Откуда они у нас?

Вечер. Осаму вернулся с работы уставший и злой. Чуя, тоже недавно пришедший домой, выглянул из комнаты, услышав звук открывающейся двери. — Привет, Чуя — бормочет Дазай, проходя на кухню. Его вид оставляет желать лучшего, он хмурится и что-то недовольно бурчит себе под нос. — Привет, скумбрия — фыркает Накахара, закатывая глаза на столь "веселое" приветствие. Редко выдаются такие вечера, когда они могут побыть вместе, поговить о всякой ерунде. Дазай замечает, что Чуя открывает ящик и тянется за коробкой с чаем. — Дотянешься? Или помочь? — улыбается Осаму, не упуская шанса подшутить над мужем, на что незамедлительно получает ответ — Попробуй подойди, если не боишься — фыркнул Чуя - Я тебя кружкой уебу, усёк? Осаму в ответ согласно кивает, не проронив больше ни слова, значит, угроза все-таки подействовала. Накахара берёт пакетик, бросает его в воду и отдаёт кружку Дазаю, когда замечает небольшую опрокинутую баночку, с высыпавшимся из неё порошком. Он пытается вспомнить, что это, пока Осаму пьёт чай, ничего не замечая. — Нет, не пей! — вдруг кричит Чуя и выхватывает полу-пустую кружку из рук любимого — Ты чего? — удивился Осаму — Чёрт! — ругается рыжеволосый. Он вспомнил, что это за порошок. Сам же когда-то преобрёл его. Возбудители Тело Осаму прошибает ток. Первая волна. Пол кружки вполне хватило, что бы «волшебный порошок» подействовал. Чуя сразу понимает, что он только что натворил, и пытается избежать самого худшего. Он поставил кружку в раковину и попытался ретироваться, когда почувствовал руку, крепко держащую его за запястье. — Что произошло? — спросил Дазай, заметив странную реакцию Чуи. — Я случайно опрокинул колбочку. — пискнул Накахара — Какую колбочку? — С возбудителем Пути отрезаны, его крепко держат за руки, вжимая в стену и страстно целуя в губы — Значит, придётся исправлять ошибку — прошептал Дазай на ухо Чуе. Через пару секунд рыжеволосый оказался на кровати. Не разрывая поцелуй, Дазай расстрёгивал рубашку. Наконец справившись с пуговицами, он оторвался от красных, пухлух губ. Оставляя синяки, он стал целовать шею, медленно спускаясь. Чуя вздрагивал, закусывал губу и просил Осаму остановиться, но тот лишь ухмылялся. Маленькие соски - бусинки ярко выделялись на фоне бледной кожи, манили. Дазай не устоял. Прикусил один, оттягивая. Послышался тихий стон рыжеволосого. Осаму как бы играл, покусывая, оттягивая, пощипывая соски, одновременно лаская тело. Наконец ему это надоело, он стянул с Чуи брюки и боксёры, подставил пальцы к дырочке возлюбленного. Почувствовав что-то холодное около ануса, Чуя дёрнулся. Дазай втавил палец, дал привыкнуть секунду и начал двигать. Через пару секунд он добавил второй, раздвигая их на подобие «ножниц». Примерно через минуту он вставил третий, наслаждаясь тихим стоном Чуи. Накахара лежал весь красный, впиваясь пальцами в одеяло. Когда Осаму решил, что достаточно растянул напарника, он снял оставшуюся на нём одежду и медленно начал вставлять. — Нгх… Осаму, он слишком больш… Агх… — застонал Чуя Дазай улыбнулся, поцеловал в шею. Не давая привыкнуть, он начал двигаться. Сначала медленно, он старался не заходить во всю длинну, но терпению свойственно кончаться, и он начал набирать бешеный темп, слушая стоны и крики Чуи. Ещё пара толчков и он нашёл простату, стал долбиться туда. Стоны стали слаще, тело блаженно выгибалось. Вскоре оба кончили: один внутрь, другой на постель. Дазай вышел из Чуи и понёс его в ванную. Уже лёжа в постели и обнимая любимого, Осаму спросил, намекая на возбудители: — А всё же, откуда они у нас?