Мама будет довольна

      Громкий звон телефона разорвал тишину пустой балтиморской квартиры Сары О’Нил. После тяжелого расставания с Дереком Никсоном и побегом из Сентфора 4 месяца назад красное полусладкое и небольшая коллекция игрушек для взрослых стали единственным утешением в перерыве от работы, которую девушке предоставили «Черные драконы».              — Наконец-то ты решила со мной поговорить! — сразу же заявила мать, — Сколько можно игнорировать мои сообщения?              — Мам, зачем ты звонишь с такой частотой? Надавить на больное? — как можно спокойнее спросила.              — У нас с Джонатоном свадьба через 2 недели, ты должна приехать. Хочу узнать, с кем ты будешь. Дерек будет с Кэнди. Ой, такая милая девушка, полная твоя противоположность! Она ему больше подходит, чем ты. Мы хоть и думали, что вы прекрасная пара, но все мы можем ошибаться, так ведь?              — Что ты несешь?! — яростно произношу, сжимая телефон с такой силой, что слышу хруст пластика, — Если ты не забыла, то это он мне изменил с этой блевотно-приторной блондинкой прямо в нашей постели, мам! И ты его еще защищаешь?!              — Как ты с матерью разговариваешь? Неблагодарная! Я и Джонатан так надеялись, что вы с Дереком будете вместе… Столько для этого сделали… А ты? Как ты могла после этого спутаться со своим уголовником?! На самом деле, Дерек не изменил тебе, а нашел хорошую замену. Тебе двадцать пять, а ты херней страдаешь. Тоже мне «Принцесса» нашлась. И только попробуй явиться на нашу свадьбу одной и не вздумай меня опозорить!                          Мать сбросила. Сбросила, вытрепав все нервы и напомнив, что её любименький Дерек изменил девушке. Да, её гениальный план сделать из Сары миссис Никсон пошел по женским половым, но не получилось пристроить дочь, так пристроилась сама! Браво!              Отложив бумаги, Сара откупорила очередную бутылку любимого вина, достала сыры и мед из холодильника. Вишневое. Именно его они пили с ним, когда она пришла в слезах выговориться.       «Эх, Вишня… Был бы он сейчас рядом… Я готова снова слушать его бесконечные шуточки про женский алкоголизм, что не лечится, и про то, как мы вместе чудили подшофе…»       Девушка неспешно наслаждалась вечером, пропуская бокал за бокалом игристую прохладную жидкость. Зазвонил домофон, и, честно говоря, Сара ожидала увидеть кого угодно на экране дисплея, но не его.       — Принцесса, может впустишь наконец? На улице не май месяц, — раздалось из аппарата.       До последнего О’Нил не верила в произошедшее, пока сама не увидела его в фирменной куртке. На его милых кудряшках были снежинки. От неожиданности девушка набросилась на дракона и от переизбытка эмоций заплакала. Сара не могла успокоиться, даже когда Вишня укачивал ее в своих объятиях и гладил по голове, как маленькую девчушку. Они знакомы вот уже девять лет, а он все также считает девушку до невозможности маленькой. И только после того, как Сара ему рассказала все-все про то, как над ней издевается мать, снимая кожу с едва заживающей раны, как её душа опустошена и до какой степени ранена она глубоко внутри — только после всего этого, кажется, девушке полегчало.       Две бутылки виски и бутылка вина хорошо скрасили их вечер. Пытаясь встать с дивана, чтобы открыть окно и хоть как-то прийти в себя, Сара пошатнулась от количества выпитого алкоголя. Однако со второй попытки, она все-таки смогла это сделать, и прохладный декабрьский воздух начал неспешно заполнять собой помещение, даруя живительную прохладу двум людям, что одновременно так близко и так далеко друг от друга.       — Кажется, кому-то на сегодня хватит. Так, принцесса, пора в кроватку.              — Я совершенно не пьяна, Вишня! Это у тебя уже возраст, что от одной бутылки хочется разложиться на постели. Тридцать девять, а уже пьянеешь от одного тумблера. — протягивает Сара его возраст.              — Мне только тридцать, принцесса, и ты это прекрасно знаешь!       Девушка буквально раздевала его взглядом. Они оба без сомнения испытывали влечение к друг другу как бы это ни скрывали. Закусив губу, Сара наблюдала за тем, как расстояние между нами сокращается. Его запах заполнил все пространство вокруг. Мускусные нотки парфюма и запах ментоловых сигарет словно притягивали к Вишне. Хотелось прижаться к нему, глубоко вдохнуть и замурчать от наслаждения.       — Я не знаю, чего ты добиваешься этим взглядом, принцесса, — неотрывно смотря на девушку, твердит дракон.       Резкий рывок, и голубоглазый, подхватив Сару за задницу, усаживает ее на подоконник.       — Хитрюга! — выдохнула куда-то в шею брюнета девушка.       — Разве? Я не такой, принцесса, — он провел губами по её правой щеке, холодные от холодной жидкости губы резко контрастировали с горячей щекой девушки.       — И какой же ты? — вздрогнула Сара, когда горячее дыхание коснулось шеи, и губы начали захватывать нежную кожу с такой силой, что точно останутся следы.       Этот кудрявый черт целовал так, что только от прикосновения его губ и горячего дыхания можно было улететь в экстазе.       — Лучше ты мне расскажи, какой я. Ты же лучше знаешь меня и видишь сейчас, Сара. Расскажи о том, что чувствуешь сейчас, принцесса? Тебе нравится или мне прекратить?       — Ты можешь просто заткнуться и продолжать? — из губ сорвался стон, и, откинув голову назад, девушка предоставила Вишне еще больше места для ласк.       Руки дракона блуждают по бедрам Сары, и он впивался пальцами в нежную кожу так, что точно останутся багровые следы. От этих манипуляций с губ сорвался очередной, явно не последний за эту ночь протяжный стон.       — Хочешь, чтобы я замолчал? И чего же ты еще хочешь, мисс О’Нил? — растягивая каждое слово, Вишня пробирался под ткань футболки все выше и выше.       — Поцелуй меня, Вишня, — Сара посмотрела в его потемневшие от возбуждения голубые глаза.       — Как же долго я ждал этих слов, — сказал черноволосый, прежде чем впиться поцелуем в такие желанные губы.       Этот поцелуй похож на взрыв. Страстный, жесткий. Из-за этого сплетения губ можно было умереть от удовольствия. Чувственно, наслаждаясь губами друг друга. Сара никогда не ощущала такое, когда была с Дереком Никсоном. Они с Вишней наслаждались друг другом, и уже не важно, кто из них был напористей. Вишня пьянел от момента сильнее, чем от самого дорогого алкоголя в своем баре. Она становилась его безумием, его чистым кайфом.       — Хочу ещё, — прошептала Сара, стоило ему отстраниться.       — Тогда нам нужно переместиться в спальню, — прошептал дракон после чего укусил нижнюю губу и, подхватив девушку под бедра, понес её в комнату.       Обе футболки полетели на пол, за ними следом отправился и лифчик Сары. Мужские ладони обхватили грудь и начали играть с уже возбужденными бусинками сосков. Все ощущения обострились в стократ от прикосновений его губ к нежной коже. С губ девушки все чаще срывались стоны. А что будет дальше? Да какая, к черту, разница что будет дальше? Главное — не останавливаться.       Прекратив целовать шею, Вишня прокладывает дорожку поцелуев к упругой груди, будто читая мысли девушки. Отдельный вид удовольствия — ощущать его дразнящий язык, очерчивающий розоватый ореол, чувствовать губы, обхватывающие сосок после укуса. От этих манипуляций, от мыслей, что это все с ней делает Вишня, от его неповторимого запаха по всему телу проходит разряд удовольствия. С ним не нужно никаких наркотиков, ведь наркотик — он сам.       Вишня, снимая последние элементы одежды с девушки и медленно проводя губами по телу, остановился у возбужденного бугорка. Закинув коленки девушки себе на плечи, он начал проводить по уже влажным складкам, размазывая соки проворным язычком. Он ласкал мучительно медленно и нежно, но в один момент, его язык начал выводить узоры на клиторе с такой скоростью, что в глазах помутнело от удовольствия. Пытаясь не задохнуться от возбуждения, Сара сжала волосы мужчины так, что некоторые точно остались в её ладони. Ноги девушки нестерпимо дрожали. Теплота внизу скапливалась, узел желания стягивался все сильнее и сильнее. Становилось жарко, слишком жарко от его прикосновений.       — Вишня, — крикнула девушка, подаваясь вперед и насаживаясь на умелый язык дракона.       Известные одному Вишне движения, стоны и взрыв. Оргазм был настолько ярким, что глаза ослепило будто от тысячи салютов одновременно. Устроившись между ног девушки, добравшись губами до шеи он начал осыпать её поцелуями.       Сердца обоих готовы были разломать ребра и выскочить наружу, а губы вновь сомкнулись в одурманивающем поцелуе. Эти поцелуи, искусно сводящие с ума. Руки, блуждающие по телу, ищут особо чувственные места. Возбуждение вновь вспыхивает с такой силой, словно и не было крышесносного оргазма несколькими минутами ранее. Только безумная страсть, что горит ярким, всепоглощающим пламенем в их сердцах. Вишня стягивает джинсы и спускает их с аппетитной задницы одновременно с боксерами.       — Вау, — ему определенно нравилась такая реакция у женщин.       — Налюбовалась?       Вишня прижимается всем телом к девушке. Кожа к коже, невероятные ощущения. Так приятно, что невозможно сдержать судорожный вздох, и пальцы исследуют всю его спину, мускулистые плечи, губы скользят по шее, обводя языком кадык.       — Ты шикарен, Вишня.       — Ты невероятно красива, Сара. Ты — моё искушение. Когда стонешь мое имя, я схожу с ума. И если ты хочешь остановиться, пока я с трудом сдерживаю себя в руках, то сейчас самый подходящий момент.       — Вишня, — Сара оставляет нежное прикосновение пальчиков на мужских губах — К черту контроль, я хочу тебя.       И ему не нужно повторять дважды, Сара уже была настолько мокрой, что внушительных размеров достоинство мужчины входит на всю длину как по маслу. Грубый поцелуй, гортанный рык Вишни, после чего он закидывает одну ногу девушки себе на плечо.       — Вишня… — томно выдыхает она, подаваясь бедрами ему навстречу.       Однозначно Вишня — мужчина-загадка. Очень внимательный и воспитанный в общении. Казалось бы, и в сексе должен быть нежным и ласковым. Но нет. он скорее дикий, оголодавший зверь, вышедший на охоту. Его страсть граничит с грубостью. Его язык настолько грязен, что сказанные им словечки заставляют смущаться и одновременно добавляют особенной остроты. Его темп безумен. И, если бы Сара смотрела поменьше порно, даже подумать бы не могла, что могут трахать так, чтобы стоял звук шлепающих тел. В глазах темнело, а голос осип от стонов.       — Да, принцесса, да-а, кончи для меня. — рычит куда-то ей в шею Вишня.       Ноги дрожат, внизу так щекочет, что хочется сжаться и в тоже время выгнуться дугой. Нереальные ощущения. Снова толчок. Мурашки по коже и судорожный вздох. Толчок. До боли сжатый сосок между пальцами. Вскрик и закрытые глаза. Вишня замедляется, постепенно подходя к пику, сжимает грудь в ладонях.       — Вишня… — шумный вздох.       — Я не могу оторваться от тебя, принцесса. Ты такая сладкая и вкусная.       Ладонь поднимается к шее и сжимает ее. Мужская грудь прижимается к взмокшему телу. Никаких движений, только стук сердец и жаркое дыхание. Он кусает мочку и медленно начинает двигаться внутри. Миллиметр за миллиметром. Все ближе. Сара сжимает пальчики на ногах от удовольствия, пока рука на её шее сжимается сильнее, в глазах темнеет не то от удовольствия, не то от нехватки воздуха. Грубый толчок, и Сара настолько сильно сжимает его член кольцом мышц, что, издав протяжный стон, Вишня выходит и изливается себе на бедро. Вернувшись из душа и упав на кровать рядом с обессиленной девушкой, Вишня укладывает её на свою грудь.       — Так что хотела мать? — слегка нахмурившись, спрашивает дракон.       — Сказала, чтобы я не приезжала на их свадьбу одна.       — Считай, что проблема решена. На их свадьбу с тобой иду я. Никсона хватит сердечный приступ.       — И кем же ты представишься маме? — серьезно спрашивает Сара.       — Её будущим зятем, — мечтательно протянул Вишня, на что получил легкий удар в ребра.