First

💌💌💌

От: БумБэмБам Кому: БаНдА И всё-таки ты маленький, эгоистичный гавнюк! От: В_Жопу_Ник Кому: БаНдА А я всегда говорил, что он наглый пиздюк и пользуется вашей бесхребетностью… От: БумБэмБам Кому: БаНдА Ой, да кто бы говорил, напомнить про задроченные карусельки? От: Я_Твоя_Хопе Кому: БаНдА Я что-то пропустил?

От: JK Кому: БаНдА Ничего, что я всё ещё тут?

От: БумБэмБам Кому: БаНдА Да ничего нового, Хо, Чон окончательно променял нас на «свою прелесть», и мы едем без штатного фотографа… От: БумБэмБам Кому: БаНдА Ничего, Гуки, сиди и обтекай, кидало… От: Я_Твоя_Хопе Кому: БаНдА Так мы же знали это, чего ты сейчас то испизделся? От: БумБэмБам Кому: БаНдА А я буду! Буду пиздеть! Потому что мне больно и обидно!

От: JK Кому: БаНдА Пф, какая трагедь, твою полуголую задницу, шкварчащую на углях, некому будет запечатлеть!

От: БумБэмБам Кому: БаНдА У меня всё ещё есть снимок маркерного члена на твоей щеке, так что на твоём месте я бы попридержал подъёбы)) От: В_Жопу_Ник Кому: БаНдА Ну, жопа на углях так-то поинтереснее будет, так что пиздюк тебя умыл)

От: JK Кому: БаНдА Прекрати звать меня пиздюком! ლ(ಠ益ಠლ)

От: В_Жопу_Ник Кому: БаНдА Ребят, есть у кого спрей от шумных пиздюшат? Прихватите с собой баллончик От: БумБэмБам Кому: БаНдА Пхахахах

От: JK Кому: БаНдА Я б вам ответил, да мне сейчас ещё от чиминовых подъёбов отбиваться, так что живите пока, нудилы

От: Я_Твоя_Хопе Кому: БаНдА Какие ж вы токсики, отвалите от мелкого, дайте покайфовать в отношеньках ну, чё как дикие то))

От: JK Кому: БаНдА Хооооооо 💜💜💜🌈🌈🌈

От: В_Жопу_Ник Кому: БаНдА И сюда свою голубятню припёр, иди уже к своему ПаРнЮ хспд, не засоряй чат… От: БумБэмБам Кому: БаНдА Чот я не понял, ты уже тусишь с его друзьями, а нас даже не познакомил?! Чон, ты - гандон! Вообще хёнов не уважаешь… От: В_Жопу_Ник Кому: БаНдА Поц как поц, чё с ним знакомиться? От: Я_Твоя_Хопе Кому: БаНдА Точно, вы же с ним виделись уже)) Но соглашусь с Бэмом, так-то обидно немного. Ты стесняешься своих хёнов, м, Гуки? Боишься, что мы опозорим тебя перед любовью всей твоей жизни? Я кажись ранен в самое сердце: ( От: В_Жопу_Ник Кому: БаНдА Ну хоть в чём-то он адекватен, я бы тоже с удовольствием вас скрывал, если б мог… От: БумБэмБам Кому: БаНдА Ой… Чуете? Дедовским бухтежом потянуло? Это, наверное, Юнги кардиостимулятор подзарядил…

От: JK Кому: БаНдА Не несите ерунды, скоро познакомитесь, хватит вонять) Всё, я убежал, повеселитесь там, девочки, и Бэм… Береги жопку, а то еноты сожрут её, перепутав с грилем (ᵔᴥᵔ)

*В_Жопу_Ник* вышел из чата.

От: БумБэмБам Кому: БаНдА Он точно не англичанин? От: Я_Твоя_Хопе Кому: БаНдА Любит же он уходить по-английски)) От: БумБэмБам Кому: БаНдА Броооооо)) Ладно, вечером всё равно притащит свою ворчащую сраку, куда он денется то)) А тебе, Чонгуки, я это ещё припомню ^^

💌💌💌

      — Я так взволнован, так взволнован! Наконец-то я познакомлюсь с твоим па-арнем! — тянет приторно Чимин, застёгивая дорожную сумку.       — Ой, да завались ты уже, господи, вы и так с ним знакомы!       — Мы поболтали от силы 5 минут о том, есть ли у тебя аллергия на лекарства, это не знакомство, а херня какая-то.       — В любом случае, вы и сейчас пообщаетесь немногим больше, ты, как я вижу, уже готов и можешь свалить, в идеале вот прямо сейчас, пока! — Тэхён машет ладошкой как участница конкурса «мисс мира» и улыбается так же «естественно».       — Да щас, бегу, волосы назад, — фыркает Чим, встряхивая прядку на загривке, — Сонми ещё не писала, значит не собралась, а значит у меня есть ещё время посмотреть на ваши сопли-слюни и заподъёбывать вас, хехехе.       — Ты хоть понимаешь, кому от этого хуже будет?       — Ну вы же не собираетесь передо мной сношаться! Не собираетесь же? — немного опасливо уточняет Чимин.       — Кто знает, Чим, кто знает? Мы, знаешь, ли любим с ним поэксперементировать… — Тэхён задумчиво чешет подбородок. — При свидетелях у нас не было, но если подумать, то идея интересная.       — Ага, да, так я и повёлся. Ты, конечно, не от мира сего, но не настолько же!       — Уверен?       — Фу, у меня от тебя мурашки по коже, бррр, заткнись, извращуга, я всё Сонми расскажу, она тебя отпинает!       — Сонми то? Твоя то Сонми? Это вот та самая Сонми, которая употребляет BL контент как не в себя? Да камон, её фантазия понесёт в такие едреня, что дай бог тебе не оказаться рядом или на резиновом дилдаке.       — Блин, а ведь ты прав… — разговор прерывает стук в дверь. — О, а вот и твой любимый прибыл! — Чимин уносится в сторону двери, да так охотно, будто к нему пришли. — Добро пожаловать, проходите, располагайтесь, господин почти готов! — он делает лёгкий реверанс, чуть приседая, и машет рукой в сторону гостинной.       — Что это с ним? Ты уронил его с дивана? — спрашивает Чон, нарочито проходя мимо Чимина.       — Я вообще-то ваш хён! Что за фривольности, что за игнор? Никакого уважения в этом доме! — картинно выделывается в коридоре Чимин, периодически прикладывая руку ко лбу в жесте крайнего возмущения.       — Нет, ну вот реально Бэм 2.0, — улыбается Чон, подходя ближе к Тэ. — Ты приходишь ко мне в дом, но делаешь это без уважения… — пародирует он знаменитую сцену из не менее знаменитого фильма.       Тэхён хихикает и, притянув к себе Чона за воротник рубашки, шепчет быстро и коротко «ну-ка, подыграй мне».       Чонгук ещё не понял, в чём понадобится подыграть, но уже изготовился — перфекционисты они такие, им только отмашку дай!       Тэхёну даже показалось, что он видел, как мышцы напряглись под тканью тонкой футболки. Чёрт, это, конечно, не самые подходящие наблюдения и следующие за ними мысли, пока Чимин ещё здесь, ну да похер, не залипать на чоново тело грех, а Тэхён в этой пастве самый преданный последователь и грешить не намерен!       — Чонгуки, радость моя, я так соскучился! — повиснув на шее пищит он. — Поцелуй меня немедленно, а не то я завою, а не то я залаю! — тянет фальцетом и трётся носом о чонову щёку, жалобно поскуливая и немного подпрыгивая на месте.       Чон чуть было не отвлёкся, но слава небесам сразу смекнул, что вот тут-то и начинается его путь к Оскару.       Подвинься, Ди Каприо, на сцену выходит Чон Чонгук…       — Я тоже! Я тоже, любовь моя! — лепечет он, крепко сжимая тэхёновы ладони в своих. — Минуты, проведённые без тебя, казались мукой! — говорит он, сгребая в охапку Тэхёна, который на самом деле еле сдерживает смех, но вид делает, будто давится воздухом от переполняющей его любви. — Иди же ко мне, подари мне свой поцелуй!       — Хах, не напрягайтесь, я вам всё равно не верю, придурки. Вы меня вообще за мудака держите? Такая хрень у вас точно не прокатит, тц, — цокнув языком, он складывает руки на груди, всем телом декламируя «ну уж нет, так вы меня отсюда не выкурите».       — Видит будда, я не хотел прибегать к таким методам, — шепчет Тэ так тихо, что слышно его только Чону. — Засоси-ка меня как следует, Гук~а…       На пару секунд Чон теряется. Он, конечно, не против поцеловать Тэхёна, это, знаете ли, всегда пожалуйста — дайте два, а лучше три, а лучше… Ну вы поняли. Но изучать языком тэхёнов рот в пристуствии Чимина неловко что ли как-то.       Тэхён моментально улавливает его сомнение, и он бы даже дал заднюю, желая пощадить своего бедного, краснеющего парня, хлопающего в растерянности оленьими глазами, если б не эта ехидная морда! Стоит в дверях и скалится, а в глазах так и читается «А что такое, Тэ? Слабо? Кто-то тут при мне трахаться собирался, а теперь даже чмокнуться не может?».       Ох, не понимал Чимин, на что нарывается! Если бы он хотя бы представлял, то в жизни бы рта не раскрыл и бежал бы пока не поздно. Но, увы, поезд ушёл, двери захлопнулись, Чимин внутри, а следующая станция «ахуевлирен», пристегните ремни.       Ким делает глубокий вдох, прикрывает глаза — «прости, Чонгуки, я возмещу моральный ущерб…» — проносится в голове на выдохе, он раскрывает горящие решительностью «уделать Пака» глазищи и, вцепившись мёртвой хваткой в чоновы ягодицы, рывком притягивает его к себе, сталкивая их тела в самом интересном месте — «я насосу прощения» — шепчет с улыбкой в самые губы и целует.       Ну как целует… Со стороны больше похоже на то, что он поставил себе цель, отгрызть у ошарашенного Чона губы, а если повезёт и язык…       Чонгук от такой прыти лишь всхлипнул тихонько, да замер.       Вот всё бы ничего, Чон мальчик сильный, волевой, он бы и с таким справился, вышел бы из оцепенения, отыграл свою роль с шиком/блеском и до самого конца, он бы мог! Если бы не тот факт, что он умирает, когда Тэ становится таким напористым, властным и жадным. Он и рад бы сделать вид, что его не повело, но его повело, да так, что в джинсах стало чуть теснее и всё, на что осталось терпения, это гортанно рыкнуть «блять» и наброситься на Тэ с не меньшим рвением.       К чёрту стыд и неловкость! Да здравствует любовь и страсть!       — Так, подождите-ка, а вот это уже знаете ли… — пытается отсмеяться Чимин, но выходит так себе и слова совсем не идут, потому что он как-то слишком резко врубается и понимает, что если сейчас же не свалит из комнаты, он всё-таки станет свидетелем их сношения. — Так блять, идите-ка вы на хер, больные ублюдки! — Он подхватывает свою сумку, цепляет с тумбочки телефон и, в последний раз глянув на почти что начавшую раздеваться парочку, шепчет, — нет ну это… — слов снова находится «раз два и до свидания» и он просто, махнув рукой, ретируется к выходу.       К такому его жизнь не готовила, да чего там жизнь! Сонми со всеми своими манхвами, и та оказалась бессильна в вопросах просвещения в области мужской любви! В манхве такого не рисовали! Там всё по-другому было!       В коридоре громко хлопает дверь, возвещая о том, что они наконец-то избавились от назойливого шутника, вот только, кажется, останавливаться никто уже не планирует.       — Он ушёл, — шуршит через улыбку Тэ, облизывая губы.       — Отлично, — бросает Чон, спешно скидывая с себя рубашку, — я закрою дверь, а ты раздевайся.       — Ты думаешь, он может вернуться? После такого-то представления?       — Я не хочу проверять, — говорит Чон, скрываясь в коридоре. — Я хочу тебя, — добавляет подмигнув, появляясь в дверях уже без футболки.

💌💌💌

      Тэхён тянется лениво, разминая дрожащие в послеоргазменной неге конечности, приподнимает голову и смотрит пытливо на Чона, который только вышел из ванной и вытирает волосы полотенцем.       — Что? — спрашивает Чонгук, уловив на себе изучающий взгляд. — Хорош? — улыбнувшись уголком губ и легонько кивнув, спрашивает он.       — Тфу ты, нет…       Чонгук такого ответа не ожидал. Он, конечно, шутил и не планировал увидеть Тэхёна, кивающего головой как собачонка, увлечённая вкусняшкой, но и такого ответа он не предвидел. Обидно вообще-то…       — То есть да! И нет, и да! Боже, ты меня запутал! — копошась в одеяле в тщетных попытках встать, буробит Тэхён. — Так, тихо! Сейчас я сформулирую, — он разводит руки в стороны как канатоходец, словно это помогает словить хрупкий ментальный баланс, и замирает, глубоко вздыхая. — Ты хорош — это да, но я думал не об этом — это нет.       — Тогда о чём?       — Просто я вдруг подумал… Почему мы не меняемся местами?       — В смысле? — Чон замирает с футболкой в руке.       — Ну, в сексе.       — Что прости? — брови сами по себе взмывают вверх.       — Ну, я имел в виду, что обычно либо ты, ээ сверху, скажем так, либо я, но мы никогда не менялись в процессе. Почему?       Чонгук задумывается, основательно так, прям на долгую минуту, ибо действительно, а почему?       — Я… Я не знаю? — он пожимает растерянно плечами, будто они сейчас что-то невероятно важное обсуждали, например, какую-нибудь теорию из области астрофизики, а все их гипотезы разбились о пресловутое «почему?».       — Надо это исправить. Нам срочно нужно устроить секс марафон, со сменой ролей в процессе!       Тэхён заметно оживляется и очевидно кайфует от своей идеи, ёрзает задницей по покрывалу и улыбается как дурак с фонариком.       — Прямо сейчас что ли?       — Нет, прямо сейчас нам надо собираться, не то чтобы мы могли опоздать, но хотелось бы поскорее добраться и расслабиться на природе.       — Согласен. А ты хоть понимаешь, что мы затрахаем друг друга до смерти?       — В том то и суть идеи, детка, иди-ка сюда, — он вытягивает руки и призывно трясёт длинными пальцами в воздухе. — Потискаемся ещё немного и в путь.       — В душ, собираться, а потом уже в путь, это ты хотел сказать?       — Не зуди.       Как только Чон встаёт коленом на кровать, Тэ притягивает его к себе за шею, медленно целует, смакуя влажность чужих губ и выдыхает в них:       — Ммм, это будет незабываемо…       — Как и любой наш секс, — со смешком говорит Чон и, опрокинув хихикающего Тэ на спину, наваливается сверху.

💌💌💌

      — Я не хочу вставать, — мычит в подушку Тэ, — хочу лежать так неделю, а лучше две…       — Можешь пролежать неделю в лесу, если это действительно то, чего ты хочешь, но сейчас, поднимай свою прекрасную, но ленивую жопку и закончи уже собирать вещи, пожалуйста, а то мы так и до ночи не доберёмся, — Чон звонко хлопает Тэ по названной части тела и чуть ли не одним прыжком вскакивает с кровати.       — Боже, да сколько же выносливости в твоём теле? Ты вообще человек? Мне в лом даже дышать, а ты скачешь как мяч, это несправедливо!       — Сколько есть — вся моя, ну и твоя пожалуй, на двоих точно хватит, — хихикает Чон.       — Ну уву, блять… Ладно, поцелуй меня и я встану.       — Врёшь же.       — Нет, без поцелуя мне не преодолеть силу притяжения моей кровати, это факт.       — Так уж и быть, я поверю тебе, — Чонгук невесомо касается губами ямочки на обратной стороне колена, — всё, вот тебе заряд, вставай!       — Это был какой-то обратный заряд! Теперь я хочу лежать ещё больше, в идеале на тебе или под тобой…       — Так, всё, змей искуситель, поднимайся или я уеду с Бандой, я не шучу!       — Ты не посмеешь… — Тэхён прищуривается и приподнимается на локте. — Ты же во веки вечные потом своей вины не искупишь!       — У тебя 20 минут, я пока сбегаю за кофе, а потом «прости, прощай, но ты слишком долго одевался…». А ещё я богат и отсужу у тебя Танни.       Чон направляется в коридор, а Тэхён, ворча и матерясь в лучших традициях Юнги, нехотя переваливается на край кровати в надежде, что близость края промотивирует его встать раньше, чем он встретится лицом с полом.       — Ты СлИшКоМ ДоЛгО СоБиРаЛсЯ, — дразнится он, натягивая трусы. — Бе Бе Бе, — вскакивая в шорты. — Я ЗаБеРу ТвОеГо МаЛыШа, пф… — голова минует ворот футболки. — Так я его тебе и отдал, ха!       — Не бубни, карамелька, — говорит внезапно нарисовавшийся из ниоткуда Чон, чмокает Тэ в щёку и снова исчезает со словами, — поторопись, я очень скоро вернусь.       Тэхён даже возмутиться не успел, Чон уже скрылся за дверью.       — Пф, ну и ладно.       Бухтеть почему-то перехотелось.       Вернулся Чонгук как и обещал очень быстро, с двумя стаканчиками кофе и парочкой упаковок каких-то снэков.       — Ты же сможешь аккуратно поесть в машине, не похоронив её под крошками?       — Чон, я по-твоему что, неряха?       — Эээ, да? — говорит Чон и тут же встаёт в защитную стойку, закрываясь пакетом с чипсами.       — Ты!.. Я не разговариваю с тобой, — Тэхён демонстративно отворачивается к сумке и продолжает сборы.       — Знаешь, если это поможет тебе собираться чуточку быстрее, то я, пожалуй, это как-нибудь переживу…       Тэхёну очень хочется ответить, он даже рот уже открыл, чтобы влепить крепким словцом, но вовремя осёкся, вспоминая собственную угрозу.       Чонгук смеётся у него за спиной, подходя ближе, протягивает руку, желая приобнять Тэ за бок, но тот цокает и отодвигается, хлопая Чона по ладони. Гук так и чувствует, как в его голове проносится шипящее «руки свои убрал» и, снова хохотнув, отступает. В самый последний момент он краем глаза цепляет содержимое сумки Кима, и слова срываются с губ раньше, чем мозг успевает дать сигнал «остановись глупец!».       — Боже, Тэ-Тэ, масло для рук?! Нет, ну ты это серьёзно?! Мы едем на неделю лазать по лесу и тусоваться у озера, это не спа, малыш.       Даже по затылку видно, что Тэхён сейчас кипит как чайник, рука замирает в сумке, он весь застывает, делает ооочень медленный и ооочень глубокий вдох, на выдохе разжимает пальцы, что сжимали до одурения несчастную футболку, поворачивается как механическая кукла и…       Чон готов был к чему угодно, например, увидеть блеск стали от наверняка припрятанного ранее в сумке ножа и, честно говоря, это удивило бы его куда меньше, чем то, что происходит на самом деле.       Как ни в чём не бывало, Тэхён внезапно расслабляется, улыбается самой искренней своей улыбкой и чуть ли не с сердечками вместо зрачков, сладеньким голосочком тянет:       — Знаешь, Чонгук~и, думаю, ты ещё скажешь мне спасибо, когда твой колом стоящий член, пульсирующий от напряжения, будут сжимать и поглаживать мои нежные пальчики, увлажнённые этим маслицем, а не шершавые, сухие коряги с царапающимися заусенцами…       Аргумент.       Чонгук почти успел потечь, фантазия уже нарисовала всё как надо и член, и пальчики, и вот это вот всё, но Тэхён не был бы Тэхёном, если бы не:       — Так что иди-ка ты на хер со своими подколами! По лесу он лазить будет! Ты ещё в грязевой луже искупайся, задницу не подтирай и чисти зубы гусеницами или чем там у вас, огров, принято, Шрэк недоделанный!       Честно говоря, Чон, отойдя от смачного облома, планировал даже возмутиться, ибо ну кто так делает-то?! Но почему-то после последней фразы, из желаний осталось только поржать. Поржать и обнять свою шипастую колючку.       — Хороший мультик, надо пересмотреть. Ты, кстати, в курсе, что всё это подъёбка на Дисней, от чувака, которого оттуда уволили?       — Откуда уволили?       — Из Тридевятого королевства, блин! Из Диснея, конечно.       Тэхён всегда упускает тот момент, в котором Чон каким-то абсолютно неуловимым способом, отвлекает его от бухтения и ворчания и втягивает в какой-нибудь новый диалог, словно он и не язвил тут только что, как последняя истеричка.       Ха, годы тренировок с одним небезызвестным хёном.       — Нет, не знал.       — А теперь вот знаешь, — Чон легонько щёлкает Тэ по кончику носа и спрашивает, — на каком ты этапе?       — Скоро закончу, — как загипнотизированный шуршит Тэ.       — Класс, ты тогда заканчивай, а я тебя пока в машине подожду.       Чон снова чмокает его в щёку и уносится в коридор.       — Чёт я сейчас вообще не понял… Это что за нахрен такое было? — словно пробуждаясь от волшебных чар бурчит Тэ, нахмуривая брови. — Как он, блять, это делает?!       — Ma-agick, — шепчет заговорщически из коридора Чон, хихикает и выбегает из комнаты, хлопая дверью.       — Нет, ну что за придурок, — стонет Тэ, прикрывая глаза.       А у самого улыбка от уха до уха и бабочки внутри вытанцовывают бачату.

💌💌💌

      За окном мелькают пейзажи, городские бетонно-стеклянные джунгли остались позади, и всё вокруг начинает ощущается иным, более свободным, чистым, простым, но таким живым и притягательным.       Тэхён, блаженно прикрыв глаза, подставляет улыбающееся лицо ветру, что рваными кусками залетает в приоткрытое окно, рядом Чон, в колонках приятная музыка, они едут на первый совместный отдых, впереди целая неделя друг с другом наедине, в окружении природы, ну разве не идеально?       Трын-трын-тын.       Блядский телефон… Такую идиллию разломал!       — Ааащ! — Тэхён подрывается на месте как ужаленный. — Кому там жить надоело?!       Чонгук улыбается тихонько, косясь в сторону изрыгающего проклятия Тэ, негодующий Тэхён его слабость, впрочем одна из. От: HPP Кому: TaeV Ой, а кто это такой охренительный пришёл к тебе с не менее охренительными новостями?

От: TaeV Кому: HPP Ну точно не ты…

От: HPP Кому: TaeV Эй! Ты как разговариваешь со своим любимым хёном?!       — Боже мой, у хёнов всей страны обострение что ли?       — Что там?       — Теперь и Джин в касте Я жЕ ТвОй ХёН, хДе МаЁ УвАжЕнИе, — передразниваясь, отвечает Тэ. — Говорит, пришёл с какой-то новостью, почему мне страшно?       — Да ладно тебе, может и правда что-то хорошее?       — Моя задница не повышала бы температуры, будь там что-то вменяемое, я чую какую-то ебическую хуйню.       — Ммм, твой попец горит? — стрельнув глазами в сторону Тэ, приговаривает Чон.       — Так всё, следи за дорогой, — махнув перед его лицом ладошкой, бубнит Тэ, начиная набирать сообщение.

От: TaeV Кому: HPP Говори уже, что ты там принёс, кажется, я готов ко всему…

От: HPP Кому: TaeV У нас новенький!

От: TaeV Кому: HPP Поздравляю. У нас это у кого, где, а главное причём там я?

От: HPP Кому: TaeV У нас это в универе, а ты там ой как причём *давит ехидную лыбу*

От: TaeV Кому: HPP Не нравится мне всё это, ближе к делу, Джин, не тяни кота за усы, не до тебя, ты сломал мне дзен

От: HPP Кому: TaeV Ну конечно, у вас же там медовый месяц (¬‿¬) От: HPP Кому: TaeV Кстати, именно поэтому я и принёс эту потрясающую новость именно тебе!

От: TaeV Кому: HPP Я сейчас выключу телефон и ты останешься с этой невероятной новостью наедине

От: HPP Кому: TaeV Какая же ты барракуда! Ну ладно, мне самому тут не до разговоров, так что сообщу и пойду От: HPP Кому: TaeV В общем он перевёлся из Австралии, так-то он кореец, но родился там, но учился тут, но не у нас, а потом снова уезжал туда, но сейчас вернулся сюда, но теперь уже к нам, ну да короче не суть… С нового семестра он будет с нами и так как вопрос о том, кто введёт его в курс всего в нашем храме знаний, решался группой студсовета буквально сейчас, ведь мы то все тут, не то что некоторые… В общем мы единогласно решили, что этим замечательным человеком будешь ты! Поздравляю! От: HPP Кому: TaeV Слышал характер у него тот ещё, так что наберись там сил, единение с природой и всё такое, ю ноу?)) От: HPP Кому: TaeV Ну всё, пока пока       — Да ну за что мне вся эта херомань?! — рычит Тэхён, бросая телефон на заднее сидение. — Мне срочно нужно зажрать стресс, где там чипсы?       — Новость всё-таки была такой себе?       — Ты не представляешь насколько!       — Выкладывай. Или сначала заточишь чипсов?       — Я бы предпочёл жевать и параллельно вещать, но, боюсь, я заплюю тебе всю машину, так что поточу потом.       — Какой ты у меня умненький мальчик!       — Ну ты ещё давай меня тут побеси!       — Всё-всё, я умолкаю, — Чон вскидывает ладони, большими пальцами придерживая руль. — Продолжай, пожалуйста!       — Так то лучше… — Тэ, пытаясь вытянуть пачку чипсов, что упала за сидение, кряхтит как старый дед, ремни перетягивают его ёрзающую тушку, а Чон тем временем еле сдерживает смешок. — В общем там новенький. Да иди ж ты, блять, сюда, сраная ты хрень! — рявкает он внезапно, настолько внезапно, что Чон аж дёрнулся за рулем.       — Я чуть из трусов не выскочил… Надеюсь, эти грёбаные чипсы стоят того.       — Чёрт, прости, — Тэ, конечно, та ещё шалабуда, но безопасность на дороге это вам не шутки. Он оставляет попытки достать проклятые чипсы из-под сидушки и, усевшись наконец по-человечески, продолжает, — в общем, у нас в универе новенький.       — А в чём ужас новости, ну новенький и новенький, тебе то что?       — Вот и я так думал, пока мне не сообщили, что я буду его личным экскурсоводом…       — Оу, ну это, конечно, может быть напряжно, но, честно говоря, я всё-таки не совсем понимаю, чего ты так лютуешь. Ты у меня общительный, к тебе люди так и липнут, как мухи к, ой, подожди, не то сравнение, — Чон уворачивается от леща, летящего сбоку. — Я хотел сказать как мотыльки на свет! Мотыльки на свет!       — Живи пока…       — Так вот, о чём я там, ах да, быстренько покажешь ему всё, познакомишь с парой ребят и всё, проблема ликвидирована.       — На самом деле я сейчас сам сижу и думаю, чего я быканул-то…       Машину заполняет смех, а Тэхён про себя думает, что пора бы ему уже научиться, сначала тщательно воспринимать информацию, а уж потом реакцию выдавать, а не наоборот. Чон же просто наслаждается его глубоким, бархатным смехом.       — Хотя знаешь, Джин упомянул, что у парнишки характер не сахар и имеются закидоны.       — Пусть только попробует спроецировать это на тебя, я ему его закидоны затолкаю по самые помидоры…       — Моя ж ты прелесть! — урчит Тэ — Ну, я и сам могу ему позвонки местами поменять, но, надеюсь, до этого не дойдет.       Вдруг Чонгук спрашивает:       — Слушай, а хочешь я тебя отвлеку? А то ты небось уже к тараканам в гости собрался, сейчас напридумываешь себе там, а у нас так-то отдых по расписанию.       — Ну, если это не угрожает нашим жизням, то да, определённо хочу.       — Конечно нет, я хороший водитель, — чуть задрав точёный носик и не без гордости, говорит Чон. — Я просто расскажу тебе одну маленькую тайну.       — Ммм, я максимально заинтригован. — Тэхён садится в пол оборота, подперев рукой подбородок, как в том самом мемасе.       — Когда мне приходится провести какое-то время в дороге, я люблю слушать испанскую попсу и инди, — словно исповедуясь, сообщает Чон.       — Тююю… Ну так себе тайна, Чон… Я-то думал, ну я даже не знаю, что ты пьёшь кровь девственниц, чтобы быть всегда таким офигенным и энергичным, а тут музыка в машине.       — Ну-ка, возьми мой телефон, — немного насупившись, говорит Чон, но замечание о его офигительности приятно оглаживает сердечко. — Подключись к колонкам и найди в Споти папку «То самое настроение».       — Готово.       — Врубай.       Первые пару секунд Тэхён ничего не улавливает, ну музыка и музыка, явно танцевальное что-то, ничего сверхъестественного, не то чтобы он чего-то ахового прям ожидал, но это как-то совсем слабовато для тайны.       Однако проходит ещё пара мгновений и он меняет своё мнение. Ладно вокалист, который высоким голосом начинает напевать что-то задорное, всякое слышали, таким нас не удивить, но когда к этому делу подключается Чон…       Идеально повторяя недофальцет солиста, Чонгук начинает подпевать песне, которую явно знает наизусть, и пританцовывать, продолжая вести машину.       И на самом деле Тэхён не может сказать, чего в нём больше на данный момент: удивления, восторга, веселья или, внезапно, желания? Нет, ну вы только представьте, Чонгук поющий на испанском, пусть и в шутку, пусть и кривляясь на ходу, да ещё и за рулём, это ли не хот контент? Но, учитывая обстоятельства, а точнее говоря невозможность сорваться с места, желательно к Чону на колени, перевешивает в итоге веселье.       Ким ни одного слова разобрать не может, но уже успел запомнить цикличный мотивчик и ближе к середине не без удовольствия начал подмумукивать Чону.       Чонгук же, кажется, вошёл в раж. Не успела закончиться первая песня, как он всецело отдался исполнению второй.       Тэхён то хихикал как ребёнок, то замирал, восторженно глядя на своего парня, то тушевался как школьница после мысли о том, что это ЕГО ПАРЕНЬ, в общем Чонгук обеспечил ему весьма широкий спектр эмоций своим признанием.       — Браво! Бра-во! — кричит, хлопая в ладони, Тэ, — на бис, просим, про-сим, про-сим! — скандирует он озорно, внутри утопая от нежности, глядя на то, как расползаются маленькие морщинки в уголках чоновых глаз.       Чонгук смеётся и как может кланяется.       — Тогда включи-ка Vamos A Volar, обожаю ей заканчивать свои концерты!       — Слушаю и повинуюсь! — салютует Тэ и принимается искать нужный трек.       Чонгук прочищает горло, проводит ладонью у лица, как бы стягивая пальцами маску, улыбка исчезает, и на сцену выходит Чон Гарсиа Альварес.       У Тэхёна уже живот со смеху болит, и в горле пересохло, он снова тянется назад в попытке достать бутылку воды, но рука цепляет чипсы.       — Ну пиздец как вовремя, — бурчит он, но пачку в руке сжимает покрепче. — Вот она, живительная влага! — пальцы обхватывают вспотевшую бутыль. — Не желаете ли смочить горло, сеньор?       — С удовольствием! Эти выступления так выматывают мои несчастные связки, — театрально бросает Чон.       Они снова смеются, пока Тэ протягивает открытую бутылку Чону. На коленках заманчиво шелестят чипсы.       — Ладно, раз уж у нас такие каминг-ауты пошли, то признаюсь и я! — возвещает Тэхён. — Иногда, когда мне скучно или нужно поднять настроение, я делаю то же, что и ты, только вместо испанской попсы, у меня кхе-кхе-кхе — французский рэп!       — Воу!       — Ну, я правда больше припева оттуда не вывезу, до твоего скилла мне, конечно, далеко, да и юзаю всего пару песен, но тем не менее, тоже практикую, — важно говорит Тэхён.       — Отлично! Плюс одно общее увлечение. Продемонстрируешь?       — Заметьте: не я это предложил! — чипсы снова летят куда-то вниз, но сейчас Тэ слишком увлечён поиском нужной песни. — У этих парней клипы угарные, все старые правда, но я иногда пересматриваю чисто поржать, если я правильно помню, их фишка в том, что они пародируют настоящих рэперов, но на удивление делают это так годно, что подвох понимаешь не сразу. Напомни мне потом, когда вернёмся, покажу тебе парочку.       — Лол, обязательно.       — А вот и моя любимая, Парле мама, готовься плакать, Чон, ибо я смещу тебя со сцены.       — Хах, ну попробуйте, мусьё!       — Что ж… Приступим…       Если бы Чонгук знал на что он подписывается, он бы припарковался на обочине, от греха подальше. Из-за не стихающего хохота у него глаза слезами наполнялись со скоростью света, Тэхён так искусно вошёл в роль «французской подружки на проводе», оттопыривая аккуратный мизинчик и дуя губки, что Чон боялся не дожить до конца выступления.       — Алягёёрооо, — заканчивает Тэхён вместе с солистом, и Чон наконец вспоминает, как дышать.       — Фух, боже, больше не будем практиковать такое в дороге, это не безопасно, я думал помру! — говорит Чон, с горем пополам переводя сбившееся дыхание. — Отдаю все лавры тебе, это было прекрасно, браво!       — Мерси, мерси… — Тэхён показушно кланяется, насколько позволяют ремни. — А теперь чииипсы, чипсики, наконец-то, прекрасненькие мои! — пропевает Тэ, копошась в поисках пачки.       — Ты же говорил, что они, цитирую, «сраная хрень», — замечает Чон.       — Я был не прав, каюсь, я не я, когда голоден.       Тэхён хватается пальцами за края упаковки, последняя преграда на пути к истинному удовольствию, как говорится — поржали, надо и пожрать.       Мокрые после испарины с бутылки воды пальцы, никак не могут совладать с упаковкой, она то и дело выскальзывает из рук, Тэ психует с минуту, а после решает — «хватит это терпеть!» и, со всей силы вжавшись пальцами в пакет, остервенело дёргает его в стороны.       До апокалипсиса       3…       2…       1…       Пачка наконец открыта, ура!       — Твою же мать, Тэ-ээ!!! — тянет жалобно Чон.       Видели когда-нибудь фейерверк из чипсов? Чонгук вот сейчас наблюдает, и ему почему-то не нравится.       — Упс… — шелестит тихонечко Тэ, вжимая голову в плечи и зажмуривая глаза. А как дулся-то, когда ранее Чон намекал на подобный исход, попахивает фиаско.       Сначала Чонгуку очень хотелось орать и плакать, потому что машина это, блять, святыня и порядок в ней это смысл жизни настоящего пацана и вообще, он её только недавно выдраил до скрипучего блеска!       Потом ему захотелось вонять и страдать от обиды, пачка была последняя, до заправки ещё минут двадцать, а жрать внезапно захотелось так, словно он неделю не ел.       Но когда он сбавил скорость и посмотрел на Тэ, рассмотрел хорошенько этого лохматого чудика в чипсах, которые даже в волосы затесались, все мысли вылетели из головы, впрочем как и обычно, и в итоге он просто засмеялся, звонко так, заливисто.       Тэхён неверяще приоткрыл один глаз. Он-то ждал, что его сейчас из машины на ходу выкинут, за такие кренделя, а Чон вдруг смеётся, да ещё по-доброму так, будто не Тэ только что засрал ему всю машину крошками.       — Ты что, меня не выкинешь? — недоверчиво спрашивает он.       — Хахах нет, я, блин, ща, — Чон отсмеивается, но до конца так и не успокаивается. — Я просто открою пошире окно, и тебя и так утащат, ахах, — он продолжает смеяться, а Тэ никак не вдупляет в чём прикол.       — Кто утащит, как?       — Голуби или чайки.       — Почему? — Тэхён понимает, что он задаёт глупые вопросы на не менее глупые ответы, но в данный момент любопытство преобладает над разумом.       — Потому что ты сейчас похож на кормушку для голубей, — Чонгук затихает понемногу, но стоит ему мельком глянуть на Тэ, как новая порция смеха просится наружу.       — Да ну тебя, блин, в жопу, я и так опечален! А ты, тфу, сухарь бессердечный!       — Малыш, ты устроил в моей машине салют из чипсов, был бы я сухарём, ты бы и правда полетел в окно, — успокоившись наконец, говорит Чон, тепло улыбаясь. — Ладно, сейчас поднажму немного, и минут через 10 будем на заправке, я тогда в магаз сбегаю, а у тебя будет время выгрести весь этот срач. Вот такое тебе будет наказание.       — Ты самый справедливый судья из всех, которых я когда-либо встречал!       — А много ты их встречал?       — Ты первый.

💌💌💌

      До заправки они и вправду добираются минут за десять, Чонгук вручает Тэхёну маленький usb-пылесос, скалится на тэхёновы по этому поводу подъёбы и скрывается в магазине.       — Нет, ну надо было так налажать, а? — спрашивает сам себя Тэ.       Благодаря пылесосу убрать весь бардак выходит даже быстрее, чем он планировал, довольный своими навыками уборщика автомобилей, Тэхён выбрасывает содержимое съёмного контейнера в ближайшую мусорку, убирает пылесос и спешит присоединиться к Чону, уж больно мармеладок захотелось.       Картина, представшая перед его глазами, вызывает в нём противоречивые чувства. Чонгук, прекраснейшим образом оттопырив свою не менее прекрасную задницу, туго обтянутую голубой джинсой, внимательно изучает нижнюю полку и совсем не замечает, что чуть поодаль от него один примечательный персонаж тоже изучает. Только не полку, как Чон, а его пятую точку, как Тэ.       — Вот это вовремя я подкатил, — бурчит себе под нос Тэ, но приближаться не спешит, выжидает, одному богу известно чего.       Позади Чона замерла молодая девушка лет семнадцати, которая, судя по образу, очень любит главную героиню клипа Just right.       В целом она очень даже миленькая. Длинные чёрные волосы заплетены в две косички, на щёчках красуются очаровательные веснушки, помимо веснушек на щеках обнаруживается расползающийся румянец, а когда она едва приоткрывает рот в немом «ахе», Тэхён подмечает немного выпирающие, аккуратные передние зубки, как у белочки какой-нибудь. На носу восседают очки в толстой оправе, а довершают картину кончики ушей, торчащие из-под волос и пылающие красным.       Ну, в принципе, Тэ понять её может, он и сам с этой задницы то и дело краснеет и выглядит приблизительно так же, только у него ещё слюна иногда капает.       И Тэхён, само собой, отлично понимает, что нет ни одного повода для нервов или, помилуйте небеса, ревности, и что девчушка эта, сама своей реакции испугавшаяся и жалобно прижимающая к груди маленькую сумочку, ну точно ему не соперница!       Понимает, правда.       Но внутри что-то неприятненько свербит.       Посмотрели как бы и хватит, расходимся, ну точнее ты давай расходись, а я, пожалуй, ещё немножечко постою…       Чонгук же по-прежнему крайне увлечён разглядыванием упаковок и не видит даже Тэ, куда там до покрасневших школьниц. Он задумчиво чешет подбородок и кладёт руку на талию, сгребая в кучу ткань рубашки, демонстрируя тем самым плавный изгиб, который эту злосчастную шикарную жопу подчёркивает ещё больше!       Контрольный в голову, кажется, у девочки носом кровь пошла от перенапряжения.       — Достаточно, — спокойно говорит Тэ и подходит наконец к Чону.       — Закончил? — спрашивает тот, не отвлекаясь от основного занятия.       — Закончил. И ты давай заканчивай, растопырил тут свои орехи всяким белкам на потеху, — беззлобно фыркает Тэ. — Дуй давай на кассу.       Чонгук немного не понимает, причём тут орехи, если он стоит в отделе с чипсами и крекерами.       — Ты о чём? Хочешь орешков?       — Не бери в голову, пойдём, не хочу я никаких орешков, хотя… — он подталкивает его к кассам, а сам стреляет глазами на многострадальную девушку. Та всё ещё стоит как вкопанная, но теперь она ещё краснее и, как ни пытается, не может отвести взгляд от этих двоих.        «Отлично, — думает про себя Тэ, — сейчас я покажу тебе, кто тут главная белка и на чьи орехи ты тут своими зенками покушалась…»       Он нагоняет Чона, несколько раз несильно хлопает его по заднице, а затем оборачивается, смотрит прямо в глаза в концы растерявшейся девчонке и смачно жамкает упругую половинку, да ещё так тщательно, словно проверяет на мягкость подушку.       Когда взгляд девушки отрывается наконец от сего залипательного действа, она встречается глазами с Тэ, тот подмигивает ей не без удовольствия, и она видит в них бегущую строку:       — «Полюбовалась? Отчаливай. Это — моё!».       Осознав всю глубину произошедшего, от её ступора с мужских упругостей, до того кем, судя по всему, являются друг другу эти двое, она громко охает и, смахнув пару пачек с полки, спешит скрыться с места преступления.       Тэхён победоносно хмыкает и даже не сразу слышит возмущение чуть впереди себя.       — Эй, ты меня вообще слушаешь?       — А, чего? Прости, отвлёкся.       — Я, блин, заметил! Ты чего меня посреди магазина мацаешь?! Совсем с ума сошёл?       — Ну, я может и не белка, но тоже хорошие орешки люблю, точнее один, ну в общем ты понял…       — Нихера я не понял. Ты всё-таки орехов хочешь?       — Ох, Чони, святая ты моя простота! Да, я хочу орех! И он у меня уже есть, но его я съем позже… — хитро прищуриваясь, говорит Тэ, и лицо само расползается в довольной ухмылке.       — Странный ты какой-то…       — Говорю же, не бери в голову, Куки, потом поймёшь, когда время придёт.       — Так всё, надоели мне твои шарады, пошли уже, нам ещё часа полтора ехать, а скоро темнеть начнёт, — бурчит недовольно Чон, а сам тает как шоколадка на солнце от этого вот «Куки».       Кассир всё это время молча наблюдал, то за одним, то за другим, молча пробил товар, молча принял карту, молча отдал чек. Молчаливый какой и понимающий попался им кассир!       — Боишься темноты?       — Тэ-Тэ, ты мой парень, меня уже ничто в этом мире не пугает.       — Ах ты маленькая гадость!       — Ты хотел сказать радость? — Чон лыбится, оголяя зубы и морща нос.       — Эх. И не поспоришь ведь. Пошли быстрей, нам срочно надо в машину!       — Это ещё зачем?       — Поцеловать тебя хочу, радость ты моя!

💌💌💌

      — Поверить не могу, что мы наконец-то приехали, я думал, это путешествие будет вечным! — причитает Чон, вытаскивая из багажника сумки.       — А главное обошлось без происшествий!       — Да неужели?       — Ты теперь до самой старости будешь мне припоминать эти сраные чипсы?       — Ты ж говорил любименькие, — ехидничает Чон.       Тэхён на это замечание отзывается невнятным бурчанием и уходит в дом.       Местечко, надо сказать, замечательное, к сожалению, к моменту их прибытия начало смеркаться и, кроме площадки возле дома, многого разглядеть не удалось, но это не страшно, впереди ещё целая неделя, насладиться видами они ещё успеют. А вот сам домик комфортит максимально с первого взгляда.       — Ну как тебе?       — Честно говоря, я в восторге, как раз об этом думал.       — Завтра отведу тебя в парочку интересных мест, там есть на что посмотреть.       — Ммм, отлично. А какие планы на сегодня? Душ и спать?       — Ну мы же не пожилая пара на пенсии, — говорит Чон, затаскивая в дом последний пакет. — Да и неделя пролетит куда быстрее, чем ты думаешь, так что у меня есть предложение.       — Я как и всегда открыт предложениям, внимательно слушаю.       — Тут недалеко есть озеро, ну я тебе говорил, туда можно подъехать на машине. Сейчас ещё недостаточно темно, думаю, стоит пока разобрать шмотки, а потом можно и туда махнуть.       — А для чего нам кромешная тьма? Ты хочешь уволочь меня в лес и бросить там на съедение волкам?       — Конечно хочу, должен же я тебе отомстить за машину… — он успешно уворачивается от летящих в него шорт и продолжает, — на самом деле, с большим удовольствием я бы тебя сам съел, — Чон клацает зубами в воздухе под тэхёнов смешок. — Ладно, а если серьёзно, то когда достаточно стемнеет, луна выкатит на небосвод и будет очень красиво отражаться в воде, думаю, тебе понравится.       — Какой же ты у меня всё-таки романтик, уву! Думаешь мы сможем увидеть лунных кроликов?       — И это я ещё романтик! Ну, я думаю, мы можем попытаться.       — Замётано! Я, пожалуй, всё-таки сполоснусь, на мне фантомные крошки, это дико бесит.       — Я молчу…       — Вот и правильно! Молчи.

💌💌💌

      — Признавайся, у тебя какой-то внутренний компас на простые, но прекрасные вещи?       — Ну, я всё-таки фотограф, — слегка улыбнувшись, отвечает Чон. — Красиво, правда?       — Не то слово… Подашь фотик? Я его на заднее сидение бросил. — Тэхён соскакивает с багажника и подходит ближе к воде. — Когда вода совсем спокойная, кажется, что луна не на небе, а тут, — он присаживается на корточки и касается кромки воды кончиками пальцев, озеро отзывается лёгкой рябью. — А так кажется, что на ней и правда есть кролики, — он хихикает и смотрит на Чона через плечо, пряча улыбку, но сверкающие детским озорством глаза всё равно выдают его.       — Держи, — Чонгук протягивает руку, вручая Тэ фотоаппарат. — Я знал, что тебе понравится. Не против, если я пофотографирую тебя, пока ты фотографируешь луну?       — Ой не советую, Чон!       — Это ещё почему?       — Когда я вхожу в «фотографический раж», я похож на ту стрёмную девку из Проклятья, которая по потолку бегала, локтями наружу.       — Мне кажется, ты преувеличиваешь, но теперь я хочу сфоткать это ещё больше!       — Ну, если ты не помрёшь со смеху, дерзай, — Тэхён настраивает камеру на нужный режим и делает пробный кадр. — Только не отвлекай меня своим хохотом, спугнёшь Муза, я тебе не прощу!       — Я буду тише ниндзя из Анбу!       — Вернись в деревню, Саске! — внезапно вскрикивает Тэ и вскидывает руки в умоляющем жесте.       — А чё это я сразу Саске?       — Ты что-то имеешь против этого персонажа? — недобро щурясь, спрашивает Тэ.       — Да упаси будда, Саске хорош, просто… Так! Нас куда-то уносит, фотографируй давай! А то все лунные кролики разбегутся от твоих воплей.       — Так уж и быть, уломал, но за Саске мы с тобой ещё перетрём!       — Да сколько угодно.       Тэхён отворачивается к озеру, и Чонгук, кажется, слышит, как переключается внутренний тумблер старшего. С минуту это был всё тот же Тэ, улыбался каким-то своим мыслям, что-то бурчал под нос, и сиял как лунный эльф. Ну это правда только в глазах Чона, но почему бы и нет. Чонгук успел сделать пару кадров, но потом началось перевоплощение, и он как-то отвлёкся.       Сначала в ход пошли руки и шея, которые изгибались под какими-то невероятными углами. Затем Тэ упал на колени и начал прижиматься к земле, в попытке сцапать «кадр на уровне» и не уронить при этом камеру в воду.       Чон хотел уж было выпустить тихий смешок и запечатлеть эту картину, но тут в движение пришла тэхёнова задница… Он так прогибался в пояснице, что лёгкая ткань шорт обтягивала округлые половинки как вакуумная упаковка. Виляя ей из стороны в сторону и точно не заботясь о том, как это выглядит со стороны и какие желания вызывает у присутствующих, он продолжал своё занятие, как ни в чём не бывало.       Ауч.       Чонгук делает глубокий вдох. Тэ просил не отвлекать.       Тэхён немного раздвигает колени, прогибаясь чуть сильнее.       Терпи — говорит сам себе Чонгук, отворачиваясь. Неподалеку он замечает упавшее в воду дерево и начинает рассматривать его. Очень интересно. Прям куда интереснее Тэ. Ага.       Ещё можно камеру в машину отнести, тоже очень увлекательно.       Вернувшись на прежнее место, он косит одним глазом в сторону Кима и вот ну зачем он это делает, а?       Тот, судя по визуальным ощущениям, решил трахнуть берег. Иначе как ещё объяснить все эти скользяще-ёрзающие движения?! Но Тэхён на этом не останавливается и отводит одно колено в сторону, максимально прижимаясь к земле.       — Да что же ты делаешь… — мученически прикрывая глаза, стонет Чон. — Я не мешаю, я не мешаю, я не мешаю, — повторяет одними губами.       И тут его озаряет.       А что если он, как истинный Анбу, подкрадётся незаметно? Ну вот вдруг, увлечённый Тэ его совсем и не заметит?       Генитально, ой, простите, гениально!       Чонгук напрягает мышцы, выравнивает дыхание и начинает красться на мысочках, мягко приминая густую траву, как дикий кот на охоте. Поняв, что Тэ его и правда не замечает, он подходит почти вплотную и замирает.       А дальше то что?       Ну подкрался, вот она жертва, а напасть-то незаметно как?       Хочется как минимум пожамкать булочку, как максимум укусить её, но что-то Чон сомневается, что ему удастся остаться при этом незамеченным, как бы он там свой уровень ниндзюцу не выкручивал.       «Эх, — думает он про себя с сожалением. — Такой план по звезде полетел… Кажется настало время для Харакири после провала миссии». — Умирать так по-красоте, — шепчет тихонько и проводит взмокшей ладонью по плавному изгибу бедра.       Тэхён поначалу думает, что по нему что-то ползёт или трава его щекочет, ну в общем Чонгука он даже не подозревает и продолжает щёлкать затвором.       Чонгук для себя решение принял. Он умрёт. Умрёт как герой. Но перед смертью он пожамкает эту сочную задницу — всё остальное тлен и пепел.       Очерчивая большим пальцем контур полукружия, он пристраивает руку на ягодице и хорошенько сжимает, с душой, с чувством. А что? Перед смертью можно себе позволить…       — Что это ты делаешь, Чон Чонгук, м? — невнятно и чуть ли не по слогам бормочет куда-то в траву Тэ.       — Я? Да так. Ничего. Харакири.       — Чего? — Тэхён всё-таки отвлекается и смотрит вопросительно на Чона через плечо. — Ты умудрился перегреться в лунном свете?       — Я тебя хочу.       — Плавный переход однако, — выпустив хохоток произносит Тэ. — Прям так сильно хочешь? — Он разворачивается, откладывает камеру в сторону и, зазывно раскинув ноги, смотрит на Чона, демонстрируя пляшущие огоньки в потемневших зрачках.       — Прям так сильно, — Чонгук падает на колени перед Тэ и, резко опустившись на руках, целует его.       Тэхён завёлся не меньше Чона, но почему-то именно сегодня, адекватное в нём преобладает, по крайней мере сейчас, видимо весь запас дури в дороге разлетелся вместе с чипсами.       — Чонгук~и, — нехотя отрываясь шепчет он. — Я хочу тебя не меньше, но мы можем утопить камеру, да и не хотелось бы царапать задницу о камушки и траву, пошли в машину?       — М-м, — недовольно промычав, Гук кивает, прикрыв глаза. — Ты прав, не стоит ранить твою прекрасную нежную жопку, пошли. — Чонгук оказывается возле машины в течение секунды, молниеносно складывает задние сидения и застилает пледом багажную зону. — Не императорское ложе, конечно…       — Да пофиг, — перебив его, Тэхён заскакивает в машину, подтягивается немного и, подоткнув под голову чонову флисовую рубашку, добавляет, — вот и перфекто, иди сюда.       Чонгука два раза просить не нужно. По-хозяйски раздвинув тэхёновы длинные ноги, он пристраивается меж них, сжимает крепкими руками мягкие бока и несколько раз толкается вперёд.       Его поцелуи скользят от шеи к скулам, цепляют губы, пока тэхёновы пальцы впиваются в напряжённые лопатки.       — Чёрт, — говорит внезапно Чон. — Смазка.       — Где?       — В бардачке.       — Попробую дотянуться, не отвлекайся, — хихикнув, говорит Тэ, вытягиваясь в струну. — Так, ещё немного, — он шурудит пальцами в воздухе, стараясь вытянуться ещё немного и подцепить ручку бардачка, но в итоге ничего не выходит. — Без шансов, Чон. Метнись кабанчиком.       — Понял-принял. — Чонгук выскакивает из багажника, как чёрт из табакерки.       Хлопает дверь, мягко клацает спусковой механизм, шуршание.       Ещё шуршание.       Много шуршания.       Тихая матершина.       Громкая матершина.       — Да что у тебя там случилось? — не выдержав, спрашивает Тэ, запрокидывая голову назад в попытке разглядеть, что так вывело Чона из себя.       — Кажется, у нас нет смазки…       — Не понял…       — Либо я оставил её в сумке, либо в Сеуле.       — Чон. Ты даже не Шрэк. Ты, блять, грёбаный осёл!       Чонгук хлопает передней дверью, обходит машину и виновато смотрит на Тэ.       — Прости? — извиняется он, хотя сам в не меньшем пролёте, чем Тэ.       — Ну что я могу сказать, — приподнимаясь на локтях, произносит Тэхён. — У меня для тебя новости.       — Какие? Что я осёл?       — Нет, лучше, — в тэхёновых глазах черти медленно приходят в движение. — В целом ты, конечно, осёл, но приготовься, сейчас мы будем делать из тебя Фиону.       — Что-то я не понял…       — А что тут понимать, Чонгук-и? Попку, говорю, готовь, сегодня сверху буду я, снова, — он скользит рукой в карман шорт и выуживает оттуда маленькую баночку масла для рук, которой победоносно трясёт перед носом растерянного Чона. — Как тебе такое, Илон Маск? Кто из нас теперь победитель, а?       — Глядя на твоё ехидное лицо, я начинаю думать, что смазка пропала из бардачка не без твоей помощи! — фыркает Чон складывая руки на груди. — И это не честно! Тебе и так с утра вкусненького перепало!       Конечно же, Чонгук не против ощутить в себе Тэ, но покапризничать сейчас всё же хочется, настрой у него, знаете ли, был немного иной.       — Это всё поклёп и клевета, — щебечет Тэ и Чонгук реально не знает, стоит ли верить этой хитрой морде. — Ну же, иди сюда малыш, прими проигрыш с достоинством…       — Проигрыш или член?       — Второе предпочтительнее, — улыбаясь, журчит Тэ в поцелуй, всё ближе притягивая к себе Чона, вынуждая того забраться ему на колени.       — Какое же ты наглое хамло.       — Твоё наглое хамло. И не ври мне, я знаю что тебе нравится.       — Чёрт, — хмыкает Чон прижимаясь вставшим членом к животу Тэ. — Нам надо стянуть шорты, неудобно.       Пара футболок и шорт разлетаются в разные стороны в ту же минуту, Тэхён снова забирается поглубже в багажник и с нескрываемым восторгом смотрит, как Чон взбирается на его бёдра.       Тэхён обожает любоваться чоновым телом, он может делать это 25 на 8, и ему никогда не надоест.       Но бывают особые моменты, в особенные дни и горящая спираль, растянувшаяся от грудной клетки до низа живота, говорит Тэхёну о том, что сегодня как раз тот самый день.       Телу Чонгука, как и самому Чонгуку, свойственна невероятная двойственность, или даже скорее разносторонность, если это слово можно применить к телу. Тэхён отмечает это и как простой смертный, и как скульптор, небесами целованный.       Он может быть горячим, как раскалённая сталь, и жёстким, как гранит. В нём будет сквозить непоколебимая решимость и та самая животная, магнетическая аура, от которой колени будут ходить ходуном и низ живота сводить томительной судорогой.       Но он также может быть мягким и податливым, как масло или, например, глина, нежно оглаживая которую, ты получишь любую желаемую форму. Он будет излучать невероятное тепло, которое будет не поджигать, но согревать, растапливать, плавить…       И трансформироваться он может буквально по щелчку пальцев.       Щёлк.       И ты дрожишь перед властным Чонгуком.       Щёлк.       И ты таешь в объятиях нежного малыша Гуки.       Щёлк.       И чёрт его знает, что ожидает тебя после.       В данный момент его скользкие от масла ягодицы, уже вовсю трутся о возбуждение Тэ, но всё внимание последнего сконцентрировано на любимейшей из метаморфоз — живот Чонгука.       С какой стороны ни посмотри, а Чон мальчик спортивный и тело у него соответственное, даже когда он расслаблен точёные тренировками мышцы на его теле видны невооруженным глазом.       Но сейчас всё иначе, сейчас та самая фаза, которая сводит Тэхёна с ума более всего, та фаза, в которую он готов кончить от одного только наблюдения, без проникновений и даже простых прикосновений.       Чонгук максимально расслаблен, влажные пряди тёмных, немного вьющихся волос, обрамляют умиротворённое лицо, на котором читается чистейшее блаженство. Даже в момент когда он медленно опускается на пульсирующий член, и чувствует, как тот заполняет его, лицо остаётся безмятежным, только губы, слегка разомкнувшись, выпускают тихий стон.       Тэхён, как завороженный, наблюдает за ним, ловя каждый момент, скользит взглядом по взмокшей шее, вздымающейся груди и, наконец, застывает на животе.       Привычных кубиков нет, словно и не было никогда, на их месте упругий, подтянутый живот, который лишь на несколько мгновений являет очертания рельефного пресса, в моменты когда член Тэ оказывается достаточно глубоко, и Чон рефлекторно сжимается вокруг него, затем он сразу же уступает чарующей мягкости, которой так и хочется коснуться.       Тэхён проводит кончиками длинных пальцев от основания члена, цепляет немного головку, вырывая очередной грудной стон, и, добравшись наконец до желанной точки, начинает оглаживать живот.       Подушечки пальцев немного продавливают нежную кожу, когда он обхватывает тонкую, крепкую талию и пристраивает большие пальцы возле пупка.       Чонгук не стонет, он громко и часто дышит, немного ускоряя свои движения, вскидывает руки вверх и упирается ими в крышу машины, тем самым усиливая давление снизу.       Ему не хочется набирать темп, сейчас ему хочется томить и томиться. Он чувствует, как Тэ проводит ладонями по его животу, гладит и мнёт его, впивается в него пальцами в моменты крайнего возбуждения и, несмотря на то, что он игнорирует при этом колом стоящий член, получает невероятное удовольствие от этих ласк.       Чонгук для Тэхёна совершенство, и Тэхён знает, как сделать так, чтобы Чонгук узнал об этом без слов.       Чон понимает, что Тэхён восхищается им в этот момент, своими прикосновениями воспевая его формы, как истинный человек искусства и самый верный обожатель, и это разгоняет по венам Чонгука наслаждение, которое доводит его до эйфории.       — Чёрт, Тэ… — выстанывает он и склоняется, чтобы оставить серию мокрых, смазанных поцелуев на тэхёновом лице.       Тэхён чувствует, что скоро кончит, зрелище было слишком горячим, прикосновения слишком волнительными.       Он обнимает чоновы плечи сзади, прижимая к себе, локтями фиксирует его ноги на месте и, не давая сдвинуться, входит снизу. Сначала медленно, плавно, глубоко, покачивая на своих бёдрах, но пару толчков спустя он срывается и вбивается в него с таким остервенением, будто это их первый раз и он никак не может насытиться желанным телом.       Тэ чувствует, как по его животу скользит напряжённый ствол, как вибрирует под пальцами натренированное тело, как оно дрожит от удовольствия и как сжимает его в себе Чон на особенно глубоких, чувственных толчках.       — Блять, малыш… — рычит Тэхён в самое ухо, не сбавляя темпа. — Агрх, я сейчас, ахмх, кончу…       — Давай, — шепчет Чон, царапая зубами возле мочки, — давай, давай, давай… — рокочет в такт с толчками Тэ и сам начинает подаваться навстречу его движениям.       Тэхён напрягается всем телом, прикусывает нижнюю губу и зажмуривается до мурашек, руки хаотично хватаются то за упругий бок, то за мягкую половинку, то за скомкавшийся плед.       Щёлк.       Чонгук одним рывком соскакивает с подрагивающего в преддверии оргазма члена, перехватывает его рукой и, немного сжав у основания, шепчет:        — Хочешь кончить мне на живот?       Хочет. Тэхён чертовски хочет! Так сильно хочет, что от одних этих слов чуть не спустил и, если б не кольцо чоновых пальцев, пренепременно сделал бы это!       Сил говорить нет, потому что в горле Сахара и язык неприятно царапает нёбо, сердце пульсирует где-то в глотке, и он лишь кивает часто несколько раз, пытаясь облизнуть пересохшие губы.       Чонгук снова забирается на его бёдра и откидывается назад. Оперевшись на одну руку, второй он несколько раз проводит по своему животу вверх-вниз, вверх-вниз, покачивая при этом крепкими бёдрами и прикусывая раскрасневшуюся пухлую губу.       Тело Тэхёна окутывает липкая жара, пальцы ломит от напряжения, а внизу живота всё острее ощущается хищный напор наступательной энергии, что вот-вот разорвёт его на куски. Он обхватывает свой член и парой резких, мощных движений доводит себя до разрядки.       Мутные капли щедро покрывают поверхность вздымающегося живота, стекают медленно по его изгибам, минуя пупок, скользя ниже. Тэхён протягивает вторую руку и проводит по ним, размазывая густоватую жидкость по горячей коже, Чонгук присоединяется к нему, положив свою руку сверху.       — Не знал, что тебе так нравится мой животик, — облизнув и следом прикусив губу, плотоядно урчит Чон.       — До этого момента, кажется, я и сам не знал об этом, — немного растерянно отзывается Тэ.       Чонгук лениво проводит рукой по сверхчувствительному после оргазма естеству Тэ и, немного дуя губки, шуршит:       — А я так и не кончил между прочим, боди-фетишист ты несчастный...       Ой.       Как не кошерно вышло.       Не то чтобы они всегда синхронно кончали, но чаще у них выходило приходить к обоюдному удовольствию с малой разницей во времени и уж точно они не провтыкивались раньше, как сейчас Тэхён, вновь залипнувший на своей руке, что по-прежнему выводила узоры на животе, словно на автомате давая своему хозяину желаемое.       Это всё магия луны и чонова живота, сбили его несчастного с истинного пути совместных оргазмов, Тэ в этом уверен. Ситуацию нужно срочно исправлять!       — И ты хочешь чтобы я-я… — замолкает Тэхён, кивком предлагая Чону самому «вставить» подходящий вариант в незаконченное предложение.       — Я хочу чтобы мы-ы… — Чонгук тоже замолкает, с той же целью.       — Ты имеешь ввиду?.. — не то с надеждой, не то с опаской уточняет Тэ       — Именно.       — Ты уверен?       — А почему нет, чем тебе не местечко для секс марафона со сменой ролей, м?       — Действительно, — соглашается, отмерев наконец, Тэ, как-будто его нужно было убедить.       — И как же ты хочешь, мой ненасытный кроль? — спрашивает он, перехватывая из чоновых рук салфетку.       — Хм… Дай-ка подумать…       Тэхён по глазам видит, что Чон уже давно всё придумал и решил, но он сейчас в той своей фазе, когда ему нравится немного кокетничать.       Ну и пусть.       Тэхён и эту фазу любит, он вообще любит Ч… Всякое он в Гуке любит в общем, да.       — Мне поумолять тебя, или ты всё-таки пощадишь и скажешь сам?       — Ладно, так уж и быть. Хотя мог бы и поуламывать меня немного, — Чон подмигивает одним глазом и продолжает, — видишь дерево?       — Которое из?       — Вон то, — Чон показывает в нужную сторону, пока голожопенький Тэ выбирается из багажника разминая косточки.       — Что-то я хреново понимаю, ты на дерево хочешь забраться и там?..       — Ты может хоть посмотришь для начала?       Тэхён поворачивает наконец голову и видит упавшее дерево, наполовину скрывшееся под водой.       — А. Вот ты о чём. Хотя я всё равно не до конца понял…       Щёлк.       — И всё-таки после оргазма ты невероятно тугенький, — улыбнувшись, говорит Чон, подойдя вплотную и цапнув Тэ за мочку. — Хочу тебя в воде, в идеале вот на том дереве.       — Мы ушли с берега в багажник, чтобы пощадить мой попец, но в итоге пойдём трахаться на дереве, стирая мою задницу о мокрую кору?       — Мокрая кора совсем не царапается и вообще, — Чонгук снова складывает руки на груди, — кто-то обещал мне возместить моральный ущерб…       — Вот же маленький шантажист! — мычит Тэ, как и обычно, больше для виду.       Хоть на данный момент обстановку нельзя назвать интимной, ведь они просто разговаривают, это никак не отменяет того факта, что он ещё не до конца расстался с возбуждением, да и Чона, чего уж там, хочет так же часто, как и тот его. Так что сексу, конечно, быть, но и кобениться по расписанию Тэ не забывает.       — Я бы сейчас шутканул про маленького и его способности, но у нас тут это, — он кивает на свой увядающий стояк, который удивительным образом ещё более менее жив, — и я бы предпочёл получить свою компенсацию.       И тут на Чонгука снисходит очередное озарение.       Ну как озарение… Мы бы с вами решили, что ему снова херня какая-то в голову пизданула, но Чон считает, что его осенило.       Он вдруг решает, что Тэ сейчас не в том настроении. Ну не хочет он его сейчас так, устал или просто «не тот день», ну что тут поделаешь? А он значит решил всё за двоих и даже не поинтересовался, а взаимны ли его желания!       Тэхён, к сожалению, этот момент упускает, разглядывая дерево и прикидывая как бы они могли на нём пристроиться, максимально оберегая его попец от повреждений.       Чонгук тем временем наливает третью рюмочку соджу своим таракашкам и скулит мысленно — «Я такой эгоист, нет, ну вы представляете? Я даже не спросил его, есть ли у него желание! Будто мне плевать на его мнение! Я такой абьюзер…» И как-то ускользает от него пара важных нюансов — не кончивший на данный момент тут только он, и Тэ не из тех, кто будет замалчивать, если его что-то не устраивает.       Тэхён всё обмозговал, приметил одну ветку, решил как прихватить с собой масла, чтобы банку не тащить, ну в общем порешал в уме насущные вопросики. Довольный собой, поворачивает голову, а там вылетевший в пиздострадальный астрал Чон.       Тэ это дело по глазам сразу видит, его не наебёшь.       — О небеса, я отвернулся на минуту, что ты уже успел напридумывать? — говорит Тэ, хлопая Чона по плечу.       — А? — Чонгук фокусирует взгляд на Тэ. — Чего? — а глазки словно блестящие бусины, того и гляди заплачет.       — Ебена-макарэна, как быстро тебя в этот раз накрыло и как основательно! — Тэ хихикает и взяв чоновы руки в свои говорит, — знаешь, эта сцена могла бы быть очень милой и трогательной, если бы не тот факт, что мы стоим ночью в лесу на берегу озера с полуопавшими членами и голыми жопами. Просто скажи мне, что ты там выдумал, мы отпиздим эту нелепую мысль, заделаем хэппи энд и счастливые пойдём трахаться на дереве.       Вот как Чонгук умудряется на старте завернуть любую тэхёнову недоистерику, так и Тэ, всегда может размотать любую херню, которую Чон наматывает в своей голове, обычно на этапе зарождения, но сейчас он немного проебался, хорошо хоть не опоздал!       Чонгук смотрит на него и, кажется, немного приходит в себя.       — Я, ну, это… — почему-то сейчас, когда он прогоняет ту же мысль в голове, она кажется ему настолько тупой, что говорить о ней стыдно, даже себе, чего уж говорить о Тэ. — Не скажу!       Резко выдает он, и Тэ вопросительно поднимает бровь.       — Однако здравствуйте… Ну и ладно, не хочешь, не говори, — улыбаясь, говорит Тэ. — Трахаться-то будем или всё, поезд ушёл, состав упал с обрыва? — он глянул по очереди на теперь уже полностью опавшие члены.       Проблемы он в этом, конечно, не видит, пара движений, один поцелуй и они оба снова в полной боевой готовности. Это скорее попытка обратить внимание Чона на то, как он в этот раз увлёкся посиделками с тараканьём, аж член уронил!       — Будем, конечно! — говорит Чон таким тоном, что ему бы стол, он бы кулаком по нему стукнул, да так, что тот разлетелся бы на кучу щепок, но тут же следом добавляет, так тихо и зажато, что Тэ еле слышит скомканное, — если ты хочешь, конечно же…       — Так вот оно что. Боже. Чон. Я даже думать не хочу, как эта дрянота залетает в твою прекрасную головку! — он улыбается, всем своим видом показывая, что Чон был в корне не прав и сейчас ему это наглядно продемонстрируют. Он прижимается к нему, скользит рукой по животу, который вслед за пальцами покрывается мурашками, обхватывает ствол и, несколько раз скользнув рукой вверх-вниз, шепчет, — нам нужно срочно выдрочить это из тебя, — второй рукой он подцепляет чонову, заводит её себе за спину и, уложив на половинку, направляет её в сторону ложбинки, слегка надавливая, — или вытрахать…       Щёлк.