Добро пожаловать в "Кошмар"

Настало утро дня "икс". Сегодня я смогу получить ответы на свои вопросы, поэтому я должен быть счастлив, но именно сегодняшняя ночь окончательно и бесповоротно выбила меня из колеи. В этот раз мне не просто снился кошмар, это был сон наполненный ужасом и страстью. Этой ночью я получал наслаждение от того, как убийца Тодороки играл с моим телом. Спятивший придурок - я неимоверно желал его прикосновений, его дыхания на своей шее, его шепота. В эту ночь он будто бы исполнял все мои прихоти, которые только могли возникнуть в моей больной голове. Как итог с утра мне пришлось идти в душ, так как проснулся я весь в своих биологических жидкостях: это был и пот, и слюна, и сперма. Холодный душ помог смыть с себя остатки ночного жара, после чего кофе с сигаретой окончательно помогли мне вернуть более-менее здравый рассудок. Однако по-прежнему во мне бушевало омерзительное чувство стыда за произошедшее в злосчастном сне. За последние несколько недель я едва что ел, предпочитая пище алкоголь, никотин и таблетки. По итогу я значительно потерял в весе и смотря на свое отражение печально усмехнулся. Джинсы висели на мне как на швабре, а в рубашку можно было запихнуть еще половину меня, в целом она сидела на мне как мешок. Помимо проблем с одеждой в целом мой вид был весьма плох. Глаза некогда поблескивающие от интереса, своим цветом напоминавшие листву в тени, стали тусклыми и невыразительными. Теперь же они больше напоминали болотную трясину. Под этими потухшими глазами залегли тени, кожа была бледной и отчетливо была видна двухнедельная щетина. Пришлось бриться. После бритья лицо посвежело и будто бы заиграло новым румянцем. Одежду также пришлось заменить: на смену рубашке и джинсам пришли брюки и водолазка. После того как я уложил непослушные зеленые кудри мой вид в целом стал опрятным и менее отталкивающим. В завершение же образа я нанес несколько мазков одеколоном по шее, после чего покинул квартиру. Сегодня на посту дежурил совсем другой охранник. Широкоплечий, коротко стриженный и с непроницаемым выражением лица. Он не любезничал, не лопотал. Строго продекламировав мне уже знакомые инструкции про "ничего ни давать, ни провоцировать" он без лишних вопросов и вздохов проводил меня в допросную. Этот надзиратель нравился мне значительно больше, ведь у меня не было никакого желания в очередной раз играть в дружелюбие. Допросная встретила меня привычной прохладой и скрежетом металлических цепей друг о друга. За столом сидел гость всех моих сновидений и грез последних недель. Как ни странно выглядел он несколько иначе. Хоть на его лице и блистала обворожительная улыбка, но лицо выглядело более бледным. Одет он, к слову, был также в брюки и водолазку. На стыке горловины водолазки и шеи виднелся бледно синеватый след, помимо этого за эти несколько недель его волосы еще отрасли и теперь были собраны в короткий хвостик сзади. - Добрый день, господин журналист, — его голос был сипловато хриплым, будто и вовсе не принадлежал ему. Возможно у меня складывалось такое впечатление лишь потому, что в моих снах он всегда шептал, а за эти две недели я и вовсе забыл каким он, был раньше. - Выглядите слегка потрёпанным... что-то случилось? Я пропустил приветствие: - Странно это слышать от Вас. Тодороки хрипло засмеялся. - Ито верно, господин журналист,- мужчина хлопнул в ладоши, — Что ж, на чем мы остановились? - Вы должны были рассказать о любви, которую нашли. - Хорошо, тогда слушайте...

***

Как известно любовь матери и ее ребенка по сути своей является безусловной. То бишь мать испытывает к своему чаду глубокую привязанность, которая ни от чего не зависит. Эта привязанность не требует соответствия ребенка какому-то шаблону, в ней не существует ожиданий или требования быть образцовым. Безусловная любовь не фокусирует внимание матери на недостатках или достоинствах своего ребенка. Такая любовь безгрешна и чиста. Однако, вовсе не каждая мать испытывает подобную привязанность к своему дитя. В мире котором процветают браки по расчету дети становятся не более чем инструментом, очередным звеном для слияния двух компаний и двух семей. В таких случаях, мать не испытывает любви к своему ребенку. Так было у Шото Тодороки и так было у семей, которые в итоге стали его жертвами. Кроме последней. Тодороки Шото не думал становиться убийцей, он не был психом или маньяком. То, что он сделал должно было быть уроком и предупреждением для этих богатеньких "родителей". Эти женщины, купающиеся в роскоши и богатстве, которые сразу после рождения своего ребенка сбагривают того нянькам и учителям, ждут высоких результатов в обучении, а потом как товар продают в такие же браки по расчету. Тем самым порождая порочный круг несчастья, злобы и обиды. Женщины, которых с трудом можно назвать и женщинами и матерями, инкубаторы. Он хотел чтобы они чувствовали... Чтобы они осознавали ответственность, которую несут подарив жизнь. Помимо этого он хотел чтобы эти дети не ждали любви как он, не старались для ее получения. Он желал чтобы они сразу видели истинное лицо того самого монстра, что они звали мамой. Тодороки Шото ранил их, но эти раны в будущем не могли ухудшить качество их жизни. Первой его жертвой стала хорошо знакомая ему семья Сугияма. Счастливая на камеру семья, где отец президент нефтедобывающей компании, мать председатель благотворительного фонда и их пятилетний сын гений игры на фортепиано. Только Шото видел, как на одном из благотворительных вечеров после одной оплошности своего дитя мать увела его от чужих глаз и дала пощечину. Мальчику, которому едва исполнилось пять! Уже в тот момент Тодороки хотел порвать эту злую и лицемерную бабу на куски, но сдержался. Однако эта сука сумела его удивить, ведь после этого она вышла к гостям и сообщила, что должна их покинуть, так как ей пора укладывать сына спать. В этот самый момент мальчика жалела няня, а тот лишь плакал и повторял "простите, мама". Безусловная любовь, черт возьми?! Нутро мужчины горело от ярости и обиды, будто бы он сам только что это пережил. Именно на том благотворительном вечере Тодороки Шото решил, что станет для таких "женщин" их худшим кошмаром. Попасть в их дом было проще простого, ведь миром правят деньги. Глава корпорации "ТодоГрупп" заплатил одному из охранников целое состояние, чтобы он усыпил других. Естественно тот охранник не знал с кем конкретно имеет дело и чем это обернется. Мужчина преподнес ему легенду о том, что ему нужно выкрасть некоторые документы и сделать это должен он сам, так как другим будет трудно объяснить какие именно бумаги нужны. После того как "купленный" охранник пустил усыпляющий газ и убрал всех своих товарищей, Шото временно выключил из жизни и его. Первым делом он заявился в супружескую спальню. Он знал главу этого семейства, тот был жадным до денег беспринципным ублюдком, которого вообще не интересовало что делается с его сыном, пока тот выглядел образцовым ребенком в глазах других. Тратить на такой мусор свое время Тодороки вообще не хотел, поэтому без лишних слов перерезал ему горло. Он ничего не почувствовал. Вообще ничего. Человек, который ни разу в жизни никому не вредил убил другого, но абсолютно ничего не почувствовал. Складывалось лишь ощущение, что он просто прихлопнул надоедливую мошку. Может быть он и правда псих? Какое выражение лица у него было на тот момент? Не было никого, кто мог бы сообщить ему об этом. Кровь ударила по стенам и брызгами полетела на лицо женщине. Сам же раненный затрясся в постели и тем самым окончательно ее разбудил. - Какого черта, ты трясешься?! - закричала она и распахнула глаза. В один миг в них поселился ужас. То, что видела Ариса Сугияма было худшим кошмаром, который происходил наяву. Ее муж с перерезаным горлом бился в агонии, вокруг была кровь, над ним с ножом стоял мужчина в черной маске, его глаза сквозили холодом. Буквально в несколько секунд он обогнул кровать и схватил женщину за волосы. Она закричала. Несмотря на ее крик никто не приходил ей на помощь. "Неужели он убил всю охрану?" - мелькнула мысль в ее голове, но надолго задержаться там она не смогла. Мужчина в маске тащил ее за волосы по ее же дому и она ничего не могла с этим поделать. Тодороки притащил женщину в детскую, где мирно спал ее пятилетний сын, и с силой бросил на пол. - Буди его, - хриплым голосом приказал он, - я даю тебе шанс: его жизнь в обмен на твою. В Шото все еще теплилалась мысль, что в этот момент в этой суке проснется матринская любовь и забота, что она будет умолять сохранить жизнь ее ребенка, что лично предложит свою жизнь ему в подарок, но дрянь схватила своего ребенка и без лишних слов стащила с кровати. Она прикрылась сонным пятилетним мальчишкой словно щитом, а потом запричитала "прошу, не убивай". Мужчина схватил мальчика и притянул к себе. Тот заплакал, он не понимал что происходит и единственным к кому он мог обратиться оставалась его любимая мама. - Мамочка... хнык... мамочка... - повторял мальчик. - Т-тихо... - шипела она на него. Тодороки приставил нож к горлу ребенку и лишь слегка надавил, дабы появились несколько капель крови. Женщина смотрела с застывшим ужасом в глазах на то, как по шее мальчишки стекает кровь. - Выбирай: твоя жизнь или его? Чью мне забрать? - убийца задал вопрос. - Его. Такого утвердительного ответа Шото не ожидал. Он уже понимал на тот момент, что она сука, лицемерная дрянь, но это выходило за рамки понимания. Тварь перед ним обменяла жизнь своего дитя на свое жалкое поганое существование. Тодороки затрясло, гнев и ярость иглами прокалывали каждую клетку его тела. Оттолкнув от себя ребенка он со всей силы вонзил нож в грудь этой человеческой мрази. Она распахнула глаза, будто бы была удивлена, а через несколько секунд из ее рта полилась кровь. Шото рассмеялся. Нет, Господи, он действительно был безумен. Ребенок закричал. Крик и плач отрезвили мужчину и он подошел к мальчику. - Тише-тише, это всего лишь кошмар. - Покопавшись в карманах мужчна извлек одноразовую спиртовую салфетку и пластырь. - Сейчас дядя обработает твою ранку и ты будешь дальше спать. Это всего лишь кошмар. Шото обработал рану ребенка и уложил того в кроватку. Он нежно гладил руку ребенка, пока тот не уснул. После чего Тодороки покинул дом семьи Сугияма. Мужчина прекрасно осозновал, что завтра пятилетний мальчик столкнется с суровой реальностью в которой его самый страшный кошмар окажется реальностью. Впрочем этот мир был жесток, а то, что с ним произошло сейчас это лишь благословение от Тодороки, ведь если бы он продолжил жить как инструмент своих "родителей", то рано или поздно просто сошел бы с ума. Его личность, желания, мечты... Все это было бы стерто их рукой. Так Шото Тодороки прошел через свое первое преступление. Без жалости, без страха. По итогу он был доволен собой. Глава "ТодоГрупп" был самым лицемерным человеком планеты должно быть, с ледяным сердцем. Ведь он нисколько не постыдился приехать на похроны этой семьи и скорбно склонял голову перед их родственниками. На самом деле Тодороки чувствовал огромное удовлетворение, он будто бы избавил мир от паразитов. Очистил воздух от гнили в виде этих жалких людей. В его душе не было сожалений. Следующей жертвой стала семья директора крупной обувно фабрики. История повторилась точь в точь и Шото начало казаться, что он тонет в этой огромной яме из самолюбивых животных, так трясущихся за свою жизнь. Несмотря на то, что он совершил, мужчина продолжал жить своей обыденной жизнью. Его сердце было крепче стали, но в душе продолжала кипеть ярость. Промежутки между истреблением семей были весьма короткими как раз по этой причине. Когда Тодороки разобрался с главой третьего семейства Шиота, он ни на что уже не надеялся. Он готовился повторить действия, как и в предыдущих делах.Так же он готовился к тому что будет истреблять эти жуткие семейки как паразитов одну за одной. - Выбирай чью жизнь мне забрать: твою или твоей семилетней дочери? - хрипло спросил он светловолую женщину, что стояла передним на коленях. Хрупкая девочка дрожала и плакала рядом с матерью. Мадам Шиота упала к нему в ноги и залепетала: - Мою... Забери мою, но не трожь мою дочь... Умоляю... Все что угодно, только не ее... По лицу женщины текли градом слезы, ее трясло, в ее глазах был ужас. Тодороки знал эту женщину, в светской жизни она была гордячкой. Высокомерная, не позволяющая никому совершать ошибок. Она руководила IT-компанией и была лучшей в этой сфере. Сейчас эта горделивая женщина почти целовала ботинки неизвестного только чтобы спасти своего ребенка. - Ты увер-рена? - на секунду голос его дрогнул. То, что он так отчаянно искал вдруг нашлось. Мужчина не верил. То и дело на него волнами накатывало неведомое ранее чувство и резко появилось желание все прекратить, но он не мог. Это еще не было завершением. - Молю... Все что угодно... - повторила мадам Шиота. - Хорошо, - мужчина ответил спокойно несмотря на бурю эмоций внутри. - Успокой дочь и уложи ее спать. Девочка онемевшая от ужаса просто стояла и тряслась смотря на то, как ее мать ползает в ногах у какого-то дяди в черной маске. - Тшшш... Моя девочка, все хорошо... это просто плохой сон, - шептала женщина дочери, когда уложила ее на кровать, - это просто кошмар... Постепенно девочка успокоилась, ее даже перестал смущать посторонний мужчина в ее спальне и толи от нервов, толи от успокаивающего голоса своей мамы она уснула. - Спасибо, - женщина повернулась к Тодороки и улыбнулась. - Почему-то я знала, что ты придешь ко мне. Все эти семьи... я была с ними близко знакома. Я ждала тебя... Сердце Тодороки впервые нещадно забилось. - Почему ты ждала меня? Откуда знала, что я к тебе приду? - Я расчитала вероятность... Прости, это так глупо, - она рассмеялась, - моя дочь... я была ей плохой мамой. Требовала от нее соответствовать идеалам, хотела сделать ее своей второй копией... Дать ей шанс на жизнь сейчас - единственное, что я могу сделать для нее правильно. Шото не знал, что ответить. Он просто стоял и молчал. Если бы сейчас эта женщина побежала бы или выхватила нож и вонзила бы в него, он все равно бы не сдвинулся с места. Мужчина остолбенел. Так эта безусловная любовь все же может проснуться? - Мне очень жаль тебя... - женщина все так же стоя на коленях потянулась к рукам Тодороки и выхватила нож. - Позволь я сделаю это сама. Шото не успел среагировать. Женщина своими собственными руками воткнула нож в свой живот. С ее губ сорвалась струйка крови, она тяжело дышала. Мужчина дернулся в ее сторону и упал перед ней на колени. - Зачем? - прошептал он и стянул маску, - Зачем... Я ведь не этого хотел.... Глаза женщины широко распахнулись, она прохрипела: - Так это ты... Бедный мальчик... Мадам Шиота была на 15 лет старше его и как ни странно она дружила с его матерью. Тодороки не испытывал к ней не одной хорошой эмоции, запчастую он даже сравнивал ее саму со своей матерью. Обе горделивые и злобные суки. Однако сейчас эта женщина самовольно лишила себя жизни ради своей дочери и незнакомого убийцы. Откуда она знала, что он к ней придет, почему так унижалась перед ним и самое главное почему она убила себя сама... Ответы на эти вопросы умерли вместе с ней. Тодороки хотелось верить, что она убила себя из гордости, чтобы не дать это сделать ему. Хотелось верить, но он все же не верил. После того, как покинул дом Шиота, мужчина направился в полицейский участок и сознался в своих преступлениях.

***

- Такова моя история, господин журналист, вот о какой любви я говорил, - хриплый голос мужчины звучал приглушенно в моей голове, ведь там шумела кровь. - То есть, совершая свои преступления вы искали материнскую любовь? - я не мог поверить в то, что услышал. Мои руки вспотели, я нещадно царапал свои ладошки ногтями. - А когда будто бы ее нашли, то сдались сами? Внутри меня все кипело. Да что, мать его, за хрень?! Материнская любовь, что за бред?! Чушь собачья! Ты убил 6-х взрослых и покалечил 3-х детей.. Сидишь тут такой весь из себя, а где-то в психушке варится мужик, который собирался продолжить твое дело.. Тот ебанутый тоже проблемы с предками что ли имел?! Это твой мотив? Бессмысленная хуйня под названием материнская любовь?! - Господин Мидория, - мужчина улыбался, - Вы так сильно разачарованы? Чего же Вы ждали от меня? Я отвлекся от своих мыслей и посмотрел на часы. - Нет времени отвечать, сейчас придет охранник... - начал было я, но мужчина жестом перебил меня. - Он не придет. Это наша последняя встреча с Вами, поэтому я подкупил этого мужчину. Я плачу ему сто тысяч йен за каждую минуту розговора, которая выходит за рамки установленные начальником полиции. - Что....? - ошарашенно пробормотал я. - Ответьте на вопрос, Изуку Мидория, вы так сильно разачарованы во мне? Мать твою, да, я разочарован! Ты чертов псих и я видимо тоже. Какого хрена ты мне снишься!? Черт... Голова болела нещадно. Я даже сам не понял, как схватил его за руку. Это было запрещено, но мне было плевать. - Ты знал, что это будет смертный приговор? Знал, что тебя могут убить? - слова сами вырывались из моего рта, я себя не контролировал. - Знал. - Мужчина был абсолютно спокоен. - Когда ты идешь забирать чью-то жизнь, то должен быть готов потом отдать свою. Я выпустил его руку из своих, затем вскочил. - Ты не больше, чем просто псих! Больной ублюдок, помешанный на матери! Мне жаль времени потраченного на размышления о тебе. Тьфу! Во мне будто бы плескался яд. Разочарование и боль. Я испытывал эти два чувства одновременно. Не мог успокоиться, не мог себя контролировать. Дерьмо! Дерьмо! Вот дерьмо! - Господин журналист, вы злитесь, почему? - Тодороки был по-прежнему спокоен, - Вы разочарованы, понимаю. Я всего лишь рассказал вам правду. Однако злость... Чем вызвана она? - Я не знаю... - я плюхнулся обратно на стул, - наверное тем, что ты скоро умрешь. Что причина по которой ты пошел на смерть такая глупая... Я опять подскочил. - Черт, да ты мне снишься каждую ночь и я вожделею тебя! Как это вообще возможно это наша третья встреча! Тодороки изумленно распахнул глаза. - Чего?... - Походу я влюблен в тебя... Такой сучий бред, но я правда кажется влюблен в тебя! Я приходил сюда и видел тебя, слушал тебя. Ты весь такой из себя спокойный, холодный, собранный... Еще эти твои взгляды... Из меня лилось какое-то неконтролируемое дерьмо и мне почему-то захотелось плакать. Что если бы я встретил этого мужчину при других обстоятельствах? Был бы я в него влюблен, желал бы я его? Бля, а с какого я вообще влюбился в мужика? - Я не понимаю, - Шото выглядел растерянным. - Думаешь я понимаю?! - взорвался окончательно я, - да к черту! Я обогнул стол и впился в его губы. Мужчина ошарашено подался назад. Мне было плевать на это. Ты не хочешь? Плевал я на твои желания! Зачем ты являлся в мои сны? Зачем ты сделал это!? С невероятной жадностью я целовал и кусал его губы, а когда закончился воздух, то оторвавшись наконец почувствовал вкус крови во рту. Меня обдало жаром и как-то резко стало стыдно. - Спасибо за интервью! - мой голос прозвучал слишком громко и я пулей метнулся на выход. - Прощайте... Изуку... - мужчина опустил голову и ему на брюки упала алая капля. Зеленоглазый мужчина прокусил ему губу. Уйти! срочно уйти отсюда! Бежать.... Мне надо бежать... Когда я вылетел из допросной, то охранник ошарашено отшатнулся. Он стоял у двери на всякий случай и не ожидал такого поворота. - Мне срочно нужно подышать! Всего доброго! Охранник кивнул. Провожать он меня не стал, да мне этого было и не нужно. Я знал как выйти, я мчался по коридору, как огорелый, мои уши пылали. Сердце билось с невыносимой скоростью, будто сейчас выжигало остатки сил, как мотор в машине. Улица встретила меня такой необходимой прохладой, я глубоко вдохнул и закашлялся. Бессоные сумасшедшие ночи вымотали меня, но сегодняшняя встреча с ним и вовсе иссосала остатки. Больно, Господи, почему я испытываю такую боль? В грудь будто тыкали и проворачивали по часовой стрелки ножи, дыхание сбилось, я начал задыхаться. Попытки сделать новый вдох мне перестали удаваться и я ударил себя в грудь, словно пытался освободить место. Однако уже через минуту моих тщетных попыток мой разум поглотила тьма. Это конец?