на плечо (по одной на каждое) и, сохраняя невозмутимость на лице и в походке, покинул зал с бешеными бабами и нихрена не понимающими мужиками… *** Добравшись без приключений до своих покоев, Мол сгрузил Хезифу и Анж на кровать (ну не на пол же их, верно?) и устроил оперативное совещание: — Анж, ты работаешь с нами — первое, что он сказал девушкам. Зартанка удивленно смотрела на ситха (и когда успел договориться?) — королева ответила положительно на мою. хм. просьбу. Остальное завтра. Всем спать. Хезифа молча кивнула и пошла в ванную — переодеться, перышки почистить… — Аааа, Лорд Мол — подала голос Анж — а мне бы к себе… Мол насмешливо вскинул левую бровь: — Не советую… -П-почему? — До завтра безопаснее здесь. «Ну прям вот все понятно объяснил, да?» — фыркнула про себя Анж и удивилась, как быстро она переняла привычку фыркать от Хезифы. — Где? — на всякий случай решила уточнить зартанка. Мол закатил глаза. Нет, ему определенно не показалось на звездолете: с умственными способностями у Анж туго. — Здесь — Мол ткнул пальцем себе под ноги, имея в виду его покои. Анж неожиданно хихикнула: — Здесь жестко… Мол открыл было рот, с целью объяснить девчонке ВСЕ про ее умственные способности, и вдруг, неожиданно, сам усмехнулся. До него мгновенно дошла абсурдность их диалога — конечно, на полу, у его ног, куда он указал, жестко. И Мол указал на кровать: — Здесь. Здесь мягко… Развернулся и вышел из спальни, не увидев улыбку Анж и удивленно-вытянутое личико Хезифы, стоящей в дверях ванной…