a touch of magic (прикосновение магии)

Юнги нравилось думать, что он был экспертом в передвижении по Хогвартсу настолько, насколько это было возможно. Когда принадлежишь к одному из самых таинственных волшебных семейств, с печальным концом и мрачным прошлым, хочется бежать. Конечно, прогулка по дороге в класс приносит ему пару(сто) испуганных и удивленных взглядов, но он очень хорошо мог исчезать из поля зрения, когда так хотелось. — Хён, - Юнги замер, остановившись на середине лестницы, услышав голос позади себя. Это была глубокая ночь в гостиной слизерина, тишина въедалась в стены, отдаваясь гулким тиканьем старинных часов. Кипа вещей в комнате пережили не одно столетие, сохранив идеальный вид эпохи начала истории школы. Оливковые шторы в пол пропускали в помещение лунный свет, полоской освещая часть комнаты; деревянная люстра и переливающийся заплывший туманом шар с предсказаниями, полотно герба слизерина во всю стену. В дверях спален стоял Чонгук, окликнувший Юнги. — Привет, - проворчал в ворот мантии старший, засунув руки в карманы своих расшитых брюк, на которых была зелёная полоска в боках, под цвет факультета. — Почему ты не спишь? Чонгук скрестил руки на груди и облокотился в проеме двери. — Я могу задать тебе тот же самый вопрос. Юнги прищурился, высматривая время на старинных часах, прежде чем закатить глаза, цокая языком. Это был четверг и утром у обоих должны быть занятия. И если Юнги смог бы проспать несколько часов и продолжать учиться, то Чон это совсем другая история. — Чего ты хочешь? — Я просто хотел узнать, в порядке ли ты, - трогая воротник собственной рубашки, Чонгук смущенно прокашлялся, опуская взгляд куда-то в пол. — Ты часто гуляешь ночью в последнее время. — Я в порядке, малыш, - Юнги рассмеялся полушепотом, не желая никого будить, и, сделав несколько шагов навстречу, взъерошил кипу мягких волос, путая пальцы в них. — Вот-вот наступят экзамены, слишком много думаю об этом. Надеюсь, ты меня поймешь. — Не задерживайся слишком поздно! Юнги не снимает довольную улыбку, когда Чонгук возвращается в спальню, тихо прикрывая дверь. Дожидается, пока тонкая фигура исчезнет в глуби комнат, прежде чем развернуться тише на носках и аккуратно выйти из гостиной в коридор. Старший не лгал Чону, у него действительно скоро были серьезные переводные тесты, учитывая, сколько он пропустил материала из-за прогулов без веской причины. Ему нужен был Намджун для помощи с зельями или маховик времени, чтобы наверстать все упущенные уроки. Поводом для ночной прогулки стал новый слух, распространяющийся по школе, это привело к подозрительным взглядам и тихому, осуждающему шепоту за спиной. Всё было не так плохо, как раньше, и Юнги был несомненно рад этому, хоть и давно уже привык. Он получил больше гневных комментариев в лицо, резких толчков в плечо и неожиданных подножек, чем Чонгук. Отчасти это потому, что весь колледж считал его грозным старшим братом Чона, и каждый знал после, что будет, если тронуть младшего. Юнги не мог отрицать, он сделает все, что угодно, чтобы защитить Чонгука. Их самая первая встреча была такой неловкой и нелепой. Дикая ива должна была скинуть озолотевшие осенью листья, а во дворе Хогвартса исчез бьющий водой тонкий фонтан, темные облака закрыли яркое солнце, готовясь к приближающейся зиме. Юнги тогда впервые за год надел шарф с расцветкой слизерина, бродя в нем по пустующим коридорам замка. Он наткнулся на Чонгука, тогда еще студента первого курса, в окружении других мальчишек, младше его. Чона мотало из стороны в сторону, словно маятник в главном дворе замка, когда другие ребята вновь толкали, окружив, щипали и тянули за рукава одежды, наступая и пачкая пыльными следами новую мантию, попутно крича о пожирателях смерти. Юнги наблюдал за этим зверством меньше секунды, ему было достаточно лишь подойти ближе, как испуганные лица замерли, отпуская униженного Чонгука. — Что здесь происходит? - рикошетом слова чеканили о стены коридора, впиваясь в головы испуганных детей, которые узнали Юнги. — Мы... - один из них заговорил, прячась за своими друзьями и стараясь не смотреть старшему в глаза. — Ничего не делали. Юнги стиснул зубы, напрягая выделяющиеся скулы, окинул взглядом каждого из нарушителей, прежде чем посмотреть на скатившегося по выстланной камнем стене Чонгука, свернувшегося в клубок; ноги прижаты к груди, а голова спрятана в ладонях, руки горят алым, образуя наливающиеся шишки и синяки. Старший шикнул: — Проваливайте отсюда! Дети разбежались в дрожащем испуге, словно они были жертвами, боясь даже обернуться, по стенам замка разнесся громкий топот. — Привет, - Юнги присел аккуратно возле маленького свернувшегося клубка на полу, что весь закрылся в испачканной мантии. Костяшки Чонгука белели от напряжения, схватившись за собственные, прижатые к телу, колени, как-будто если бы он отпустил их, они развалились. Такую "громкую" тишину разорвал донесшийся до ушей Мина негромкий плач, и сердце сжалось от страха. — Они ушли, - тихо прошептал старший; он аккуратно поднял тонкими пальцами край пыльной мантии (казалось, будто мальчишка утонул в ней, ведь она была просто огромная) и попытался отряхнуть, пропуская меж ладоней. Младший, наконец, осмелился поднять голову и выдохнул расслабленно, когда понял, что ему больше не угрожает опасность. — Меня Мин Юнги зовут. Черные вороньи зрачки расширились в испуге, а густой ряд пушистых ресниц коснулся бровей в удивлении. — Мин Юнги? Юнги поморщился, но кивнул. — А ты, видимо, Чон Чонгук? - он еще раз пробежался взглядом по мальчишке. — Как ты узнал? - младший был больше растерян, нежели напуган. — По той же причине, по которой ты знаешь мое имя, малыш, - Юнги хмыкнул, продолжая. — Наша репутация всегда будет нашей визитной карточкой. Здесь всегда будут люди, которые боятся тебя и твоего прошлого. Чонгук был в Хогвартсе всего месяц и уже столкнулся с неприятностями. Он поднялся с колен, отряхивая расшитые брюки от удушающей пыли. — Как тебе удается справляться? — Нужно терпеть и двигаться вперед, - он сам себе усмехнулся, заметив, насколько младший ниже его, он казался таким крошечным. — Если кто-нибудь тронет тебя снова, я хочу, чтобы ты пришел ко мне, если тебе понадобится помощь. Только если ты конечно не против? Чон всматривался в черты лица старшего и тонул в его глазах, с каким-то недоверием осматривая нового знакомого. Рука старшего коснулась чужого плеча. — Я имею ввиду, что предлагаю тебе помощь. — Хорошо. Юнги возвращался обычным путем, окидывая взглядом пустующие коридоры, искрящуюся бликами реку, трель цикад, острие арок, с путаницей тонких изгибов выстроенных зданий замка. Он направлялся к астрономической башне. Это были сокровища, а не пейзажи. Мин мог видеть холодные звезды, мерцающие за сотни тысяч километров над ним, ему были знакомы несколько созвездий ( астрономия была одним из немногих предметов, которые были ему хоть как-то интересны); и если прищуриться, он смог бы увидеть Юпитер. Юнги сунул руки в карманы брюк со вздохом осматривая вид на деревья Запретного Леса.

***

Вечером воскресенья Юнги провел весь день в общей комнате, обложившись стопками книг, что были даже на полу, и кучей свитков из пергамента. Чонгук, запрокинув голову на спинку скрипучего дивана изумрудного цвета, читал книгу с параграфом трансфигурции. На его коленях разлеглась пушистая кошка старшего - Бин. Спокойный день, ведь ни одному из них не приходилось лицезреть косых взглядов и усмешек, сравнимых с оскалом гиен. У младшего было прекрасное настроение, он рассказывал Юнги без остановки о том, что узнал на уроке гербологии и как он хотел попасть в команду по квиддичу и о дате переходных тестов. Старший провел тыльной стороной ладони по лицу, подняв уставшие глаза на собственный учебник перед собой. — Чувствую себя очень паршиво, - он прогнулся в спине, прикрывая глаза, которые словно были засыпаны песком, и широко зевнул, захлопывая учебники и собирая все в кучу. Чонгук усмехнулся, отвлекаясь от текста. — Ну, а как ты хотел с таким количеством прогулов? - кошка на его коленях перевернулась на бок, пушистыми лапами касаясь рук человека. Вороний черный цвет шерсти, переходящий в темную синеву и в два зелёных блюдца глаза. — Ты молодец. Юнги вздохнул как-то грустно и сел на диван, погружаясь в раздумье. Комната освещалась только изумрудными фонарями, свисающими вдоль стен. Жуткое сияние. Фрески на полотнах со змеями и черепами, что пугали жутко старшего первую неделю обучения. Теперь, шесть лет спустя, ему намного легче, хоть и бросает в дрожь порой. — Ты уже закончил? - младший озадаченно поднял голову, отвлекаясь от заданного параграфа и отклоняя книгу вбок. — Почти, - прокашлялся старший. — Я пойду прогуляюсь. На лице Чонгука промелькнуло волнение. — Но у тебя завтра занятие с самого утра. — Я ненадолго, - Юнги ухмыльнулся, потрепав густые пряди волос младшего, словно тому было пять лет, и подмигнул, скрываясь в коридорах. Брат Юнги прислал письмо ранним утром, сообщая о своей жизни и о состоянии матери, (она стала появляться на улице чаще, чем раньше, когда Мин жил дома, но она продолжала проводить дни в постели; спать и плакать), отец был заключен в тюрьму (он обратился с просьбой о досрочном освобождении, но ему было отказано). Его брат был в отпуске за границей, а его жена ожидала первенца. Юнги готовился стать дядей. Он поднимался к высокой башне, в которой обычно сидели совы, по крутым каменным ступенькам, что были обсыпаны снегом; его ответное письмо несколько раз сложилось в заднем кармане. Более десяти лет в волшебном мире все еще бушевала война. Его брат был женат на магглорожденной, за что раньше можно было бы ждать серьезного наказания. Но сейчас они ждут только ребенка. Это удивительно. Большинство сов спали и были похожи на маленькие кучки пушистого снега, остальные же широко раскрытыми глаза осматривали его, наклоняя головы и прижимая крылья ближе к телу. По башне распространялось шуршание перьев и негромкие крики птиц. Глаза Глосса были прикрыты, поэтому Юнги пришлось погладить ее по голове, аккуратно касаясь ладонью, чтобы обратить на себя внимание. — Давай, - он устало выдохнул. — Не смотри на меня так. Мин сделал крошечный шаг назад и раскрыл кулак, показывая и протягивая птице угощение, которое он спрятал для нее. Глосс выпрямила шею и расправила крылья, выхватила приготовленное лакомство и пролетела на середину комнаты, садясь спешно на одну из железных жердей, чтобы Юнги смог привязать письмо к ее лапке. — Спасибо, - он улыбнулся и еще раз погладил сову, практически не касаясь перьев, прежде чем она смогла взлететь и скрыться в ночном небе. Юнги развернулся на носках, собравшись уходить, но остановился, повернув голову, когда услышал приглушенный шум возни, доносящийся с дальней комнаты башни. Сначала можно было подумать, что у некоторых сов была драка - это был не первый раз, но, притаившись, звучало так, будто кто-то плачет. "Это не моё дело" - проскользнуло в голове, но в груди что-то волнительно царапалось, не давая уйти (в замке было, наверное, три человека, которые ненавидели его, но вероятность того, что это именно они, была очень мала). Он закрыл глаза в попытке набраться смелости, и шагнул за порог соседней комнаты, стараясь осмотреться и найти причину шума. У заснеженного окна, по-хозяйски закинув ногу на подоконник, не боясь снега, сидел парень; его руки были опасно красными, он был без верхней одежды, рукава охристого пуловера были подняты до локтей, на ногах летние кеды, шнурки которых не завязаны, лишь заправлены в сам ботинок, в руках письмо, скомканное в середине пальцами, глаза были прикрыты, а на щеках остались тонкие дорожки от слез. Юнги приоткрыл рот, чтобы сказать что-то, но вновь онемел, когда парень на окне снова громко всхлипнул. — Привет, - Мин поморщился от неудобства, когда мальчишка, словно подпрыгнул, и выпрямился, встав на ноги, как будто его застукали за какой-то пакостью. — Ты в порядке? - слизеринец покраснел от своей глупости. — Извини, конечно же нет, но может я могу помочь чем-нибудь? Тыльной стороной ладони вытирая влажные, замерзшие щеки, незнакомец легко улыбнулся. — Я в порядке. Юнги проник холодными руками в карманы брюк, сгибаясь в плечах и хмурясь, создавая практически незаметную морщинку на лбу. — Хочешь поговорить может? Парень напротив покачал головой, ухмыльнувшись. — Без обид. — Завалил экзамены или может кто-то обидел? Мальчишка фыркнул, скрестив руки на груди. — Нет, это не связано со школой, не нужно ни кого выслеживать или угрожать. Юнги растерялся, скрываясь в усмешке. — Это что-то новенькое. Осмотрев Мина, парень удивленно спросил: — Значит, ты не угрожал тем, кто пускал слухи, убить их и всю их семью? — Нет! Что за хрень? - он был возмущен. — Слухи все глупее и глупее! Как вообще можно поверить в это? - он подозревал, конечно, что за косыми взглядами и нападками окружающих могло скрываться все, что угодно, но не такая откровенная ложь. — Ну, я рад это слышать, - усмехнулся парень. — Лично я не думаю так, как сказал до этого. Юнги прокашлялся, наклоняя голову в бок. — Кто ты? - спросил он. — Видимо ты знаешь меня, но я понятия не имею, откуда ты. Ты не с Слизерина, верно? Незнакомец покачал головой. — Точно не Слизерин. Чон Хосок, пятый год в Пуффендуй. Брови старшего оживленного приподнялись, выгнувшись дугой. — О! Ты знаешь Намджуна? Хосок широко раскрыл глаза. — Ты тоже? — Ага, - Юнги пожал плечами, лениво ладонью потирая шею. — Я слышал твое имя, он упоминал тебя в наших разговорах. Бывает у нас с ним совместные уроки. — Оу, - младший несколько раз сложил письмо слега дрожащими после слез руками, вновь погружаясь в мысли, будто никакого разговора и не было вовсе до этого. — На самом деле, это действительно не связано с Хогвартсом, - тяжело начал он. — Моя бабушка серьезно больна. Юнги не ожидал таких подробностей, не знал, чего пугаться и удивляться больше. — Мне очень жаль это слышать, - старший сделал несколько шагов вперед, чтобы лучше разглядеть лицо парня в темноте. Тот лишь пожал плечами растерянно. — Она уже долгое время болеет, и видимо, ее болезнь прогрессирует. Мне писали родители, они не думают... - голос Хосока переходил в рвущийся шепот, а дрожащие руки сжимали письмо, сминая бумагу. — Они не думают, что она продержится дольше. Кошачьи глаза Хосока застилала пелена слез, он вновь расплакался, громко и тяжко всхлипывая; его голова уткнулась в шею стоящего напротив Юнги, тело дергалось от каждого прилива слез. Старший положил ладонь на чужую спину в панике от незнания того, что нужно делать, и провел несколько раз вдоль, пытаясь успокоить. Ему никогда прежде не приходилось иметь дело с таким. Даже с Чонгуком. — Черт, прости меня, - Хосок оторвался от чужой шеи, в спешке пытаясь привести свое заплаканное лицо в порядок. — Ну, теперь у меня есть интересная история. Я поплакал на плече Мин Юнги. Старший рассмеялся, вновь пряча ладони в карман своих брюк. — Это нормально. Тебе лучше? Чон неловко нахмурился. — Со мной все будет хорошо. Спасибо тебе. Не думал, что расплачусь сегодня вечером, тем более при встрече с тобой. — Да, - Юнги легко усмехнулся и, наклонив голову вниз, сделал несколько шагов назад. — Я собираюсь вернуться в замок. Если ты не против, могу проводить тебя до твоей гостиной? Хосок улыбнулся, чувствуя, как щеки наливаются краской. — Почему бы нет? Хлопья снега растворялись в ночном небе, с высоты были видны огни света в коридорах школы, когда они спускались, где-то на фоне все еще были слышны негромкие крики птиц. Повисла такая нужная тишина, Хосок размышлял о своем нервном состоянии и о бабушке, а Юнги, чтобы не подскользнуться на крутой лестнице. Юнги нравилось бродить по залам огромного замка, и он думал, что видел все помещения, но когда младший остановился и сказал: — Мы пришли, - посчитал себя дураком. — Ваша комната здесь? - он искренне удивился, рассматривая искрящиеся пламенем факелы на стенах и новые для его глаза картины. Хосок усмехнулся. — Ты на шестом курсе и не знаешь, где комнаты факультетов? - он скрестил руки на груди. Брови старшего были нахмуренны. — Видимо я действительно никого не знаю из Пуффендуя. Кроме Сокджин-хёна, но мы не достаточно близки, чтобы я мог знать это или спросить. Младший не переставал удивляться сегодня. — Ты тоже знаешь Сокджина? Вау, - выдохнул он. — Ты действительно полон сюрпризов. — Это потому, что ты также узнал сегодня, что я не проклинаю каждого, кто косо на меня смотрит? — Да! - Хосок смеялся, прикрывая ладонью губы и покачиваясь из стороны в сторону. Это было очень забавно, старший не мог не разулыбаться в ответ. — Ну, если честно. Я знаю тебя полчаса, и все слухи, которые я знал до этого - развеяны. Заметь, я знал немного. Я не хотел тебя обидеть, надеюсь, ты правильно меня понял. Для Юнги странно слышать это, что-то в новинку. — Я привык. — Прости, если что, - младший неловко поджал губы, закусив нижнюю, и прикоснулся ладонью к чужому плечу. Юнги лишь кивнул. — В любом случае, - опуская руку. — Я пойду. Спасибо за компанию. Старший пожал плечами. — Не проблема, - улыбнулся в последний раз, прежде чем развернуться и, не снимая улыбки с лица, направиться вглубь замка. Дойдя до поворота, он оглянулся, но Хосок исчез в дверях гостиной Пуфендуя.

***

После случившегося Юнги казалось, что парня с ореховым цветом глаз и лучистой улыбкой, он видел повсюду. Когда брал в библиотеке горы учебников, направлялся в большой зал, чтобы перекусить, и когда был в Хогсмиде с кучей сладостей в руках, которые Чонгук умолял его купить. Было невероятно видеть, как кто-то приветствовал его улыбкой, а не косым взглядом и общим отвращением. Хосок очень хороший. Мин наблюдал за ним через толпы учеников главном холле замка и очень старался не улыбаться в ответ заразительному смеху, что эхом рикошетил по помещению, когда младший сидел со своими друзьями. — Хён? Юнги кутался в слизеринском шарфе, концы которого доставали до бедер, а Чонгук, одетый с ног до головы в форму для квиддича под изумрудный цвет своего факультета с метлой в руках, что казалось была выше и больше его, шли по коридору. — Кто это? - младший заинтересовано поджал губы, когда крепко сжал основание метлы и указал куда-то вглубь коридора. Старший поднял глаза в указанном направлении, замечая среди толпы учеников с разных факультетов, Хосока со своими друзьями. Чон поймал взгляд Юнги и тут же тепло улыбнулся, несколько раз помахав ладонью. Мин сам того не заметил, как на собственных губах уже зияла смущенная улыбка; он застенчиво потер шею и повернулся обратно к ничего не понимающему Чонгуку. — Ты знаешь кого-то с Пуффендуя? - младший нахмурился. Ему не особо хотелось делиться подробностями. — Я знаю Сокджин-хёна. Чонгук закатил глаза, и сняв толстую кожаную перчатку с руки, дернул конец чужого шарфа, вызывая у старшего усмешку. — Я не знал, что ты знаком еще с кем-то с этого факультета. Они были все ближе и ближе, и смех Хосока становился громче. — Я говорил с ним всего один раз. — Он продолжает улыбаться тебе, - Чонгук посмотрел с подозрением на Юнги. — А ты продолжаешь улыбаться в ответ... — Разве мне нельзя просто улыбнуться в ответ? - старший непринужденно пожал плечами, стараясь не выдавать себя, хоть и получалось очень плохо. — Хён, - выдохнул младший. — Я просто волнуюсь за тебя и хочу знать, что это такой за парень, который заставляет тебя улыбаться. Должно быть, он какой-то особенный. На перевес с тяжелой метлой, Чонгук рванул вперед, громко смеясь. — Чон Чонгук, я не... - воскликнул старший. Юнги хотел убить его. Младший неловко обходил снующих студентов в коридорах, то и дело задевая кого-либо метлой, и шагал настолько быстро, что не заметил как оказался прямо перед тем самым улыбающимся парнем, лицом к лицу. На лице Мина проглядывался еле различимый румянец, когда запыхавшись, он нагнал хохочущего Чонгука. — О, привет, Хосок, - Юнги неловко прокашлялся и почувствовал как уши буквально горят, выпуская пар. — Ты тоже здесь... Улыбка не слезала с губ Хосока. — Юнги-хён, - он слегка приподнял бровь, выгибая в дугу. — Я же могу называть тебя "хён", верно? Юнги лишь кивнул. — К чему такая спешка? Мин обернулся через свое плечо, застав момент, когда Чонгук (он использовал старшего, как живую защиту, прячась за его спиной) был похож на маленького кролика, который попал в ловушку. — Этот паршивец... Хосок ярко улыбнулся, слегка поддаваясь вперед и замечая силуэт за чужой спиной. — Привет! Я Чон Хосок, - даже не отводя взгляд, он указал большим пальцем на двое стоящим ребят сзади. — А это Пак Чимин и Ким Тэхён, мои друзья. Юнги ожидал испуга и дрожи, панической атаки, истерики, чего угодно, ведь для Чонгука был огромный стресс знакомиться с кем-то, тем более разговаривать с кем-то чужим. Ему в буквальном смысле становится больно от стеснения. Но младший лишь тихо прошептал, прокашлявшись. — Чон Чонгук... Хосок лучисто улыбнулся, в то время как его друзья шагнули чуть ближе, чтобы поприветствоваться. Чимин обладал огненно-рыжей копной волос, спутанной ветром, на шее свободно болтался огромный вязанный шарф Пуффендуя, который выглядывал из-под черного драпового пальто; сам он лишь улыбался уголком губ и глазами бегал по коридору. Тэхён был намного выше, длинные ноги и аккуратные тонкие пальцы, забавная шапка, с висящими завязками до плеч, на нем был только синий джемпер и шарф Когтеврана. — Хочешь попасть в команду? - Хосок поджал губы заинтересованно, заприметив вычурно большую по сравнению с Чонгуком метлу. Младший бросил короткий взгляд на Юнги, словно проверяя все ли в порядке, и спокойно кивнул. — Да. — О, - мягкий тэхёновский бас раздался эхом. — Мы тоже с Чимином в команде по Квиддичу, - он улыбнулся Чонгуку. — Я загонщик, а он ловец. Глаза у младшего будто заблестели и ему стало немного легче со своим смущением. — Это так круто, - он восхищенно проговорил, досадно цепляясь за собственную шею. — Но мало вероятно, что меня тоже могут взять... — Если ты хороший игрок, то конечно тебя возьмут, - Чимин подключился к беседе, его голос был выше и казался немного детским, с долей приторной сладости. — Они не упустят игрока, который позволил бы им выиграть. — А если у тебя все хорошо, но тебя все равно не возьмут, - Тэхён подмигнул с усмешкой. — Я дам им рекомендации. Чонгук кивнул, неловко улыбаясь. — Сейчас как раз есть возможность, идем! Юнги мог лишь наблюдать с волнением смешанным с радостью, когда новые знакомые скрылись вместе с Чонгуком в глуби коридора. — Он в хороших руках, не волнуйся, - Хосок чувствовал чужой страх, рассматривая, как постепенно напрягаются мышцы на лице старшего. Мин смотрел им вслед и ловил последние знакомые очертания в толпе, улыбаясь Хосоку. — Надеюсь, они подружатся... Серое небо было нашпиковано кудрявыми облаками, теряющая свою свежесть мокрая трава, пачкалась и скользила под ногами на огромном поле для Квиддича. На площадке было много народа, в основном лишь новички, решившие попробовать себя в чем-то новом. Чонгук застыл у входа, боясь и сделать шаг; на передних сиденьях трибун сидели воодушевленные Хосок, Чимин и Тэхён, оживленно болтая и то и дело высматривая Чона. Юнги был рядом, положив горячую ладонь на мокрую от моросящего дождя изумрудную мантию. — Помни, что я сказал тебе, - он старался не пугать младшего. — Не думай ни о ком другом, думай о том, какая долгожданная победа тебя ждет. Чонгук тихо рассмеялся, наклонив голову, и разворачиваясь, падая к старшему в короткие объятия. — Спасибо, хён, это очень много значит для меня. — Можешь положиться на меня. — Могу. Он вздохнул прежде чем сделать решающий шаг на поле. ☄ — Почему зелья такое дерьмо? Юнги помешивал жутко бурлящую кислотно-зеленую непонятную жижу, иногда поглядывая в книгу за рецептом, тут же начиная вздыхать и закатывать глаза. В классе зельеварения уже кончились последние уроки, и теперь осталось лишь изучить упущенный материал. — Ну, если бы ты был внимательным на уроках, таких бы проблем не возникло. Намджун листал параграф по защите от темных сил, наблюдая за своим нерадивым товарищем и находясь на парте напротив. Юнги громко цокнул: — Говоришь, как Чонгук. Я просто не в состоянии понять ничего из этого. Тяжелая дубовая дверь шатнулась, издавая негромкий короткий скрип, заставляя двоих обернуться. — Понять что? - в проеме двери показался оживленный Хосок. Юнги не хотел это показывать и даже признавать, что соскучился по Хосоку за эти несколько недель. Он уезжал домой в выходные после тренировок его друзей и Чонгука, и так и не возвращался до этого дня на учебу. Намджун рассказал ему во время сессии, что бабушка Хосока скончалась (также он продолжал допрашивать его, насколько тот хорошо знаком с Хосоком и как давно они общаются). И вот Чон вернулся в какой-то момент буквально недавно, но не хватало теперь лучистой улыбки и яркого смеха. — Ты вернулся... Юнги пробормотал с какой-то детской невинностью, но опустил взгляд, вспоминая причину, почему он до сих пор здесь. — А у меня тут зелья... — Да, я вернулся, - Хосок казался абсолютно нормальным и даже в прекрасном настроении; он закинул портфель на парту по близости, не прекращая улыбаться. — Зелья отстой! — Я пожалуй не соглашусь! - Намджун воскликнул. Старший не переставал глазеть на Хосока с тех пор, как тот появился в кабинете; Чон сел на свободное место рядом с Юнги и продолжал улыбаться уголками губ, следя за чужим общением. — Ты любишь каждый предмет в школе. Ты большой ботаник, Намджун, - Хосок рассмеялся, переводя взгляд на ловящего каждое движение Чона Юнги. Юнги прокашлялся, моргая и кивая в знак согласия. — Тебе что-нибудь нужно еще сделать, хён? Намджун не спеша собирал пергамент и пожелтевшие от времени старые учебники в черную тканевую сумку, и лишь помотал головой, прежде чем попрощаться с ребятами и выйти из кабинета. — Я думаю мы его испугали, - Юнги смотрел на медленно закрывающуюся тяжелую дверь, неловко поджимая губы, чувствуя себя немного виноватым. Хосок подпер щеку кулаком, разворачиваясь к старшему. — Неудобно вышло. Что-то осталось, что он не успел объяснить тебе? - Чон взволнованно поднял брови. Юнги покачал головой. — В основном он рассказывал мне о Богом забытых учебниках и велел мне поискать информацию там. Хосок рассмеялся: — Это похоже на него. Ты не хочешь сходить пообедать со мной? Старший чувствовал необъяснимое смущение, жар, разливающийся патокой где-то в легких; но лишь окинув взглядом свои учебные материалы, несколько раз кивнул, начиная собираться. — Конечно, почему нет!? ☄ Не спеша переваливаясь, они вышагивали вдоль коридоров в крыле Пуффендуя, выходя к залам школьной кухни. — Когда ты сказал "пообедать", я думал, ты отведешь меня в Большой зал. Распахивая одну из деревянных дверей кухонь, Хосок обернулся с улыбкой к старшему: — Ты хотел бы есть там? — Нет! - Юнги обеспокоенно покачал головой. Хосок кивнул. — Благодаря Сокджин-хёну у меня есть ВИП-доступ и я использую его при каждом удобном случае. Во втором помещение было слышно шипение кастрюль и недовольное бормотание. Это были домашние эльфы. Он не мог поверить, что домашние эльфы сейчас наколдуют им стол. Юнги прошел за младшим в еще одну комнату и кинул рюкзак у порога, озадаченный только что увиденным. — Домашние эльфы готовят еду там, - Хосок улыбнулся. — Воспринимай их как личных поваров. Чон расстегнул манжеты белой рубашки и обнажил тонкие медные запястья, что без конца хлопали дверцами шкафов в поисках еды. — Как насчет блинчиков? Юнги давно не чувствовал себя так по-домашнему уютно и так тепло внутри, когда ничего не беспокоит, идя своим чередом. Хосок потянул его за длинный темный рукав, пытаясь включить в приготовление обеда.

***

Чонгук попал в команду по Квиддичу. Предложение, о котором раньше можно было только мечтать. Эмоции и ожидание от самого заветного желания, что он мог только загадать. Они с Юнги сидели в живописном дворе, коротая время между уроками, когда патронус ястреба пробирался сквозь листву деревьев, петляя меж арок старинного здания. Он разбился о землю прямо перед ними, растекаясь словно сизый дым, и Чонгук в замешательстве посмотрел на Юнги. — Чон Чонгук, - незнакомый голос прервал их задумчивость. Юнги узнал его, это был голос Чон Сонджуна, студента пятого курса школы магии и волшебства. — Поздравляю! Ты попал в команду. Практика начнется через две недели, в субботу, ровно в десять часов утра. Не опаздывай! — Я что..? Сонджун ушел так внезапно, как и появился. Секундное молчание и полное недоумевание. В груди взрывается фейерверк, переполняющий края реальности. — Поздравляю, малыш! - Юнги расплылся в гордой улыбке, потянувшись, чтобы взъерошить волосы младшего и вывести того из собственного транса от услышанного. — Да! - Чонгук радостно вскочил и закричал, прыгая на месте, и размахивая руками по сторонам. — Я действительно сделал это! Я правда сделал это! Юнги заливисто рассмеялся, наблюдая за бурной реакцией. — Серьезно, ты большой молодец, - добавил аккуратно старший, когда Чонгук хоть немного успокоился и обратно сел, хоть и его глаза все еще светились от счастья. — Я горжусь тобой! — Спасибо, хён, - его улыбка превратилась с нараставший испуг, когда он прикусил нижнюю губу. — Но, что, если я не вольюсь в коллектив? Что, если они будут недолюбливать меня? — У тебя есть хорошие способности, ты будешь хорошим игроком. Ты им понравишься, - он слегка улыбнулся. — Кроме того, Сонджун сам прислал тебе патронуса, он хорош и позаботится о вас, если вдруг возникнут проблемы в команде, я в этом уверен. Чонгук глубоко вздохнул и улыбнулся от восторга, поднявшись на ноги. — Это так захватывающе! — Давай пообедаем, чтобы отпраздновать это? ☄ Юнги не успел заметить, когда он так привык к компании Хосока. Возможно, это началось, когда они были вместе в поездке в Хогсмид , тащил его из магазин в магазин и отказывался обращать внимание на косые взгляды зевак, которые с презрением или удивлением наблюдали за ними. Это могло произойти, когда Юнги в пятый раз проваливал работу по зельеваренью вместе с Намджуном в библиотеке, вспоминая что-то смешное, что произошло между ними на днях. Или может именно тогда, когда Хосок присоединился к ночным прогулкам по замку к старшему. До того, как Юнги не встретил Хосока, он мог пересчитать всех своих друзей по пальцам одной руки, кажется. Чонгук, и, ну, в общем-то все. Может быть Намджун и Сокджин, может быть Соен из параллели, но это скорее знакомая. Но теперь Юнги не приходится избегать общества, теперь там были Хосок, Тэхён и Чимин, не говоря уже о бесчисленных количествах студентов, с которыми здоровался Чон, проходя вместе в коридоре. (— Тот парень, с которым ты меня познакомил на той неделе, Джухон, - Юнги сел на траву во дворе школы, глядя на Хосока) — А что с ним? - Чон, выставив ногу вперед, обтянутую в расшитые черные брюки, завязывал шнурки на поношенных кедах, с интересном слушая старшего. — Он улыбнулся мне сегодня! Представляешь? Улыбнулся! - зрачки Юнги расширились, он был поражен. — Как такое возможно? Хосок усмехнулся. — Не нравятся улыбки? Юнги покачал головой. — Тогда я делаю свою работу правильно, - пожал плечами тот в ответ. Старший нахмурился. — Какую еще работу? — Мне бы хотелось изменить мнение студентов о тебе, поэтому, я собираюсь это исправить как можно скорее. Кончики ушей Юнги вмиг окрасились в пунцовый, в попытках что-то сказать он замер, открыв рот, словно рыба. Хосок толкнул его в бок и рассмеялся. — Что? - заинтересованный взгляд вгонял старшего в краску все больше и больше. Юнги уткнулся в книгу по предмету трансфигурации и улыбался себе под нос от услышанной новости. Он не мог поверить в слова. Его щеки горели и ему казалось, что своим жаром он вот-вот подпалит бумажные страницы книги. Казалось, что осень пролетела мгновенно. Приближался конец октября, главный зал был украшен декором к Хэллоуину. Юнги впервые столкнулся с боязнью Хосока всех этих вещей, похожих на привидений. Забавная глупость, казалось бы, но ему пришлось свыкнуться, что младший крепко впивается пальцами в предплечье и прижимается ближе, когда встречает нечто подобное. В ноябре вместе с первым снегом появилось множество вязанных вещей — бабушка учила Хосока вязать, когда тот был совсем маленьким мальчиком, поэтому он поставил себе цель на зиму этого года, чтобы его друзья были в тепле и уюте. Итак, Тэхён получил пару вязанных персиковых перчаток, Чимин шапку нежно-голубого цвета, а Чонгук с Юнги пару пушистых шарфов. Это был декабрь. Юнги был одним из немногих, кто остался в школе на рождественские каникулы, он приезжал лишь единожды, на первом курсе, и с тех пор так и не решился приехать вновь. Хогвартс был идеальным изображением зимы. Это было любимое время года. Мин достал маггловскую камеру, подаренную братом и его женой несколько лет назад и сфотографировал сквозь слегка запачканное стеклянное окно деревья, укрытые снегом, замерзшее озеро и пустынные коридоры. На пленке было множество ярких воспоминаний, игра Чонгука в Квиддич на оживленном поле, как Чимин и Тэхён учили Юнги и Чонгука делать снежных ангелов, и старший лишь брезгливо морщился, представляя, как неприятно промокнет. Его любимым снимком был тот, который сделан в первый день новогодних каникул, когда Хосок направлялся к астрономической башне. Хосок шел впереди, поэтому Юнги скорее поднялся по лестнице, наведя объектив на тонкую фигуру. Свет был тусклым, начинало смеркать, но Юнги все равно удалось сделать снимок, а после присоединиться к младшему. Рождество началось с громкого мяуканья Бима в пустой комнате общежития слизеринцев, Юнги выгнулся и застонал, устало смотря на медленно ползущую стрелку на циферблате часов. Время близилось к девяти часам, он перевел взгляд, замечая мягкий клубок шерсти, который скрутился возле головы на подушке, лениво щурясь. — Счастливого Рождества! - пропуская пальцы меж пушистой шерсти, Мин погладил сонную кошку, она мурлыкала и прикрывала глаза лапой. Юнги неохотно вылез из теплой кровати и натянул серое худи вместе со свободным голубыми джинсами, прежде чем спуститься в общую комнату, где на кожаном болотно-изумрудном диване уже сидел Чонгук в клетчатой пижаме. Flourish and Blotts Счастливого Рождества, хён! - младший ярко улыбнулся, запретив Мина за спиной, и прокашлявшись, словно по сценарию, взял палочку в руки. — Акцио подарок для Юнги-хёна". Старший положил теплою ладонь на плечо Чонгука и слегка погладил, улыбаясь в ответ. — Спасибо, малыш! Счастливого Рождества! Он сосредоточился на желаемом и взмахнул палочкой, когда большая коробка упакованная атласной лентой попала прямо ему в руки. Все учебные занятие с Намджуном начали окупаться. Юнги уже не мог дождаться, чтобы рассказать ему о своем первом опыте использования заклинания. Чонгук взял свой подарок, подаренный Юнги. Они оба сидели на диване с подарками на коленках, боясь нарушить хороший момент. Чонгук подарил старшему черный блокнот в кожаном переплете, который он нашел в Flourish and Blotts (книжный магазин в Косом переулке). — Вау, - Юнги удивленно выдохнул. — Большое спасибо! Это как раз то, что мне нужно! — Я заметил, что твой старый блокнот немного истощился и я, хах, ох, - младший засмущался, улыбаясь себе под нос. Повисла нить молчания, Чонгук положил руки на неизвестную вещь обмотанную пергаментом, улыбка старшего становилась все шире с каждой секундой, когда его подарок был почти в чужих руках. Когда Чонгук сорвал всю упаковку, но боялся вздохнуть, думая, что находится во сне. Это был новый Nimbus 3000. Его глаза были круглые от удивления. — Тебе нравится? Я хотел подарить то, что тебе сейчас точно обязательно пригодится, то, чем ты будешь пользоваться. И поскольку ты сейчас в команде, я решил, чт... - Юнги не успел договорить, обрываясь на середине предложения, когда младший накинулся на него с громкими криками счастья и объятиями. — Спасибо, хён! - Чонгук громко говорил, продолжая широко улыбаться, осматривая свой подарок. — Мне очень-очень нравится! — Нет, проблем, малыш, - Юнги тихо усмехнулся, радуясь своему выбору и яркой реакции. — Как насчет того, чтобы спуститься вниз и поздравить остальных? Чонгук не хотел расставаться с метлой, поэтому, приказав Бину охранять его новый дорогой сердцу подарок, отправился в Большой Зал. Массивные шторы пропускали лучи тусклого света, вместо шумных разговоров студентов в помещении раздавалось редкое эхо нескольких оставшихся слизеринцев на каникулы. Юнги, наконец, заметил Хосока, сидящего за столом Пуффендуя вместе с Чимином и Тэхёном, оживленно болтая о чем-то и смеясь. — Счастливого Рождества! - Чонгук набросился с объятиями на каждого, увлекаясь беседой о новой подаренной метле, пока старший скорее поспешил к Хосоку, присаживаясь на мягкое кресло возле него. Чон, не поднимая головы, легко улыбнулся. — Как твой настрой в это прекрасное праздничное утро? Юнги фыркнул, улыбаясь уголком губ, и схватил свежий горячий тост со специальной подставки. — Как всегда, уставший, - он сделал жадный укус и продолжил, — и голодный. Хосок рассмеялся, переводя взгляд на красочную оберточную упаковку, вернее то, что от нее осталось после того, как он открыл подарок. — Моя сестра прислала мне кое-какие вещи. Можно было надеется, что мои родители привыкли слать письма совами, но, по-видимому, нет. — Жена моего брата маглорожденная и ей пришлось много времени, чтобы привыкнуть ко всему. Просто дай им время, - старший пожал плечами, поддерживая разговор. Хосок ахнул, подняв брови. — Твой брат женился на маглорожденной? — У нас сейчас такая неразбериха в семье, - грустно усмехнулся Мин. — Так что это меньшее, о чем следует беспокоиться нам сейчас. Младший понимающе кивнул и неловко прокашлялся, решая оставить паузу на этой личной теме, он развернулся и достал некую вещь, обернутую темно-зеленой подарочной упаковкой, подвинув ближе к Юнги. — Это мне? - его брови выгнулись к удивлении. — Тебе, - улыбаясь, кивнул Хосок. — Я оставил твой подарок в своей комнате, - старший грустно пробормотал, прикусив нижнюю губу. Тот лишь пожал плечами. — Отлично! У нас есть весь день, а сейчас открой это! Юнги старался быть максимально аккуратным, словно он проворачивает сложную операцию и от него зависят тысячи жизней; наконец, пальцы соприкоснулись с чем-то невероятно пушистым и мягким. Сердце Хосок замерло в ожидании, ожидая самую разную реакцию, слегка побаиваясь. Старший поднял вещь над собой, разглядывая с улыбкой. — Это джемпер, - он удивленно пробормотал и услышал, как Чонгук фыркнул, наблюдая через стол. — Да, это джемпер. — Вау! Спасибо, Хосок, - Мин аккуратно провел пальцами по черной нежной ткани и сложил у себя на коленях. — Это очень приятно, спасибо тебе! Щеки и уши младшего вмиг вспыхнули краской, он прикрыл свою улыбку ладонью. — Нет, проблем... Остальная часть "волшебного" дня прошла в неясности, Чонгук с Чимином и Тэхёном в обнимку, бежали переодеваться в теплую одежду, чтобы выйти на улицу, кое-кому откровенно не терпелось поскорее попробовать свою новую метлу в действии. Юнги с Хосоком прогуливались по пустым коридорам замка, сегодня это казалось чем-то необычным, их голоса и смех сливалась в созвучное эхо, что рикошетом ударялось об каменные стены здания. — Представь, - младший выглянул в распахнутое окно одно из множества коридоров, холод щипал нос и щеки. Перед ним раскинулся живописный пейзаж, снег покрывал каждый миллиметр земли. — Если бы не застал меня тогда плачущим, чем ты бы занимался сегодня? Юнги кинул взгляд на происходящее на улице, вдыхая морозный воздух и слегка прикрывая глаза. — Спал, наверное? - он усмехнулся. — Ну, а в целом. У меня точно был бы намного спокойный учебный год. — Это хорошо? — Думаю, что да. Я сейчас вполне счастлив, - старший пожал плечами и перевел взгляд на покрасневшие от холода щеки Чона. Повисла секундная тишина, глаза Хосока были устремлены вверх. — Эй, Юнги, смотри! — М? - он поднял голову к арке над окном; там висела в гордом одиночество тоненькая веточка цветущей омелы и если память не изменяет ему, здесь ее никогда не было. — Должно быть, это Нарглы, - тихо пробормотал младший, вновь опуская голову в привычное положение. Юнги смутился, нахмурив брови. — Кто такие Нарглы? - Хосок тихо рассмеялся, качая головой, украдкой взглянув на чужие губы. — Это уже неважно. Младший слегка поддался вперед, прикусив нижнюю губу, внутри был настоящий пожар, что обжигал стенки груди, отдаваясь мурашками по коже (может это было от холода), Юнги перехватил его раньше, мягко захватывая чужие губы в поцелуй, его руки спустились на талию, крепко сжимая. Тела обоих бросило в жар от колоссальных эмоций. Старший не мог оторваться, поэтому, когда Хосок отстранился, он не мог не последовать за ним. Младший игриво рассмеялся и чмокнул чужие губы напоследок, неловко смущаясь. — Счастливого Рождества! Юнги тяжело выдохнул и, сплетая пальцы с Хосоком, слегка улыбнулся, чтобы не взорваться от переполняющих его эмоций. — Счастливого Рождества!