На круги не своя

  Несмотря на то, что прошло пять лет, Лондо даже сейчас, будучи сильно пьян, помнил почти все детали тогдашнего вечера. Как потом сидел в Зокколо опухший, немытый и пьяный за стойкой, и как мигом протрезвел, когда рядом появился Г'кар, со своим: "Подготовьте бумаги. Я поставлю на них свою подпись. Но не той же странице." Тогда он был слишком смущен, и смог только кивнуть "конечно", а после ухода нарна, улыбался, как дурак. Но ретроспективно он иногда жалел, что не ответил что-то вроде "И кто теперь ханжа" или "поздновато изображать брезгливость". Рот Лондо дернулся. Улыбаться он разучился даже больше, чем его отец когда-то - танцевать. Вообще, он не любил вспоминать. И потому что так прошлое обкрадывало настоящее, и потому что знал, что вспоминают те, кому больше ничего не осталось. И тем более потому, что теперь он никогда не был один. Но сейчас он был пьян, и впервые после инаугурации не ради того, чтобы заглушить Стража, а просто чтобы забыть настоящее и забыться в прошлом. Последние дни не могли не вышибить его из колеи. Звездный Альянс собирал правителей и правительства всех планет-участников на саммит на Вавилоне. Приглашение, что удивительно, пришло и ему, но вряд ли Шив'кала мог допустить его присутствие там - согласно плану дракхов Центавр должен был оставаться планетой воинствующей оппозиции Альянсу. Лондо уже три дня к ряду пытался придумать непреодолимую причину для посещения саммита, план побега, и даже способ на время отвлечь внимание своего тюремщика, но все тщетно. В очередной раз в своей проклятой жизни он понял, что нет ничего хуже чем... - Неоправданная надежда, - закончил хрипло его мысль Шив'кала и неторопливо вышагнул из-за ширмы. Лондо вздрогнул. Несмотря на то, что теперь он практически постоянно был под наблюдением, появление Шив'калы всегда заставало его врасплох. В отличие от телепатов многих других рас, дракх читал его мысли без зрительного контакта. Но самое главное - посещения эти почти всегда сопровождались жуткой болью - а к ней привыкнуть было невозможно. Шив'кала ухмыльнулся шире, хотя насколько Лондо научился разбираться в смещениях этого безобразия пластинок, заменявших дракху лицо, ухмылка была при нем постоянно. - Так вот почему ты так стремишься на этот саммит. Лондо крепко сжал горлышко полупустой бутылкой бривари. - Как давно ты копаешься в моей голове? - Достаточно... Лондо невольно вспомнился Кош с его односложными ответами, и тут же его виски пронзила острая боль. Он согнулся, подступала рвота, но боль не утихала и на миг. Не глядя на его корчи, дракх прошел к окну. "Ворлонцы должны быть забыты. Даже в мыслях", - прошипел Шив'кала прямо в его голове. Миг зубодробящей боли наконец прекратился, и Лондо обмяк на троне. Весь его лоб блестел бисеринами пота. - Контролировать мысли невозможно. Шив'кала резко обернулся, и Лондо вцепился в подлокотники. Не по одному жуткому приступу мигрени он знал, как дракх не любит, когда ему противоречат. И самое неприятное: никогда не было наверняка ясно, что тот сочтет противоречием. С учетом последнего Лондо не видел смысла скупиться на искренние эмоции в его обществе. Однако в этот раз Шив'кала ограничился взглядом. - Я заметил. - Ты пришел демонстрировать праздное любопытство? - Я никогда не прихожу просто так. Лондо в очередной раз ужаснулся тому, как возможно быть честным и столь жутким одновременно. Может все дело было в том, что прежде честные казались ему высокоморальными простаками, которых можно было было использовать. В случае же Шив'калы, честность была демонстрацией силы. У него не было надобности лгать ради своих целей - здесь он и так мог делать что угодно с кем угодно. - И чего же ты хочешь? Один из надбровных щитков дракха сместился вверх. - Рад слышать, что ты помнишь хорошие вопросы. Лондо скривился, выпрямил спину, и все же высказался: - Сделать из банального вопроса основу мировоззрения не кажется мне хорошей идеей. Шив'кала пристально поглядел на него и прошел в сторону южного окна. - Ты пока просто не понимаешь. - Как тебе угодно. И все же, зачем ты пришел? - Задать вопрос. Отчего ты не просишь у меня разрешения отправиться на Вавилон? - По-моему вопрос риторический. - Отнюдь, - дракх отодвинул занавес, и уставился на панораму столичных строений. На скулах Лондо зашлись желваки. - Что ж, изволь: если бы это было вам необходимо, я бы уже был на полпути на туда. - Не обязательно. - Тогда, возможно, тебе просто любопытно прежде посмотреть, предприму ли я попытки попасть туда, и какие. Но думаю, риск моего появления там, где возможно столкновение с телепатами, не стоит ни одной из ваших целей со времен, когда я подарил Шеридану и Деленн вазу. Дракх на минуту обернулся с непроницаемым выражением лица. Видимо, боролся с желанием снова применить телепатию. - Ты просто боишься, что я поручу тебе нечто подобное еще раз. Лондо хмыкнул. - Я никогда не питал к чете Шеридан, да и к кому либо из Альянса особо теплых чувств. - Но хотел бы увидеть Г'кара. Лондо хмыкнул. - При чем тут он? Саммит должен собрать правящие круги планет Альянса. Г'кар к ним отношения не имеет, да и давно пустился в свое паломничество. Дракх развернулся к Лондо и с вечной ухмылкой покачал рогатой головой. - Ты собирался сделать так много, а знаешь так мало. Г'кар посетит Вавилон в рамках одновременно проходящего там фестиваля наук и религий. Его "Декларация принципов", знаешь ли, до сих пор соблюдается Альянсом. - Шив'кала осклабился. - Занятно было узнать, откуда взялось ее название... Лондо молча смерил дракха ненавидящим взглядом. - К твоему сведению, К'хари - это пожизненный титул. И более того, не столько титул, сколько духовное лидерство. Режим Нарна считает обязательным периодически советоваться со всеми из них при формировании политического курса. - Не понимаю, почему ты решил, будто мне это интересно, - фыркнул Лондо. - Неужели? Шив'кала прищурился и по спине Лондо пробежал холодок. - Каждый из нас давным-давно удовлетворил свою жажду мести и разрушений в мире другого. - Как скажешь, - только прозвучало у него в голове. - Но если бы ты все еще хотел отомстить Г'кару, я пожалуй, даже отпустил бы тебя на этот вавилонский саммит. Лондо вздрогнул, застыл и прищурился. - Ты либо лукавишь, либо перестал считывать мои мысли. Иначе видел бы, как сильно я мечтаю отплатить ему за все. Но скорее всего, ты все об этом знаешь, и тебе попросту приятно лишить меня такой возможности. Шив'кала всмотрелся в лицо Лондо, и тот почувствовал, как его позвоночник буквально вырывается из тела. - Как глупо с твоей стороны пытаться обмануть меня. - Лондо только кряхтел не в силах отвечать. Судорога еще дважды подбросила его на троне, и боль прекратилась. Когда он снова посмотрел на место, где стоял дракх, его там уже не было. Рукой в белой перчатке Лондо утер лицо и вздохнул. Теперь стало понятно, зачем Шив'кала приходил на самом деле - попросту решил напомнить о своей власти над ним. Может, даже подразнить его невозможностью попасть на саммит. А подсмотренная история с Г'каром только добавила масла в огонь. Неважно, по какой причине по мнению Шив'калы он хотел бы встретится с этим нарном - дракху попросту было приятно сообщить о том, что он этого сделать не сможет.   Когда желтый глаз Стража, наконец, надолго закрылся, Лондо поднялся с трона, и качаясь, направился в свои покои. Перед глазами плыло, и он с трудом добрался до двери. Была глубокая ночь и свечи в его спальне уже отгорели - слугам, меняющим их, как и всем остальным, император запретил входить к себе в его отсутствие. Хорошо, что Дансени заранее приготовил ему ночную рубашку - она белела на кровати в свете Центавры Минор, как маяк. Лондо небрежно стянул все слои императорского одеяния, как вдруг его шеи коснулось холодное. - Не шевелись. Я могу убрать паразита, если ты позволишь.  Лондо осторожно сглотнул и покосился на Стража. Тот выглядел камнем. Голос за спиной был ему абсолютно незнаком, но интонации что-то напоминали. - Тогда я сам умру. - Это неправда. - Откуда мне знать наверняка? - Будь так, я попросту мог бы убить тебя, а потом его. - Но в этом случае ты будешь схвачен стражей и осужден за убийство императора. - Я думаю, ты уже понял, насколько незаметным я могу быть. Лондо неглубоко вздохнул. - Это в любом случае не имеет значения. Уберешь одного Стража, и завтра на моем плече будет другой. А вот для его хозяина ты себя обнаружишь. - Если я уберу его, ты сможешь сбежать на Вавилон и рассказать обо всем Альянсу. Лондо вздрогнул. - Как много тебе известно? - Многое. По меньшей мере о бомбах на Приме Центавра я знаю. - Тогда тебе должно быть ясно, что если я все расскажу сейчас, Альянс большинством голосов предпочтет развязать войну против дракхов на Центавре, а то и вовсе уничтожить нашу планету вместе с ними. Не говоря о том, что в случае моего побега на саммит дракхи могут взорвать Центавру Прайм. - Мне это ясно. - Тогда почему, если для тебя это приемлемо, ты сам не расскажешь обо всем Альянсу? И зачем, если ты против превращения Центавра в поле битвы, ты пришел ко мне? - Потому что я - не центаврианин. И цену избавления галактики от дракхов в данном случае выставляешь ты. - Довольно сложно решать справедливо, когда у твоего горла нож. - По-твоему дело в ноже? Холод лезвия исчез с шеи, но едва Лондо попытался обернуться, его затылок крепко стиснули, и зашептали на ухо: - Прежде перед тобой тоже стоял выбор: мир в галактике, или новое возвышение Центавра. А точнее - твое личное возвышение. Ты помнишь, к чему это привело? - Я уже расплачиваюсь за этот выбор. Сейчас совершенно другая ситуация. Что бы я сейчас ни делал для свободы Центавра - я погибну, а затем дракхи найдут мне замену. Жив я или нет, для существования моей планеты не принципиально. - Или ты просто настолько боишься рисковать, что хочешь так думать. А тебе не приходило в голову, что умри ты - кто-то на твоем месте справился бы лучше? Тогда как сейчас именно из-за твоей слабости дракхи преспокойно присосались к Центавре Прайм и начинают строить флот на средства казны Центарума. Лондо проскрежетал зубами. - Ты предлагаешь переложить мое бремя на кого-то еще? - Не лги себе. Не чужие благо и бремя заботят тебя. И даже не благо Примы Центавра. Просто подчинение - твоя единственная защита. Ты ведь прекрасно видишь, чем закончились твои попытки препятствовать Теням. - Если тебе все ясно, что же ты от меня тогда хочешь? - Чтобы ты сделал выбор. Давление на затылок прекратилось, и Лондо резко обернулся. Но за спиной не было никого, только предрассветная синева сумерек. Он тяжело вздохнул, снова покосился на плечо и обмер от ужаса - желтый глаз смотрел то на него, то ему за спину. Лондо выругался: нападение заставило его протрезветь, а если протрезвел он, то и Страж не спал. И, не исключено, что видел ночного посетителя. Напавший на него знал все, и как бы ни раздражал - мог оказаться единственным хорошо информированным союзником, а в случае неудачи по выдворению дракхов с Центавра - единственным, кто будет способен предупредить Межзвездный Альянс. Кроме того, вдруг это единственный во всей галактике, кто и впрямь знает, как удалить Стража без смертельного исхода? Лондо прошиб пот. Едва появившаяся надежда утекала, как песок сквозь пальцы. Ему пришло в голову поднять на уши всю стражу, чтобы поймать "покушавшегося на жизнь императора" прежде, чем это сделает Шив'кала, но вероятность того, что дракх в случае успеха потребует голову повстанца была слишком велика, и Лондо оставил эту идею. Он с отвращением поглядел на вращающийся в орбите глаз. - Хватит озираться. Он больше не придет. Да и понял, что убивать тебя нет смысла. Страж, видимо, понял и, напоследок остекленело выпучившись на Лондо, сомкнул веки единственного глаза.   Утром император Центавра в очередной раз был не в форме. Но Дансени, разумеется, ничего ему не сказал - просто поставил перед ним поднос с рюмкой бривари, яичницей и спу. Однако посмотрел так укоряюще, что голова Лондо затрещала еще сильнее. С гримасой присев в постели, Лондо залпом выпил похмельную, утер рот и поднял вилку. Но опустил ее не сразу. Глазунья таращилась на него желтком, и спросонья ему показалось, что она ему даже моргнула. Сердито фыркнув, Лондо вонзил в нее вилку и поторопился порезать на мелкие части. - Какие-нибудь происшествия ночью, Дансени? - Нет, Ваше Величество. - Это точная информация, или Дурла снова пытается "оберегать" мой покой? - Точная Ваше Величество... Есть ли какие-либо причины, почему вы уточняете? Лондо хмыкнул, расправляясь с завтраком. - Разумеется. Сам Дурла. Дансени не ответил, только быстро поправил пуговицу на камзоле. Только Лондо давно знал, что это было его способом наклонить голову, скрывая улыбку. Теперь предстояло узнать, что о ночном разговоре известно более чутким ушам и глазам. Лондо вздохнул. - Оставь меня Дансени. Камердинер поклонился и покинул комнату. Как и ожидал Лондо, Шив'кала появился почти тут же. - Приятного аппетита. Лондо едва не стошнило. И может, было бы неплохо заранее очистить желудок, учитывая, сколько раз его рвало от пыток, которым подвергал его дракх. Шив'кала молчал, и Лондо в очередной раз подивился, что до сих пор надеется, что его мучитель будет уничтожен дневным светом, как вампиры из фильмов мистера Гарибальди. Просто несправедлива Вселенная, где столь монструозное создание За'хад'дума может являться на свет. - Понимаю, что "здравствуй" я вряд ли дождусь, по крайней мере сейчас... "И вообще никогда" - перебивать Лондо не стал, но на всякий случай подумал нарочито четко. - Однако другого приветствия я потребовать вправе. - Похоже, власть делает мелочным. И впрямь нет хуже господ, чем бывшие рабы. Лондо убрал поднос с коленей и встал - незачем потом объяснять Дансени, как он ухитрился его перевернуть, и не болен ли он, раз опорожняется в кровати. Шив'кала однако, только прошел к окну. Он делал это почти каждый свой визит, но Лондо только сейчас предположил, что это не демонстративный осмотр своих владений: не исключено, что дракх, вынужденный скрываться днем, попросту хотел выйти наружу в светлое время суток. Шив'кала просунул кисти в рукава и мерно зашагал по комнате. - Ты путаешь мелочность и мое намерение узнать, когда ты, наконец, одумаешься. Что же касается бывших рабов - тебе не привыкать. Если бы Г'кар в свое время не заключил с тобой сделку, Центавр полыхал бы факелом в руках Картажье. - Ты переоцениваешь нарнов. Шив'кала усмехнулся. - Скорее, центавриане всегда недооценивали Нарн. Это, пожалуй основная причина окончания вашего "золотого" века. Кстати, о Г'каре. Все еще хочешь доказать, как ненавидишь его? - Еще одной попытки я могу не пережить, так? Дракх покосился на Лондо. - Если ты думаешь, что это снова провокация с моей стороны, - ты ошибаешься. Я не использую дважды один метод. И вовсе не желаю калечить тебя. Напротив, я собирался похвалить тебя за вчерашний поступок. Лондо уставился на него, затаив дыхание. Благо для дракха - беда для Центавра. Шив'кала снова повернулся к окну. - Будешь отрицать, что ночью у тебя был посетитель? Лондо замер, пытаясь прочитать эмоции на пластинчатом лице. - Не имеет смысла, не так ли? - Верно. Ты узнал его? - Я не мог рассмотреть. Он стоял у меня за спиной. - Хорошо. - Шив'кала прикрыл глаза. - В любом случае, он уже мертв. Лондо застыл, но когда дракх снова изучающе поглядел на него, поторопился заняться одеждой. - Однако, - продолжил Шив'кала, не глядя на его туалет, - ты не дал ему убить Стража. Лондо скривился. - Это не имело смысла. - Я и не рассчитывал, что ты быстро начнешь свой путь во смиренном служении. Возможно, поощрение здесь будет более уместно и эффективно. Поэтому мы решили отпустить тебя на вавилонский саммит. Лондо застыл с жилетом в руке. - Не просто так, верно? Шив'кала скрестил руки, отходя от окна. - Это отвечает и твоим целям. Вчера ты пытался доказать, как хочешь отомстить Г'кару. Мы решили предоставить тебе такой шанс. После саммита ты незаметно уведешь его ото всех и передашь в наши руки, а его корабль на автопилоте направишь куда-нибудь ближе к Пределу, чтобы на Вавилоне думали, что он улетел в дальнейшее странствие. - Только что ты утверждал, что вы не мелочны, а теперь вам зачем-то понадобился очередной межзвездный фанатик? - насмешливо спросил Лондо, пытаясь уже трижды попасть пуговицей жилета в петлю. - Ты снова недооцениваешь силу идей. Если бы ты читал его книгу, то знал бы, сколько ворлонских идеалов он в нее привнес. - Ворлонские идеалы не имели бы стольких последователей, если бы не подкреплялись огневой мощью ворлонских кораблей. Шив'кала повернул голову набок. За все время, что он был рядом, Лондо так и не понял, общается он в такие моменты с другими дракхами, или просто разминает шею. - Шеридану удалось довольно хорошо скопировать ворлонский корабль. Но один неточный выстрел "Эскалибура" - и драгоценное время утеряно - его планета заражена чумой. Лондо ничего не ответил. Шив'кале всегда удавалось подобрать аргументы, заставляющие чувствовать беспомощность и отчаяние. - Тебе еще очень много предстоит понять, - телепатически транслировал в его мозг дракх. Лондо отвернулся, чтобы взять камзол, а когда обернулся, Шив'калы в комнате уже не было. Было около полуночи, когда Г'кар поставил корабль на автопилот, и отошел к иллюминатору. Теперь он мог побыть наедине с собой и своими мыслями - Лита решила отправиться на Вавилон днем позже, и осталась на Нарне с телепатами. Г'кар не одобрял идею ее присутствия на саммите, и даже напоминал, как Межзвездный альянс отреагировал на просьбу Байрона о доме в свое время, но она была непреклонна. Он надеялся, что за время их путешествия ее нрав смягчится, и она начнет искать иные пути решения для телепатов Земли, однако все вышло строго наоборот. Побывав в других мирах и поглядев на то, насколько лучше там живут местные телепаты, с каким уважением к ним относятся остальные сородичи, ее желание отвоевать для телепатов Земли лучшую долю только усилилось. Более того, во время этих визитов она нашла причину подобных различий. В иных мирах для защиты телепатов хватало законов, и только на Земле был организован Пси-корпус, который скорее не защищал права телепатов, а без конца попирал их. А значит, он и должен стать мишенью в ее борьбе. Г'кар вздохнул. Он хотел, чтобы Лита подумала обо всем с другой стороны и искала дипломатическое решение. Но переубедить ее не смог. Может, оттого, что сам в глубине души не был уверен. Может, дело было в его личном опыте в бытность послом. За время их странствий его вообще не покидали сомнения и ощущение, что он что-то упускает, чего-то не замечает, или даже бессознательно избегает. Г'кар отложил книгу и вгляделся в смоляную черноту за стеклом. Сейчас он чувствовал себя слишком жрецом, и совсем немного воином. Если бы он был минбарцем, было бы проще - выбор сделан, и всегда можно сослаться на условия клана. Ему же постоянно приходилось выбирать между этими ролями, и что таить, глядя на Литу с ее растущей уверенностью, он начал сомневаться в своем выборе.  Но угнетало скорее не это. Несмотря на то, что он исполнил многое - вошел в Совет К'хари, добился свободы для Нарна, обрел просветление, участвовал в победной битве за галактику, он все еще не чувствовал удовлетворения. Он полагал, что найдет его в странствиях, но вышло наоборот - чем меньше оставалось непознанного, тем менее эмоционально он встречал новизну следующих планет. Он чувствовал себя туристом, который на миг удивляется новому, с жадностью смотрит, делает фото... И никогда после его не просматривает, а вспомнив о нем, в следующую поездку даже не берет фотоаппарат. Диковинные растения и животные перестали изумлять его взор, аборигены, их языки и обычаи - перестали быть любопытны. Во всем он лишь прослеживал тенденции эволюции, простое приспособление к выживанию. Расы же живущие по иному - ворлонцы, Тени и изначальные покинули этот мир. Точкой над "i" всему этому стало их с Литой посещение сектора 843. Там Г'кар не только понял, что идеального мира не существует, но и то, что увидев подобное, он заподозрит его иллюзорность. Интересные миры просто были, но ничего не значили для Г'кара. Когда он последний раз что-либо чувствовал всем своим существом? Г'кар нахмурился. Не тогда, когда он начал путешествие. Не тогда, когда вернулся на Нарн. А как ни странно, когда прощался с Моллари на Центавре. Пребывание с врагом, на планете врага заставляло чувствовать себя живым. Все-таки он всегда оставался воином. А может, просто дело было в том, что сам Моллари так и остался для него неизведанной землей. Как странно, когда-то просмотреть почти целиком чью-то жизнь и все равно не суметь постичь ни ее, ни мотивов поступков ее обладателя. Однако Г'кар был честен с собой - он подозревал, что просто избегает догадок о том, что в действительности их связывало с Моллари в последние годы. Когда-то все было просто и понятно - Лондо Моллари относился к нему так, как положено центаврианину, знающему, что его убьет нарн - нарочито брезгливо и высокомерно, лишь бы не помереть со страху. Потом с его стороны было нечто среднее между чувством вины и желанием отправить воплощение совести куда подальше. Еще позже в нем появилась эта пресловутая благодарность за помощь в устранении Картажье. А после - Г'кар запутался. Он перестал понимать еще в тот момент, два года назад, когда Моллари пришел с тем соглашением в помощь восставшему Вавилону. Он правда рассчитывал, что непристойное предложение заставит центаврианина с его "благими намерениями" убраться подальше. А когда тот согласился, было уже поздно отступать. И Г'кар никому никогда не расскажет, что его высокоморальная "Декларация принципов" была написана скорее во искупление тогдашней собственной безнравственности и, возможно даже, вины, чем во имя чего-то еще. А далее, до отлета на Центавр, они так и продолжали играть в "ничего не было" и "мы просто подписали договор". Так было проще. А скорее - это был единственный возможный тогда вариант. Г'кар хмыкнул и посмотрел на собственное отражение. А ведь однажды он чуть не нарушил правила этой игры - в день, когда Моллари очнувшись после комы просил у него прощения... Как он тогда спешил в резиденцию Центавра, узнав, что Моллари выписали! Даже плащ зачем-то натянул... В руке безалкогольное - Франклин спиртное надолго запретил, а он не совсем щрок же, над больным издеваться. Даже если это - Моллари. И все это, чтобы услышать один диалог. Они даже не потрудились закрыть двери. Действительно, зачем, ведь ничего важного или предосудительного... - Знаете, Лондо, я восхищаюсь вами! Все-таки вы попросили прощения у Г'кара! Можно сказать, с того света вернулись, ради того, чтобы попросить у него прощения! - А ты, Вир, я смотрю, ничуть не меняешься! Не в обиду, конечно. Пальцем в небо, но почти... - Что вы имеете ввиду? - А то, что ты прав с точностью до наоборот. Если бы я не попросил прощения - не вышел бы из комы. - Как это? - Пока я был без сознания, мне снился презанятнейший сон. В нем были Деленн, Шеридан... Но не суть. Главное, что Деленн во сне сказала мне, что если я хочу жить, я должен найти правильные слова. И вот когда я увидел там Г'кара, и сказал, что сожалею - очнулся. - Но это ведь во сне, а потом-то наяву вы все равно просили прощения у Г'кара! - Не понимаю, почему это так тебя радует... Конечно, я попросил прощения у него наяву, вдруг я опять бы отключился!.. Далее Г'кар не слушал. Развернулся и пошел обратно. Бутылку поставил за углом, а плащ стянул и отправил в ближайшую урну - все равно только за рукав цеплялся. Нет, все еще было хорошо, что Моллари извинился. Неважно, ради спасения ли своей жизни или чего-то, в чем он никогда не признается. Ничего не изменилось тогда и, пожалуй, это было наилучшее в той ситуации.   Г'кар шумно выдохнул, оставляя мутный след на иллюминаторе. Ему и не нужны были раскаяния Моллари - он и так видел его персональный ад, - просто в тот момент казалось, что Лондо важно то, как он, Г'кар, к нему теперь относится. А оказалось - не очень-то важно. Впрочем, тогда ничего особенного или нового не произошло. Бывало и хуже - вспомнить только их тост за императора Турхана... И Г'кар был бы спокоен до нынешних дней, если бы эта уверенность однажды снова не пошатнулась. А если быть точным - пока ее не пошатнул буквально пошатывающийся Моллари...   В тот день они спасли На'Тот и возвращались на Вавилон. Моллари отправился ужинать, а Г'кар все смотрел на звезды. Да, его все еще ужасала простота, с которой Моллари относился к ценности чужой жизни, но теперь он ясно увидел, что это больше следствие центаврианского мироустройства, нежели эгоизма или цинизма. Г'кар видел, как Лондо воодушевила роль положительного героя. Особенно, если это ломало устои Центавра, как бы упорно он ни твердил о превосходстве своей расы и ее обычаев. Возможно, это было его запоздалым бунтом - в память о том, что когда-то эти устои изменили его невинный, возможно, под стать Виру, разум, и "вознаградили" усилия ничего не значащей должностью посла, низводя до такой степени, что за реванш чуть не погибли два мира разом. Но так или иначе, Моллари, по мнению Г'кара, не был безнадежен в отношении понимания вселенной. А глядя, как тот порой наслаждается жизнью, смеясь, выпивая и заглядываясь на женщин, Г'кару иногда казалось, что этот центаврианин даже ближе к истинам, чем он сам... Тогда, напоследок улыбнувшись звездам и вздохнув, Г'кар направился в их с Моллари каюту. Когда он вошел, внутри никого не было. Он разлегся в кресле, хотя не особо рассчитывал на сон. Перед глазами снова вставали центаврианская камера и исхудавшая На’Тот. Слишком уж многое ударило сегодня по его нервной системе. Но может, пока Моллари заедает стресс, удастся немного вздремнуть... Едва нарн закрыл глаза, открылась дверь. - Это просто чудесная ночь, Г'кар! Лондо ввалился, размахивая бокалом с бривари. Г'кар потер лицо. - Вы поняли это, сидя в наглухо закрытом ресторанном отсеке? - Разумеется! Это некоторым, может, нужно часами пялиться на звезды, чтобы достичь гармонии со вселенной. Мне же достаточно для этого насладиться ее дарами. - Весь вопрос в глубине прозрения, - отмахнулся Г'кар и вздохнул: похоже, Деленн ошиблась, утверждая, что Моллари ненавидит разговоры в полетах. - Скорее, вопрос вкуса. Вы, если вспомнить, в момент своего глубочайшего прозрения таращились под "прахом" на мое разбитое лицо. - У всех свое понимание даров вселенной. Лондо поперхнулся и метнул бокал чуть выше пятнистой головы. Г'кар больше сделал вид, чем пригнулся, состроил набожное лицо и добавил: - Я имел ввиду "прах". - Ну разумеется. - А вот это, - Г'кар кивнул на осколки у плинтуса, - бесцеремонная и неподобающая растрата этих даров. - О нет. Еще бы сантиметров десять ниже - и этот бокал послужил бы самой благородной цели во галактике. - Не сомневался в ваших центаврианских понятиях о благородстве. - Ошибаетесь, Г'кар. Мои понятия о благородстве, а иже с ним о жертвах и предательстве нынче нарнского происхождения. И этим знаниям я обязан одному вашему новоявленному святому. Мне они достались достаточно дорогой ценой. Г'кар всмотрелся в лицо Лондо, но не увидел даже намека на то, что тот чувствует, произнося все это. Без сомнения, его мимика была прекрасно заточена на игру в покер. Но Моллари был прав в своем выпаде, им давно следовало поговорить о том злосчастном соглашении. И, щрок раздери, в этом случае шестибрах оказался смелее. Г'кар незаметно набрал в грудь побольше воздуха. В конце концов, они покинули Центавр, и после смогут избегать друг друга на Вавилоне. - Нарны, даже святые, остаются честными дельцами, Моллари... - Г'кар заговорил четко, подбирая слова тщательнее, чем для своей книги. - Если вы захотите возвратить приобретенное, потраченное вам отдадут в полной мере. Лондо подошел к креслу, где сидел Г'кар, и навис над ним, опираясь на подлокотники. - Я не привык отказываться от своего выбора и предпочту возврату обмен. У Г'кара перехватило дыхание, а щрочий центаврианин, похоже, упивался его реакцией. Жилет Лондо топорщился у него перед глазами, заставляя сглотнуть. Слишком простая провокация. Или на то и расчет? - И почему я чувствую, будто меня облапошили при первой сделке? И будто снова пытаются... Лондо усмехнулся во весь оскал. - В тот раз вы, помнится, посоветовали мне предъявить счет Шеридану. Я же вам посоветую сейчас направить счет вашей бывшей атташе. - А ей-то какое соглашение понадобилось? - еле произнес Г'кар, пытаясь перевести взгляд с жилета Моллари на его лицо. Лондо рассмеялся. - Нет, Г'кар, ей мы уже оказали всю возможную поддержку. Просто ее спасение, похоже, сделало то, что не смогли ни мое раскаяние, ни свобода Нарна, ни мое стремление помочь Вавилону. Г'кар всмотрелся в улыбающееся лицо Лондо. - Не уверен, что понимаю все верно. - Этот же святой нарн два года назад говорил мне, что понимание будет иметь высокую цену. Но мне кажется, он продешевил... Голос Лондо становился все тише и мягче. Г'кар невольно улыбнулся, глядя на искорки, заплясавшие в его глазах. Да, он верно понял - провокация, только иного рода, чем он предполагал вначале. Его руки потянулись к пуговицам глухо шуршащего над ним жилета. - Думаю, вы ошибаетесь, Моллари. Нарны никогда не заключают сделки себе в убыток. - Г'кар распахнул полочки жилета Лондо, мягко положил ладонь на особенно выпирающий выступ под рубашкой и почувствовал, как под ней твердо пропульсировало. - Разве что у вас есть камень за пазухой или туз в рукаве... Лондо попытался усмехнуться тому, как осип голос нарна, но собственное дыхание сбилось под скользящими прикосновениями. - Злопамятность не лучшее качество для дипломатии... Особенно учитывая, что мы вот-вот вернемся на Вавилон - пристанище мира и нейтралитета. - Но мы еще не вернулись, Моллари. - Г'кар пристально посмотрел на Лондо. Его нижние веки едва заметно приподнялись. - Тогда я готов припомнить вам то соглашение с совместным заявлением. Лицо центаврианина стало серьезным. На секунду Г'кар похолодел, ожидая, что Лондо заявит, что только что с большим удовольствием наблюдал, как нарн опешил и растекся перед ним. Но тот произнес: - В этот раз я настаиваю на еще более тесном взаимодействии в двустороннем порядке. Г'кар очень старался не моргнуть округлившимися глазами и не поерзать - скрип его кожаных брюк о кожаную ткань кресла стал бы маршем капитуляции. И как этому подлецу Моллари удавалось завести его одним препростым эвфемизмом? - Полностью поддерживаю и предлагаю более активное сотрудничество для этого. Ладонь Г'кара скользнула меж пуговиц, и грудь Лондо замерла на вдохе. - А еще нас в оголтелой экспансии обвиняют. - Зато половина вашей инициативности - эффект бривари. - Не расстраивайтесь, Г'кар. Привлекательность, которую у нарнов можно рассмотреть только спустя бокал-другой, а скорее пятый-шестой, не самое главное. - Меня это ни в коем случае не беспокоит, господин премьер-министр! Пейте хоть до "подключения к космосу". Я, поверьте, найду как воспользоваться вашей беззащитностью. - В лучших традициях Нарна. - И Центавра. Рука Г'кара, до этого блуждавшая под рубашкой Лондо, на миг остановилась. Взгляды послов пересеклись. Г'кар дернул Лондо на себя, и их губы столкнулись с энергией коллайдировавших миров. Лондо попытался расстегнуть мундир Г'кара, но начал не с той стороны и недовольно зарычал в поцелуй, на что нарн прыснул со смеху. Пришлось отстраниться, чтобы каждый занялся своей верхней одеждой. Их руки заработали наперегонки. Г'кар, разумеется, справился быстрее и тут же переключился на рубашку Лондо. Брахиарти выпали ему на живот, как мясистый клубок змей: расслабление после стресса было особенно сильным, да и бривари сделало свое дело - щупы были вялыми. Лондо это показалось не особо приятным зрелищем - по меньшей мере, так наверняка подумала бы среднестатистическая центаврианка, - однако в глазах Г'кара сразу после удивления зажегся какой-то лихорадочный огонь, и его пальцы вкопались в скользящие переплетения, притягивая лениво извивающиеся отростки к себе на грудь. Лондо про себя обозвал его извращенцем, но предвкушения в этой мысли было куда больше, чем недовольства. В следующий же миг Г'кар подхватил его под ягодицы и быстро понес на кровать. В голове Лондо в этот момент пронеслась целая армада мыслей. Физическая сила нарна не переставала удивлять - он взмыл в чужих руках, как в невесомости. С одной стороны это было необычно, приятно и обещало выносливого партнера для долгого удовольствия, с другой... - Все еще стремитесь стать ведущей державой в нашем союзе? - Насупился Лондо, когда Г'кар осторожно уложил его на кровать и стянул с него брюки с нижним бельем. - Куда вы, туда и мы, - отшутился Г'кар, но немного опешил, когда заметил, как Лондо скривился, глядя на свои вялые щупы, скатывающиеся с живота. - Стоит всего раз проявить несостоятельность... - О, господин премьер-министр, неужели вы думаете, что Нарн может оставить союзника в бедственном положении? - улыбнулся Г'кар и начал медленно разглаживать брахиарти по всей длине. Довольно быстро они налились кровью и поднялись с гидравлической плавностью паучьих лап. Лондо неторопливо обвил ими руки, ноги и шею Г'кара и ими же ухитрился лишить того остатков гардероба. Контактные пластинки любопытно завертелись, и на его губах заиграла демоническая улыбка. - Центавриане быстро отдают долги. Г'кар шумно вдохнул, чувствуя, как из сдавленных конечностей кровь отлила в единственную область, которую брахи подлого центаврианина старательно оставляли без внимания. - Долг невелик, но лежать не велит, - хмыкнул Г'кар, в отместку опустив ладонь на самый низ живота Лондо. Последний воспользовался тем, что нарн запутался в брахах, и быстро подмял его под себя. Г'кар на это только улыбнулся, что окончательно успокоило Лондо. Теперь его не тревожила мысль, что одержимость Г'кара свободой может распространяться и на его предпочтения в постели. С удовлетворением посмотрев на захваченного нарна сверху, Лондо фыркнул: - Самое жуткое оружие нарнов - народный фольклор. - Кстати, Моллари, - спросил Г'кар, не отрываясь от разглаживания твердеющих брахиарти по своей груди. - Вы ведь большой знаток культуры и лингвистики землян... "пригреть змею на шее", случайно не из вашего языка у них взялось? - Ну разумеется! - Лондо сдержал стон, когда что-то стало мешать ему сидеть на бедрах Г'кара, и сделал грудь колесом. - Они переделали множество наших эвфемизмов в свои поговорки. - И что означает это "пригреть змею на шее"? - Особенно доверительные отношения с центаврианами. Один из щупов Лондо обвил шею Г'кара, и скрутился возле уха. Г'кару показалось, что каждое пятно на его голове наэлектризовано. - А что тогда значит "змея меняет шкуру, а не натуру?" - Этой я не слышал, - признался Лондо. - Но думаю, что-то связанное с анатомией землян-мужчин... Г'кар сосредоточенно прищурился, но спустя миг его лицо вытянулось. Лицо Лондо озарилось триумфальной улыбкой. - А еще нас ханжами зовут. - Это вы еще минбарской анатомии не видели, - отмахнулся Г'кар. - А вы можно подумать, видели, - усомнился Лондо. Они внимательно посмотрели друг другу в глаза. Г'кар, наконец, пожевал губами и закатил глаза. - Ладно, признаю. Не видел. До сих пор уверен, что у них там под балахонами бесплотно-чистый жертвенный дух. Вроде ворлонцев. - А я до сих пор уверен, что ворлонцы - это только радиоуправляемые костюмы минбарцев, которые не хотят делать свое сверхмощное орудие достоянием гласности. - Если вы не видели ворлонцев, Моллари, это еще не значит, что их нет. - Куда уж мне до просветленного Г'кара! А вы уверены, что ваш Кош-Г’лан - не плод вашей галлюцинации под прахом? - Но все, кроме вас, его видели в саду! - Коллективные галлюцинации никто не отменял. Г'кар вздохнул, покачав головой. Ему уже нетерпелось прекратить разговор для более тесного общения, чем словесное, но подумал, что сейчас важнее дать Лондо время на решимость доминировать. Да и ожидание обычно обостряло ощущения. - Кош или Г'лан существует Моллари. Я его видел. - Да-да-да. А еще говорят, что частица ворлонца остается в каждом, кому он показался. - И это так. Лондо насупился. - В любом случае, я надеюсь, что засевшая в вас частица Коша не выглянет из глубин вашей души сейчас... Или чуть позже в самый неподходящий момент. - Это было бы для вас очень интересным способом просветления, - осклабился Г'кар, увивая брахом руку. Я бы почитал, какую бы вы книгу потом написали... - Не думаю, что Кош был таким же вуайеристом, как вы, Г'кар. Или он выбрал вас своим носителем именно поэтому? Г'кар улыбнулся и нажал ногтем на контактную пластинку, заставив Лондо выгнуться в приятной судороге. - Видимо, для наблюдения он предпочитал центавриан. - Можно подумать, у вас их было много. - Вас, и уж простите, вашей супруги, мне хватило на несколько жизней вперед. Лондо только скривился. Г'кар хмыкнул и приподнял одну бровь. - А кстати, насколько вы привлекательны по центаврианским меркам? - Это скорее определяется нашим положением в обществе, а не чем-либо еще, - как-то отстраненно заметил Лондо. Г'кар поторопился усмехнуться и взяв кончик браха в руку задумчиво потеребил его о свой подбородок. - Ну... Пожалуй и для нарна есть нечто пикантное в том, чтобы овладеть премьер-министром Центавра. И знаете, я наверное, даже выступил бы за то, чтобы вас еще императором избрали... - От вашей святости и Г'кван-эт завянет, - закатил глаза Лондо, но Г'кара это только раззадорило. - Хотя Мэриэл нелестно отзывалась о ваших мужских достоинствах... - Да в знании чужого фетиша ей не откажешь - подобные слова для вас просто афродизиак. Г'кар на миг замер, пытаясь прочитать выражение лица Лондо, но покер оставался покером. - Я не сторонник сорвенований... - фыркнул Г'кар и опустил ладонь между бедер Лондо. Внезапно он почувствовал, как два уже весьма напряженных браха ненавящиво атакуют его снизу, и усмехнулся: - А вот вы похоже, наоборот... - Ну что вы, Г'кар. Неужели вы забыли? - Лондо состроил лицо несправедливо обвиненного и тут же лукаво оскалился, указывая взглядом вниз: - Куда вы, туда и я. ... Г'кар обернулся на коллекцию предметов из разных миров, и тяжело вздохнул. В каждом из них его невольно хотя бы раз посещали мысли вроде "видел бы это Моллари!" или "надо бы отправить это на Центавр". До прибытия на Вавилон оставалось меньше суток, но предвкушение только раздражало: станция все равно уже не та, что прежде.   Лондо назначил вылет на Вавилон только к вечеру. В конце концов, Г'кар не обязательно будет присутствовать. И может, удастся ненадолго выйти из-под наблюдения и поговорить с Виром наедине. Хотя последнее, конечно, маловероятно: перед отправлением Шив'кала потребовал, чтобы Лондо приказал четырем гвардейцам неотступно сопровождать его со строгим наказом останавливать любым способом, если он вознамерится употребить алкоголь. В случае же попытки отменить этот приказ, остановить императора должен будет Страж.  Паразит, конечно, всесильным не был - мог только видеть, причем даже через одежду, и слышать, понимая большую часть слов. Однако мог создать болевой импульс достаточный для потери сознания. Впрочем, последнее было невыгодно и Лондо, и Шив'кале - ведь в этом случае императора должны будут осмотреть в медицинском корпусе Вавилона, а обнаружение Стража весьма нежелательно.   И вот, двигатели "Светила Центарума" взревели. Закрыв дверь в каюту, Лондо вздохнул. От роскошных завитушек на всем интерьере рябило в глазах. Он не был на Вавилоне более двух лет. А последний раз покидал Центавр около года назад, при вылете на Тузанор, с этой проклятой вазой. А теперь, все, что он может сделать - попытаться втайне найти союзников на нейтральной стороне, если таковая имеется. Г'кар, наверняка, поддержал бы его, но стоит всей правде выплыть - даже он будет бессилен уговорить Нарн и остальных членов Межзвездного Альянса не атаковать Центавр, отдав предпочтение помощи в партизанской войне против дракхов. Лондо безрадостно поглядел на свое отражение в гигантском иллюминаторе. Как минимум, надо ухитриться избежать встречи с Г'каром. Чего Страж не видит - того и не контролирует. По центру гребня Лондо заметил седой волос, поколебался, и снова вздохнув, все же выдернул его.   "Светило Центарума" пришвартовалось к Вавилону спустя час. Лондо поправил камзол, резко выдохнул и вышел в стыковочный коридор. Кажется, он забыл лицо компанейского добряка на Центавре и сейчас бы налысо побрился за традиционную рюмку бривари по прибытию. Но приходилось терпеть. - Император Моллари? - Зак попытался приветствовать, но удивление взяло верх. - Мне и самому иногда не верится, что это я, - парировал Лондо, и все же заставил себя улыбнуться. - Я смотрю, жизнь здесь все так же живо вращается. - Ну, если вы о том, что Вавилон по старинке использует центробежную силу для создания гравитации, вопреки тому, что Минбар обещал новые технологии, то вы правы. Деленн сочла нерентабельным переоборудовать Вавилон 5, и президент с ней согласился. - Всегда сомневался, кто в чете Шеридан носит брюки. Впрочем, до кризалиса шаровары Деленн и так выигрывали... - Вероятно, это ваше высокое происхождение мешает думать о паре иначе, чем «верх» и «низ», - послышалось за спиной, и Лондо не надо было оборачиваться, чтобы узнать голос. Страж на его плече пошевелился и подобрался, неприятно натягивая кожу. Также туго на лице Лондо растянулась улыбка. Наконец, он решился обернуться, чтобы подтвердить опасение. - Вероятно. Я ведь не подсматриваю за личной жизнью других пар. Нарны не краснели, но их с лихвой выдавали глаза. Даже наполовину искусственные. - Я, ныне, как представитель духовности, вообще не имею понятия о столь прозаичных вещах, - Г'кар насупился с демонстративной скромностью. Оба застыли в транзитной линии, будто весь мир перестал на секунду двигаться. Наконец, Лондо усмехнулся. - О, теперь я понял, зачем вы ударились в странствия. Замолить все ваши... "прозаичные вещи" одной жизни не хватит, так вы решили спекулировать на разнице в световых годах... - Конечно! - с энтузиазмом закивал Г'кар. - Каждый переход ложусь в криосон и молюсь: прости Г'кван, что я однажды связался с Лондо Моллари! - Видимо, какими-то другими молитвами вы в криокапсуле занимались, раз мы снова встретились. Впрочем, и неудивительно, что вы теряете в святости, учитывая, в какой компании вы отправились покорять дальние миры... Хотя Г'кар не отрывал взгляда от Моллари, все же краем глаза заметил, как вытянулось лицо Зака. - "Покорять" - это по центаврианской части, Император Моллари. - Кто старое помянет, тому... И... не напасется на вас медотсек протезов. - А на вас сердец. Градус противостояния заметно возрос, и Лондо уже не был уверен, что их диалог останется в рамках привычной пикировки. На языке уже вертелось "у высших рас есть запасное сердце" или "а вам то что, они по-вашему все равно пустые"... И надо было продолжить, хотя бы для того, чтобы больше не сталкиваться на станции с Г'каром. Но язык у Лондо будто присох к небу. К счастью или нет, решать ему не пришлось - по коридору, с болтающимся гребнем к ним мчался Вир. - Лондо!.. То есть, Ваше Величество! Если бы вы уведомили меня о прибытии... - Ты успел бы только уложить волосы, Вир. И более бы ничего не изменилось. Вир неуклюже попытался привести себя в порядок. - Мне надо многое вам рассказать перед собранием... - Вот и славно, - Лондо торопливо повернулся к нему, и бросил уже через плечо: - Возблагодарите вселенную, Г'кар, что у меня появились неотложные дела. - О да! Ведь она - единственное, что может остановить храброго императора Моллари, - излишне великосветским тоном произнес Г'кар. Лондо обернулся к нему. Зак переводил взгляд то на одного, то на другого, готовясь разнять драку, однако спустя миг выдохнул с облегчением - инопланетяне попросту традиционно попрощались и центавриане поспешили в свою резиденцию. А еще миг спустя он понял, что в их прощании показалось ему странным: Г'кар потянулся к предплечьям Лондо, но тот уже приложил кулаки к груди. Г'кар еще стоял в коридоре, глядя центаврианам вслед, и Зак, уткнувшись в список прибывающих, спросил дежурным тоном: - С сопровождением, гражданин Г'кар? - Мисс Александер прибудет к вечеру. - Займете отсек по соседству с резиденцией Нарна? - Нет, там меня сразу обнаружат сторонники моего учения, и покоя не будет. - Тогда куда? - Прямо рядом, но не вместе с ними, разумеется. Там они они будут искать в последнюю очередь. - Кажется, посол Кош тоже всегда был рядом, хотя про него никто не мог сказать "вместе". - Умение прятаться от последователей, вероятно, наиважнейший навык для лидера учения. Кош в своем костюме был в этом профессионалом. Зак улыбнулся, засунув инфопад под мышку, но тут же посерьезнел. - Да, Г'кар... Мне следует предупредить - на станцию также прибудет Бестер. Проблема с Пси-корпусом так и не разрешена, а Нарн все же дал части телепатов с Земли убежище... - Спасибо, Зак, я это учту, - нарн прищурился. - И передам Лите твою озабоченность. Внутренне улыбаясь тому, как снова смутился начальник безопасности, Г'кар отправился осмотреть отсек.   Спустя час он уже сидел в Зокколо. Ситуация с Центавром так и осталась подвешенной за время, что он странствовал. А многие годы доказали - что происходит там - непременно отражается на Нарне. А еще он знал - Моллари не сможет не зайти сюда. Будь он хоть трижды император. Тем более, что он император. Г'кар хмыкнул в стакан, издалека заметив у входа белоснежный камзол и размашистые жесты. Когда-то его раздражали пафосные речи о "золотом веке" Центавра, теперь же ностальгия Лондо сыграла ему на руку. Он безошибочно просчитал, где с ним можно случайно столкнуться. - Ах, Вир! Сколько дней здесь минуло! Надеюсь, ты наслаждаешься ролью посла? Вина, женщины... И главное - свобода! Как же мне всего этого не хватало! Внезапно Лондо заметил приближающегося к ним с ухмылкой Г'кара. - Вот этого уж точно не хватало, - закончил он, нарочно громко и скрипуче. - Узнаю старый-добрый Вавилон. - Император, - Г'кар чуть склонил голову, глядя на каменные лица гвардейцев, за спиной Моллари. - Не боитесь ли вы запятнать белизну вашего одеяния в столь злачном месте? - Император Центавра непогрешим, Г'кар. Мое присутствие только добавит сюда почета. - О, разумеется. Все по центаврианскому этикету, строгость которого я имел честь наблюдать в вашем дворце. Сан обязывает. - Да, сан. А вот вы, я смотрю, совсем не меняетесь. По космосу с землянкой... В надежде на обретение телепатии в геном. Тот же лоскутный плащ, и перчатки, что и два года назад. Г'кар осклабился. - Лита - мой компаньон и деловой партнер. Перчатки я ношу с тех пор, как узнал, какие сны вам снятся, чтобы быть, так сказать, всегда готовым, - Г'кар перебрал перед собой пальцами, заставив Вира побледнеть. - А насчет плаща: к вашему сведению, это наша национальная одежда. Ее шьют исключительно из кож животных, которых владелец лично убил голыми руками. По этой причине, кстати, нарны, впервые увидев прическу центавриан, думали, что центавриане могут только петуху шею свернуть. - О, понятно. Очередное варварство. - Лондо смерил Г'кара с головы до ног. - Мягкая кожа... Сплошь ваши одомашненные звери? - Да, мягкая. Но скорее, напоминает кожу центавриан, - у Вира непроизвольно раскрылся рот и Г'кар пощадил его воображение. - Шучу. Вы никогда не уделяли должного внимания нашим колониям, чтобы разбираться в их фауне. - К счастью для вас. Г'кар поставил стакан на ближайшую стойку, оставив кредиты. - Кстати, о животных. Вы слышали, что члены Альянса договорились на нынешний фестиваль религий привезти со своих планет по десять представителей флоры и фауны, символизирующих что-либо в культуре и религии? - Этого не было в приглашении... Впрочем, Центавр уже и не член Альянса. Заметив, как взгляд Лондо потускнел, Г'кар продолжил с пародией на светскость: - В любом случае, следует посмотреть, что они нам приготовили. Особенно учитывая, что Ваше Величество безвылазно занято на Центавре сложностями правления. Лондо кисло улыбнулся. - Им же хуже. Могли бы полюбоваться нашими гидрой, хамиксоком и заврой. Последняя, может, съела бы кого-нибудь...   Спустя десять минут они уже шествовали между клеток и вольеров, установленных в саду станции. - Аббаи, похоже, не очень-то шагнули в эволюции, - усмехнулся Лондо, рассматривая сплошь рыб и земноводных. - Хорошее не нуждается в изменениях, - фыркнул Г'кар и нарочно поправил ворот лоскутного плаща. - Кроме того, они очень заботятся о своей экологии. Может, оттого и не трогают своих прародителей, что до сих пор на них очень похожи. - А вот это как раз сомнительно, - заявил Лондо, указывая на пустой аквариум, с ряской поверх. - Кого-то не довезли. Или в местном ресторане скоро рыбный день... Г'кар демонстративно постучал по табличке под резервуаром. - Это просто разновидность планктона. Или высокий сан предполагает обходить вниманием мелочи? - Разумеется нет, Г'кар! Вас-то я заметил, - "примиряюще" возразил Лондо и быстро ретировался к вольеру с животными Земли. Нарн, однако, тут же нагнал его, оставив растерянных Вира и гвардейцев позади. - А поглядите сюда! - Г'кар напрягся, видя уже одно ликование Лондо, тычащего перстнем в террариум с пятнистой змеей. - Вы ничего здесь не обронили, Г'кар? Это точно не ваш... не ваша часть? Может ваши предки бывали на Земле? - Нет, император, вы ошибаетесь. Нарны никогда не утверждали, что имели связи с Землей ранее. У нас же не было множество колоний бэта в которых можно было запутаться... - Само собой. До, как вы ее называете, "оккупации", центавриан, нарны в космос не выходили, - скривился Лондо и повернулся к табличке под террариумом. - Ну посмотрим, кто там на вас так похож... Змеи - подотряд класса пресмыкающихся отряда чешуйчатые... Во многих эпосах Земли является воплощением хитрости и коварства, сил зла... Ох, ну кто бы сомневался! Г'кар насупился, но вдруг просветлел, переходя к следующему вольеру, где надменно вышагивал удод. Одними глазами он указал Лондо на клетку. - Знакомый гребень. Может, и впрямь земляне ошиблись, оценивая ваше с ними родство? Очень ведь вас напоминает. Лондо скептически посмотрел на птицу, но как бы ни хотел отрицать сходства, поймал себя на мысли, что такой гребень только представителю Центарума подстать. - Ну что ж, - сказал он, подбоченясь. - Давайте поглядим, что там у землян эта кошка символизирует. - Г'кар посмотрел удивленно, но промолчал, подумав, что ослышался. - Не иначе - достоинство, гордость и доблесть... Однако таблички в этот раз не было, хотя Лондо осмотрел весь вольер. - Птичка, похоже, символизирует "ничто", - усмехнулся в кулак Г'кар. Лондо вспыхнул, обошел клетку еще дважды и, не обнаружив, что хотел, потащил проходившего мимо землянина-смотрителя к вольеру. - Уважаемый... - Улыбка Лондо граничила с оскалом, что еще пуще позабавило Г'кара. - Скажите пожалуйста, что у вас на планете символизирует эта кошка? - Кошка? Нет, это птица. Удод. Вообще, его здесь не должно было быть, случайно на Вавилон попал. При транспортировке с комплектацией для зоопарка Проксимы перепутали, но раз уж привезли - выставили заодно. Г'кар не смог подавить почти истерический хохот, и только когда утер выступившие слезы, произнес: - Дааа, в символизме земляне порой точнее, чем минбарцы. Кстати о них... Похоже, к нам идет Деленн. Лондо обернулся и увидел, что разные глаза Г'кара и впрямь точны. В последнюю встречу на Тузаноре он заметил, как Деленн косилась на его плечо, поэтому поторопился встать пораженным боком к вольеру. Незадачливый удод в нем с квохтаньем забился в угол. - Мое почтение, - Г'кар наклонился в традиционном приветствии, и Деленн ответила своим так же неторопливо. - Вы прекрасно все организовали. - Я подумала, что мы так долго вели на Вавилоне войны, что совсем забыли, зачем изначально собирались здесь. - Я лично помню, что прибыл сюда, чтобы Центавр не зарывался, - буркнул Г'кар. - Видимо, поэтому в день сбора я подвергся шантажу, - зыркнул на него Лондо. Деленн посмотрела по очереди на обоих, и вздохнула. Они переглянулись. - Ну все это в конечном счете было ради мира, - развел руками Лондо с широченной улыбкой. - Разумеется, ради мира, - живо закивал ему в ответ Г'кар, и Деленн улыбнулась. - Кстати о нем. Похоже, вскоре все мы можем столкнуться с локальными войнами телепатов и... Нетелепатов. - Нормалов, - поправил Лондо. - Кажется, на большинстве планет Альянса их так называют. - Думаю, этот термин неуважителен, - возразила Деленн. - Это заставляет предположить, что синоним к слову "телепат" - "ненормальный". - Это всего лишь терминология, - хмыкнул Лондо. - На Центавре телепаты защищены законами и действующими кодексом. И им, поверьте, все равно, как их зовут. Хоть горшком назови, только в печку не ставь. Г'кар и Деленн одновременно уставились на Лондо. - Землянское выражение. Я же не спрашиваю, откуда у Г'кара, глупые присказки вроде той, про котелок на огне. Вот и меня нечего про горшок спрашивать. - Хм, император Моллари, - грациозно склонила голову Деленн, - Может, тогда как раз Центавру стоило бы оказать телепатам Земли поддержку в отстаивании своих прав? Может быть, даже поселить у себя несколько колоний? Г'кар воодушевленно приподнял бровные выступы, а Лондо почувствовал, как Страж зашевелился на его плече. - Не думаю, что сейчас мы готовы к межпланетным контактам. Прошло всего два года, с тех пор как Альянс атаковал Приму Центавра. - Да вы правы, - огорчилась Деленн. - Это может только все обострить... Может, когда-нибудь позже. Неожиданно к ним со спины подошел Шеридан. - Супругу мне, похоже, можно не искать - где начинается большая политика - она уже тут как тут. Желаете начать саммит прямо здесь, господа? Деленн улыбнулась, а Лондо очень постарался сохранить прежнюю мимику - при появлении Шеридана Страж так впился в его плечо, что рука почти онемела. - Приятно удивлен, что вы смогли присоединиться к нам, император Моллари, - улыбнулся Шеридан, и Лондо побледнел еще больше. - Не вижу причин, по которым я бы не смог, президент. И ваше удивление несколько странно, учитывая, что Альянс сам прислал мне приглашение. Шеридан на миг замолк, по скулам прокатилось сокращение мускулов. Деленн тревожно посмотрела на него, но тут же отвернулась, решив, что излишнее внимание только накалит обстановку. - Ваша речь перед инаугурацией говорила об усилении автономии, если не изоляции, Центавра. В этих условиях ожидать вас здесь не было стопроцентно оправданным. - Не стоит путать автономию и враждебность, президент. Тем более дипломатию и способы наведения порядка. В случае Земли с Минбаром двадцать лет назад это было почти роковой ошибкой. Веко Шеридана дернулось, и Лондо вдруг почувствовал, как его плечо перестало болеть. Он вздохнул. - Я и тогда пытался объяснить. В первый свой визит на Землю... Может, в этот раз все мы не наделаем ошибок. В конце концов, хотя бы изначальные и их слуги ушли за Предел. Лондо смотрел на Шеридана в упор, однако краем глаза заметил, как вздрогнула Деленн. - Это отличное начало для открытия саммита, - улыбнулся Шеридан. - И если вы не против, нам с Деленн нужно сделать последние приготовления к завтрашнему дню. Президент увлек супругу за собой. И только Г'кар собрался предложить Лондо поговорить где-то без посторонних глаз и стражи, как тот ледоколом принялся пробиваться сквозь толпу к отблескивающей в дневной иллюминации лысине. Отдавив пару ног и чье-то щупальце, Г'кар впервые сильно пожалел об их кредо "куда ты, туда и я". - Мистер Гарибальди! - Лондо Моллари. Вернее, император Моллари, - обернулся Майкл. - Все-таки вернулись на Вавилон? - Разве я мог не вернуться, помня какие здесь вина и танцовщицы? - Осторожно, император. Ваши слова могут истолковать как тлетворное влияние иноземных соблазнов или измену. - Вавилон - нейтральная территория. Любовь к ней не может считаться изменой. - Вы так говорили своим женам, будучи послом? - Вы поняли это только сейчас, когда сами женились? Гарибальди усмехнулся. - По крайней мере, я слышу один, а не три раза в день, что меня стерпит только святой. - Это уж точно! Меня стерпит только святой, - усмешка Лондо вдруг застыла. Он силком запретил себе отводить глаза от лысины Гарибальди, но боковым зрением видел, что Г'кар встал рядом и с бессовестной ухмылкой наблюдает, как краснеет его единственная не напудренная часть лица - уши. - С двумя женами я давно в разводе, мистер Гарибальди. И знаете, земляне правы - моногамия прелестна. Хотя, раньше я мог сказать одной жене, что уехал ко второй, второй, что уехал к первой, а сам лететь на Вавилон, заниматься делами. Гарибальди улыбнулся, и отчасти потому, что увидел супругу, направляющуюся к ним. - У меня этот номер не пройдет - у нас с Лиз общий бизнес. Вот, кстати и она. Увидев женщину, Лондо улыбнулся самой восхищенной из всего набора улыбок для дам, а краем глаза проследил за реакцией Г'кара. Тот на это постарался улыбнуться миссис Гарибальди еще приветливее. В свою очередь Майкл поглядел на обоих так, будто снова стал начальником службы безопасности. Лондо и Г'кар глухо откашлялись. - А как дела на Центавре? - Не столь вдохновляюще, как речь для моего народа, - посерьезнев, ответил Лондо. В первые часы атаки погибли очень многие. Но претензий по этому поводу Центавр предъявлять не будет. В конце концов, дрази и нарны попросту поздно узнали, что всему виной автоматика Теней. Г'кару впилось в слух это "попросту". Но потом он вспомнил историю Лондо об охраняемом цветке и вздохнул. Взгляд Гарибальди на миг застыл. - Соболезную, император... - Прима Центавра восстановится, мистер Гарибальди. А там, жду вас на императорский прием. - Спасибо, Лондо, - Гарибальди на миг повернулся к супруге. - Нам пора. Приятного вам времяпровождения здесь. - До встречи, - кивнул Лондо немного грустно. Г'кар посмотрел в сторону развернутого на поляне шведского стола. - Стоит выпить, за то, что мы выжили в той бомбардировке. - Перед Лондо тут же сомкнули ряд два гвардейца. Г'кар закатил глаза. - Отравления не по части нарнов. И если вы, служивые, такие смелые, то от вас было бы куда больше пользы, если бы вы пробовали еду и напитки, которые пожелает ваш император. Лондо отодвинул солдат, как дверцы лифта. - Не стоит, Г'кар. Я сам отдал им приказ, оберегать меня даже от малейших возлияний алкоголя. Г'кар усмехнулся. - Я помню, что вы предупреждали, что начнете вести себя странно... но это? - Г'кар усмехнулся. - У вас часом не завелся мозговой паразит, Моллари? - Гражданин Г'кар! - вспыхнул Лондо. - Император - лицо и воплощение... Нет! - сама Прима Центавра! и должен следить за своими представительностью и здоровьем. - А как же сибаритство, возведенное в ранг религии? Слияние со своим внутренним я? Лондо дважды моргнул в непонимании последних слов, а Вир постарался скрыться за его спиной. Он так и не рассказал Лондо, какое гениальное оправдание он придумал тому пьянству на ежегодном дне победы над ксонами. - Слияние с внутренним "я"? Это вы так о себе что ли? Кажется, ваш литературный талант начинает затмевать здравый смысл. - Грудная клетка Г'кара замерла на высоте вдоха, и Лондо продолжил. - В любом случае, стоит одному из нас предложить выпивку другому - в космосе начинается новый залп катаклизмов. - Здесь всегда катаклизмы. Нам столько не выпить, Моллари. Лондо сделал длинный выдох. Зоопарк, Г'кар и весь Вавилон заставили его забыться. - Нет, вы не поняли меня, Г'кар. Все, что следовало в наших отношениях после предложения выпить за соглашение двухлетней давности, я предпочел бы забыть. Ни одно пятно не сместилось на лице нарна. Тон стал еще более беззаботным. - Что ж, теперь я понял. Позвольте тогда перед уходом, в качестве моих сожалений, предложить вам безалкогольный напиток, император Моллари. Во время своих странствий я собрал большую коллекцию книг, растений и напитков из разных уголков вселенной. Планировал вам похвастаться, но время, похоже, мне этого не позволит. Вир беспокойно смотрел то на Лондо, то на Г'кара, и чувствовал, что никак не может уловить их настроения. Слишком спокойные для конфликта, слишком напряженные для мира. - Я тоже очень ограничен временем, - фыркнул Лондо. Г'кару вспомнилось, как в прошлом Лондо опаздывал на девяносто из ста собраний вавилонского Совета, но шутить сейчас совсем не хотелось. - Это недалеко. Шлюз к моему кораблю как раз напротив Зокколо. - Не удивлен, - кивнул Лондо и, сжав губы, последовал за Г'каром.   Внутри нарнского корабля оказалось настолько тепло и уютно, что Лондо подумал, что ни за что не присядет, если Г'кар предложит. Встать и уйти он потом просто не сможет. Приглушенный дифракционный свет, живая стена фотосинтеза из причудливых растений, мягкий диван, занимающий почти весь пол комнаты. Присутствие Литы, видимо, хорошо сказалось на вкусе этого варвара. - Присядем? Гражданин, посол и император устроились вокруг небольшого стола. Г'кар наполнил три бокала мутно-бирюзовой жидкостью. - Это маркабский гвит. Безалкогольный. Лондо принюхался и кивнул гвардейцу. Тот взял один из бокалов, отхлебнул с явным презрением, но потом его лицо невольно просияло. Лондо сделал глоток и понял почему. Терпкий и свежий напиток был превосходен. Особенно показательным было лицо не умевшего лгать Вира. Все здесь было превосходно. А значит... - Мне пора, Гкар. Красные глаза буквально прожигали в его мозгу дыру. - Скажите хотя бы, напоследок, понравилось вам или нет. - Больше, чем вы думаете. Больше, чем я могу сказать. Просто мне надо идти. - Постойте. Г'кар взял со стола вторую, нераспечатанную, бутыль гвита и перо, черкнул несколько слов на этикетке и протянул Моллари. - Это подарок. Прочтите, когда доберетесь до отсека. Лондо кивнул и вышел с вереницей в мундирах и Виром. Последний перед выходом обернулся, и вдруг подумал, что вот это - единственный "вариант Г'кара", с опущенными плечами и головой, который ему не страшен. И может, даже наоборот.