Оплатить долги отца

Pov: Мин Юнги. К тому времени как я позволяю себе закрыть свой учебник, я уверен, что сдам все тесты. Не то, чтобы это действительно имело значение для меня. Даже если я провалю их, я всё равно закончу своё обучение. Я не планирую поступление в колледж в ближайшее время, таким образом, мой средний балл 6.0 не значит многого для меня. Но что-то во мне не позволяет сдаться, и я прилагаю все усилия, чтобы сдать экзамены хорошо. Интересно, является ли эта черта характера тем, что я получил от своей матери? Я прекрасно знаю, что не мог унаследовать её от своего отца. Он едва может удержаться на одной работе, и я удивляюсь, как он ещё оплачивает счета. Или где он находит все эти деньги, которые он проиграл. Я поднимаюсь со своей маленькой кровати и подхожу к открытому окну. Я рад, что моего отца до сих пор нет дома. Иногда он приходит с друзьями, и они часами сидят и пьют на кухне, играя при этом в карты. Они заставляют чувствовать меня, себя неуютно, даже находясь этажом выше от них. Однажды один из друзей отца ввалился в мою комнату пьяный, это воспоминание вызывает во меня приступ паники. Я не знаю, кто испугался больше, я или он. Но эта мысль, что кто-то мог так легко попасть в мою комнату, была слишком тревожна для меня. Я перестал нормально спать после случившегося той ночью. Я знаю, когда отец вернётся домой, мне надо будет закрыть окно. Высунувшись из окна, я чувствую ветер, который ударяет мне в лицо, и я улыбаюсь. Весна всегда была моим любимым временем года. Я могу сидеть снаружи в течение нескольких часов и не беспокоиться о том, что на улице слишком холодно или жарко. Это прекрасное чувство. Когда я снаружи, то чувствую, что у меня всё хорошо и мой разум успокаивается. Я не помню аварии, память о ней затерялась, где то в глубине моего мозга. Я знаю только то, что мне рассказали. Я был пойман в ловушку в автомобиле в течение десяти часов, в то время как аварийные службы распиливали машину пополам, чтобы вытащить меня. Мне было всего четыре года в то время. Прошло много часов, прежде чем они нашли машину со мной и мамой внутри. Её машина съехала вниз с холма после того, как её занесло на покрытой льдом дороге. Мне сказали, что она умерла от удара. Жгучие слёзы заполняют мои глаза, когда я думаю, о маме и не могу её вспомнить. Я могу только догадываться, какой она была. Как она могла жить с таким человеком, как мой отец? Даже если это была всего лишь интрижка. Раньше мой отец говорил, что я на неё похож, и я знаю наверняка, что никогда не хотела быть кем-то вроде него. Я не понимаю этого. Он сказал, что мама не хотела иметь ничего общего с ним. Впрочем, так же как и я. Я ничего не помню до того момента, как я пришёл в себя в больнице. Врачи и медсёстры стояли над моей кроватью. Никто не имел никакого понятия, что со мной делать. Они разыскали моего отца, который принял меня к себе. Но я всё равно не понимаю, почему. Я думаю, что это как-то связано с его отцом и моим дедушкой, который был очень богат. Я узнал о нём, когда мне было пять лет, после того, как он оплатил моё обучение в частной школе. Я всегда думал, что причина, по которой мой отец признал меня, состояла в том, что я был как билет, чтобы вернуться к его собственному отцу. Дедушка вскоре умер, но моё обучение было уже оплачено. Он, должно быть, оставил моему отцу какие-то деньги, потому что за короткое время мой отец, успел приобрести множество дорогих вещей, но он всё спустил, проигрывая в азартные игры. Все вещи, которые он приобрёл, постепенно распродавались, чтобы продолжить подпитывать его пристрастие, оставив нас ни с чем в захудалой квартире. Все, что я знаю, после аварии, я не могу находиться в переполненном месте. Я чувствую, что нахожусь в ловушке, из которой нет выхода. Это душит меня, и мой отец думает, что если позволит мне держать открытыми окнами, то он заботится обо мне. Он никогда не заботился обо мне, поэтому эта мысль вызывает во мне улыбку. Разрешение открыть окно всегда веселило отца. Он никогда не любил меня по настоящему, впрочем, как и его. Когда я уеду, то никогда не буду оглядываться назад или пытаться связаться с ним. Он будет просто человек, который был в моей жизни в определённый период времени, и ничего больше. Когда я слышу, как открылась входная дверь, я откидываюсь обратно и закрываю окно, заперев себя изнутри. Сделав глубокий вдох, я поворачиваюсь и иду к своему рюкзаку, вытаскивая деньги, которые я получил за оказанную сегодня помощь миссис Джойс. Я думаю, она будет единственным человеком, по которому я действительно буду скучать, когда уеду отсюда. Я сказал ей, что очень беспокоюсь о том, кто поможет ей, когда меня не будет, но она просто поцеловала меня в щеку и сказала, что у неё всё под контролем. Открыв нижний ящик моего ночного столика, я замираю, когда вижу, что мой маленький бумажник исчез. Паника обхватывает моё горло, и я роняю руки на стол перед собой, не в состоянии двинуться с места. Я стараюсь заставить свои легкие вдохнуть немного воздуха, но мою грудь стянуло, и я не могу дышать. Мои глаза наполняются слезами, которые льются по моему лицу. Мне конец. Всё, что я планировал, было наглым образом отнято у меня. Когда я слышу, как дверь в мою спальню открывается, я поворачиваюсь, чтобы увидеть входящего в неё отца. Его дешёвый костюм выглядит более изношенным, чем обычно. Он выглядит потрёпанным, как будто кто-то избил его. Синяк на его правой скуле — совсем свежий, и его губа разбита. -Какие-то проблемы? — спрашивает он, с намёком юмора в голосе. Он ищет столкновения со мной. Но только я не настроен на ссору в данный момент. Я не думаю, что смогу говорить, если даже захочу. Стеснение в горле слишком велико. Я просто хочу убежать, и мне срочно нужен воздух. Мои руки начинают дрожать. -Тебе восемнадцать. Считай эти деньги, которые я взял, в качестве оплаты за твоё проживание и питание. Всё больше слёз стекает по моим щекам, и на этот раз я вижу немного сострадания и вины на лице отца за содеянное. Мой отец никогда не был откровенно злым для меня. Невнимательным? Да. Но никогда не жестоким. -Мне нужны были деньги, Мин Юнги. Он качает головой и подходит к моему окну, открывая его и заставая меня врасплох. — Я задолжал кое-кому. Ты хотел бы навещать меня в больнице? Я отрицательно качаю головой. Возможно, я не знаю любви к отцу, но я не хочу ему вреда. Я не хочу, чтобы ему причинили боль. -Ужин в микроволновке? — спрашивает он. -Да, — наконец я могу выдавить из себя хоть одно слово. Отец поворачивается и уходит. Я опускаюсь на кровать, а горькие слёзы продолжают литься из моих глаз. Даже открытое окно не помогает мне успокоиться. Я заперт в ловушку. Pov: Пак Чимин. Я стою около полуразрушенного, грязного дома и качаю головой. Я уже дважды перепроверил свой телефон и убедился, что у меня записан правильный адрес. Нанятый мною частный детектив дал мне всю информацию о Мин-и, в том числе и адрес. После того, как я уже несколько раз перепроверил правильность данного мне адреса, я подошёл к двери и нажал на звонок. Его звон раздался где-то на втором этаже. Ответа не последовало, поэтому я попробовал ещё раз. Опять ничего. Когда моё терпение подошло к концу, за дверью послышался голос. -Кто? -Мистер Ким. Я — Пак Чимин. Я хотел бы поговорить с вами, — отозвался я. -Отвали, — сердито ответил парень, и за дверью наступила мёртвая тишина. Я снова звоню в звонок, и на этот раз, не ожидая ответа, говорю. -Я задолжал вашему отцу немного денег, и я хотел бы поговорить о том, как я могу вернуть этот долг. Почти сразу я услышал, как щёлкнул дверной замок. Недолго думая, я схватил и открыл дверь. Быстро прошёл внутрь и стал подниматься на второй этаж, игнорируя грязь и разруху по пути. Это не место для Мин-а. Он должен жить только во дворце. Но никак в этой захудалой дыре. Её отец должен был работать на двух работах, чтобы убедиться в том, что его сын обеспечен, а не просирать все свои деньги за игрой в карты. Я следил за ним после того, как я впервые увидел его. Я хотел знать о нём всё, что мог. Искал способ, какие-то слабые стороны, которые привели бы его ко мне. После этого я сделал бы всё, чтоб он был только моим. У меня не заняло много времени, чтобы выяснить, кто был его отец и еще меньше, чтобы найти его слабое место. Отец Мин-а задолжал деньги практически всему городу. Он использовал доброе имя своего отца, чтобы брать кредиты. Но он всё проиграл и уже никогда не сможет отыграть их и вернуть долги. Я был очень разочарован, узнав, о жизни которую он проживал рядом с отцом. Было совершенно ясно, что его некому было защитить. Я был уверен, что он даже не попытается возразить на моё предложение. Это лишь раззадорило меня ещё больше. Я должен был готовиться к сопротивлению человеком, который бы защитил своего милого маленького мальчика, но у меня возникло сильное ощущение, что он не будет сильно сопротивляться. Я знал, что я просто умру, чтобы защитить его и сделать своим. В глубине души я точно знал, для чего я буду использовать полученную информацию. Неважно, что я пытался сказать себе. Сегодня я пришел сюда только с одной целью — Мин Юнги. И я думаю, что ради неё я переживу муки своей совести. Когда я добираюсь до парадной двери в квартире Мин-а, она уже полуоткрыта и из неё выглядывает его отец. -Кто Вы? — спрашивает он. — Я уже представился Вам. Я — Пак Чимин. Могу я войти? Он не ответил мне, но сделал шаг назад и сильнее открыл дверь. Я вхожу в квартиру и оглядываюсь по сторонам. В комнате пусто. Из мебели нет абсолютно ничего, кроме деревянного ящика, который использовался как стол. Скорее всего, он продал всё, что не было прибито, чтобы прокормить свою зависимость. -Послушай, я не знаю… Я поднимаю руку, и он перестаёт говорить. Я хочу сделать ему предложение прямо в точку. У меня нет причин осторожничать с этим. Я здесь только ради него и больше ничего. -У вас есть очень длинный список долгов на каждом углу этого города, — начинаю разговор я. Я лезу в карман пиджака, достаю пачку бумаг и бросаю их на импровизированный стол. -Это всё бумаги по вашим долгам. Вы слишком много задолжали, и поверьте мне, многие уже хотят забрать свои долги, не останавливаясь не перед чем. — Кто ты такой? Почему ты здесь? Его лицо побагровело от гнева и стыда. Конечно, никому не понравится когда их обличают в дерьме в собственном доме. Я смотрю, как его кулаки сжимаются по обе стороны его бёдер, но он слабый человек и я в два раза больше и сильнее его. Он ничего не сможет сделать, чтобы физически угрожать мне, и мы оба это знаем. -Ты проиграл больше, чем когда ни будь сможешь заплатить. Даже если ты доживёшь до трёхсот лет. Но у меня есть финансовые средства, чтобы сделать так, чтоб твои долги испарились, и это всего лишь капля в море для меня. Я смотрю, как он нервно сглатывает, но ничего не говорит. Искра заинтересованности вспыхивает в его глазах. -Ты можешь спрашивать себя, почему я хочу сделать это, и у меня есть только одна причина. У тебя есть то, чего я хочу, мистер Ким. То, что мне нужно, чтобы ты отдал мне. -Но у меня ничего нет, — отвечает он в замешательстве, сквозь стиснутые зубы и качает головой. Как же он не может вспомнить одну драгоценность, что у него есть? Это ещё раз доказывает мне, что он недостойный отец для Мин-а. -О, но ты всё же имеешь это, — говорю я, делая шаг к нему поближе. — Что-то гораздо более ценное, чем ты думаешь. Ему требуется секунда, и я вижу прозрение на его лице. — Мин-и? — спрашивает он. -Вот видишь? В глубине души ты знаешь, как он бесценен. И я хочу его. Меня начинает тошнить, от того что он обдумывает мои слова. Он не стал сразу отрицать то, что мне нужно, и это заставляет меня поверить, что он просто не считал его как товар раньше. Мои исследования показали, что почти никто не знает, что он существует. Наверное, поэтому он до сих пор не использовался в качестве рычага по выбиванию с него денег. Или что ещё хуже, оплаты. Но я не думаю, что его долги были так страшны раньше. Теперь же есть цена за его голову, и судя ране на его лице, я предполагаю, кто-то уже пытался выбить с него долги. Он прекрасно понимает, что это только начало. Такие люди, как он, всегда выберут свою собственную жизнь за чужую, даже если это собственный сын. Поэтому я не чувствую вины, делая ему такое предложение. -Что ты хочешь сделать с ним? — наконец спрашивает меня он. Я сразу же отмечаю про себя, что он не говорит мне «Нет». -Я хочу несколько минут с ним наедине. От того, что он решит, мы продолжим с вами разговор. -Ты хочешь быть с ним наедине? Как долго? Таким образом, наши переговоры начинаются, но я действительно полагаю, что он собирается дать мне то, о чём я прошу. Всё это шоу он представляет больше для собственной совести. -Мне надо всего несколько минут. Этого достаточно для меня, чтобы объяснить ему, что я хочу от него. А так же этого времени хватит и для него, чтобы принять решение. -Что ты собираешься делать с ним? Похоже, он снова покраснел. Как будто ему стыдно представить то, что я могу сделать с ним. Он полнейший кусок дерьма, но по крайней мере он задаёт вопросы, вместо того, чтобы сразу отправить меня к нему. Я не могу представить себе отца, который бы позволил, чтобы этот разговор даже начался. Но он есть, и это заставляет моё сердце болеть за светловолосого красавца, который попался мне на глаза. -Я собираюсь всего лишь поговорить с ним. И когда он решит, какого будущего она хочет, я уйду. Я не говорю ему, что она будет в моих руках, когда она сделает это. -А если я скажу, нет? — взволновано спрашивает он. -Тогда я уйду. Но моё предложение уйдёт вместе со мной. У меня уже есть планы, чтобы сделать это без него, но было бы легче, если бы он предал его. Таким образом, нет пути назад. Если всё будет сделано так, как я хочу, то скоро всё будет закончено. -Ты только поговоришь с ним. И затем погасишь все мои долги? — он смотрит вниз на бумаги, вероятно, пытаясь подсчитать, сколько он задолжал. -Да. Я хочу просто поговорить с Мин-и. Я продолжаю произносить его имя, потому что мне нравится, как это звучит в моих устах. — И когда я закончу, я позабочусь о всех ваших долгах. Мне будет уже неважно, что он решит. Я уверен, нет совершенно никакого способа, что он не пойдёт домой вместе со мной, так что мои слова пусты. -Хорошо. Но он немного своенравный с незнакомыми людьми. Это всё, что он говорит, прежде чем кивает мне в сторону лестницы. Я аккуратно ступаю на каждую ступеньку, и поднимаюсь наверх. Когда я достигаю вершины, я вижу дверь и слышу за ней тихий плач. Я двигаюсь к двери и останавливаюсь, прижимая к ней своё ухо. За дверью слышны всхлипывания, а затем ещё один небольшой вскрик отчаяния. Я сжимаю свои кулаки, думая при этом, что он мог сделать, чтобы заставить её рыдать. Этот кусок дерьма, который называет себя его отцом, лучше бы не прикасался к ней, даже блять пальцем. В противном случае я просто вырву их ему. Я делаю успокаивающий вдох и тихо стучу в дверь. -Мин-и. Я — Чимин. Я жду минуту и слышу, как он старается заглушить свои рыдания. -Милый, открой дверь. Наступает пауза, после чего звучат мягкие шаги. «Это хорошо. Я здесь, чтобы спасти тебя».