Ледяное сердце

Мечта и действительность сливаются в любви. В.В. Набоков Арагорн. Я смотрел на нее и не мог остановиться. Я смотрел на нее, и мое сердце таяло, освобождаясь от того льда, что сковало его когда-то, я смотрел на нее и, душа готова была петь. Я смотрел на нее и постигал, что такое любовь, хотя ни разу не сталкивался с ней …. Я смотрел и теперь уже точно знал, что влюбился, хоть и не знал, как это. Я внимал каждому ее слову, навсегда оставляя его в душе. Но в тоже время я понимал, что никогда не буду рядом с ней. Ведь это не возможно, так же не вероятно, как достать с неба звезду. И вот последний раз я взглянул на нее, взглянул ей прямо в глаза и увидел всю ее душу, все тайны и секреты, я знал, что она чувствует, как переживает и как нервничает. Стук в дверь. Она отвела взгляд. - Принцесса король хочет с вами поговорить, он ожидает вас, - сказала служанка, просунувшись в дверь. - Иду. Подожди меня здесь, - произнесла она мне и скрылась за дверью. А я остался один, поглощенный своими мыслями. Клеомираль. Я шла по коридору, а его взгляд стоял у меня перед глазами. Его зеленые глаза … он так пристально смотрел на меня, что мне стало аж неуютно. Что это с ним?! - Клеомираль! Я подняла взгляд. - Что это сегодня с тобой?! Через два дня ты будешь совершеннолетней, а еще через два женой. Твой принц сын одного очень богатого герцога, и надеюсь, ты понимаешь, что об отказе не может быть речи. Я надеюсь, ты будешь согласна с моим выбором, и в последний день не испортишь все своими капризами? - Да, отец, - мои слова были полной противоположностью мыслей, но делать ничего, что я могу? - Тогда ступай и знай, я не потерплю возражений. Я сделала легкий поклон и удалилась. Но за дверью я дала волю чувствам. Мне хотелось выть от боли на весь замок, я хотела исчезнуть и никогда не возвращаться, скрыться и чтоб никто меня не нашел, убежать и не прийти обратно. Сердце обливалось кровью, мысли завязались в узел и не собирались распутываться, пустой взгляд, стеклянный и бессмысленный. Но в то же время хотелось что-нибудь разорвать, сломать, разбить, все изменить назло отцу, его принципам, его мнению. Я просто терялась в своих ощущениях. В этот момент не было человека несчастней меня. Арагорн. Когда она ушла, я просто лежал, пытаясь не о чем не думать. Я успокаивал себя тем, что мне все просто показалось, говорил себе, что я не имею чувств, что я просто не правильно себя понимаю. Я просто не знал о чем думать. Что-то странное произошло со мной. Она изменила всю мою жизнь, разрушила все те цепи, которые сковали меня, которыми меня обвернули в армии. Но …. И тут дверь открылась. И вошла она … Клеомираль. Я ее не узнал, она была настолько подавлена, ее глаза выражали пустоту, а по щекам текли слезы. Она вся сжалась и готова была упасть. Я не знал, что делать, но ответ пришел немедленно, инстинкт сработал сразу же. Я подбежал к ней и обнял. Обнял, как свою девушку нежно и крепко. И в этот момент я почувствовал, как забилось мое сердце, мне захотелось обнять ее еще крепче и никогда не отпускать, быть с ней всегда рядом. Все то чем я убеждал себя секунду назад, было впустую и казалось детским лепетом. Я все большее удостоверялся в своих опасениях, которые безнадежно сбывались один за другим. Клеомираль плакала у меня на груди, слезы блестели на ее щеках, но потихоньку она все же успокаивалась. Она притиснулась еще ближе, а я прижал ее к себе. И тут сердце бесповоротно стало вопить, готов поклясться в этом, при этом оно убеждало мои мысли, которые отчаянно сопротивлялись поверить в то, что я влюбился. Органы яростно противились друг друга, перебивая на все лады. Что касается меня, я готов был стоять так вечно. Клеомираль. Когда я вошла, я сразу утонула в его объятиях. Он обнял меня, и мне стало легче, боль стала утихать. Но обида надежно закрепилась у меня в груди и безжалостно грызла мою душу. Я рыдала, слезы текли помимо воли, я хотела ему все рассказать, но не могла остановиться. Я лежала у него на груди, он нежно обнимал меня, я чувствовала, что он волнуется за меня, поэтому пыталась успокоиться и вдруг мысль пришла ко мне, как приходит письмо от тайного человека, так же неожиданно. В тот миг я поняла, почему он так на меня смотрел, я поняла, почему он взглянул мне в глаза, я поняла, почему он сейчас успокаивает меня и тревожится всем сердцем. Я поняла все мгновенно. «Он меня любит!» - пробежала в голове безошибочная невольная мысль, в тоже время греющая своим теплом и ужасающая с другой стороны. И вот новая идея посетила меня: «А что если попросить отца обвенчать нас». Но эта мысль так же быстро испарилась, как и пришла. «Невозможно», - твердило сознание и мне пришлось с ним согласиться. Я стала успокаиваться. И теперь тихо нежилась в его объятиях. - Что случилось? – раздался тихий шепот рядом с моим ухом. Я вышла из его объятий, и теперь нас разделял какой-то шаг. Опустила ресницы и глубоко вздохнула, чтобы не разрыдаться снова. - Отец напомнил мне об обряде и о свадьбе… - я замялась. Взгляд его очей пронизывал меня, мою сердце и душу, он видел меня насквозь. А я безуспешно пыталась на него не смотреть, мой взгляд бегал по комнате и, наконец, остановился на его лице. Он старался понять мои чувства, в какой-то степени ему это удавалось, но в большинстве он не мог, от чего заметно волновался. - Ты знаешь, кто твой будущий муж? – в словах прозвучали отблески отчаяния. - Нет. Но если б знала было бы не легче, - чистая правда, ничего бы не изменилось. - Тебе плохо от одной мысли о свадьбе? – с трудом ему удавалось понять, мои чувства. - Да. Мне больно от одной мысли о ней. Он нашел подтверждение своих догадок в моих словах, и постепенно стал понимать меня. - Боль? - Да боль. Ты не знаешь, как это? – с моей стороны, последний вопрос был немного не уместен (я совсем забыло, что он не имеет чувств, большая оплошность), он его явно смущал, он боялся, что не такой, как все. По его опущенным ресницам я поняла, что этот человек никогда не испытывал боль, особенно душевную, я еще больше ощутила свою вину, за то что спросила. Я приблизилась к нему вплотную и заглянула в глаза. В них была тоска, разочарование, досада, хоть он этого и не понимал, он не умел чувствовать, но его глаза выражали все и даже больше. Они раскрывали его внутренний мир, его самого. - Боль – это, когда хочется остаться одному, - тихо прошептала я, - хочется убежать. Боль это, когда разрывается сердце и ничего нельзя сделать, это тоска, одиночество, обида. Боль это, когда, кажется, нет надежды, когда думаешь, что лучше умереть, чем жить. Боль это смесь этих чувств разом. Арагорн. Я зачарованно смотрел на нее и понимал, понимал ее состояние, то, как ей было плохо, я чувствовал вместе с ней, может не полностью, но все-таки я осознавал все, что она рассказывала. Передо мной вставали самые печальные картины, а в ушах раздавался ее нежный тихий шепот. Я чувствовал, в первый раз в жизни по-настоящему чувствовал. И именно в этот момент от ледяной брони, защищавшей мое холодное, безжизненное, но ожившее сердце, откололся второй кусочек, и слабое дуновение ветра ощущений накрыло его. - Спасибо, что выслушал, - я очнулся от мыслей. – Но тебе пора, уже поздно и … Я понимающе кивнул, и напоследок взглянув на нее, удалился. До своей комнаты я дошел в раздумье. Я долго не мог уснуть, мысли путались, а вопросы терзали мое любопытство. Но под утро мне все же удалось выспаться.