she was here

It's like the universe has left me without a place to go

       Когда Сцилла проснулась, солнце было уже в зените.        Яркие лучи освещали комнату через приоткрытые шторы, забытые вчера в период страсти поздно ночью, когда на небосводе сверкал бледно-белый диск луны. Девушка сладко потянулась, улыбаясь спросонья от лежащей на ее спине руке.        Старая, потасканная со времен последнего ремонта комната сверкала от желтых лучей солнца над их головами. На стене напротив кровати висели старые фотографии еще маленькой Рамсхорн и некогда счастливых родителей на башне в центре всеми любимого Парижа.        Она не была здесь с тех пор, как ее семьи не стало. Несмотря на все усилия сдержать свои чувства — горечь, обиду, дикую тоску и неимоверное одиночество — рядом со своей девушкой это было почти невозможно. Она видела все. И была на всех последних этапах принятия их печальной гибели.        Ее девушка. Как же она давно не произносила этих слов. И как сильно боялась никогда не произнести их вновь…        Сцилла нервно выдохнула и сосредоточилась на тепле сзади. Почувствовала, как стройное тело прижимается к ней во сне, как теплое дыхание щекочет шею… как крепкие руки обнимают ее за талию и как…       

Разряд.

       Резкий. Неимоверно сильный. Раздирающий тело пополам. В этот миг Сцилла все вспомнила.        Она вскочила с кровати и стала пятиться к окну, не отрывая взгляда от пустой кровати. Это была просто… иллюзия.        Слезы предательски стали жечь глаза. Ее здесь нет. И никогда не было. Не было светлых кудрей на ее подушке, не было крепких рук в своих где-то посреди ночи. Не было небесных глаз рано утром, щурящихся от назойливого солнца, не было сопения под ухом. Раэлль здесь никогда не было.        Еще мгновение — срывается на крик. Немой. Беззвучный. И в то же время оглушающий. У нее закладывает уши, а горло начинает саднить. Ее здесь не было. Воспоминания прокручиваются в голове со скоростью света: вот она стоит рядом с Анакостией, рядом Талли, а потом слова, которые изменили все в одно мгновение. Прошел уже почти год. Но все было словно вчера. Как будто толкнули в обрыв, а затем заставили подняться без возможности упасть.        Девушка натягивает какую-то одежду и, кажется, когда-то это была Ее толстовка, потому что слезы не дают видеть ничего. Она чувствует ее духи — мягкие, нежные, такие родные.        Спустя пару минут безмолвного стояния посреди комнаты, вдыхая родной аромат духов, на нетвердых ногах идет к двери. Металлическая поверхность охлаждает, приводит в чувства. Шумно вздыхая в очередной раз, осторожно дергает дверную ручку и тут же отлетает назад, хватаясь за ушибленную голову.        — Черт, прости, — ошарашенно шепчет девушка напротив и ставит поднос с едой на комод. — Ты в порядке?        Блондинка тихо подходит к Рамсхорн, которая отходит по инерции все дальше, и заглядывает в глаза, замирая:        — Настолько больно? Эй, может врача вызвать? Льда? — девушка запаниковала и стала метаться по комнате, не зная, что делать.        — Ты правда здесь?        Раэлль срывается на тихий плач вместе с ней. Подходит и крепко обнимает. Шепчет слова, целует в лоб, щеки и заглядывает в синие глаза цвета океана. Смахивает слезы с ее щеки и снова крепко обнимает так, что дыхание перехватывает.        И они лежат на той же самой кровати, а Сцилла все еще не прекращает плакать, как бы не пыталась остановить слезы. А Раэлль все так же обнимает, шепчет, что любит, снова и снова, словно боится, что больше не сможет этого сказать.        Она была здесь.