Ты опять пришёл сюда, задрот?

— Изуку, милый, ты куда собрался на ночь глядя? Подросток нервно натягивал на себя шлепанцы. — Я просто прогуляюсь, мам! Инко посмотрела на сына с подозрением, но решила не вмешиваться. — Только давай не долго, хорошо? — Отлично, спасибо, мам! Мимолётно чмокнув мать в щеку, Мидория вылетел из дома как ошпаренный, несясь в сторону берега. — Ох уж эти подростки, что с них взять. По-любому подружку себе нашёл. Инко грустно вздохнула. Её мальчик уже вырос.

***

«Она точно в порядке? Почему она лежит на земле, чёрт! Обычно она даже близко не подплывала, а сегодня лежит прямо на берегу!» Аптечка в рюкзаке парня трепыхалась так громко, что казалось, что она сейчас просто разобьётся на мелкие куски пластика вперемешку с бинтами и разными мазями и жидкостями. Изуку всегда был параноиком. Также, ну очень любил мифических существ, и уже давно заприметил одну русалку, что каждую чёртову ночь показывалась, озаряя бедного мальчишку. Мидория постоянно таскал с собой книги о русалках и других мифических существах, что и стало причиной плохого отношения к нему со стороны одноклассников. Каждый день бедный парень прокручивал в своей голове ежедневные побои, обзывательства. Жить больше не хотелось. Пока в его жизни не появилась она — таинственная ночная русалка. Он понимал, что если попадется на глаза существу, оно сбежит, но не наблюдать за ним он не мог. Ему сыграла на руку его собственная лачуга, которая находится совсем недалеко от берега. Подбегая ближе, Изуку разглядел неподвижную тушу, мертвым грузом лежащую на берегу моря, и темную лужу под ней. «Она мертва?» — пронеслось в голове Мидории, но он не сбавил шагу, как раз таки наоборот. Он несся сломя голову к той, кто придавала ему надежду на смысл жизни. На более близком расстоянии Мидория заметил некоторые детали — темные ладони, светлые короткие волосы и приятные черты лица. — Неужели просто без сознания? Кажется дышит. Изуку подбежал к русалке (или русалу?) Тут в наивной его головушке пробежалась мысль, что та, кем он восхищался, оказался парнем. Но сейчас это не имело значения, он просто хотел помочь ей. Или ему. Прощупав пульс и прислушавшись он понял, что русал жив. Мидория тут же инстинктивно потянулся к губам, но тут же осознал, что перед ним чертова русалка, а не человек, так что искусственное дыхание тут вряд-ли поможет. Изуку оттащил его к воде и начал обрабатывать многочисленные раны. — Как же ты так сумел то, придурошная русалка. — Сам ты… Мидория вздрогнул и быстро отстранился от русала, который как-то недовольно поглядывал на паренька. — Почему остановился? Не бойся, я тебя не трону. Хриплый кашель. Мидория боязливо придвинулся. -… Пока. — добавил русал, заставляя отшатнуться Изуку. — Так ты умеешь говорить? Вау, как круто! Настоящая русалка! А меня за это обызвали и били, говорили что я придурок и занимаюсь полной фигнёй, а тут ты! Хоб, и появился. Боже, я так рад, что все что я видел каждую ночь — это не бр… — Меньше слов, больше дела, нерд. Я скоро умру от потери крови, а ты тут болтаешь без дела. — Извини! Изуку тут же замолчал и продолжил обрабатывать раны, слыша лишь тихие болезненные вздохи и шипение от пострадавшего. — Как тебя хоть звать то? Парень недоуменно посмотрел на русала. — Изуку. Мидория Изуку. — Буду звать тебя Деку. — Что? Почему это? Это слово же что-то значит на вашем языке… Изуку потянулся за своей книгой, после чего получил оплеуху от смущенного русала. — Ты это… Обработай раны… Пожалуйста. — Воу, так ты способен на добрые слова? — позлорадствовал парень. — Заткнись и помоги мне. — А как же вежливость? — Я люблю тебя. Изуку круглыми глазами посмотрел на русала, что непринужденно почесывал шею и ждал обещанной помощи. — Это тоже что-то значит на вашем русалочьем? — Ну да. Благодарность. — Правда? — Да. И прекращай болтать, а то я всё ещё истекаю кровью, если ты не заметил. — Ага, прости… Как тебя зовут. — Кацуки. Изуку медленно провел рукой по руке Кацуки. — Буду звать тебя Каччан. — Это ещё почему? Каччан отдернул руку. — Хм, просто потому, что я так захотел, хорошо? Это звучит мило. Русал глупо поморщился и понял, что ему не избежать этой участи. — Ладно, только закончи уже с моими ранами, ладно?

***

Рассвет. Каччан неловко почесал руку. — Люди же должны спать по ночам… Прости. И спасибо. — Ты же говорил, что «я люблю тебя» — ваша благодарность? Кацуки смутился и быстро удалился с берега. Изуку просто недоуменно посмотрел на него и пошёл в сторону дома, получать оплеухи от матери за то, что вернулся только к 4 утра. И в школу. Снова.

***

Изуку сломя голову несся к берегу, держа в руках книгу о русалках и выкрикивая имя знакомого русала. Не получив ответа, Мидория нервно уселся на берег и стал ждать ответа. Когда же светлые патлы Кацуки показались, Мидория продолжил кричать своё «Каччан» и ёрзать на месте. — Каччан! — Прекрати орать, Деку! Ты опять пришёл сюда, задрот? — Теперь я знаю значение слова Деку! Каччан отвёл взгляд. — И ещё твоё это «я люблю тебя»! Объяснись. Русал попытался смыться, но туша с кличкой Деку придавила его своим весом, обнимая. — Отпусти меня, Деку! — Ни.за.что. Я хочу услышать это снова. — Что услышать? Изуку снизил голос. — Что ты любишь меня. Каччан промолчал, но его спалило с потрохами сердце, что бешено колотилось в груди. Русал быстро вырвался и поспешил смыться. Мидория сел в воду на колени и просто разревелся. «Неужели он больше не придёт?» Вытирая глаза рукавами и громко всхлипывая, Изуку мелко дрожал. Всплеск воды. Холодное прикосновение сначала к запястьям, а после и к губам. Нежный поцелуй и смущенное лицо Каччана. «Вот оно — то, ради чего я сейчас живу.» — пронеслось в голове Мидории.