Ледяное сердце

Отдохните еще! … От автора. Так около часа мы объясняли повелителю обо всем, что произошло в деталях и подробностях. Он внимательно нас выслушал и предложил остаться на день. Его предложение мы с радостью приняли. Нам выделили две комнаты, мне и Рэю одну, и Клеомираль. Комнаты были превосходные, уютные, красивые и все такое. Но был у них один недостаток, … в комнате была одна кровать. Это нас с другом повергло в шок сразу же, как мы вошли, точнее, как только открыли входную дверь. Рэй категорически отказывался спать со мной, в чем я с ним полностью был согласен. Тогда мы решили, что один из нас спит на полу …. Но вот кто? Так и не решив, кто удостоится чести спать на кровати, мы пошли с этой проблемой к Клеомираль. - Клео! Открывай! Клео! – барабанили мы в дверь. – Мы знаем, что ты здесь! Девушка упорно игнорировала нас, делая вид, что в комнате никого нет, но через пять минут «вымывания двери», криков и нецензурной брани, она сдалась и отворила дверь. - Ну что?! - Клео, ты одна можешь решить нашу проблему. Эльфийка тяжело вздохнула, и, жалея, что открыла дверь, впустила нас. - Давайте побыстрее, я уже спать собиралась, но разве тут уснешь, - она указала на вмятины от кулаков и ног на двери. Мы потупили взгляд и покрутили ножкой по полу, придавая себе так называемый вид «кавайности». - Не тяните время! В чем проблема? - Ладно, - начали мы. – Понимаешь у нас в комнате одна кровать. Клеомираль тихонько хихикнула, улыбнулась нам и попыталась придать своему лицу ощущение серьезности. Но у нее это не получилось, и она теперь уже засмеялась. - Это не смешно! – произнес Рэй. Клео немного успокоилась, но все так же продолжала улыбаться. - Да, да прости, - ответила она. – Это очень и очень грустно, - еще более серьезно произнесла она, надсмехаясь над нами, и чуть снова не разразилась смехом. Теперь мы с другом взглянули на нее. - Ладно, ладно все молчу. - Так вот. Один из нас должен теперь спать на полу, реши, кто это будет, а то у нас только спор происходит, - сказал я. - Ну ладно, это проще простого. У меня есть монетка, на чью сторону выпадет тот и спит на кровати. Согласны. Мы кивнули. - Чур, я решка, - радостно завопил Рэй. - А почему это ты решка, может это я решка, - сказал я. - Нет. Я. - Ошибаешься я. Мы встали друг против друга, выражая все свое негодование друг к другу. Если изображать это в стиле аниме, то получится два героя в кавай-стиле (это прием при котором герои изображаются в образе детей, и размер головы равен размеру всего тела. Тщательная прорисовка опускается, конечности – представляют собой коротенькие обрубки и т.д). Так вот они стоят напротив друг друга и кричат, позади их пламя, что означает жаркий спор. Огромный рот отображает крик, и крестик над головой, выражение раздражения персонажа (Представляет собой стилизованное подобие вздутой вены.). - Это будет сложнее, чем я думала, - произнесла Клеомираль, перекрикивая нас и глядя, как мы спорим. – Ладно, давайте по-другому, у меня есть две соломинки. Кому попадется длинная, тот и спит на кровати. Вот, - она протянула нам палочки. Кто первый? - Я. - Нет, я. «Зря я это спросила!» - подумала девушка, смотря, как мы кричим, и чуть ли не деремся. - Хорошо. Мы успокоились и замолкли. - Тогда давайте так. Что б вы не спорили, вы оба ляжете на полу, а на кровати буду спать я! Только в своей комнате, так как вы сейчас же отсюда уйдете! Она вытолкнула нас и закрыла дверь. Так мы и остались в коридоре. - Да. Она права. Мы ведем себя, как дети. Я тебе уступаю, кровать твоя, - сказал Рэй. - Нет твоя. Я тебе ее уступаю. - Нет. Твоя. - Рэй. - Арагорн… Заскрипел замок, дверь открылась, высунулась голова Клеомираль, и она злобная, в порыве ярости крикнула: - Вы оба дрыхнете на полу! Поняли! А теперь марш по комнатам! Не мешайте мне спать! Дверь с грохотом захлопнулась. Клеомираль Солнечные лучи пробрались в комнату и нежно ласкали мое лицо. Я лежала в постели, наслаждаясь утром и новому дню. Мрачные мысли о скорой свадьбе теснились где-то на задворках сознания и не мешали мне радоваться жизни. Я вспомнила вчерашний вечер и на моем лице скользнула улыбка. И глубокое любопытство узнать, чем закончился их спор, подняло и разбудило меня. Я осторожно отперла дверь и выглянула в коридор. Никого, не заметив, я тихонько скользнула к двери своих друзей. Арагорн и Рэй, по-видимому, ничуть не заботились о своей безопасности, потому что дверь была не на замке. Но мне это была на руку, и я тихонько приоткрыла ее. Моему взгляду представилась картина, которая показалась бы очень странной незнакомцу, ничего не знавшему о вчерашнем происшествии. Кровать была пуста, но зато два эльфа мирно спали рядом с ней на полу. Их ничуть не волновало ни отсутствие подушек и одеял, ни даже то, что они развалились по все комнате и попросту закрыли проход. Я улыбнулась и, закрыв дверь, вернулась в свою комнату. Арагорн. Утро было довольно-таки хорошим, если не учитывать того, что от сна на полу ломило все кости, и болели мышцы, особенно не повезло шее. Мы с Рэем спустились на завтрак в самом прекрасном расположении духа. По пути нам повстречалась Клеомираль. Она бодро направлялась к столовой. Мягкая улыбка Дира встретила нас почти у самых дверей. Он явно ожидал нас, едва заметный огонь в его глаза, служил поводом отличных новостей. - Присаживайтесь, у меня для вас прекрасные новости, - произнес правитель. Ощущение детского восторга будоражило его. Он еле держал себя в руках, чтобы не раскрыть эту новость всем и сразу. Но все-таки так же упорно держался этикета. - Итак, вчера я подумал над вашими словами, и думаю, я согласен быть на вашей стороне в этой еще пока не начавшейся войне, - его улыбка выдавала то охватившее его чувство. - Что ж это поистине замечательная новость, - теперь уже тоже сдерживаясь, произнес я. – Сегодня мы отправляемся обратно в Кревальд, и думаю, получим кое-какую информацию. Мы обязательно свяжемся с вами. - Что ж тогда я распоряжусь, чтобы подготовили коней. Я коротко кивнул, и пока Дир разговаривал с подчиненным, окинул взглядом всю нашу команду. Рэй, без каких либо сильно выступающих эмоций доедал свой завтрак, а Клеомираль заметно побледнела. Я понимал ее чувства, мне самому было тяжело расставаться с ней, но другого выхода не было. Я обязан был отвезти ее к отцу. Я клялся ее защищать, но с другой стороны, все мои чувства, мысли, сердце и душа вопили, что она должна остаться. Я был в состоянии неопределённости, я колебался, но колебался долю секунды, я знал, что так надо. И разум победил мои чувства. После завтрака, когда мы уже собрались и ожидали последних распоряжений правителя, я тихонько постучал в дверь ее комнаты. Прозвучало приглушенное: «Войдите» и я прошел в комнату. Клеомираль стояла на балконе, спиной ко мне. - Можно? – поинтересовался я. - Проходи, - сдавленно сказала девушка. Ее подавленное состояние отражались в словах, настолько четко, что я с уверенностью мог сказать: «Она недавно плакала». Я подошел ближе, почти вплотную и взглянул ей в глаза. Покрасневшие от долгих слез глаза, в них не было блеска, того озорного почти детского, который я видел при встрече. Того упорства и живого огня, что хранился в ее душе. Все чувства разом пропали, стеклянный и отчаянный взгляд ее карих глаз пугал своей тоской и безнадежностью. Я просто не знал, что сказать, я не знал, как помочь, точнее знал, но не мог,… что делало меня виноватым перед ней еще больше, отчего мне было больно вдвойне. И я обнял ее, кристальная слеза скользнула по ее щеке, и растопило мое и так уже покалеченное сердце. Я ощутил ту неимоверную БОЛЬ, что никогда не знал. Я понял, о чем тогда она говорила, о том, как хочется выть и спрятаться, о том, какие ужасные чувства терзают сердце, что лучше бы умереть, чем ощутить их. - Я не хочу, - приглушено прошептала она сквозь слезы. - Я тоже, - также тихо сказал я, вложив в эти слова всю нежность, на которую был способен. – Но я обязан. - Нарушь слово, - она заглянула мне в глаза, в этот момент я хотел скулить, как собака от холода, от голода, от ужасной жизни. - Не могу. Я клялся, - эти слова мне пришлось выдавить из себя. – Но я обещаю, что приду за тобой, только верь мне и жди меня до самой последней минуты. Не усомнись во мне, не потеряй надежду и тогда я приду. - Обещаешь? - Клянусь.