Взаперти

      Новый день — новые проблемы.       Утро встретило дом Шваген-Вагенсов хорошей погодой. Голубое небо было практически чистым. Исключая маленькие перистые облака, которые поспешно уносились вдаль. Сегодня погода должна быть тёплой, и это очень нетипично для апреля, но вполне приемлемо.       Солнце не пробивалось сквозь закрытые занавески, что логично. Стрелки часов медленно подходили к 8:00 утра. Скоро в доме начнется суматоха.       Трель будильника раздается эхом по комнате блондина. Прокляв весь белый свет, Ди всё же выключает его. Тяжело вздохнув, он сел на кровать. Старший Металл медленно приходил в рассудок. Он оглядел комнату. Идеальная. Она просто идеальная. Ни одной шероховатости, ни одной царапины, ни одной трещины. Будто дом построили только вчера. Почему он не обратил на это внимание раньше? Да как-то… Не до этого было.       Стук в дверь. О, да. В этом доме все будут стучаться перед тем, как зайти в комнату к Ди. Он подумал об этом, и на душе стало как-то паршиво… Стук повторился. — Входите. — слегка севшим голосом после сна, сказал блондин.       На пороге комнаты появилась темная голова дворецкого. Чёрный официальный костюм и белая рубашка. Лакированные туфли, в которых можно увидеть свое отражение. Темно-зеленый галстук на шее. Чарльз выглядел идеально. Чересчур идеально. Аж тошнит. — Доброе утро, сэр Ди. — сказал дворецкий своим бездушным голосом. — Доброе, Чарльз. — Ди повернул голову в сторону окна, лишь бы не смотреть на него. — Я пришел дать вам ваше расписание на сегодня. Сэр Густав попросил соблюдать все пункты и ни в коем случае не опаздывать. Завтрак будет в 9:00. Вам помочь с выбором костюма? — монотонно рассказывал брюнет, а после вопросительно посмотрел на собеседника. — Нет. Спасибо, но я сам справлюсь. — Ди ответил как можно более спокойно. Дворецкий кивнул и удалился из комнаты.       Завтрак такое приятное слово. Вместе с ним всплывает столько приятных моментов. В дружной компании за столом кто-то шутит, кто-то рассказывает о делах на сегодня, а кто-то молча уплетает еду за обе щеки, но при этом внимательно слушая… Вот вроде просто завтрак, а заряд энергии и хорошего настроения на весь день. К сожалению, не в этом доме…       В гробовой тишине в столовой сидели три человека. Хэви молча смотрел на столовые приборы перед собой, Ди задумчиво глядел в окно, Густав читал газету. Напряженное молчание не заканчивалось и никто не хотел его прерывать.       Шелест газеты слишком резко режет по ушам. Братья одновременно поворачивают головы в сторону «дедушки». Тот просто перевернул страницу. Фух. Облегчение.       По комнате раздается стук каблуков. На серебряном подносе Арнольд выносил еду к столу. Это были обычные жареные тосты. Но даже они, чёрт возьми, были просто идеально поджарены. — Сегодня вечером я спрошу с вас нотную грамоту и только попробуйте не выучить. Если возникнут вопросы, спрашивайте дворецких. — договорил Густав, обвёл взглядом братьев и принялся к трапезе. Те тоже молча начали есть.

***

      Каково было удивление Хэви, когда он узнал, что они будут на домашнем обучении? Нет, репетиторство — это хорошо. Но как же друзья? Внешний мир в конце концов. Про прогулки в расписание ни слова. Это странно. Рыжий решил узнать это у Арнольда. — Арнольд, можно спросить? — тот кивнул. — Когда у нас будут прогулки? — Этого я не знаю. Расписание полностью составляется лично сэром Густавом. — спокойной ответил брюнет. — А, ну, ладно. Всё равно спасибо. — нервно проговорил мелкий. — Всегда пожалуйста, сэр Хэви. — спокойной ответил Арнольд и исчез из поля зрения рыжего.       Младший Металл принялся снова за изучение нотной грамоты, ибо нарваться на неприятности не хотелось.       Глаза старательно изучали материал из учебника. Рыжий пытался запомнить как можно больше. Ноты, ноты, ноты… Через пятнадцать минут он должен будет это рассказать, а Хэви ничего не запомнил. Страх и тревога растут всё быстрее, а взгляд постоянно цепляется за настольные часы. Хоть бы ещё немного времени… Младший верит, что у Ди всё более гладко. Тому всегда учеба давалась проще, нежели рыжику.

***

— Сколько тонов между звуками ре и си-бемоль первой октавы? — строго спросил седовласый мужчина, рассматривая пейзаж за большим окном. Недалеко от него стоял Ди с безразличием на лице. — Между ре и си-бемоль — 4 тона. — спокойной ответил блондин.       Густав нахмурился и замолчал. Старший Металл ответил на все вопросы правильно. Не к чему было придраться. Это было… Это было просто идеально. — Ты можешь идти. — сказал укоризненно Густав, даже не повернувшись к Ди.       Спустя пару секунд послышался стук удаляющихся каблуков туфель. Дверь хлопнула.       Старший брат вышел из комнаты и выдохнул. Удалось. Ди быстро освоил нотную грамоту. Это было для него не так сложно.       Блондин направился к себе в комнату. По дороге туда он встретил Хэви, но тот даже не посмотрел на него. Рыжий смотрел на свою обувь и бормотал что-то себе под нос. У Ди появилось плохое предчувствие.

***

      Рыжик топтался на пороге комнаты. Большие окна не были закрыты занавесками, поэтому в комнате было светло. На стенах куча портретов блондинов с ледяными голубыми глазами. Это внушало некий ужас. Недалеко от двери стоял огромный черный рояль, а вдоль дальней стены расположились скрипки. Одна другой лучше. «Дедушка» всё также стоял у окна. — Проходи, не стесняйся. — сказал Густав, развернувшись к младшему. На его губах была безумная улыбка. Хэви сглотнул и прошел внутрь. — Перейдем к делу. Сколько тонов между звуками до и соль первой октавы? — резко начал Шваген-Вагенс. — А. Эм… 3,5 тона? — неуверенно предположил рыжий. Он был растерян, вот-вот впадет в панику.       Густав усмехнулся и медленно начал подходить к Хэви. Расстояние становилось всё меньше, а страх мальчика всё больше. — Сколько в музыкальном звукоряде неполных октав? — с напором спрашивал «дедушка», подходя ещё ближе. — А… Ммм… — Хэви мямлил, пытаясь вспомнить хоть что-то. Его руки крепко вцепились в края пиджака. — При ключе стоят 2 диеза. Какие это будут диезы? Сколько в музыкальном звукоряде неполных октав? Как можно без использования секундомера узнать точную длительность каждой ноты? — вопросы летели в сторону младшего, а глаза седовласого загорелись злостью и ненавистью.       Хэви молчал. Сердце билось. В душе разыгралась паника. Мысли перепутались. — Ну, же! Отвечай! — прокричал прямо ему в лицо Густав. Рыжий еще сильнее сжался.       Резко Шваген-Вагенс отпрянул от него. Он отошел к окну. Хэви немного расслабился, как вдруг услышал: — Это заставит тебя говорить. — Густав обернулся, а в его руках была деревянная линейка. Он медленно начал подходить к рыжему, легонько постукивая линейкой по левой руке. Глаза Хэви расширились от ужаса и он сделал шаг назад. — Руку. — спокойно произнес «дедушка». Младший же просто застыл на месте, в ужасе смотря на него. — Руку! — прокричал Густав, продолжая сверлить взглядом Хэви.       Маленькая рука дрожит, но поднимается в воздух. Шваген-Вагенс резко хватает тонкую руку, отодвигая ткань пиджака. Перед ним открывается запястье. — Это будет тебе хорошим уроком, рыжая бестолочь! — сильнее сжимая руку мальчишке, с злостью проговорил Густав.       В комнате наступает тишина, в которой чётко слышно учащенное дыхание младшего. Одно мгновение и по комнате раздается звонкий шлепок. Потом ещё один. И ещё. Ноги Хэви подкашиваются, а из глаз начинают течь слезы. Запястье поразило жгучей болью. И снова удары. Глухие болезненные стоны вперемешку со всхлипами становятся всё громче. И вот с запястья начинает течь кровь, а рука дрожит от боли. Тишина снова поглотила комнату. — Думаю на сегодня хватит. Надеюсь, ты усвоил урок? — с презрением спрашивал Шваген-Вагенс. В ответ снова молчание. Младший в ужасе смотрел на раненое запястье. — Ты меня понял, жалкое ничтожество?! — вновь прокричал Густав. — Д-да… — заикаясь, ответил Хэви. — Марш в свою комнату. — строго приказал «дедушка».       Дверь захлопнулась, оставив Густава в гордом одиночестве с ощущением выполненного долга.