Раньше и сейчас

      Айзава часто возвращался домой за полночь.       Преподавание и тренировки юных героев в Юэй, ненавистная бумажная рутина, вечерние, а чаще всего ночные патрули и разного рода неприятные ситуации в виде выходки очередного злодея, желающего заявить о себе, отнимали достаточно много времени, отчего на сон оставалось часа четыре. Пять или шесть часов крепкого сна были настоящей роскошью для про-героя Сотриголовы.       Раньше Айзава и не особо спешил возвращаться; в своей маленькой невзрачной квартире он только пережидал ночь, чтобы утром опять оказаться в невыносимом шумном водовороте суетливой жизни.       Но это все — раньше.       Сейчас Айзава также возвращается домой за полночь.       Прихожая встречает его пустотой и мрачностью, в этой чертовой темноте Айзава натыкается на раскиданные кроссовки на платформе и нелепо сваленный, расстегнутый рюкзак около стенки. В квартире — абсолютная темень, но Айзава замечает работающий телевизор, который не дает квартире полностью утонуть в черном мареве. Противный светло-голубой свет неприятно бьет по уставшим глазам, отчего мужчине приходится щуриться, чтобы хоть что-то разглядеть в этой освещенной части комнаты, звук включен на минимум, даже не слышно, о чем говорит корреспондент с места событий. На экране — повтор вечерних новостей: Айзава итак знает, о чем идет речь — сам был в самом эпицентре — новоявленный злодей с электромагнитной причудой устроил настоящий хаос в центре города, очередной ненормальный.       Айзава переводит взгляд с яркой картинки телевизора на стоящее напротив кресло и сразу замечает копну фиолетовых непослушных волос, которые кажутся еще темнее в этом освещенном полумраке. Шинсо спит, укутавшись в легкий черный плед, и полусидит-полулежит в кресле. Вообще Айзава не раз замечал: Хитоши обладал поразительной способностью засыпать в непонятной позе, в точности как уставший уличный кот: где упал, там и заснул, а поза и удобство — это уже вопрос второстепенный.       Удивительно, как он вообще умудряется засыпать в этом просиженном, небольшом кресле, но Айзава не первый раз застает его спящим именно в нем — мальчишка не изменяет своим привычкам. Он точно кот, облюбовавший для сна именно это черное кресло. Шинсо спит, упершись спиной в левый мягкий подлокотник, правая нога согнута в коленке около спинки, левая нога, как и левая рука, свисают с кресла, правой рукой Хитоши прижимает к груди книгу.       Айзава присаживается на корточки рядом с креслом и заглядывает в спящее лицо парня: синяки под глазами кажутся еще более темными и глубокими. В этом они с ним уж очень сильно похожи, разница только в том, что ему — чуть за тридцать, а Шинсо — семнадцать.       — Хитоши.       Айзава зовет его тихо по имени, словно вовсе и не хочет будить. Шинсо никак не реагирует на собственное имя, продолжая крепко спать.       — Тоши, вставай. — Айзава проводит рукой по непослушным влажным волосам и подмечает, что Шинсо спит в пижаме. Айзава устало выдыхает, он догадывается, что Шинсо принял ванну и ждал его, и пока ждал — уснул, такое уже бывало не единожды. — Учебу еще никто не отменял, а кто-то с утра опять будет жаловаться на боль во всем теле.       Обычно сон у Шинсо – беспокойный и лихорадочный. Хитоши сам рассказал об этом Айзаве, когда тот спросил про его синяки под глазами и вечно сонное состояние. Но сейчас – Хитоши спит крепко, и Айзава даже рад тому, что может в кои-то веки его мальчик нормально выспится. Обычно Шинсо слышит, как открывается входная дверь, и к появлению учителя в гостиной совершенно сонный протирает глаза и щурится от отвратительно яркого света телевизора.       Айзава забирает книгу у Хитоши — учебник по психологии для магистрантов — и кладет ее рядом на пол, также в раскрытом виде. Мужчина осторожно поднимает спящего Шинсо с кресла вместе с пледом. Хитоши утыкается ему носом точно в разгоряченную вену на шее, и кожу обдает теплым дыханием — Шинсо дышит спокойно и равномерно. Айзава не помнит, когда такое было последний раз: обычно от любых манипуляций, даже от самого незначительного шороха мальчишка просыпается и потом полночи ворочается в кровати не в силах заснуть.       Шинсо — нелегкий, но мужчине хватает сил, чтобы спокойно держать его на руках. Айзава выключает телевизор, и вся квартира погружается в непроглядную темноту. На какую-то долю секунды Айзаве кажется, что он становится одним целым с этой мглой. Шинсо не дает ему забыться, теплый Хитоши на его руках напоминает о том, что сам Айзава еще тоже живой, что он существует — живет, дышит и любит.       Айзава осторожно ступает по темному коридору, неся на руках спящего Хитоши.       — … Шота, — сонно бормочет Хитоши куда-то в шею учителю.       Айзаву пробирает от такого не хуже, чем от заряда электрического тока — собственное имя, заспанный голос и теплое дыхание просто напрочь выбивают все остальное мысли из его головы, собственное желание выспаться улетучивается в одно мгновение. Он останавливается и сглатывает, пытаясь привести мысли в порядок и сохранить хоть какие-то крупицы здравого смысла.       — Тссс, Тоши. — Мужчина невесомо целует его в макушку и осторожно ступает дальше. — Спи. — И с удивлением даже для самого себя добавляет. — Спи, Хитоши, ты — молодец.       Шинсо еле слышно произносит вялое «угу» и снова проваливается в крепкий сон.       Часы показывают начало третьего ночи.