Неправильный шиноби

Ночь опускалась на лес, заставляя всех жителей соснового бора попрятаться в свои норы и ждать утра. Сквозь корявые пальцы деревьев прорывалось серебристое свечение луны, которое доходило лишь до каменной вершины горы, оставляя остальную часть леса в кромешной тьме. Однако слабый золотой свет, лучившийся из пещеры, все же разгонял плотную черноту. По сырой пещере разносился запах жарившейся на костре рыбы. Четверо странников, зависших вокруг костра, голодными глазами наблюдали за искрящимся огоньком, который коптил их сегодняшний ужин. Лица у ниндзя были уставшие и немного отрешенные. Джуго, как обычно, витал в своих мыслях. Его янтарные глаза ловили каждый язычок костра, отчего они будто бы горели огнем. Кто знает, о чем думает этот огроменный бугай. Суйгецу увлекательно пересказывал одну из историй, где он с братом раскидывал врагов направо и налево, приправляя все шуточками и небольшими (большими) приукрасами своей «великой» силушки. Саске был погружен в мысли. Утренний диалог с самим собой, в итоге, ни к чему не привел. В его угольных глазах тоже отражался огонь. На него пришлось смотреть, потому что иначе его взгляд бы встретился с чьим-то чужим. Карин же пыталась всячески подластиться к Саске, чтоб он, наконец, обратил на нее внимание. – Саске-кун, ты так внимательно слушаешь Суйгецу или обдумываешь, как сбежать от него? – Карин заигрывающе улыбнулась, имея ввиду убежать от Суйгецу вместе с ней вдвоем. – Ни от кого я не хочу сбегать, – подал Саске голос и сам удивился такому повороту. Обычно он бы промолчал. Как назло, взгляд встретился с фиолетовыми искорками рассказчика. Лицо залил настолько сильный жар, что Учиха резко отвернулся, всматриваясь в каменный склизкий пол. – Саске-кун? Ты не заболел? Весь красный… может быть у тебя температура? Давай проверю, – Карин активно потянулась губами ко лбу Саске. Тут даже Суйгецу замолчал, а Джуго перевел взгляд на странную парочку. После чего все трое вздрогнули, когда Саске резко подскочил, как ошпаренный. – Мне нужно подышать свежим воздухом. Карин, было, ринулась за удаляющимся черным плащом, но перед ней выступила бледная рука. – Дай парню отлить в тишине и спокойствии, – размеренно сказал Хозуки. Карин была настолько расстроена, что даже почти не треснула водяного.