Baby, shot me down

Накахара смотрит в гардероб, высматривая там свою излюбленную бордовую рубашку. –Да черт, где же она?! — Уже не сдерживаясь, он покрыл матом, кажется, все, что движется. Но, вывалив все из шкафов, он обнаружил её на полке, которая была на голову выше его. Стоит ли упоминать, что Чуя так и не обзавелся высоким ростом, хотя так яро убеждал в этом остальных. Конечно, никто в это не верил, но давайте не будем говорить ему об этом)) И еще, кажется, из-за злости- у него задергался глаз. Выругавшись, он взял эту злосчастную рубашку. –Уже 19:45, наверное Рюноске разозлится, если я опоздаю— Наконец остудив свой пыл, на выдохе сказал тот. Рыжий как можно быстрей надел рубашку с пиджаком, попутно натягивая брюки и обуваясь. В голове появилась мысль, что он что-то забыл. Но что? Брюки на месте, рубаха тоже. Решив, что это ложные переживания, он, взяв телефон с наушниками и кошельком, вышел из дома. Накахара взглянул на телефон. — 20:20, мда, пора бы научится не опаздывать, но вообще-то, мне все-ровно по боку — Накахара пожал плечами, садясь в такси. И вот, посередине пути он вспомнил, что забыл. Шляпа. Он забыл Шляпу. Рыжик встрепенулся, начиная рассматривать все вокруг себя. Но шляпы он не нашел. –Блять, походу реально забыл. –Вы что-то сказали? — Таксист лет 40 уставился на Чую. Они стояли на светофоре, так что тот ничего не нарушал. –Да не-не, ничего, можете ехать дальше — Таксист коротко кивнул. Через 10 минут они уже были на месте назначения. Оплатив свою «поездку», он двинулся к дому Рюноске, который находился чуть ли не в глубине леса. — Никогда не понимал, зачем ему жить так далеко от общественности— Сказал тот, спотыкаясь об очередную палку. Наконец, через минут 20, он все-же нашел хижину этого недо-отшельника. — Эй, Рюноске, открывай! — Накахара подергал за ручку двери, но ответа не последовало. — Акутагава, мать твою! — Ответа все еще не было. Хотев уже выбить дверь, он услышал смешок позади своей спины. Обернувшись, Чуя увидел довольно ухмыляющегося Рюноске. –Умереть захотелось?! —Рыжая бошка огрызнулась. –Ой бля, какой злой, бубубу — Смех стал еще звонче. Рыжего это смутило. Он второй человек, который не испугался подобной ахинеи (да, первым был всеми известный Дазай) –Завались. Мы зайдём в дом или будем дальше трепаться? — Парень выдохнул. –А, конечно— Тот встрепенулся — Заходи. Пройдя в дом он понял, что все ни так то и плохо. Стены с некоторой мебелью были выполнены в деревянном стиле, диваны с креслом были сделаны из черной кожи с серебряной обивкой. У угла стоял мольберт, с только-только вырисовывающейся картиной. На полу же был красивый, белый, пушистый ковер. Появилась догадка, что это какое-то животное с возможных охот Акутагавы. –И зачем ты живешь в такой глуши?.. –Тут виды красивые. Да и я все-же, преступник, так что меня разыскивают — Акутагава двинулся к какой-то комнате. –Ты куда? –В винной погреб. Подожди меня немного — Накахара кивнул. Черноволосый повернул ключом в замочной скважине и дверь со скрипом, открылась. Неужели Акутагава такой же фанат вина? Через некоторое время, Рюноске вернулся с ранее неизвестным ему вином, попутно открывая его. — Что за марка? — Поморщив нос от запаха, сказал Чуя. — Penfolds Grange Hermitage, 1951 года. От отца досталось.— Парень пожал плечами, разливая вино по бокалам, пока у второго челюсть отвисла. Оно же дорогущее! (50 000$) –Ого, а не дороговато будет сейчас его открывать? Все-таки как такового повода нет.— Рыжий смущенно почесал затылок. –Разве? –Ты шутишь? –Я не разбираюсь в этом всем, так что взял то, что приглянулось.— На это голубоглазый никак не ответил. Рыжим была замечена какая-то то ли ваза, то ли статуэтка — не понятно, вот он и решил проверить, что да как. Хозяин дома же поставил бутылку на стол, а сам думал, как бы все красивее разложить. –Эй, Рюноске, а эт че? —Накахара показал пальцем на полку. Последний посмотрел на рыжего, явно не понимая, что он имеет ввиду. –ну вот! —Тот яростнее затыкал пальцем. –да где? —Акутагава лишь хлопал глазами. Психанув, он потянулся за этой хреновиной, но, как назло, коробка была не замечена, и была готова свалиться на неуклюжего парня. –Стой, отойди! — Рюноске выглядел слегка растерянным. –Чег?..— Его перебили, подхватывая под руку и отодвигая от полок, с которых через считанные секунды полетели коробки. Сами же они свалились на пол. Со стороны выглядело, конечно, канонично. Два парня. Один на другом, так еще и со смущенными мордами. Идеальная ситуация для какой-нибудь яой-манги. Оба переглядывались, пытаясь не встретиться взглядами. Конечно, будь они оба гетеросексуальны, а проще говоря, натуралами, им было бы до лампочки до этой ситуации. Но к сожалению или счастью, не один из них не имел симпатию к противоположному полу. Естественно, в конце концов их взгляды встретились. Трение в штанах явно давало о себе знать, давя на обоих. Сердцебиение Рюноске участилось. Может, стоит попробовать? Не будет ли потом трудностей в общении с Чуей? Да и будет ли это общение вообще? Ответа ждать не пришлось. Пухлые, слегка покусанные губы Рыжего уже накрывали не менее поебанные жизнью, губы бывшего мафиози. Сложно назвать этот поцелуй чувственным или вроде того, скорее — оба боролись за право доминировать. Чуя был повален на пол. Рюноске одной рукой прижимал руки того над головой, а второй же разгуливал по телу Накахары, окончательно забирая возможность на такую гуманную позицию у парня. На лице последнего ярко отразилось недовольство, но вскоре оно сменилось удивлением. –Ты чего делаешь? — Впервые вымолвил что-то Накахара за эти минуты молчания. И какой ценой! Сказал то он это только тогда, когда они оба оказались на стуле. Да и ответа от Рюноске он так и не получил. Пальцы рук брюнета медленно прошлись на зад гостя, вводя того в недоумение, ловко снимая ремень, а после и брюки. Для глаз художника вид Чуи был до невозможного эстетичен. — Растянутая рубашка была ему по бедра, а черные гольфы лишь дополняли образ и так распаленного парня. –Так, сядь на секунду— Хозяин дома посадил того на стул вместо себя, а сам двинулся в мольберту. В этот раз до Рыжего дошло, чего хотел Акутагава. На белом листе начал вырисовываться бывший мафиози, конечно же в более непристойной позе. Рюноске не видел каких либо преград для своих желаний и фантазий. Он обязательно повесит эту картину где-нибудь посередине стены. Через двадцать минут эскиз был готов, он дорисует его тогда, когда это напряжение в штанах наконец спадет, а сейчас он не мог не ухватить этот лакомый кусочек. Небрежно, что было непривычно для художника, он кинул кисти в ящик, подходя к предмету воздыхания и сажая того на себя, возвращаясь в предыдущую позу, котороя устраивала обоих. Пальцы Доминанта оказались у рта пассива, слегка надавливая. Поняв, что нужно делать, тот облизнул их, вскоре посасывая, будто смакуя. Вдоволь насладившись таким зрелищем и конечно, до конца смочив пальцы, он проскользнул к анусу партнера, проталкивая для начала, один палец. Стенки по максимуму обволокли палец, доказывая тем самым то, насколько все туго. Сам же Чуя слегка зажмурился от не столь приятных ощущений. Протолкнув еще пару пальцев, он согнул их, вырывая стон из глотки Накахары. Продолжив растягивать манерой ножниц он все сильнее ощущал то, как собственный член стоит колом. Даже на предыдущих девушек не было такой реакции. Наконец закончив с растяжкой он хотел было, приступить, но у Рыжика видимо, были другие планы. Тот сполз на колени, рефлекторно раздвигая их. Зубами же он потянул за собачку вниз, заставляя пуговицу на штанах чуть ли не отлететь в стену. Облизнув член того через боксеры, он почувствовал вкус естественной смазки, отвечая на вопрос «Не один ли Накахара получает от этого кайф?». Не в силах тянуть этот процесс, Чуя стянул боксеры до конца, видя агрегат внушительных размеров. — Это не войдет в меня — Пробормотал рыжий, дотронувшись языком до головки, вскоре посасывая её. Акутагава же лишь усмехнулся догадкам партнера. Не в силах сдерживать себя, тот толкнулся вперед, выбивая из того стон. За счет вибрации в горле, в глазах брюнета чуть ли не искорки заиграли. Взяв того за волосы на затылке, он стал задавать свой темп, который был неМНОГО бешеный. К счастью, Чуя мог подавлять рвотный рефлекс. Но когда дело приблизилось к разрядке, младший отстранился. Старший же изогнул бровь, находясь в недопонимании. Но это были еще цветочки. Через считанные мгновения парень оказался верхом на художнике, пытаясь насадиться глубже. Рюноске садистом не являлся, поэтому постарался помочь тому. В конце концов он протолкнулся в горячую глубину до конца, ощущая, как его всем нутром сжимают, чуть ли не заставляя кончить уже сейчас. Но все самое интересное еще впереди. Медленные толчки с поразительной скоростью переходили в короткие и глубокие, заставляя Рыжего терять голос, одновременно устраивая Фейерверки перед его глазами, в очередной раз долблясь по точке G. Такой Чуя ему нравился кудааа больше. Весь разгоряченный, буквально прыгающий на нем, такой, как бы это сказать,затраханный в прямом смысле этого слова. Завершая последние толчки он изливается глубоко внутрь парня, заставляя того кончить уже в третий раз без особых взаимодействий с его половым органом. Взглянув на того одним глазком он понял, что видимо, такой марафон его сильно вымотал, так как тот уже посапывал у него на плече. Подхватив того под руки, Рюноске отнес его на, на вид, дорогую постель, укрывая одеялом и ложась рядом. Так они и заснули в обнимку, не желая думать не о чем другом, кроме сна.