Молчание зверя

Очередной раскат грома развеял, и без того плохой, сон девушки. Приоткрыв глаза, она не увидела ничего, кроме тьмы. Её ещё не полностью разъяснившийся разум не давал понять, где она находится, а затуманенные мысли — что вокруг происходит. Молния, ударившая где-то в лесу, который начинался сразу за забором и неведомо насколько далеко простирался, на несколько мгновений осветила комнату. Её очертания казались какими-то чужими и жуткими, будто девушка находилась в какой-то давно заброшенной тюрьме, где всё насквозь пропитано болью, страданиями, злобой… Если так подумать, то дом ничем не отличался от тюрьмы, и эти чувства: боль, страдания, злоба, все они очень знакомы ей. Каждый день голову девушки не покидают мысли о том, стоит ли сбежать отсюда, или же продолжать быть пленницей собственного прошлого и воспоминаний. За её спиной стоят люди, ушедшие из жизни не по своей воле. Но, несмотря на то, как она старается подавлять внутреннее чувство вины и отмыть всю ту кровь со своих рук, в некоторые моменты Инна проваливается в свою, полной темноты и кошмаров, бездну, иногда на несколько мгновений, иногда на несколько дней. От такого вполне можно сойти с ума, поэтому девушка решила, что будет лучше, если она будет вдали ото всех… Будет лучше для них. Когда снова прозвучал раскат грома, прогоняя остатки сна, Инна села на край кровати. На душе у неё было холодно и пусто, а мысли не лезли в голову не под каким предлогом. По её телу пробежала мелкая дрожь: выбравшись из-под тёплого одеяла, девушка поняла, что в комнате стало намного холодней. Небо вновь разделила молния, на долю секунды освещая комнату. От внезапно яркого света, прорезавшего тьму у Инны разболелись глаза. Вместе с этим, откуда не возьмись, появилась головная боль. Закрыв глаза, она нервно начала массировать вески в надежде, что боль утихнет. Правда, помогло это мало, а точнее — не помогло совсем. Покинув чётные попытки угомонить боль, девушка встала с кровати. Ноги ей казались ватными, и передвигать ими было неимоверно тяжело. Вскоре, не дойдя к шкафу, куда собственно и направлялась, она упала на холодный деревянный пол. Доски заскрипели, и их звук показался невероятно громким в этом вечном царстве тишины. Собравшись с силами Инна приподнялась. Она потрогала свои ноги и даже ущипнула их. Ощущение было такое, будто она прикасалась к чужому телу, а не к собственному. Это было ничуть не странно. Сколько девушка уже пролежала в кровати совсем не двигаясь? Пять или шесть дней? За это время её ноги полностью онемели от неудобного положения. Немного посидев и растерев их, она почувствовала, как кровообращение возобновилось. После девушка вновь встала и, уже более уверенными шагами, пошла в сторону шкафа. Открыв его, Инна достала оттуда тёплый белый махровый халат и быстро накинула его на себя. Почувствовав, как тело начало согреваться, она посмотрела в большое окно. За ним тьма… Такая же тьма, как и в комнате, во всём доме, в её душе. Подойдя к прикроватному столику, она включила настольную лампу. Её слабый мягкий свет залил помещение, пряча тьму в дальние углы комнаты. И почему ей раньше не пришла в голову мысль включить её? Наверное, сказывается недосып и многотонная усталость. Пусть девушка и пролежала в кровати несколько дней, это отнюдь был не сон и не отдых. Она постоянно погружалась в тёмные лабиринты своей памяти, и это было чувство не из приятных. Если нужно это с чем-то сравнить, то это, пожалуй, когда тебе сниться твой самый большой страх и ты просыпаешься, но потом всё повторяется снова и снова. Медленно обойдя кровать, Инна, ещё медленней, пошагала к окну. Прислонив руку к холодному стеклу, по которому быстро стекали капли воды, девушка начала всматриваться во тьму за окном. Вид из него выходил на задний двор, на котором рос большой и старый дуб. Своими ветвями он накрывал большую часть двора. Кроме него, там было две кругообразные клумбы, на которых были посажены красные и белые розы. Возле них была расположена беседка с сетчатой крышей. Летом Инна проводила там почти всё своё свободное время. Она просто сидела и наблюдала за тем, как ветер колышет пышную листву дуба, вдыхала на полные лёгкие пьянящий аромат роз, слушала звук горной реки, доносящийся из гущи леса, который начинался сразу за ограждением. В такие мгновения, девушка забывала обо всём: о своём прошлом, обо всех нынешних проблемах, обо всех обидах и разногласиях с родными, которых уже нет. В такие моменты, она была полностью спокойна, и за это она была готова отдать всё, что угодно. С новым ударом молнии двор осветился, и возле беседки показалась тень. Это было живое существо, вот только какое именно? Инна попыталась разглядеть его очертания в тьме, да так, что глаза начали болеть. Это существо, которое сейчас находилось возле беседки, посеяло в душе и мыслях девушки беспокойство и тревогу, такие не свойственные ей. Она видела, что оно всё ещё там, на заднем дворе. Создавалось впечатление, что существо темнее самой тьмы. Ещё внутри у девушки появился страх. Оно внушало его ей только своим присутствием. Вот и новая молния! Теперь Инна успела рассмотреть его. Это волк! Огромный чёрный волк! Его шерсть на самом конце переходила с чёрного цвета в мистический тёмно-фиолетовый. За то мгновение, когда молния осветила всё, девушка успела посмотреть ему прямо в глаза… В его пронзительные серые глаза. После чего волк, без особого труда перескочив полутораметровое ограждение, убежал вглубь леса, оставляя за собой мерцающий фиолетовый след, похожий на туман. А Инна продолжала стоять у окна, держа руку на стекле, в надежде, что она увидит его снова.