Темный Лорд и Грязнокровка

      Гермиона изображала на своём лице такой искренний ужас и страх, что, наверное даже опытный актёр поверил бы ей. Например, юный Тёмный Лорд поверил. Его лицо выражало такое самодовольство, что Гермиона еле сдерживала смех. Но вот про себя она хохотала от души. Их план с Дамблдором был очень прост. Она должна была привлечь к себе Реддла ещё больше и, тогда Дамблдор предложил ей позволить ему узнать, что она из будущего, но при этом не говорить зачем именно она вернулась. Так она удержит его около себя, а дальше они уже придумают, что делать.       -Реддл… Слушай… Э-э… Отдай! — она выхватила учебник у него из рук и выбежала из библиотеке. Как она и предполагала, он выбежал следом. Реддл развернул её к себе, схватив за руку, толкнул к стене, Гермиона уже была готова столкнуться со стеной, но наткнулась на его руку. Реддл смотрел серьёзно, поставил руки так, чтобы она не могла сбежать — по обе стороны от её головы. Гермиона вдруг поймала себя на том, что смотрит на его губы. Она уже одёрнула себя, но отрывать взгляд не спешила. Такие манящие… Когда она наконец-то оторвала взгляд и подняла на него глаза, то встретилась с горящими карими глазами. Его губы накрыли её. Это было не как в первый раз. Их первый поцелуй можно было бы сравнить с вальсом. Это же было самое страстное танго, которое вообще доводилось кому-либо видеть.       Они оторвались друг от друга только когда кончился воздух.       — Maintenant, Devereaux, tu vas tout me dire (А теперь, Деверо, ты расскажешь мне всё.), — сказал он тихо.       Они вместе прошли к озеру и сели на скамейку. Реддл стянул с себя свитер, оставшись лишь в рубашке, и молча отдал ей. Она также молча приняла его и надела, погрузившись в его запах. Она медленно вздохнула и принялась рассказывать уже несколько раз отрепетированную историю.       — Я и правда из будущего, — они помолчали. — Из не очень далекого, сейчас я ещё не родилась, но это произойдёт совсем скоро, поэтому до того момента я обязательно должна вернуться, — Гермиона решила, что не будет говорить из какого она времени на самом деле. — Я здесь по очень важному делу, мне нужно кое-что исправить и это связано с одним из учеников нашего курса, — он кивнул.       — Деверо — настоящая фамилия? — она фыркнула.       — Это единственное, что тебя интересует?       — Ответь.       — Да.       — Тогда на Астрономической башне ты уронила…?       — Маховик времени, да.       — Как ты собираешься попасть обратно?       — У меня есть свои связи в Министерстве, — про подлинность своей фамилии и участие Дамблдора она решила соврать, чтобы в последствии, в случае чего, ему было нечем её шантажировать, потому что связи в Министерстве сразу делали её неприкасаемой.       — Кто этот ученик из-за которого ты вернулась? И какую ты всё-таки преследуешь цель?       Вместо ответа она поцеловала его. Этого не было в её плане. Ей просто вдруг безумно захотелось сделать это… Она не понимала, что с ней, и почему она целует молодого Волдеморта раз за разом. Он будто манил её. Она корила себя за это раз за разом. Даже хотела стереть себе память о влечении к нему, но потом передумала.       Если Реддл и не испытывал подобного, то желание в нём проснулось точно. Он усадил её к себе на колени и ещё больше углубил поцелуй. Через пару минут он с такой же лёгкостью снял её с себя и выжидающе посмотрел, ожидая ответа на вопрос.       — Я не могу тебе сказать ничего более конкретного, — он закатил глаза.       — Я же всё равно потом узнаю.       — Поживём — увидим, — он хмыкнул, кивнул ей и направился в сторону замка, явно погружённый в свои мысли. Они не будут это обсуждать. Эти поцелуи… Они просто дурное наваждение. Это скоро пройдёт, когда она наконец решит как свести его с пути Волдеморта.       Когда она дошла до библиотеки, его уже не было. Она неспешно собрала вещи и медленным шагом пошла в гостиную. Она снова вспомнила об оставленных друзьях и слёзы сами невольно покатились по её щекам. Она вытерла их рукавом свитера и продолжила свой путь. Свитера? Ах да, Реддл. Гермиона приподняла ворот свитера и принюхалась. «Когда мы целовались от него исходил точно такой же запах». О чём она вообще думает сейчас в её времени раз за разом гибнут её друзья, а она целуется с их главным врагом. Волна возмущения захватила её, как она могла такое допустить? Гермиона явно не была дурочкой, падкой на красивых парней. Но ведь Реддл был ещё и несказанно умён. Она отогнала от себя эти мысли и ускорила шаг. Поразмышляв ещё об их поцелуях, Гермиона решила, что не заговорит с ним об этом, пока он не сделает это сам.