I want to believe you...

Лишь Богу одному известно, сколько заходов у них было. Кажется, прочтённая когда-то Мином камасутра очень сильно пригодилась. Было опробовано более 50 поз, кажется, много, но это лишь капля в море удовольствия. Целую неделю без средств контрацепции, практически без отдыха и еды. Тут даже тупой поймет то, что без средств защиты можно спокойно получить две ровные полоски на тесте на беременность, но нашу новоиспеченную пару это не волновало. Пару дней назад. - Нет, нет, этого не могло случиться, - Тэхен трясёт опустевшую за какие-то 2 дня пачку с презервативами. Кто ж знал, что истинность так давит на мозги, так плавит все чувства, смешивая все это в необыкновенный коктейль. Кто мог предположить, что двое, предназначенные друг другу чертовой судьбой, будут так страстно страдать наедине. Для Тэхена уже нет прошлой жизни в одиночестве, нет односторонних чувств. В его жизни появился маленький котенок по имени Мин Юнги, который заменил альфе жизненно необходимый воздух, потребность в еде и воде. - Что же делать? Приступ* может случиться в любой момент, и потребность во мне возрастёт. Плечи и спина уже были покрыты ярко-алыми паутинками из царапин, на шее и ключице нет ни единого чистого участка кожи: все усыпано засосами и укусами. «А зубки у котенка острые», - размышляет альфа, глядя на себя в зеркало. Киму хочется взять и оставить на своём теле печать, которая будет гласить о том, что он полностью принадлежит Юнги. Своему новому миру. Своей новой бесконечной Вселенной. Невольно, альфа начал задумываться о том, чтобы построить отношения с ним, с Юнги. Везде есть свои «но». И в нашей ситуации лежала любовь Тэхена к Чимину, безответная любовь, которая ни к чему не приведет. Да, нет никакой гарантии, что Мин согласится на отношения, но они истинные, они нуждаются друг в друге. - Тэхен, - голос у омеги осипший, тихий, но, черт возьми, все ещё безумно красивый, все ещё безумно сексуальный и манящий. У Юнги нет сил что-либо продолжать. Тело ноет так, будто он в кафе, за барной стойкой, простоял все 24 часов без отдыха, голова раскалывается от тупой боли в районе висков. Только руки вновь сжимают простынь, перепачканную в смазке и сперме обоих, и спина выгибается в районе поясницы. Очередной приступ, который никак не зависит от омеги или его состояния. - Тэхен, помоги… Омега умоляет. Он устал, хочет отдохнуть, наконец, поспать больше двух часов. Наконец, просто оказаться в тёплых объятиях без чувства нарастающего возбуждения внизу живота. Возможно, Мин стыдится своей природы, ведь он далеко не слабый омега, он может за себя постоять, может дать отпор. Вот только в течку становится беспомощным и не в силах что-либо сделать. Единственный сейчас, кому хочется довериться, так это Тэхен. Альфе с запахом терпкого бренди с ванильно-фруктовыми нотками. В нем хочется тонуть, но что-то отталкивает омегу. Запах, совсем не подходящий его альфе. Сладкая мята. Мину хочется закрыть свой нос, чтоб не чувствовать этот аромат, ведь сейчас все запахи становятся ярче раз в сто. Тэхён не хочет торопиться идти к кровати. Презервативов нет и детей альфа пока не хочет. «Во что ты вляпался, Ким Тэхён? Можно же было просто отвезти его в больницу и не беспокоиться», - причитает альфа, все же заваливаясь на постель. Заниматься сексом нет сил у обоих парней. Так почему они продолжают объединять свои тела? Почему они дарят желаемое друг другу? Юнги, кажется, всё равно на то, что Ким устал. Омега не стал медлить, быстро забираясь на бедра альфы. У младшего глаза полны пеленой возбуждения, смешанного с безумием. Он ёрзает своей пятой точкой рядом с чужим пахом, а после и вовсе припадает к потрескавшимся губам, словно изголодавшийся по ласкам. Задний проход неистово горит огнем, а естественная смазка в больших количествах стекает по внутренней стороне бедра. Пусть Мин и прекрасно растянут, но просто так он на член альфы садиться не собирается. Ему, в некотором роде, страшно, боязно, а в душе поселяется неуверенность в своих действиях. Одного лишь взгляда альфы хватает, чтобы успокоиться, привести чувства и мысли в порядок. Если это не любовь, то точно страсть, разделенная одна на двоих. Старший не торопит, лишь изредка оглаживает оголенные бедра и ягодицы. Вновь хочется услышать крышесносные стоны, увидеть переливающиеся от пота изгибы тела под ним. Омега будто слышит все тайные желания своего истинного, поэтому заводит обе руки себе за спину, помогая себе насадиться на не малых размеров член с выпирающими венками. - Юнги, не торопись и не делай себе больно, - Тэхён просто хочет насладиться близостью с омегой, поэтому помогает ему, поддерживает за бедра, создает темп, который устраивает обоих. Тихие вздохи, хриплые стоны, звонкие шлепки двух разгоряченных тел. Самая лучшая композиция для альфы, но есть одна проблема. Юнги не может долго терпеть медленный темп, поэтому двигает своими чертовыми бедрами быстрее, резче. - Юнги, Юнги, срочно остановись, я сейчас точно кончу, - Ким громко рычит, стискивает зубы до скрежета. – Юнги, ты не дал мне надеть презерватив, Юнги, пожалуйста. Никакой реакции со стороны младшего не последовало. Мин лишь обвивает альфу ногами, не позволяет отстраниться, двигаясь навстречу чужим толчкам. Юнги плачет от удовольствия, сминает пальцами светлую простынь рядом с головой альфы. Весь измученный и уставший, он кончает на живот парня, сжимая мышцы вокруг члена сильнее, чем следовало. Тэхён лишь шире отрывает рот, хватая воздуха, как рыба. На какое-то мгновение воздуха хватает, позволяет Киму выйти из тела того, излившись на бедра. - Ты ненормальный, Мин Юнги, - проговаривает с придыханием старший, на что получает в ответ легкое хмыкание на ухо и поцелуй в шею. А что еще для счастья нужно? Настоящее время. Ким ненавидит сигареты, но лишь сейчас вновь берется за них, ведь усталость, накопленная за эту чертову неделю, просто так не испаряется. Он смотрит на свою покусанную собой же руку, в которой держит сигарету. Каждый заход, каждый раз Тэхен хотел впиться зубами тому в шею, выпирающие ключицы, пометить где-то на лопатках, но он не мог этого сделать. Метка означала принадлежность омеги к альфе или альфы к омеге. Старший не хотел держать около себя омегу, как на привязи, на поводке. И вот сейчас, когда все, что могло случиться, случилось. Наверное, Ким, в глубине своей души, все еще жалеет о произошедшем. Вот он, Юнги, проблема нынешних бессонных ночей. Сигарета обжигает пальцы и губы, но не отрезвляет, не приводит в чувства, не дает отдохнуть. Спящий комок под одеялом в виде Юнги мирно отсыпался. Кто-то бы сказал, что это мило, но не Тэхён, который безбожно влюблен в другого человека. Он не может понять своих чувств: вроде любит Чимина, а вроде и сердце трепещет от вида Юнги. Ему бы в своих чувствах разобраться, прежде чем кому-то из них признаваться или отказывать. За своими рассуждениями, альфа не заметил, как проснулся младший, как он уже переоделся и сидел на кровати, разглядывая того. - Спасибо, что помог, - тихо вымолвил Юнги и, почему-то, от стыда опустил голову. Ему было неловко от того, что какой-то альфа его сначала сбил, привез к себе, так еще и провел с ним течку, зная лишь имя. – Как мне тебя отблагодарить? - Оставь свой номер телефона и уходи, - сказал, как отрезал Ким. Верно, он никогда не отпустит свою любовь к Чимину, никогда не откажется от своих чувств ради кого-то другого, даже ради истинного. Отчего-то больно смотреть, как омега, который еще прошлой ночью так влюблено и нежно смотрел на альфу, сейчас медленно рушится, разбивается вместе со своим сердцем, в котором зародилась некая надежда на счастливое будущее. Юнги написал свой номер телефона, на всякий случай, подписав как «Мин Юнги, звонить, если нужен секс». А что он хотел? Его любить просто за секс не станут. Мин надевает куртку, собирает остатки себя и уходит, не проронив ни слова. Ему ничего не остается кроме как позвонить своему лучшему другу: - Чонгук… Я вновь ошибся... – диктует омега автоответчику. У его лучшего друга своя жизнь, видимо, с тем самым Пак Чимином, о котором спрашивал когда-то Чон. Плакать не хочется, ведь все еще когда-то наладится. Но вот когда наступит то самое время, к сожалению, никто не знает.