CRIMSON

      Уже час я бродила по Арбату, заставляя себя повернуть в переулок, где виднелась вывеска "Предсказания, гадание на картах Таро". Но стоило только подойти к двери, как внутри что-то противно сжималось и я поворачивала обратно. В конце концов я уговорила себя сесть за столиком в кафе напротив переулка. Я села так, чтобы видеть вход в салон и в то же время оставаться в тени какого-то искусственного цветка, украшавшего стойку летнего навеса. Официант принёс меню, и я сделала заказ.       Солнце скрылось между домами и, несмотря на тёплый день, лёгкий северный ветер обдавал прохладой, и я поёжилась. А может, мне только казалось, что ветер был прохладен, а на самом деле всё внутри сжималось от гремучей смеси страха и предвкушения чего-то интересного и волнующего. Я достала кофту из сумки и накинула её себе на плечи, стараясь расслабиться и согреться. Вскоре передо мной появилась чашка горячего чая и тарелка с салатом. Я сама не заметила, как съела всё до последнего кусочка и только тогда расслаблено откинулась на спинку стула, зажав в руках чашку с чаем. Мой взгляд медленно скользил по лицам людей, гуляющих по Арбату, а затем снова возвращался к двери.       Я сразу обратила внимание на черный автомобиль с тонированными стёклами, подъехавший к салону с другой стороны переулка. Автомобиль загородил мне обзор, остановившись прямо рядом с дверью салона. Я не смогла разглядеть, кто вышел из автомобиля, только услышала хлопок закрывшейся двери и машина отъехала, встав на парковочное место неподалёку.       Я с интересом наблюдала за входом в салон, ожидая, когда же откроются двери и из него выйдет тот, кто приехал на этой машине. Но через пятнадцать минут автомобиль развернулся и уехал, а из салона так никто и не вышел. Во мне словно скручивалась тугая пружина от нетерпения и любопытства. Я подозвала официанта и расплатилась по счёту. Просидев ещё двадцать минут, я уже ерзала на месте, не в силах терпеть неизвестность. И вдруг пружина резко развернулась, заставив меня вскочить и буквально бегом добраться до салона. Я дёрнула за ручку входной двери, спустилась вниз и вошла в полутёмный зал. Глаза медленно привыкали к полумраку, и я огляделась.       Лейла и её посетитель сидели в креслах за столиком напротив и удивлённо разглядывали меня. В комнате стояла такая тишина, что можно было потрогать воздух рукой. Если в глазах Лейлы была лёгкая улыбка, то глаза её посетителя были словно два чёрных омута, притягивающих невольно мой взгляд. Было в них что-то тёмное, пугающее и вместе с тем завораживающее, что я не могла отвести от него глаз и продолжала смотреть, хотя разум кричал мне об опасности и сердце билось в груди, отдаваясь гулом в ушах. Мужчина медленно поднялся со своего места и приблизился ко мне на расстояние вытянутой руки, не отрывая взгляда. Он был высоким, я едва доставала до его плеча, и стройным, под тёмно-серым деловым костюмом угадывалось хорошо развитое тело. Тёмные волосы были коротко подстрижены и зачёсаны назад, но одна прядь выбилась и спадала сбоку на левый глаз, вызывая у меня желание поднять руку и поправить её. Я сглотнула, краснея за собственные мысли и опуская взгляд.       Но в то же мгновение рука мужчины поднялась, хватая меня за подбородок и заставляя снова поднять голову и посмотреть в его тёмные глаза. Он наклонился, почти касаясь меня и обдавая своим дыханием.       - Ты - моя пара, - сказал он чуть хрипловатым голосом, от которого у меня по спине пробежали стаи мурашек.       Сердце стукнулось ещё один раз и упало куда-то в район пяток. Я вздрогнула и мир вокруг меня словно замер, но затем страх холодной волной окатил меня, заставляя отступить на шаг назад от мужчины, развернуться и стремительно выбежать из салона. В спину я услышала два одновременных выкрика.       - Стой!       - Пьер!       А затем череда улиц слилась для меня в одну разноцветную массу, и я смогла остановиться только тогда, когда от бега стала задыхаться, а ноги едва не падали от усталости. Я с удивлением обнаружила себя на набережной Москвы реки, на другой стороне которой раскинулся зелёной массой Нескучный сад. Я медленно шла вдоль набережной, восстанавливая дыхание и пытаясь разобраться в своих эмоциях и в том, что произошло сейчас в салоне у Лейлы.       Я не могла никак понять своих чувств, которые вызвал во мне этот мужчина. Влечение, словно связывающее нас нерушимой нитью. Страх перед неизвестностью. Его тёмные глаза двумя омутами затягивали меня и в то же время нежно обволакивали, обещая покой и даря защищённость.       Я без сил опустилась на лавочку, что стояли вдоль набережной и, опустив голову на руки, расплакалась от переизбытка чувств. Мысли в моей голове смешались в один запутанный клубок. Возникающие перед глазами картинки тёмных глаз, смотрящих немигающе прямо в душу, звук чуть хрипловатого чувственного голоса в ушах и даже запах дорогого парфюма до сих пор щекотал ноздри. Я вдруг ощутила себя бабочкой, попавшей в плен паутины. И так же как бабочка, я дёргалась и трепыхалась, пытаясь скинуть с себя путы и не замечая, что только сильней запутывалась.       Я не знала, сколько времени провела в таком положении, но только солнце уже скрылось за горизонтом и вдоль набережной зажглись фонари. Едва высохли последние слёзы, а в голове наступила абсолютная пустота и спокойствие, я собралась и медленно побрела в сторону ближайшего метро. Я решила, что будет новый день и с новыми силами я смогу во всём разобраться. Я не помнила, как добралась до своего дома, как приняла ванну и только, когда я легла в кровать, уставившись в потолок, я поняла, что сегодня был очень напряжённый день. Веки медленно закрылись, и я быстро погрузилась в спасительно сон.