i think you're my soulmate.

- красиво. минхо задумчиво кивает, поглаживает джисона по мокрым волосам, пальцами нежно массируя кожу головы и ласково почесывая за ушком. прохладная вода накатывает волнами, смывая мягкий песок и омывая голые ступни. джисон хихикает от щекотки и жмется ближе к хену, удобно устраивая голову на груди, благодаря всех богов мира за то, что тот соизволил надеть футболку. она, конечно, слишком плотно прилипала к влажному телу, облегая что надо и что не надо тоже, но это было не самым худшим. джисон, если честно, думал, что не выдержит, самолично выкопает себе руками яму в горячем песке и также самолично закопает себя в ней, когда минхо стащил футболку, снова посматривая на джисона тем хитрым и задорным взглядом, искря глазами и невинно улыбаясь. он совершенно точно знал, как хан реагирует на любое его действие, граничащее с чем-то большим чем просто дружба, знал и не мог не подразнить чувствительного и легко смущающегося парня. все это становилось куда забавнее и абсурднее, когда ты сам по уши влюблен в этого парня. прохладный ночной ветер играет в кронах деревьев, легко шурша ярко-зеленой, чуть запыленной за день листвой. солнце уже скрылось за горизонтом, окрасив кристально-чистую и прозрачную озерную гладь в бледно-розоватые, теплые золотистые и огненно оранжевые оттенки. небо затянуто грязно-серыми облаками, сквозь которые проглядывают и блекло мерцают первые звездочки и едва заметный полумесяц луны. пахнет особой вечерней свежестью, прохладной озерной водой и приторно-сладким цветущим шиповником, как в тот день, когда они впервые осознали, что чувствуют к друг другу нечто большее. джисон мельком посматривает на хена, отмечая, что сегодня он глубоко задумавшийся и без остатка погрузившийся в собственные мысли, что странно и немного страшно. нечасто приходилось видеть его таким. минхо внимательно следит за старой деревянной лодкой, привязанной на берегу и покачивающейся на легких волнах. ее бортик ритмично стукается о мягкий песок, она покачивается туда-сюда, создавая рябь на воде. джисон гулко сглатывает и краснеет до кончиков ушей, чувствуя, как стремительно пунцовеют щеки, когда минхо переводит свой тяжелый внимательный взгляд на него и в упор, не моргая, смотрит, проникая своими блестящими, прищуренными глазами точно в душу. - хен? - слова почему-то застревают на полпути. говорить тяжело и страшно отчего-то. - хен? ты о чем задумался? минхо сдавленно кивает, осторожно отстраняет удивленного и немного встревоженного джисона от себя, выпрямляется и садится на песок. напряжение и неловкость, повисшие в густом воздухе, кажется, можно пощупать рукой. у джисона сердце сладко екает от предвкушения чего-то необычного, но очень желанного. он присаживается рядом с минхо, но тот словно не замечает его, невидящим взглядом уставившись вдаль, наблюдая за накатывающими волнами и мягкой рябью на прозрачной воде. джисон тянется через хена за коробкой вишневого сока, медленно отпивает, чувствуя привкус кисло-сладкой вишни на губах. минхо резко отмирает, переводит взгляд на джисона, невинно облизывающего губы влажным языком, глубоко вдыхает и выдыхает, пытаясь успокоить внезапно перехватившее дыхание, бешено забившееся сердце, которое уже вот-вот проломит грудную клетку, а самое главное свои разбушевавшиеся фантазии, далеко не дружеские. - хани? джисон дергается, вопрошающе смотря на хена. тот глухо сглатывает, прикрывает глаза, подрагивая пушистыми ресничками, берет ладошку джисона в свою и ласково переплетает их пальцы, поглаживая тыльную сторону. сердце джи сладко ухает в живот, совершая двойное сальто, снова возвращается на место и начинает биться с удвоенной силой. - что, хен? от снова накатившего предчувствия чего-то сладкого и желаемого дыхание спирает, а весь воздух выбивает из легких. минхо придвигается вплотную, смотрит в упор и тяжело дышит. его свободная рука осторожно ложится на оголенное бедро джисона, мягко сжимает, массируя нежную кожу круговыми движениями. джи позорно задыхается, прикусывает губу, крепко зажмуривает глаза и тихонько хныкает от нахлынувших приятных ощущений, не понимая, чего хен хочет этим добиться? его смерти? минхо внимательно следит за каждой эмоцией на любимом лице, впитывая все, как губка, любуясь подрагивающими ресничками и заалевшими щечками. - у меня есть один очень важный вопрос, солнце. джисон неохотно приоткрывает глаза, откликаясь на любимое ласковое прозвище да так и застывает в испуге, потому что минхо резко оказывается прямо перед ним, сидящим вплотную. лицо хена застыло в паре сантиметров от его, и хан не может не обратить внимание на то, как взгляд минхо застывает на его приоткрытых от удивления губах. джисон неосознанно облизывается, а кадык хена резко дергается. - хани, солнышко. - джисон уже не на шутку пугается очень важного вопроса хена. - ты веришь в соулмейтов? джисон широко открытыми глазами взирает на хо, замирает, вытягиваясь по струнке, весь отключается и не понимает, к чему клонит хен. минхо терпеливо ждет ответа, склонив голову набок и покусывая нижнюю губу от волнения. - с-соулмейтов.. - джисон прикусывает язык и краснеет от того, что так нелепо заикается. но минхо молча кивает головой, крепко-накрепко вцепившись в ладошки хана. - в-верю, наверное. - я тоже. - ласково улыбается минхо, поправляя на лбу джисона челку, заправляя за ушко мешающуюся прядку волос. - и знаешь, что я думаю? я думаю, что ты мой соулмейт, хани, самый настоящий соулмейт. я никогда не чувствовал себя так комфортно ни с кем, кроме тебя. ты мой дом, солнышко. - я-я.. черт.. х-хен.. я.. джисон заикается еще сильнее, притягивает ладони к лицу, чтобы спрятать горящие красным щеки, но минхо мягко отнимает руки от его лица и заглядывает в самую душу. джисон тушуется, не совсем понимая, что стоит ответить хену, как выразить словами всю бесконечную любовь и привязанность. - тише. ничего не говори. - минхо наклоняется ниже, почти выдыхая эти слова в губы джисона. - я люблю тебя. минхо осторожно накрывает родные, искусанные и чуть шершавые губы своими, поглаживая зардевшуюся щечку хана большим пальцем. джисон теряется, поддается чему-то горячему в груди и минутным импульсам, сладко выдыхает в поцелуй, вцепляется пальцами в влажную ткань футболки хена и не думает ни о чем, прикрывая глаза. в голове жаркий туман и ни единой здравой мысли. минхо не чувствует сопротивления, действует смелее и увереннее, углубляя поцелуй и чуть наклоняя голову джисона в бок. хан хнычет: кожа под пальцами хена жжется огнем. минхо ведет от кисло-сладкого привкуса вишни на губах джи, такого приятного и желанного, знакомого и родного. минхо беззастенчиво прихватывает зубами нижнюю губу джисона, слегка прикусывает ее и слизывает языком приятную сладость вишни. джисон хныкает что-то неразборчивое, подается вперед, зеркалит действия хена, облизывая влажным языком его мягкие припухшие губы, стараясь повторять за ним. кончики пальцев щекотно покалывают, дыхание спирает, а сердце ухает куда-то в живот. минхо чуть заметно улыбается, когда они с джисоном неловко стукаются зубами. господибожемойкакойжеончудесный. минхо мягко чмокает чертовски сладкие губы, в последний раз облизывает их языком и неохотно отстраняется. у джисона тяжелое, сбитое дыхание, подрагивающие длинные реснички, обрамляющие зажмуренные глаза, очаровательный алый румянец на лице и покалывающие, припухшие губы, которых сейчас так ласково касается минхо, чуть надавливая большим пальцем. он так давно мечтал это сделать. - я.. - джисон откашливается, не открывая глаз, боясь, что это все - выдумки больного воображения. но родные и теплые объятия, мягкие ладони, оглаживающие выпирающие лопатки сквозь ткань футболки, подтверждают, что все сейчас происходит наяву. - тоже люблю тебя, хен. ты мой соулмейт. ты мой соулмейт.