my honey boy

1. Сквозь густой сигаретный дым было почти не разглядеть шоу, что происходило на сцене. Полуголый парень с кожей цвета карамельного кофе исполнял горячий танец, двигая узкими бедрами в такт громкой музыки, заглушавшей мысли, что вертелись в голове Юнги. Он только неделю как устроился барменом на полставки в этот клуб, и уже почти успел привыкнуть к подобному. К громкой дурацкой музыке без смысла, к пьяным людям, которые все норовят облапать или познакомиться, к тому что спать он не мог вот уже почти месяц. Он почти привык к этому парню, которого видел здесь почти каждую свою смену, но так и не пересекся с ним после работы.Словно этот парень и не существовал вне стен этого блядушника. - Эй, малышка, подлей еще коктельчика, - какой-то потный мужчина, с едва шевелившимся языком, навалился на барную стойку, протягивая смятую купюру, зажатую между пальцами. - Я вообще-то…ай, похуй, - пробубнил Мин, забрал деньги и налил этому мужлану чертов коктейль. - Муа, спасибо, красавица, - пошатываясь мужчина пошел дальше пялиться на танцоров и кидать им купюры. Юнги лишь устало выдохнул и начал протирать только что вымытые стаканы, продолжая бросать взгляд на высокого танцора, со светлыми вьющимися волосами. В какой-то момент руки Мина замерли в воздухе, держа очередной мокрый стакан. Танцор спустился со сцены и начал обходить гостей, периодически совращая их своими телодвижениями, на что зрители откликались задорными восклицаниями и начинали засовывать в нижнее белье парня хрустящие бумажки. Даже в таком темном и мутном помещении, пропитанном потом, алкоголем и сексуальной неудовлетворенностью, Юнги смог разглядеть насколько этот парень прекрасен, каждое движение его тела завораживало сознание бармена, каждый взмах головы, заставлял светлые, потные волосы разлетаться и виться еще сильнее. Из-за ужасной видимости, резких перемещений и нелепого сценического макияжа, Мин не мог понять, как этот парень выглядит на самом деле. Да и не особо хотел, если честно, ему нравилось воображать свой вариант действительности. Когда танцор подошел к очередному парню, сидевшему с большой компанией и разместился у того на коленях, чтобы устроить некое подобие приватного танца, Юнги уронил стакан на пол и наконец очнулся от странного транса, в который его ввело это представление. Светловолосый парень уже вовсю вкручивал гостя в кресло своими бедрами, которые словно жили своей жизнью, весь зал кричал и хлопал, восхищаясь тем, как этот танцор умеет двигаться и развлекать аудиторию. Да уж, денег он сегодня заработает прилично. Юнги опустил взгляд на пол и выругался. Он то сегодня потеряет часть своей зарплаты. Будь этот парень не ладен, вашу мать. Время близилось к утру, гости потихоньку расходились. Часть танцоров уже давно покинула сцену, им на смену пришли другие. А Юнги все не переставал поглядывать туда, в надежде, что еще увидит сегодня парня, хотя прекрасно понимал, что его смена давно закончилась. Мин посмотрел на экран телефона, ему тоже уже пора идти. Юнги похлопал по спине своего напарника, давая тому знак, что уходит домой и зашел в подсобку. Резкая тишина отдавалась звоном в ушах, голова немного гудела. Хоть Мин и привык не спать ночами, возвращаясь домой, когда все нормальные люди просыпаются, голова от этого меньше болеть не стала. Парень выпил холодной воды из крана на кухне бара, переоделся в толстовку, что уже стала велика, надел любимую кепку, чтобы прикрыть взъерошенные и потные, от нахождения в душном пространстве, волосы. И он просто не хотел, чтобы его волосы видели, если честно. Он никогда не умел их укладывать, а сейчас его еще и подстригли по ублюдски. Придя домой, он как-то попытался исправить ситуацию, частично сбрив виски, но кажется, парикмахером ему не быть. Зато сейчас он не выглядит совсем как горшок. Пройдя через задний ход, который предназначался для персонала, Юнги поморщился от солнечного света и натянул козырек кепки ниже на глаза, чтобы совсем не ослепнуть. Хоть воздух еще оставался холодным, солнце палило нещадно. Не успел он пройти и пары шагов, как услышал голос. - Эй, - Мин резко съежился, словно пытался физически уменьшиться в размерах и исчезнуть из вида, - Прости, привет, мы кажется работаем вместе в этом баре, да? Я видел тебя за барной стойкой. Обернувшись, Юнги увидел, что в палящих лучах утреннего солнца стоит какой-то высокий худощавый парень, глупо улыбаясь и держа в руках стаканчик с кофе. Вихры светлых завитушек были собраны в растрепанный глупый хвостик, на безразмерную белую футболку накинула какая то светлая рубашка, широкие джинсы, словно он стащил их у уличных танцоров из 90-х, висели на парне, слегка прикрывая большие ярко зеленые кроссовки, через плечо была перекинула спортивная сумка. «И чего он от меня хочет?» - подумал Юнги, но ответил: - Эээ…привет, - сощурившись пробубнил Мин, но никак не мог понять, кто этот парень и почему он считает, что они вместе работают, вроде у них не было такого бармена. - Мы с тобой вроде вместе устраивались на работу, я тоже тут недавно, - продолжал незнакомец, пока Юнги нервно теребил пачку сигарет в кармане, - Я с первого дня заметил, что ты смотришь на меня. Последняя фраза словно током ударила Юнги. Так вот откуда это парень его знает. Это тот самый…. - Я предполагал, что «при свете дня» ты меня можешь не узнать. Сейчас я не выгляжу так глупо, как на работе, - он посмеялся и отпил немного кофе, - Я подумал, раз мы оба тут новенькие, почему бы не познакомиться, кажется из всего персонала, я только твое имя не знаю. - Юнги. - Меня зовут Хосок, - парень протянул руку для рукопожатия. Сказать честно, Юнги никогда не думал, что познакомится с «тем самым» танцором, на которого залипал с самого своего первого дня работы в этом баре. В какой-то степени он даже боялся этого момента. Привыкнув жить в собственном мире, Мин напридумывал все возможные исходы их знакомства. Вдруг этот парень мудак или он надменный и глупый. Создав у себя в голове идеальный образ, Юнги боялся, что реальность окажется не такой, какой бы он хотел. Он ведь даже его лица ни разу не видел, а уже навоображал себе свадьбу, троих детей, бассейн на заднем дворе и коллекцию виниловых дисков, которые бы они покупали в каждой стране, которую посетят вместе. У Юнги было бурное воображение. - Не против сходить выпить кофе, тут рядом есть тихая кофейня, люблю после работы ходить туда, сразу голова проходит, - Юнги понимающе кивнул, стараясь не показывать свою заинтересованность. Они шли плечом к плечу, обсуждая трудности ночной работы, жалуясь на разных клиентов. Зайдя в кофейню Хосок сказал, что сам оплатит заказ, потому, что как он выразился «сегодня мне неплохо так заплатили», и Юнги может брать все что захочет. Юнги заказал приторно сладкий кофе с кокосовым сиропом. (давайте, засудите любителя «ненастоящего» приторного кофе). И тогда парни сели за свободный столик подальше от окна, потому, что Юнги уже просто не мог так долго щурить глаза. - Что заставило тебя работать в этом ублюдском заведении? – произнес Хосок, помешивая корицу на молочной пенке. - Нужны были деньги, а совмещать учебу с дневной работой почти невозможно, - усмехнулся Юнги, делая глоток своего сладкого напитка, который начал остывать и все меньше походил на кофе, становясь подобием молочного коктейля, - Ты? - Да, та же причина, - парень опустил голову, уставившись в свой стакан, - Значит тебе понравилось, как я танцую? От внезапного вопроса у Юнги из рта полился кофе. Хосок резко закрыл лицо руками и начал громко смеяться. Юнги схватил со стола салфетку и принялся быстро вытирать следы своего позора. - Прости, я немного прямолинеен, - Хосок протирал стол от кофе, виновато поглядывая на Юнги. - Кхм, да, ты хорошо двигаешься, конечно, ты же танцор, - невозмутимо сказал Юнги, - Я тоже могу быть прямолинейным, - с вызовом продолжил парень. Хосок усмехнулся и на секунду отвернулся к окну, предоставляя Юнги возможность разглядеть его лицо. Несмотря на то, что оба они всю ночь проторчали в баре, работая в душном помещении, пропитавшемся потом чужих тел и спирта, парень, сидевший перед Мином выглядел хорошо. Конечно, под озорными глазами залегли темные круги, и кожа немного покрылась красными пятнами от перепада температур, но все-таки он был по своему привлекательным. Ворот футболки немного оттянулся, открывая взору легкую линию ключицы. Юнги заметил кулон в виде маленького замочка. Он сам не заметил, как слегка склонил голову на бок, пока разглядывал нового знакомого. Так они просидели еще час, болтая на разные темы. От работы разговор перешел на музыку, кино, книги, растения, архитектуру, космос. Они обсудили все что только было можно и нельзя. Юнги почувствовал тепло где-то в груди и был этому приятно удивлен. Давно в его жизни не было такого человека. Вообще какого-либо нового человека, если честно. Мин привык к своей небольшой компашке, где все давно друг друга знали, предугадывали кто что скажет и чуть ли не мысли друг друга читали. А тут. Юнги не знал, чего ждать от этого нового человека в его жизни. Но чувствовал, что тот его еще удивит. Парни обменялись номерами и Хосок проводил Юнги до метро. На прощание Хосок помахал Мину рукой и послал воздушный поцелуй. Глупая кошачья улыбка сама растянулась по лицу парня, и он поспешил спуститься в подземку. В голове крутились мысли о светловолосом мальчишке, который ждал Юнги у бара, а потом угостил кофе и болтал с ним о теориях заговора, делая вид, что совсем не устал после смены. Включив в наушниках музыку погромче и облокотившись о холодный поручень, он опустил глаза в пол, пытаясь все-таки не заснуть и проигрывал в голове изображение лица Хосока. Приятное щекочущее чувство шевелилось где-то в животе, делая мышцы по всему телу ватными. Юнги сам себе усмехнулся. «А ты боялся, дурак». 2. У Юнги выдались три выходных дня, которые он планировал потратить на уборку и поход в книжный, а то непрочитанные книги уже закончились. На прикроватной тумбочке зазвонил телефон, и парень начал проклинать всех на свете за то, что кто-то разбудил его своим звонком, а ведь он просто хотел поспать после смены и понаслаждаться снами, в которых он не так нервничал из-за Хосока. Кстати, о Хосоке. Он ему и звонил. Всю злость как рукой сняло и Юнги моментально сел в кровати, прочищая горло, чтобы не звучать совсем заспанно. - Алло, - неуверенно проговорил Мин, удивившись, что Хосок перезвонил меньше чем через сутки. Посмотрев на часы, Юнги осознал, что с момента их встречи и пяти часов не прошло. - Я, эм, слушай, - в трубке что-то зашуршало, потом послышался звук стакана, резко ударяющегося о какую-то поверхность, - Как насчет сходить куда-нибудь завтра? Я понимаю, что ты хочешь отдохнуть, прости что так резко позвонил, боялся потом не решусь. - Я согласен, напиши мне место и время, - ответил Юнги, падая снова на подушку, зарываясь в нее лицом и пытаясь сдержать широченную улыбку. Через несколько минут на телефон Юнги пришло сообщение, но он уже спал и видел сны о том, как они с Хосоком выбирают виниловую пластинку, будучи в небольшом европейском городке. Хосок предложил встретиться вечером следующего дня на фестивале, проходившего на набережной. Погода за окном стояла теплая. Можно сказать, этот вечер просто идеально подходил для прогулки у воды. Солнце уже село, легкий ветерок охлаждал природу после длинного знойного дня, небо окрасилось во все оттенки розового, красного и желтого, словно кто-то небрежно смешал краски на палитре, а в итоге получилось что-то красивое. Юнги смотрел на свое отражение и думал в чем он меньше всего похож на человека, который ненавидит весь белый свет. Потому что это было неправдой, он не ненавидел весь белый свет, он просто более осторожно подходил к выбору людей для общения. Покрутившись еще немного перед зеркалом, Мин остановил выбор на черной, немного рваной футболке, узких черных джинсах, которые уже тоже стали немного висеть, и болотной ветровке, чтобы не замерзнуть у воды. К сожалению, после всех просмотренных тюториалов на ютьюбе, он так и не понял, как уложить свои волосы, поэтому просто помыл голову и молился богу стиля, чтобы все выглядело не совсем ужасно. Юнги посмеялся сам над собой из-за того, как сильно он нервничал перед свиданием. На набережной действительно было довольно прохладно, за те двадцать минут, что Юнги ждал Хосока, он успел немного замерзнуть, несмотря на удачный выбор гардероба. Он уже начинал злиться, читая очередное сообщение с извинениями и отсчетом времени, когда же Хосок прибежит на встречу, как он материализовался через дорогу, махая из стороны в сторону рукой с телефоном. - Прости-прости-прости, пожалуйста, - запыхавшись, Хосок сразу принялся извиняться и обнимать Юнги. - Ничего страшного, - сказал Юнги, неловко похлопывая этот сгусток энергии по спине. - Ох, пошли, я куплю тебе извинительный крендель, - Хосок посмотрел куда то вниз, потом снова поднял взгляд на лицо Юнги и неловко произнес, - Могу я? – длинный тонкий палец играючи показал на ладонь Юнги. Юнги исступленно стоял на месте, наблюдая за направлением, куда указывал палец Хосока. Он посмотрел на свою бледную руку, с покусанными ногтями и грубыми пальцами и неловко протянул ее навстречу Хосоку. Тот радостно взял парня за руку и потянул за собой к шатрам, откуда веяло теплом и горячей выпечкой. Юнги все смотрел на то, как его ладонь погрузилась в ладонь Хосока и вверх по руке Мина начало подниматься тепло, а его взгляд взобрался по одетой в утепленную джинсовку руке, к макушке Хосока, что вертелась из стороны в сторону и что-то искала. Купив горячие крендели и какой-то травяной чай, они сели на скамейки поближе к воде и стали разговаривать, рассказывая истории из жизни, между делом подкармливая назойливых птиц и смеясь с их неуклюжести. Юнги не заметил, как приблизилась глубокая ночь, лишь уведомление на телефоне смогло вернуть его в реальность. Он провел рукой по волосам, и вздохнул. Им обоим не мешало бы выспаться в выходные, чтобы нормально функционировать на работе. Хосоку тем более. Он удивленно посмотрел на время и сказал что-то про «влюбленные часов не наблюдают», на что Юнги ответил «конечно, жизнь голограмма, время иллюзия», они оба посмеялись. И Хосок с чего-то решил, что это удачный момент положить свою холодную ладонь на лицо Юнги и потянуться к нему за поцелуем. Юнги тоже с чего-то решил, что это удачный момент. И оба были правы. Тонкие, но сильные пальцы Хосока погрузились в лохматые волосы Юнги, немного потягивая их у корней. Не выдержав прилива эндорфинов, Мин позволил себе отпустить ситуацию и с улыбкой ответить на поцелуй Хосока. Наполовину скормленный птицам крендель полетел на землю, за дальнейшей ненадобностью. 3. В какой-то момент жизнь вместе показалась хорошей идеей. Юнги закончил универ, и нашел работу по специальности, устроившись в небольшую юридическую контору. Хосокзадолбался работать по ночам и после защиты диплома, который не так уж был ему нужен, устроился хореографом в местную студию танцев. Юнги, привыкший жить одному и вести «холостой» образ жизни, тяжело привыкал к сопящему существу у себя под боком. Но после первой же совместной ночи, когда Хосок во сне закинул все свои конечности на Юнги и вжался носом в его шею, тем самым нарушив примерно с десяток правил Мина о личном пространстве, он лишь мягко улыбнулся и ткнулся носом в мягкие светлые кудряшки, на которые раньше только заглядывался на работе, а теперь имел к ним неограниченный доступ. И все постепенно вставало на свои места. Завтрак по утрам, с дрянным кофе потому, что Хосок еще не научился делать так, как любит Юнги, но усердно тренировался и жертвовал своим временем по утрам, хотя сам всегда пил чай. Горы книг увеличились в двое, очевидно опасно было съезжаться двум книжным червям. На полках стала появляться коллекция пластинок, пока что из местных магазинчиков, но Хосок уже планировал какую-то поездку в Англию, когда узнать о мечте Юнги собрать коллекцию винила со всего мира. Юнги полюбил порой пораньше отпроситься с работы, сказав, что закончит с отчетностью дома, и зайти за Хосоком в студию, по пути купив какой-нибудь вредной еды. Ему нравилось наблюдать как его, уже теперь, жених показывает детям как правильно ставить ножки, как держать спину и тянуть носок. Стоя там, за стеклянной дверью, через которую открывался вид на зал, Юнги смотрел на Хосока, на его резкие и четкие движение, сменяющиеся их медленными повторами, чтобы дети смогли повторить, и вспоминал, как когда-то впервые увидел это чудо через стену сигаретного дыма, сквозь толпу пьяных мужланов, которые пришли посмотреть на красивых мальчиков. Как он впервые засмотрелся на его тело, как боялся подойти и спросить имя. Они были разными, очень разными, почти противоположными. Но в один день этот новый человек вломился в жизнь Юнги со своими светлыми вихрами на голове, странной одеждой, улыбкой во все 32, нелегкой судьбой и ужасно добрым сердцем. Он пританцевал в жизнь Юнги своими длинными мускулистыми ногами и уселся в кресло, где-то посреди сердца, медленно разливая по чашкам дрянной кофе собственного приготовления, приглашая провести с ним всю оставшуюся жизнь. Юнги даже возразить не успел. Да и не хотел. Он лишь сел напротив, слегка наклонив голову в бок от любопытства, и согласился провести с этим новым человеком остаток своей жизни.