(not)lost love

      Большая ладонь проводит по щеке, вкладывая все то накопленное тепло нескольких лет и желание. Оглаживает яркую россыпь веснушек под глазами и на носу, целуя нежно-нежно. Так трепетно, что аж пальцы на ногах поджимаются. Шое тихо стонет в поцелуй, а Тобио, кажется, готов раствориться на миллион частиц. Чувствительность тела повышается до максимума, отчего одежда вдруг становится такой неприятной. Словно материал натирает до боли. Рука темноволосого проходится по ребрам вниз к животу, вызывая тихий смех старшего.       Кагеяму плавит. Словно забытый сыр в духовке.       Ему хочется быть еще ближе. Настолько, насколько это возможно.       И эта проклятая одежда вызывает в нем волну возмущения, поэтому он, особо не церемонясь, снимает ее с Хинаты.       Но перед этим он заглядывает в такие родные глаза, ища одобрения. И он его получает. Бразильский загар и пресс бросаются в глаза, парень даже не смеет отвести взгляда. Шое похож на греческого бога, не иначе. Настолько его тело было совершенным. Кажется, еще чуть-чуть и у него пойдет кровь из носа. Он даже тянется рукой, чтобы проверить.       — Что-то не так? – старший заметно тушуется от такого пристального внимания. Он заглядывает в синие, словно океан, глаза, пытаясь найти ответ.       — Ты, блять...– запинается Кагеяма и утягивает парня в долгий поцелуй, — просто восхитительный, – Хината снова тушуется, но уже по двум другим причинам: Тобио никогда не говорил комплиментов в прямой форме, обычно это были очень завуалированные фразы, а во-вторых, какого черта он говорит?! Ему от такого Кагеямы сносит крышу, поэтому он жадно впивается в его губы, блуждая руками по телу. Терпеть невозможно настолько, что аж на кончиках пальцев гудит, словно накопился ток.       Он хочет его. Целиком и полностью. Во всех смыслах.       Он стаскивает с него одежду, стараясь минимально разорвать их поцелуй. Руки наконец касаются оголенных спины и груди. Под ладонями приятно вздымается грудь, вызывая табун мурашек. Шое отвлекается на то, чтобы очерчить пальцами торс сеттера, через раз набирая воздуха в легкие.       — Тобио, – имя вырывается нежными нотками и отдает жгучим желанием внизу живота, — я хочу...– часть слов темноволосый крадет в поцелуе. Проводит рукой по спине, усыпанной веснушками, до кромки штанов. Прижимается, чувствуя чужое желание. Тихо выдыхает, встречается с темно-медовыми глазами. А Шое в ответ тонет. В этом бесконечно темном море. Кагеяма большим пальцем поглаживает щеку старшего, задерживаясь в этом моменте.       — Я хочу бесконечно любить тебя, – говорит он тихо-тихо. А у человека напротив дыхание перехватывает настолько, что кажется необходима кислородная маска. На глаза наворачиваются слезы от переизбытка чувств и он позволяет им катиться по румяным щекам. Он так сильно любит Тобио. Тобио так сильно любит его.       От этого осознания настолько хорошо, что плохо. Хината так боится, что это его очередной лихорадочный сон, так сильно боится, что хватается руками за плечи темноволосого, не в силах поверить, что это все реально.       — Ты пьян. И я тоже, – продолжает он, смотря затуманенным – но таким любящим – взглядом. Стирает дорожки слез с щек. Шое в ответ на это лишь сильнее цепляется за него, переместив руки на щеки младшего. Отрицательно мычит, мол, я вовсе не пьян, я не согласен с тобой.       — Я все осознаю, – проводит по скулам, замечая, что детская припухлость совсем сошла на нет, – а ты?       — Абсолютно, – твердо отвечает Кагеяма. Хината про себя думает, что тот стал намного более разговорчивым и осознанным, сравнивая со старшей школой. Тогда у них возникало много недопониманий в силу отличия коммуникации. Он еще секунду колеблется, а затем утягивает Шое в поцелуй. Мягко углубляет его, проходя языком по зубам. Разворачивает корпус, подминая того под себя и укладывает на мягкие подушки дивана. Настойчиво ведет в поцелуе, не разрывая его. Хината и не против. Он, если быть совсем честным, готов позволить Тобио абсолютно все, что он пожелает. Кагеяма целует в шею, за ушами, перемещаясь к груди. Слегка втягивает горячую кожу в рот, прикусывая зубами, а затем ведет языком вниз. В ответ он получает несдержанный стон, чувствуя, как тело под ним выгибается. Взгляда от медовых глаз не отводит, довольно ухмыляясь. Шое от такого готов кончить сейчас же. Он и не знал, что Тобио может быть таким. Он до звездочек зажмуривает глаза, когда тот расстегивает пуговицу на его штанах. Зубами. Господибожеблять. Когда и где он научился вытворять такое?! Он решает украдкой взглянуть на него и чуть ли не теряет сознание. Потому что Кагеяма все еще смотрит пристально в глаза, а во взгляде чертята пляшут. Он откровенно наслаждается и играет с ним, словно хищное животное с добычей. Хината не знал, что может быть настолько хорошо просто от прелюдий. Конечно, у него уже был секс, но как оказалось, предыдущий опыт даже рядом не стоит с тем, что происходит с ним сейчас. Он слегка подмахивает бедрами, так как терпеть уже невозможно. Темноволосый легко подхватывает его под бедрами, снимая брюки. Проводит ладонью вдоль ляжек, нежно оглаживая их. Старший в нетерпении хватается за его запястья и смотрит умоляюще сделать хоть что-нибудь. Потому что природная смазка уже сочится так сильно, что намокает белье. Потому что еще чуть-чуть и он кончит просто от трения о трусы. Тобио сминает его губы, одной рукой зарываясь в рыжие волосы, а другой проходясь по всей длине члена сквозь белье. Хината стонет в поцелуй, поддаваясь на встречу бедрами, чтобы быть ближе. Кагеяма разрывает поцелуй и устраивается между ног парня. Нетерпимо стаскивает с него последний элемент одежды и засматривается.       Потому что Хината Шое прекрасен. Везде.       От собственного возбуждения уже почти больно. Он шумно выдыхает, проведя рукой по лобку, а затем умещает свою руку у самого основания. Смотрит в глаза старшего, наклоняется и языком проводит по головке. А у того от этого весь кислород из легких выбивается. Он протяжно стонет и выгибается навстречу. Тобио хмыкает, чувствуя пульсирующую плоть во рту, понимая, что парень вот-вот кончит.       Он еще ничего не сделал, а Шое уже на грани. Интересно. Этот факт забавляет сеттера, поэтому он слегка отстраняется, слизывая слюну с губ.       — Кагеяма, – томно вздыхает парень и руками слегка давит на шею темноволосого, чтобы тот продолжил. – Пожалуйста...       — Что? – по-кошачьи улыбаясь, задает вопрос. Находит руку Хинаты и сплетает их пальцы в замок.       Как же пиздецки хорошо.       Парень слегка хнычет от сильнейшего, мать его, желания.       Глаза напротив выжидают ответа.       — Возьми меня, – не выдерживает старший, просит, прижимаясь пахом к торсу юноши. В ответ Тобио крепче сплетает их пальцы, свободной рукой мягко подтягивает лицо Шое за шею и утягивает в долгий поцелуй, сплетаясь языками. Тяжело стонет в губы, когда рука парня расстегивает его брюки, спуская до колен.       — Не сегодня, Шое, – полушепотом говорит в ухо, а у Хинаты в животе начинает образовываться нервный узел, – мы не подготовились. Но я доставлю тебе удовольствие, – продолжает, когда парень затихает. Заглядывает в глаза и нежно целует. — Но в следующий раз я обязательно сделаю так, как ты просишь, – чмокает в лоб, когда старший утвердительно кивает головой. Отпускает парня на подушки, выцеловывает шею, спускаясь к самому солнечному сплетению. Оставляет свои отметки, которые багровым цветом расцветают на загорелой коже. Мягко гладит бедра, когда проводит языком по всей длине. Плоть полностью скрывается во рту, сопровождаясь тихими стонами обоих парней. У Шое в груди по ощущениям сверхновая взрывается. Громкий стон вырывается из его уст, когда Тобио начинает наращивать темп. Парень тянет руку, чтобы прикрыть рот, но его перехватывают сильные руки сеттера. Хината взглядом находит глаза юноши и видит в них запрет. Господи. Кагеяма Тобио запрещает ему прикрывать свои стоны. И это возбуждает похлеще всякого. Он чувствует, как у него начинают сокращаться мышцы и подгибаются колени, поэтому он жмурит глаза, посильнее хватая волосы парня свободной рукой. Вторая сильнее цепляется в бледные длинные пальцы. Стоны выходят очень громкими. Тяжелыми. Желанными. Когда становится совсем невмоготу, Шое начинает подмахивать бедрами навстречу.       Блять.       Он же сейчас трахает в рот самого Кагеяму Тобио.       Его самую большую влюбленность.       Эта мысль действует на него мощнее афродизиака и он сбавляет темп, позволяя парню вести.       — Тобио, я...– с хрипотцой пытается вымолвить хоть что-то юноша, но выходит на троечку, – я сейчас..— со стоном он тянет волосы младшего вверх, когда чувствует приближение приятной ряби по всему телу. Но тот лишь непоколебимо остается на месте, продолжая в том же темпе. У Хинаты под веками взрываются звездочки, он гортанно стонет имя сеттера и чувствует, как рот парня наполняет семя. — Ох, прости-прости, ты в порядке? – нежно хватает за подбородок, протирая своей футболкой стекающую по губам жидкость. Он обеспокоено всматривается в глаза цвета ночного неба и видит легкую улыбку на раскрасневшихся губах. Кагеяма смотрит завороженно. Будто божество перед собой видит.       А у Шое грудь наполняется самым теплым и нежным чувством, заполняя конечности любовью. Он тянется к парню и целует в самые губы, чувствуя свой вкус на языке. Темноволосый мягко поглаживает его по спине, вызывая табун мурашек.       — Я тебя так сильно люблю, – вырывается из его уст.       — И я тебя люблю, Шое, – мягко шепчет Кагеяма, смотря прямо в глаза. И Хината видит эту любовь. Он знает, что Тобио тоже видит его любовь в его глазах.