Ледяное сердце

Дипломатия – искусство говорить «хороший песик», пока не найдешь подходящий булыжник. Народная мудрость. Или Души встречаются на губах влюбленных. П. Шелли Клеомираль. Завтрак в день свадьбы был намного раньше, чем обычно, это объяснялось тем, что принцессе предстояло принарядиться к свадьбе. Гробовое молчание за трапезой еще больше нервировало меня, я готова была закричать, но сомневаюсь, что хоть кто-то услышал бы меня. Отец и знать не хотел моих возражений, он с искренней радостью на лице, считал, что поступает правильно, не скрывая своих чувств по поводу предстоящего брака. Арагорн понял бы, но сделать вряд ли что-либо смог, ну а о Рэе я молчу совсем. Но все-таки к концу завтрака день стал налаживаться. Когда все уже собирались покинуть столовую, в двери ворвался снежный вихрь и остановился рядом с Альфаром. Арагорн извинился. Сквозь завесу снега стали выделяться фигуры животных, а именно волков. Их красные глаза светились в ночном свете (Рассвет еще не наступил). Их силуэты виднелись то тут, то там, то теряясь и то снова появляясь сквозь круговороты снежных хлопьев. Наконец самый могучий и сильный из волков приблизился к Арагорну и стал говорить. Он долго что-то рассказывал, и с каждым новым словом лицо Альфара становилось все мрачнее и мрачнее. Наконец закончив свой рассказ, волк удалился. Закружившись снегом вьюги, он и стая вылетели через окно. А Арагорн повернулся к нам, и его улыбка не предвещала ничего хорошего. (По крайне мере для короля, как я узнала позже). - Все-таки вам придется отложить свадьбу, - обратился он к королю. - Почему это? – удивился последний, не скрывая в своем голосе нотки раздражения. - Как мне только что доложили, Тэоден уже почти собрал армию еще два дня, и он будет здесь. Нельзя медлить, надо собирать войско и созывать всех союзников. Как я узнал на его стороне бесчисленное множество орков, гоблинов и оборотней. Даже некоторые кланы Дроу затесались в его рядах. Если мы не поспешим, то … нам не жить, - последние слова он произнес очень серьезно, не шутя. - Но как же свадьба, как же гости, что я им скажу? – повелитель, похоже, не до конца понимал ситуацию, не видел реальной угрозы. Вряд ли его можно было переубедить. - Я думаю гости вас пойму, если хотите, можете устроить свадьбу, но тогда вы погибнете на следующий день и ни радости, ни счастья не получите от этого поступка. Не знаю что убедило отца в словах Арагорна, серьезность того, как он это произносил или страх, который Мирриаль испытывал перед словом «смерть», но он согласился отменить помолвку до окончания битвы. Я была бесконечна рада и уверена, что это счастье Альфар заметил в моих глазах. И думаю, он догадывался, к кому была обращена благодарность, которую нельзя было не заметить. Арагорн. Ее лицо светилось бесконечным весельем, когда повелитель отложил свадьбу. Глаза сразу же загорелись пламенем и в них сверкали озорные огоньки. Она смотрела на меня с признательностью и нежностью, которую не скрывала от окружающих. Клеомираль смотрела только на меня, и конечно это не могло укрыться от правителя, который был этим очень сильно не доволен, даже более того разгневан. Поэтому он сразу увел дочь в комнату, попросив нас подождать его здесь. Через пару минут он вернулся, и весь последующий разговор недоброжелательно косился в мою сторону. Речь шла о последующих действиях. - Я созову все войска, которые у меня есть, раздобуду самое лучшее оружие. А чем сможете помочь вы? - произнес правитель. - Да и еще я думаю, вам стоило бы потренировать своих эльфов, это будет не лишним, - произнес Рэй. – А мы? Мой отец выделит всю армию, которая у него имеется, будьте в этом уверены. - А что сделаете вы молодой человек? – с издевательством в голосе повернулся король ко мне. - Я? Я думаю мой народ, мои подчиненные с радостью помогут вам, - протяжно произнес я. - Твой народ? – при этих словах его глаза немного округлились, а брови моментально взлетели вверх. - Я думаю, вы составили обо мне немного иное зрение, нежели ваша дочь, - в этих словах я отомстил за все свои обиды и оскорбления. Правитель был поражен от этих слов, но между тем молчал, любопытство заставило его немного остынуть. Для пущего эффекта я выждал паузу и только потом произнес: - Я принц Альфар, мой отец Сириан повелитель альфа. И я уверен, мой народ вступит в войну. При первых же словах лицо правителя исказилось в изумленной гримасе, он был ошеломлен и был в шоке. Но все-таки постарался скрыть свои эмоции, которые бурно копошились в его голове, норовя вырваться наружу. - Что ж, отлично, - еле-еле выдавил он, гнев и раздражение от моего хода его сильно задели. – Но все-таки нас довольно-таки мало. - На нашей стороне еще вампиры, они согласны защищать нас, я оповещу их о приближающейся атаке. На все подготовку у нас есть два дня, плюс еще один день, так как войску Тэодена нужно время на дорогу сюда. - Хорошо, тогда приступаем к делу, - отозвался Рэй. – Я прямо сейчас направлюсь к отцу. - Отлично, а я поспешу в горы. Ты поможешь мне с порталом? - Конечно. - Тогда мы пошли, - обратился я к Мирриалю, застывшему и переваривавшему обильную информацию, свалившуюся, как снег на голову. Мы бодро шагали по коридору к выходу, слегка переговариваясь. - Хорошо ты его … ммм … ?! - Сделал, поставил на место, удивил, шокировал. Да? - Да, да. Это я и хотел сказать. Врааать! Чего тогда он так продолжительно молчал, думал так долго, что ли? Так бы и сказал: «Я не знал, как выразиться». А то: «Да, да. Это я и хотел сказать. Ой!» - выдохнул я. Мы повернули в очередной коридор. И тут я столкнулся с ней, с Клеомираль. - Ой, прости, - смущенно произнесла она. - Это ты прости, - я не мог оторвать от нее глаз. Мы стояли друг напротив друга. Она боялась поднять на меня взгляд. - А-Арагорн, я … те-те-тебя на … на улице подожду, х-хорошо? – замялся Рэй и поспешил удалиться. (скорее даже смыться или удрать) - Ты уже уходишь? – обратилась она ко мне, в ее очах блеснуло разочарование. Она наконец-то подняла глаза. - Да. Но я обязательно вернусь. Вернусь за тобой, слышишь? Она опустила ресницы, было заметно, что она одновременно огорчена и не верит мне, сомневается. Тогда я решился на ответственный шаг, на единственный способ доказать ей, что я не лгу, что я сдержу слово. Я поцеловал ее! Ее нежные губы прикоснулись к моим, обжигая, но этот огонь был не безжалостным убийцей всего живого, которого ничто не остановит на своем пути. Это был мягкий огонь, который греет своими языками пламени душу. Который докасается до сердца, заставляя биться его сильней и сильней, огонь, что разогревает кровь, принуждая ее бурлить и бушевать, огонь, который переполняет тебя эмоциями и сложно говорить, думать, понимать. Это был огонь любви, что навсегда растопил мое сердце и посели в нем надежду, любовь и счастье. И за него я готов был отдать свою жизнь!