Облачная Фея

— Шо-чан, — В комнату буквально влетел Офицер Отряда Облака, — А у нас миссия тут затяжная. И не смотри на меня так, выбора у тебя нет. — В доказательство он помахал папкой, а затем кинул её в сержанта. Второй же решил не тратить время на приветствия, смерив своего босса нечитаемым взглядом, а затем поймав папку. — Хм, интересно, — Хмыкнул Ирие, читая информацию о предстоящей миссии, — Ого, это же Намимори! Я там раньше жил… Я помню этого Саваду, — Лицо рыжеволосого на миг вытянулось, — У него там кстати не самая лучшая репутация… — Верно, Шо-чан, — Лицо Плисецкого на миг озарилось улыбочкой, больше похожей на оскал, — А нам придется втереться к нему в доверие, а точнее тебе, а затем собирать о нем сведения и тайно защищать. Шоичи же пропустил половину реплик своего босса, полностью углубившись в чтение. Информация не представляла никакой особой ценности, за исключением обозначения статуса кандидата в наследники. Ещё раз пробежавшись глазами по докладу, сержант отложил папку на стол. — Вылетаем завтра же, поэтому готовься, будущий «трусливый компьютерный гений», — Юрий саркастически улыбнулся — Да, — Ирие потер переносицу, — «мальчик-ходячая-доброта из компьютерного клуба» Плисецкий ухмыльнулся и вышел из кабинета. Все же Шоичи не просто так стал его другом, ибо с человеком такого характера дружба особого удовольствия не доставляет. На следующее утро Варийская парочка стояла в аэропорту Сицилии в ожидании своего рейса. — Доброе утро, босс. — Никаких мне тут «боссов». Миссия уже началась, поэтому зови меня по имени, — Плисецкий собирался стукнуть сержанта по голове, но передумал. — Хорошо, Юрий, — Ирие улыбнулся. В самолете они провели время, беседуя на много разных тем. Но в основном беседы касались программ и техники, в которых Плисецкий, конечно, разбирался, но не так хорошо, как его подчиненный. К тому же на правах «лучшего друга» он мог задавать любые вопросы, от функций новой программы до новинок мира моды. Под непринужденный диалог они прибыли в аэропорт Токио, от которого им предстояло добираться до Намимори на поезде. — Все запомнил? Надеюсь косяков не будет? — Плисецкий многообещающе сверкнул глазами. — Да, Юрий, а тебе советую запастись твоими любимыми капсулами с пламенем главнокомандующего, а то через пару недель ты скорее всего всех окружающих задушишь. У Плисецкого дернулся глаз, и тот уже собрался начать матерную и проникновенную речь, но огляделся по сторонам. Присутствие посторонних могло помешать полноценной тираде, поэтому, матюкнувшись, он достал маленькую пластиковую коробочку, из которой вытащил таблетку, а затем проглотил одну. «Лекарство» подействовало быстро, успокоив блондина. — Действительно помогает, надо будет ещё заказать, — Ирие прыснул в кулак, но после убийственного взгляда своего начальника быстро замолчал, — Скоро выходить. Далее пара высадилась из поезда на станции, а после друзья распрощались, договорившись встретиться через пару дней. Плисецкий же направился в сторону бывшего дома, предвкушая реакцию своей приемной матери и младшего брата, рисуя в голове возможное развитие событий. Увлеченный такими мыслями, Юрий дошел до места, в котором ему придется жить ближайший год, а может и больше. За прошедшие шесть с половиной лет дом ни капельки не изменился, разве что деревья выросли, и то не сильно. Плисецкий постоял несколько секунд около двери, а затем нажал на кнопку звонка. Из дома послышалось негромкое «иду», после чего дверь открылась и на порог вышла миниатюрная брюнетка с каре. Плисецкий смерил женщину добрым взглядом вторая ответила тем же. — Мама, я вернулся из Италии и последний год буду доучиваться тут, — Юрий обнял Нану, а она обняла его в ответ. Они стояли надолго, после чего Нана подала голос. — Ты так повзрослел, — Савада сжала сына в обьятиях, — Думаю, Тсу-кун будет очень рад, когда увидит тебя, если, конечно узнает, — Нана солнечно улыбнулась. Далее они прошли в дом, и Савада принялась расспрашивать сына об учёбе в Италии. Второй же на ходу придумывал истории, достойные печати в книгах с легендами. Сколько же он придумал историй, сколько случаев описал, сколько же он дарил свои эмоции. Жаль что это была ложь. По словам Юрия, он неожиданно открыл в себе талант к программированию, и поэтому он посвятил этому делу очень много времени в предыдущей школе, не собираясь сбавлять обороты, он заявил, что продолжит заниматься программированием в этой школе. Нану этот факт очень обрадовал: её сын не только имеет полезное увлечение, но и талант в нем. А так же блондин приехал, по его же словам, не один, а с другом из Италии, который кстати тоже был программистом, который сейчас будет жить со своей матерью. Ещё ближайшие несколько часов они провели за разговорами, обращая внимание только на собеседника, делая перерывы только на приготовление новой чашки чая.

***

У Тсунаёши сегодня было хорошее настроение с самого утра. Что-то ему нашептывало, что случиться нечто очень хорошее, поэтому настроение не испортило ни ежедневное падение с лестницы, ни ужасная оценка за тест, ни противные одноклассники, насмехающиеся над ним. Его единственный друг, Ямамото Такеши, тоже чувствовал хороший настрой, исходящее от приятеля, поэтому даже немного удивился его непоколебимости, но расспрашивать о причине не стал. Учебный день почти подошел к концу — до звонка остались считанные минуты, школьники потихоньку собирали свои принадлежности в портфели, стараясь не палиться перед учителями. Савада витал в своих мыслях — скоро, совсем скоро, произойдет что-то очень хорошее, что возможно исправит его нынешний статус никчемного человека. Прозвенел звонок. Учитель сказал домашнее задание и поспешил покинуть собирающихся учеников. Тсунаёши спокойно вышел из класса, не забыв при этом чуть не споткнуться на ровном месте. На выходе из школы его нагнал Ямамото, предложив пойти им домой вместе, аргументируя это тем, что тренер уволился из его школы и занятия в бейсбольном клубе отменили. Таким образом вышли они из школы вместе, ведя негромкую беседу. Тут внимание Савады привлек человек, стоящий у ворот. А точнее зеленоглазый блондин с каре, одетый в черные джинсы, белую рубашку и спортивную куртку. Парень, выглядящий на шестнадцать лет, определенно кого-то ждал. Где-то Тсуна его видел… — Юрий? Это же Юрий! — Шатен расцвел на глазах. — Юрий? Это кто вообще? — Такеши явно впервые видел блондина, и, откровенно говоря, недоумевал. Что вообще этот человек забыл в Средней Намимори? — Это мой старший брат. Савада Юрий. Он уехал учиться в Италию шесть с лишним лет назад, вот только что он тут делает? — Савада задумчиво потер подбородок, а затем сверкнул глазами, — Впрочем это не так важно, я так соскучился. Пока Плисецкий пытался высмотреть своего родственника, ученицы средней школы просто пожирали его взглядами. Белая кожа, высокий рост, подтянутое тело, слегка заостренные черты лица и изящные движения — парень напоминал принца из сказок. Казалось, что сейчас он подзовет своего белого коня, а затем уедет спасать очередную принцессу из рук злобного дракона. Вот только лица всех потенциальных принцесс скривились, стоило только Никчемному Тсуне подбежать к блондину, а затем его обнять. Вся массовка тут же разошлась, мысленно сетуя на то, что рядом с принцем находиться какой-то мелкий мусор. — Братик Юрий, — Савада подбежал к Плисецкому, а затем обнял, — Я так соскучился! — Я тоже, — Блондин обнял Тсунаёши в ответ, — А кто этот парень? — Он кивнул в сторону брюнета. — А, это мой друг — Ямамото Такеши, — Брюнет помахал рукой. На миг в глазах экс-Савады мелькнула сталь. Все же предположительного отца Такеши он встречал несколько раз, и Плисецкий признал силу бывшего мечника, который, к сожалению, знал род его деятельности, поэтому, во имя конспирации, придется использовать на нем одну штучку с пламенем тумана, которую разрабатывал лично Плисецкий. — Приятно познакомиться, я — Савада Юрий, старший брат этого оболтуса и ученик Старшей Намимори, — Юрий протянул руку Такеши, тот же пожал её с неким энтузиазмом. Такеши этот парень понравился, ничего отталкивающего в нем не было. Блондин производил впечатление доброго человека. Но что-то в нем было не так. Но Ямамото решил отбросить эти беспочвенные подозрения. Плисецкий успешно втерся в доверие к окружению Савады Тсунаёши.