Месть - лучшее лекарство

Пустой бар, запах алкоголя, тусклое освещение и тихий шум дождя. В мрачном помещении во всю гулял свежий ветер, отчего было слегка прохладно. И, честно говоря, эта прохлада была лишь в радость, ведь днем погода была очень даже хорошей: солнечные лучи тепло грели, иногда даже обжигали, а на необъятном небе не было ни единого облачка. Все тогда были в предвкушении лета… Разве что кроме одного парня, для которого все эти дни жизнь казалась адом. Тяжёлая дверь бара отворилась, на что темные брови Дазая удивлённо поднялись. Он принялся внимательно рассматривать зашедшего в столь поздний час, посетителя, которого вело из стороны в сторону. Рыжие волосы, голубые глаза… внешность была совсем отлична от внешности любого другого японца. «Иностранец?» — заспанный взор карих глаз опалял нового посетителя, который умудрился забрести сюда в пять часов утра, заставив бармена всё-таки не задремать на рабочем месте. На этом ему большое «спасибо». Уставший от суточной смены парень по привычке стал протирать итак чистую стойку, не смея отвести взгляд от рыжеволосого, который пытаясь устоять на негнущихся ногах, направлялся к нему, давая возможность лицезреть его потрёпанный вид получше. Дазай заметил его обмокшую от дождя одежду, которая, скорее всего, неприятно липла к телу, заставляя замёрзнуть до самых костей; спадающие на лицо рыжие пряди, с которых раздражающе капала вода; чуть видные круги под глазами. Но тогда Дазаю показалось, что ничего не смогло бы испортить красоту этого парня. Она завораживала. Только вот настроение у Чуи было и вправду дрянь, что нельзя было не заметить. Он медленно подошёл к стойке, недоверчиво окинув взглядом бармена. Казалось бы, в этот бар он захаживает довольно часто, но видит этого человека здесь впервые. «Видать новенький» — Накахара убрал непослушную прядь с лица, что успела надоесть, вновь посмотрев на нового работника любимого заведения. Краем глаза он заметил на парне скрытые из-под одежды бинты, повязанные вокруг шеи, рук… возможно и всего тела. — Охереть… — бармен вопросительно изогнул бровью. — Да ты как мумия. — Пожалуй, меня так никто еще не приветствовал, — тот усмехнулся. — О, здравствуй, полторашка, — на лице виднелась счастливая улыбка до ушей. В то же мгновение парень со всей силы сжал другого в своих душащих объятиях. — Меня так никто еще не приветствовал. И да, вообще-то мой рост составляет целых сто шестьдесят сантиметров! — в лёгких не хватало воздуха, но Накахаре было все равно. Он любил его именно за эти неожиданные объятия… за заботу и ласку, в которой так нуждался. Которую он каждый раз получал сполна, и это было самым лучшим подарком в его прогнившей жизни. «Черт…глупые воспоминания» Ответа не последовало. Когда взор голубых глаз потерял в себе прежнюю уверенность, падая куда-то в пол, Дазай понял, что Чую и правда что-то гложет. Вот только интересно, что? Накахара попытался сесть на стул, опираясь руками об холодную поверхность стола. Первая попытка мимо. Весьма высокая зараза для его ста шестидесяти сантиметров роста или кому-то просто нужно было меньше пить… А следующая чуть ли не обвенчалась смачным падением. Дазай тихо усмехнулся, пристально наблюдая за парнем со стороны. Такие картины он заставал не в первой, но каждый раз не мог не сдержать смешка. Чуя услышал насмехательство сразу же, и, скрипя зубами, процедил: — Если я услышу ещё один смешок, то я тебе шею сверну, — язык издевательски заплетался. — А ты вообще сможешь? Чуя негодующе нахмурился, наконец залезая на тот самый злосчастный стул. — Хочешь проверить? — небесные глаза блеснули с диким азартом. — Сейчас явно нет, — кривая улыбка. — Я все-таки на рабочем месте всего пару дней, и лишаться работы из-за драк с посетителями не входит в мои планы. Чуя недовольно закатил глаза, не находя для ответа никаких слов, ведь было занятие куда интереснее, чем разборки с этим болваном. Он с неким интересом разглядывал разные дорогие вина, а потом внезапно перевел глаза в другую сторону. — Эй, как там тебя?.. —  Чуя прищурился, чтобы прочитать чужое имя, написанное на бейджике. — Дазай, смешай-ка мне все, что здесь есть. — Тебе лет-то сколько, мальчик? — лукавая ухмылка. Накахара с нескрываемым бешенством достал из штанин паспорт, демонстративно поднося его к лицу бесячего бармена. Карие глаза бегло прошлись по фотографии, имени, а затем и по дате рождения… да этот чиби одного с ним возраста. — С прошедшим днём рождения, — с улыбкой на лице празднично произнес тот, заставляя Чую слегка опешить. Тот в спешке убрал документ, тихо проговаривая неловкое «спасибо». — Ну, все смешать я не в силах, а вот налить что-нибудь покрепче можно. Так что, у тебя есть выбор, Чуя, как насчёт… — рыжая бровь непонимающе поднялась. Чуя подумал о том, откуда эта мумия узнала его имя…— Ты мне паспорт показал, уже забыл? «Точно, паспорт. Он как будто мысли мои прочитал». — Черт, — напряженное молчание. — Эм… ладно, налей лучше того вина, — он указал пальцем на весьма дорогостоящее вино, вынуждая Осаму убедиться в том, что у него очень даже неплохой вкус.       Пальцы тянули корни волос, пока дыхание становилось тяжелее и тяжелее. Усталые глаза смотрели в одну точку, а в голове крутились разные мысли, от которых вновь становилось дурно. Чуя снова чувствовал тот отвратительный ком в горле, но тщетно пытался делать вид, что все в порядке. Правда выходило у него это относительно не очень, ведь Дазай уже видел его насквозь. — Не хочешь высказаться? — вдруг слетело с губ Дазая. — Или же ты просто вторые сутки отмечаешь свое день рождения? — Осаму аккуратно преподнес Чуе бокал, наполненный темно-красным вином. — Если бы, — Накахара неспешно взял бокал, поднося его к сухим губам, чуть-чуть отпивая. — Тот день нельзя назвать торжественным праздником. Всплывающие в памяти картины недавно прошедшего дня рождения заставили сжать руки в кулаки. — Может расскажешь в чем дело? — ему правда было интересно. — Зачем это? — Держать весь негатив в себе — вредно. К тому же, ты настолько пьян, что даже вспомнить этого не сможешь. Тяжкий вздох наряду с не самым доверчивым взглядом. — И то верно, — во рту неприятно пересохло. — В общем… Мой любимый человек изменил мне вчера... В мое день рождение, — он быстро опустошил бокал, громко поставив его обратно на стойку. — А ещё… я сейчас пью наше с ним любимое вино. «Отличный подарок» — Вот же… теперь ясно, почему ты так хреново выглядишь. Накахара цокнул, с явным раздражением пробувнив злостное «заткнись». — А потом бросил, променяв на какую-то несносную девку, под предлогом, что в этой жизни он хочет завести нормальную семью, — нервный удар по столу. — Ублюдок. — Думаю, это вино тебе ни к чему, — бармен убрал бокал от рук Чуи куда подальше. — Лишний раз напоминает о нем. — Потерянный взор голубых очей поднялся на Дазая, что на первый взгляд казался весьма тронутым этой историей. Он единственный, кто узнал об этом с его слов. — Но… да и хрен с ним, — сквозь зубы прочеканил тот. — Все равно на душе паршиво, хоть сколько бы я себе не заливал в глотку… — голова, в которой не было ни единой рациональной мысли, плавно опустилась на прохладную поверхность барной стойки. — У меня есть идея для тебя, Чуя-кун, — услышанные слова принудили приподнять голову, а затем и взгляд. — Чтобы тебе стало легче, нужно поступить с ним также, как он с тобой. — То есть? — Ну, скажем, от обычных поцелуев с кем-то до чего-то более серьезного, — лукавая улыбка. — Вряд ли это поможет… — голос был полон отчаяния. А может эта шпала на самом деле говорит правду? Карие глаза блеснули, а на лице красовалась странная улыбка, предвкушающая что-то весьма интересненькое. Дазай увидел сомнения Чуи. Мимика пьяного человека - открытая книга, говорящая все за себя. — На своем опыте скажу, что поможет. Чуя взялся за голову, что ныла от боли. Где-то внутри появилась странная идея, но он не решался это сделать, чувствуя, как между ними повисла гробовая тишина. «К черту его» — Тогда… — вдруг рука потянулась за чужим галстуком, настойчиво притягивая к себе. Расстояние между ними сладко таяло, и вмиг остановившись перед губами, Чуя вновь взглянул в глаза темного шоколада, а после без раздумий вовлек парня в головокружительный поцелуй. Он целовал безумно, страстно, влажно. А Дазай не мог ожидать ничего другого — он надеялся на этот поцелуй с того самого момента, когда этот парень зашёл в бар. Осаму чувствовал на разгоряченных губах вкус пьянящего вина, от чего он бесповоротно сходил с ума. Он отвечал ему так же, слегка улыбаясь уголками губ. Как жаль, что их разделяет эта чертова барная стойка… она все только портит. Накахара отпрянул от чужих уст, ощущая розовую краску на своих щеках. — Ты же имел ввиду себя, да? Хочешь, чтобы я отомстил ему с тобой? — горячий шепот обжигал губы Осаму, от чего по телу пробежались мурашки. — Возможно, — расслабленная улыбка. — Пусть знает, что лишившись его, я совсем не страдаю, — парень наконец отпустил галстук Дазая. — Напротив, я развлекаюсь с другими. И мне хорошо, — он исказился в самоуверенном оскале, пытаясь на самом деле верить в то, что только что сказал. — Если ты этого не хочешь, то я не настаи… — Как насчёт того, чтобы сразу после окончания твоей смены поехать ко мне? — перебив того, неожиданно предложил Чуя, расплывшись в довольной улыбке. Дазай похлопал распахнутыми глазами, приподнимая брови. Такого он точно не ожидал. — Если мстить, то мстить по-настоящему. Дазай победно улыбнулся, в глубине души надеясь, что этот рыжик не передумает, когда протрезвеет. Хотя, кто ему позволит протрезветь? — Я за твои слова не ручался.