Tokyo blood

— Вижу объект, вышел из здания. Направляется к западным воротам.  — Тамура, продолжай наблюдение и держи нас в курсе происходящего.  — Будет сделано. Звонок сбрасывается, и Лев недовольно мычит.  — Ненавижу ожидание. Почему мы не могли поехать в качестве наблюдателей? Кенма отпивает кофе:  — О, ну не знаю, может, потому что преступник знает нас в лицо?  — Так мы бы тихонько! — Хайба хватает со стола сэндвич и, надкусывая, продолжает мысль. — Надели бы парики и очки, как настоящие шпионы. Раздаётся раскатистый смех.  — Поверь, так бы вас заметили ещё раньше, чем вы бы успели попасть на территорию кампуса, — Бокуто усмехается и вновь утыкается в экран, транслирующий записи со всех камер, установленных в поместье. Помощник заходит со спины:  — Что ты там так тщательно изучаешь?  — Интерьер. Не ожидал, что дом Кенмы-сана окажется таким… — Котаро умолкает, подбирая более точное описание. — Современным. Хайба в одобрении похлопывает телохранителя, соглашаясь с высказыванием. Козуме бросает на подчинённых неодобрительный взгляд.  — Тот факт, что я более собранный, вовсе не означает, что я придерживаюсь всего консервативного и устаревшего. Бокуто выглядывает из-за планшета:  — Стало быть, Вас можно назвать приверженцем современных течений?  — Скажем так, я отношусь нейтрально ко всем людям и их мнениям. Лев встревает в разговор.  — То есть, в теории, если бы я оказался геем, ты был бы не против? Козуме вопросительно приподнимает бровь.  — Не знаю, как наш разговор пришёл к этому, но, поверь, если бы ты был геем, это являлось бы наименьшим из твоих минусов. Конечно же, в теории, — с упором добавляет он в конце. Лев прищуривается:  — Ага, значит, гомосексуальность — это всё же минус?  — Я НЕ ненавижу геев, — Кенма отрывается от напитка и прожигает взглядом приятеля. — Такой ответ тебя устраивает? Хайба на это только пожимает плечами, и возвращается к возмущениям о том, как несправедлива и скучна жизнь «правой руки» оябуна. —…представляешь, встаю в шесть часов утра, и весь день на ногах! Ни присесть, ни выдохнуть. А сколько свиданий и тусовок пропускаю, эхх. Телохранитель участливо кивает и в свою очередь жалуется на Куроо Тетсуро:  — Направил меня сюда, а сам отсыпается после весёлой ночки. Козуме любезно предлагает свою помощь в свершении правосудия, на что Лев ехидно добавляет, с каким удовольствием босс это сделает. Бокуто понимает, что сболтнул лишнего, и, с благодарностью улыбаясь, заверяет, что всё в порядке — друг сам не раз подменял его. Вскоре компания умолкает, и каждый находит себе дело: Кенма лениво изучает новое «эффективное» меню от диетолога, гарантирующее набор веса; Котаро ведёт исключительно деловую переписку с Акааши-саном, сообщая последние новости и ненароком намекая на то, что реальная встреча была бы более содержательной; Лев же устремляется на просторы YouTube в поисках обучающего видео по самообороне, одними губами повторяя теорию боя. Тем не менее кое-что их объединяет — вся троица периодически кидает беспокойные взгляды на телефон в ожидании отчёта о происходящем. Наконец раздаётся мелодия, и парни вздрагивают от неожиданности. Лев подбегает к столу прежде, чем кто-то успевает принять звонок на расстоянии через часы.  — Босс, объект приближается к Кабуки-тё. Планируем прижать его там. Какие будут распоряжения, пытать на месте или везти к Вам? Кенма жестом командует заглушить телефонный звонок, и начинается обсуждение дальнейших действий.  — Не самый безопасный район, стоит ли парням вообще там появляться? — Бокуто первым выражает сомнения.  — Вполне возможно, что стрелок заметил слежку и ведёт их прямо в ловушку, — брюнет нервно чешет запястье, из-за чего на нём появляются характерные полосы. Лев неодобрительно наблюдает за действиями оябуна, делая внутреннюю пометку обсудить это позднее. На предложение Хайбы послать подкрепление только качают головой.  — Толпа привлечёт лишнее внимание, да и вряд ли они вовремя доберутся. Район-то неблизкий, — взгляд телохранителя бездумно мечется по всей комнате, выдавая активный мыслительный процесс.  — Но мы не можем просто бросить их! — помощник эмоционально взмахивает руками и проверяет, на связи ли соклановец. Кенма быстро пересекает комнату и хватает телефон, отходя к окну:  — Тамура, по возможности анализируйте обстановку. К активным действиям переходите только в том случае, если уверены в собственной безопасности. Вы мне нужны живыми. В ответ из динамика слышится короткий смешок и последующее «будет сделано, босс».  — Где, чёрт его дери, Куроо, когда он так нужен?! — кажется, это первый раз, когда друг выходит из себя, и Кенма настороженно смотрит на него. Привычная дружелюбная улыбка и иногда лишние энергичные движения сменяются свирепым взглядом. Лев запускает пальцы в волосы, и подобие укладки окончательно покидает голову юноши.  — Ну, убить же их не могут, верно? Они вон какие крепкие, — успокаивает он сам себя, в поиске поддержки заглядывая в глаза оябуна. Козуме размеренным тоном просит «правую руку» сообщить прислуге, что он голоден, и тот с недовольным видом покидает комнату.  — Жёстко Вы с ним, Кенма-сан, — Бокуто словно улавливает перемену в настроении подопечного и поднимает руки в знак поражения. — Не моё дело, понял.  — Если я сейчас поддержу его эмоциональность и фантазии, это может вылиться в срыв. А так он ухватится за привычную рутину и успокоится. Котаро мысленно восхищается рассуждениями восемнадцатилетнего парня и возвращается в собственный мобильный, написывая уже Куроо.

***

«Наглец, не выполняющий свою работу в полной мере» появляется на пороге поместья Козуме примерно через час, как раз вовремя — нервы на пределе, и хочется сорвать на ком-нибудь злость. Лев с ходу заваливает его вопросами по типу «Где ты пропадал?», «Чем был так занят?», «Почему не приехал раньше?»; Бокуто поначалу хмурится, но потом всё же пожимает руку друга и быстро вводит в курс дела. Кенма контактирует с телохранителем последним — бесстрастным тоном сообщает, что неудовлетворён качеством работы Тетсуро, и в следующий раз терпеть не станет, а добьётся его отстранения. Широко улыбаясь, брюнет клятвенно заверяет, что подобное больше не повторится, и на него можно положиться. В целом, после этого ничего не меняется, и уже вчетвером они ждут звонок. Незаметно приближается вечер, но Тамура так и не выходит на связь. Хайба весьма ожидаемо не выдерживает первым и сам набирает номер. Звонит раз, два, три, разбавляя тишину гудками по громкой связи, терпит до автоматического сбрасывания, и всё повторяется вновь. Юноша в отчаянии вторично озвучивает предложение вызвать подкрепление, на что Кенма наконец утвердительно кивает. Разворачивается активная деятельность, члены якудза быстро откликаются и буквально через десять минут оповещают, что уже в пути. Всё начинает идти не по плану, когда один из подчинённых дрожащим голосом сообщает, что они на месте.  — Вы нашли их? — Куроо берёт всю инициативу на себя, очень тонко улавливая состояние Хайбы.  — Да. Все… мертвы. Кенме кажется, что его бьют под дых, и он без сил откидывает голову на спинку дивана, немигающим взглядом смотря в стену. На заднем фоне раздаётся непонятный шум и крики.  — Стойте. Один… он жив, везём к вам! Вызов сбрасывается, и парни переглядываются.  — Вызываю скорую, — Бокуто реагирует первым и набирает «119».

***

Дальнейшие события словно в тумане. Автомобиль с визгом останавливается возле ворот, а через секунду из него вылезают мафиози, аккуратно вытаскивая из салона тело. Кладут пострадавшего на диван в гостиной. Тихий стон — единственное, что выдаёт в мужчине живого.  — Тамура, держись, скорая в пути, — Куроо касается его руки, а затем раздаётся сдавленный крик Льва.  — Блять. Блять, блять, БЛЯТЬ, его ногти… — Хайба зажимает свой рот ладонью, испуганно смотря в указанном направлении. Мафиози переводят взгляд на пальцы бедняги, и Кенма шумно сглатывает, борясь с подступающей тошнотой. Кончики пальцев представляют собой сплошное кровавое месиво, на месте ногтевых пластин — куски мяса. Внезапно Тамура хватает сидящего рядом Тетсуро за рукав, и тот наклоняется к нему.  — Орлы, — парень заходится в кашле, и ковёр на полу окрашивается в красный. — Орлы прилетели.  — Какие орлы? — с улицы раздаются звуки сирены, и Куроо похлопывает якудза по щеке. — Тамура, что ты имеешь в виду? Ответом служит тишина — заплывшие глаза закрываются навсегда, и рука, что так судорожно хваталась за телохранителя, словно от этого зависела его жизнь, безвольно свисает с дивана. Кенма трёт переносицу, а затем отдаёт распоряжение отвезти тело к семье погибшего.  — Лев, переведи на счета родственников всех пострадавших любую сумму, которую посчитаешь нужной. Хайба застывает на месте и неверяще смотрит на оябуна.  — Какого хуя?! Наших людей убили, а ты отмахиваешься деньгами?  — А что я, по-твоему, должен делать? Бегать по всему Токио с ножом и мстить убийцам? Ах, да, мы же не знаем, кто это был. Помощник мотает головой, не веря в происходящее.  — Какой же ты… Это отвратительно.  — Ты знал, на что шёл.  — Вот именно, что не знал, — парень срывается на крик. — Я просто хотел поддержать своего друга в трудный момент. Ты же ведёшь себя как бесчувственная сволочь. Следом хлопает дверь, а Козуме Кенма, кажется, теряет лучшего друга и главную опору.

***

Спустя две недели единоличного управления кланом и округом Кенма был готов взвыть от одиночества — уже привыкший к вечно болтающему рядом Льву, теперь брюнет не мог работать в тишине, неожиданно оказавшейся раздражающей и режущей слух. На четырнадцатый день пришло сообщение от Куроо, содержащее только адрес и название спортзала. Поначалу Козуме решил, что это очередная шутка о его телосложении и намёк на то, что не помешало бы и гантели потягать, но следом на экране появилась фраза «Лев тоже будет». Через двадцать минут оябун уже стоял напротив небольшого здания с неприметной вывеской у дверей. Девушку за стойкой, казалось, предупредили о визите, и она повела за собой к одной из десятка дверей тренировочных залов. По всему помещению разносились звуки ударов груши для битья.  — Давай, давай, не толкай, а бей. Слишком долгий контакт с мешком, убирай руку, быстрее! — во властном тоне юноша не сразу узнал Тетсуро — тот стоял к двери боком, скрестив руки. Телохранитель впервые предстал в майке, скрестив руки на груди, и в глаза бросились сразу две вещи: напряжённые мускулы и татуировка во всю руку. Кенма заметил чернила на коже ещё в первую встречу, когда Куроо заявился в футболке, но тогда рассматривать рисунок не было никакого желания. Грозный кроваво-чёрный дракон обвивал плечо, затрагивая чешуйчатым хвостом предплечье и заканчиваясь у самого запястья. Из пасти вырывались языки пламени, плавно перетекающие в дым. Под руководством брюнета, согнув ноги в коленях, Лев наносил один за другим удары по боксёрскому мешку. Следуя коротким указаниям и сфокусировавшись на цели, парень отрабатывал технику боя, приводя мешок в движение. Делал он это, правда, не очень удачно, судя по недовольному виду Куроо.  — Двигайся, не жди, когда он «прилетит» к тебе. И не переставай, чёрт тебя дери, бить. Не более двух секунд между ударами. По раскрасневшемуся лицу Хайбы стекали капли пота, застилая глаза. После серии выпадов Лев без сил падает прямо на спортивный мат, тяжело дыша.  — Слабо, очень слабо, — телохранитель опускается рядом и наконец замечает Козуме. — О, босс, приветствую. Зеленоглазый парень в одно мгновение принимает сидячее положение, бросая злой взгляд в сторону бывшего друга.  — Куроо, оставьте нас, пожалуйста. Тетсуро подмигивает и направляется к администратору. Кенма тяжело вздыхает, собираясь с силами.  — Пришёл дать мне денег и попросить верн…  — Прости, — выпаливает брюнет, перебивая помощника. — Я повёл себя неправильно. Просто… Я не умею взаимодействовать с людьми, не умею их поддерживать. И момент, когда ты сорвался, подкосил меня, я растерялся и… — Козуме прячет лицо в ладони. — Все эти месяцы я держусь только благодаря тебе. Лев в растерянности смотрит на друга, явно не ожидая такой откровенности:  — Неужели так сложно было обнять и сказать «всё будет хорошо»?  — Да. Сложно. Я — не приспособленный к контакту с людьми социофоб, помешанный на играх. И никто никогда не учил меня, как поддерживать окружающих. Дальнейшие слова признательности Кенма озвучивает в плечо Хайбы, который в порыве эмоций сгребает его в объятия.  — Найдём этих придурков и отомстим им, ладно? — Кенма кивает и скрещивает руки за спиной друга. Кажется, это первый раз, когда юноша не избегает физического контакта, и Лев на секунду допускает мысль, что лёд внутри друга начал таять.  — Ооо, вас можно поздравить с воссоединением? — Куроо возвращается как никогда довольным, с ухмылкой смотря на сидящих в обнимку парней. — Босс, есть предложение.  — И чего же вы хотите? — в раздражении спрашивает Кенма, холодно окидывая телохранителя взглядом.  — Вы вечно твердите, что не нуждаетесь в тренировках и со всем справитесь сами, — подчинённый не раз предлагал потренировать оябуна, в ответ всегда получая отказ. — Сможете победить меня в спарринге, и я отстану, — брюнет поднимает руки, показывая ясность своих намерений. — Клянусь.  — Я выгляжу так, словно мне больше нечего делать? — Козуме-младший поднимается с мата, направляясь к выходу, но через несколько секунд чувствует чужую ладонь на своём плече.  — Ну же, соглашайтесь. Или принцесса сбежит, боясь проиграть простолюдину? А потом сделает так же во время реального боя, бросая своих подопечных на произвол судьбы? — дразнящий шёпот раздаётся прямо над ухом, и Кенма чувствует, как на секунду к его виску прижимается гладкая щека.  — Чёрт с тобой, — шипит юный глава клана сквозь зубы, параллельно скидывая руку брюнета со своего плеча. — Попытка спровоцировать просто никчёмная, но если после этого ты отстанешь, то я согласен. Козуме незаметно для самого себя переходит на «ты», однако никто не спешит акцентировать на этом внимание. Куроо улыбается:  — Так бы сразу. Кто первый обездвижит противника, тот и выиграл. Договорились? — Кенма кивает. — Вот и отлично.  — С радостью понаблюдал бы за этим, но сейчас умру от жажды. Вам что-то нужно? — незаметно для обоих, Лев оказывается у выхода. Получив отрицательный ответ, парень скрывается за дверью.  — Ну что, начинаем? Тетсуро наступает медленно — крадётся как кот, желающий поймать птицу. Кенма мягко отступает в сторону, не отрывая взгляда от противника. Телохранитель первым переходит в наступление, выбрасывает руку, а следом вторую. Козуме уклоняется, уходя вправо, и прядь волос очень некстати выбивается из-за уха, закрывая обзор. Брюнет не упускает шанс и делает подсечку, которая, увы, не оказывается успешной — парень инстинктивно делает шаг назад. В голове последнего проносится мысль, что бить ногами в боксе строго запрещено, но видя хитрую полуулыбку напротив, Кенма уясняет, что сегодня правил нет. Понимая, что одними уклонениями победить не получится, оябун пробивает джеб*, а затем кросс**. Противник усмехается и без особых усилий ловит выпады.  — Босс, ну что же Вы так… Юноши обмениваются ударами, «танцуя» из угла в угол. В какой-то момент Козуме удаётся пробить апперкот***, попадая прямо в подбородок, и голова брюнета дёргается. Куроо зло прищуривается и выполняет комбинацию, состоящую из джеба, апперкота и хука****. Третий приём приходится в солнечное сплетение, и Кенма со свистом выдыхает, чувствуя, как из него выходит весь воздух. Тетсуро вновь делает подсечку, которая завершает бой — глава якудза теряет равновесие, опасно наклоняясь в бок. Резким и быстрым движением противник оказывается за его спиной, хватая парня под грудью и притягивая к себе. Козуме шумно втягивает воздух, одновременно с этим ощущая, как рука, держащая его поперек туловища, сильнее обвивается вокруг талии, вжимая в своё тело.  — Что ж, это было ожидаемо, — хрипло произносит Тетсуро, и следующее, что чувствует Кенма, — зубы, медленно тянущие мочку его уха. Первый порыв — бить прямо между ног, но ладонь на талии словно в насмешку поглаживает бок, напоминая, что двигаться в таком положении бесполезно. И потому оябун принимает условия, заводя руку за спину и наверх, ведя по напряжённым мышцам к шее. Парень позади расслабляется, совершенно не ожидая предательства — ребро ладони бьёт точно в цель — кадык. Телохранитель как ошпаренный отскакивает назад, хватаясь за горло и заходясь в кашле.  — Не недооценивайте противника и не смейте прикасаться ко мне, — Козуме поправляет одежду и убирает волосы назад. Дверь распахивается:  — Я так понимаю, спрашивать, кто победил, не имеет смысла?

***

После зала парни возвращаются в поместье Козуме в сопровождении телохранителя. Оябун, полностью выбившийся за день из сил, поплёлся в спальню, перед этим попросив принести ужин в комнату. «По крайней мере, я помирился со Львом и Куроо-сан наконец-то отвяжется от меня», — погружённый в мысли, брюнет прикрывает за собой дверь и, хватая со стула халат, направляется в ванную. Взгляд неожиданно цепляется за тёмное пятно на кровати. С минуту юноша стоит в оцепенении, рассматривая покрывало, после чего до него доходит, что стоит позвать подчинённых. Первым появляется Лев, оставшийся на ночь в гостевой спальне.  — Что случилось? — Кенма молча указывает в направлении кровати. Подойдя, Лев так же впадает в ступор. На светлом шёлковом покрывале в луже крови и в обрамлении перьев покоился труп орла.  — Босс, ни днём, ни ночью от Вас покоя нет. Что на этот раз? — Тетсуро сразу чувствует что-то неладное, видя растерянность на лицах парней. Те отходят в сторону, открывая Куроо обзор на происходящее. — Вот дерьмо…