Intento numero tres

— Господи, Ней! Первое, что услышал Неймар — поражённый возглас Жерара Пике, общим решением оставленного в доме, пока Луис и Ней пошли на разборки к Бланкос, а Дани Алвес уехал к итальянцам. Друг был бледен и сейчас до истерики напоминал растерянного ребёнка. Только двухметрового и с щетиной. — Жерар, мне пиздец, если ты меня нормально не перевяжешь. Неймар буквально упал на руки к другу и повис на нем. — Этот мудак Модрич захотел сделать из меня шашлык и ему почти это удалось, — силы на то, чтобы трепаться, у Неймара находились почти всегда, даже в самых паршивых ситуациях. А уж в такой стрессовой и подавно. Всю дорогу до дома Ней орал песни и болтал сам с собой. Теперь, когда напряжение немного отпустило и он оказался в надежных и сильных руках Пике, Неймар почувствовал, как сознание снова медленно уплывает. — Луис жив, но у него стресс, похоже. Он свалил сразу, как мы вышли. Я там подорвал его близкого друга, кажется, — Ней уткнулся носом в плечо Жерару. — Карта у меня. Скажи Лео, что всё хорошо. И… где он, кстати? Снова гуляет, как кошка, сам по себе? Неймар говорил тихо, на грани сознания, всё же отрубаясь и чувствуя себя таким легким и воздушным, таким невероятно счастливым… Как будто ему подарили на пятилетие огромного плюшевого слона, и он обнимается с ним весь вечер. Когда Жерар подхватил его на руки, стало совсем хорошо. Это был не первый раз, когда Пике носил Нея на руках. Однажды в Барселоне, они попали в такую передрягу, что едва выбрались живыми. Неймар ещё только год как присоединился к банде. Когда его подстрелили, он ожидал чего угодно и от кого угодно, но не то, что Жерар просто поднимет его на руки и пронесет два квартала до того места, где они оставили тачки. С тех пор Неймару не раз приходилось убеждаться в том, что на Пике можно положиться. Но тот самый, первый, он запомнил особенно хорошо и всегда был благодарен за это. — Ней, только не спи! Нет бы погладил или пожалел. Но Жерар занялся ножевым с уверенностью мясника или профессионального врача. Когда после очистки и обработки на открытую рану полилась перекись, Ней снова вернулся к реальности, но совсем не так, как хотел бы. Поток бразильских ругательств самого грязного содержания вылился на голову несчастного Пике. Перекись в открытой ране вещь необходимая, но до чего же было больно! Немного отдышавшись и смахнув выступившие от боли слезы, Ней сфокусировал взгляд на лице Жерара: — Я рад, что ты понимаешь португальский достаточно хорошо и разобрал о чём я толкую, — Ней улыбнулся другу, вполне искренне и схватил его за руку. — Что это ты такой грустный и озабоченный? Не думаю, что Модрич проковырял во мне дыру достаточного размера, чтобы шокировать нашего отважного Жерара Пике. Хэй, я знаю, что всё будет отлично. Неймар старался бодриться и сделать так, чтобы его близким было максимально комфортно рядом, даже когда он размазня. Это всегда было в нём, с самого детства. А поскольку теперь Ней был особенно избирателен в общении — проявлялось с удвоенной силой. — Нужно в больницу. Жерар смотрел хмуро и обеспокоено, и руку Неймара не отпускал. — Насчет больницы… Как мы в городскую-то поедем? Думаешь, я смогу убедительно соврать, что я случайно напоролся на нож и неудачно пытался его вытащить? Ней скорчил забавную гримасу и задумался, размышляя вслух: — У нас нет знакомых врачей? Может лучше сюда? А вообще я отдаюсь в твои руки, делай со мной что хочешь. Ты сегодня мой спаситель, снова. — Есть знакомые врачи, ни о чём не беспокойся. Когда Жерар вновь взял его на руки, Неймар невольно обхватил его за шею, а потом сам же тихо рассмеялся над собой и подул на плечо другу: — Если так пойдет и дальше — ты накачаешь руки даже больше, чем следует. А мне точно нужно поменьше есть, иначе наши прекрасные рандеву будут для тебя в тягость. Когда Пике бережно опустил его на сидение своего красного мустанга, Неймар откинулся на спинку и прикрыл глаза. Болтать без умолку хоть было привычным делом, но всё же тяжеловато, учитывая состояние. До больницы доехали быстро, Ней даже не успел задремать. Здание противного бело-голубого цвета, довольно старое, но поддерживаемое в хорошем состоянии. — Может мне стоит дохромать самому, чтобы не так палевно было? Ну, мол травму какую получил, ничего такого. Поймав скептический взгляд Жерара, Ней поднял руки вверх, капитулируя: — Ладно-ладно, я сдаюсь и отдаюсь в твои руки, целиком и полностью. Только вот торчать в больнице не хочу, ты ведь меня не бросишь тут? — притворно-шутливо, но с плохо скрываемой паникой во взгляде. Больницы Неймар не любил. Опять же с детства. Иногда ему казалось, что все отвратительные фобии, привычки, проблемы — всё оттуда, из его веселого и радужного детства. Как-то, когда ему было девять, он сильно потянул мышцу бедра на тренировке и никому не сказал об этом из-за назначенного на следующий день матча, к которому они с командой долго готовились. В своей уверенности, что «к утру всё пройдет», Ней доковылял до дома и сразу заперся у себя. К утру, конечно, ничего не прошло. Но, как упорный парень, Неймар выкрал из аптечки матери сильное обезболивающее и поехал на стадион. Когда, на пятнадцатой минуте игры, его уносили с поля с надорванной мышцей, он молчал и не плакал. Потому что было больно, но не сильно. Больнее стало после, когда узнавший о его многоходовке отец оплатил Неймару отдельную палату и запретил все посещения. Даже мать и сестру не пускал целую неделю. Без книг, телевизора, журналов — только с тетрадью, в которую он должен был писать, что больше никогда не будет скрывать свои травмы и никогда не будет брать чужое без спроса. От воспоминаний Неймара передернуло. Тогда он жутко злился, плакал, расстраивался, но, в конце концов, счёл, что наказание было справедливо. Теперь же, по здравым размышлениям, он в этом очень сомневался. По мере приближения к кабинету, Неймар паниковал всё больше. Оказывается, Жерар хорошо знал врача и не только сотрудничал с ним, но ещё и приятельствовал. Это странно, но раскинув мозгами, Ней понял, что знает о приватной жизни Пике не так уж и много. Его друг всегда общителен, открыт, весел, но только пару раз, когда они выпивали действительно много, Жерар рассказывал о своем прошлом. О том, что было до того, как Ней присоединился к банде. А когда бразилец начинал выспрашивать подробности, Пике переводил разговор на другую тему, а те, кто в банде давно, хлопали Нея по плечу, пытаясь унять и показывая, что лезть с расспросами не стоит. «Ты моя вечная нераскрытая тайна, Жерар», — глядя на Пике со стола, явно для подпольных операций, думал Ней. Поймав взгляд Жерара и боковым зрением заметив, что к нему приближается санитар, Ней снова начал паниковать. Местный наркоз подействовал быстро. Один раз глянув на то, что делали с его ногой, и едва не хлопнувшись в обморок от разгулявшейся фантазии, Неймар снова перевел взгляд на Пике и уже не отводил его до конца операции. Чтобы как-то отвлечь себя, он перебирал в памяти все те моменты, когда они с Жераром говорили по душам. И твердо решил, что после того, как он выберется отсюда, они непременно выпьют и он всё же узнает, о чём думает его с виду беззаботный друг. Когда всё было закончено, Ней позволил себе расслабиться и прикрыть глаза. Сейчас хотелось уснуть. Но только не в больнице. К тому же, помимо прочего, в голове засели назойливые вопросы. — Спасибо всем, что возились со мной. Могли бы и выбросить, — Ней тихо рассмеялся. — Доктор, когда я смогу ходить нормально? И как лучше вести себя сейчас? Костыли? Или можно обойтись? Врач покачал головой. — Пока только костыли. И через неделю ко мне на прием. Повернувшись к Жерару, врач напутствовал его: — Я напишу тебе, как часто менять повязки. Посмотрим, как будет заживать. Думаю, что шов можно будет снять недели через две. Неймар видел, что Жерар искренне за него беспокоится. Он помог дойти до машины, поинтересовался самочувствием. Рядом с Пике было надежно и тепло. Всегда можно положиться на него, как на лучшего защитника и друга. Они вырулили со двора больницы, Ней как раз думал начать с Жераром разговор о чем-то личном, когда Пике сам заговаривает с ним об этом: — Знаешь, всю мою жизнь я пытаюсь вернуться домой, и однажды у меня получилось. Тот год, когда мы познакомились, помнишь? Это был лучший год в моей жизни, потому что тогда я был в своём настоящем доме. Англия дерьмовая страна, поверь мне, и люди там дерьмовые. А здесь, с вами — с тобой и с Лео — я как будто снова дома. Никогда бы не подумал, что Лос-Анджелес сможет заменить мне Барселону. Дом. Это слово всегда отдавалось в сердце Неймара острой болью. До того момента, как он понял, что его дом и его семья — это Кулес. — Всё равно тоскуешь по Барселоне, да? Я помню первый год. А еще я помню, знаешь, что? Как ты единственный брал меня с собой на долгие дневные прогулки. Лео предпочитал ночи, но с тобой… я смог влюбиться в твой город, смог почувствовать его и своим тоже, — Ней смотрел на Пике из-под ресниц, чуть прикрыв глаза и вспоминая. — Ты тогда только и говорил, что об Испании. С такой любовью и тоской, хотя ты был уже в Барселоне. Я никогда не спрашивал тебя о том, что случилось в Англии. Потому что никогда не хотел, чтобы тебе было больно или неприятно. Также, как ты никогда не спрашивал меня о том, почему я уехал из Бразилии, хотя люблю её и вижу во сне. Ты не хочешь выпить со мной? Я, конечно, уже побывал сегодня в пабе, да и от наркоза ещё не отошёл, — Ней нервно рассмеялся. — Но у нас ведь и дома есть отличная выпивка, а здоровья у меня на девятерых хватит. Ней чувствовал, что сейчас Жерар настроен на откровенность. И он хотел этой откровенности от него и был готов дать её в ответ. Столько, сколько его друг будет готов выдержать. Что друг ответил насчёт выпивки, Неймар уже не слышал, он не заметил, как задремал, под душевные разговоры о любимой Жераром и им самим Барселоне. Рядом с Пике было хорошо и спокойно. Обычно суетливый и плохо сходящийся с людьми Неймар чувствовал, что готов не то что повернуться к Жерару спиной, но и в огонь за ним броситься. Этот парень за годы, которые они провели вместе, никогда не позволил себе дать повод усомниться в своей надежности. И заслужил почти безграничное доверие Неймара, что с ним бывало крайне редко. Самым важным в плане доверия событием были даже не совместные задания, а их давний разговор, произошедший около трёх лет назад. Жерар, скорее всего, даже не помнил о нём, потому как был непотребно пьян в тот момент. Но Нею запали в душу его слова о том, что нет оправданий человеку, сгорающему от своей страсти и сжигающему в ней другого. Тогда они всего лишь обсуждали, имеет ли право сильно влюбленный человек настаивать на встречах, если второй противиться этому. Теория стерпится-слюбится и шанс для того, кому «хуже» — распространённая ловушка. Неймар тогда сказал, что хуже всегда объекту обожания. И Жерар был первым, кто разделил его точку зрения. Ней тихо застонал, почувствовав, что его снова подняли на руки. Как невеста сегодня, чёрт дери. Он закинул руки на шею другу, чтобы им обоим было удобнее. Анестезия и стресс давали о себе знать — несмотря на желание выпить и поговорить Нея сморило, и он уснул ещё до того, как Жерар поднялся на второй этаж.

***

Лео вжимал педаль с такой силой, что можно было ногу сломать, но сломать он хотел только машину Криштиану, лидера Бланкос, с которым Месси провёл ночь и тачку которого одолжил. Лео был в ярости. Телефон Неймара был недоступен, Пике не брал трубку, от Суареса и Алвеса тоже ничего не было. Всё это дико раздражало. Если бы ему хоть кто-то позвонил в ближайшие несколько минут — Лео бы обожал этого человека до гробовой доски, но никто не звонил. Пришлось топить на этой проклятой машине, пропахшей чужим одеколоном, до особняка, наполненного совершенно другими запахами, привычными и родными, но даже от этого постоянства становилось тошно. Месси затормозил так, что машина засвистела, не привыкшая к такой грубости, а на дороге за ней осталась сеть чёрный следов. «Ебал я эту Америку», — в сердцах хлопнув дверцей, подумал Лионель и замер. Дверь в дом была открыта, а в темноте окна на втором этаже виднелся силуэт. Какого чёрта? И где охрана? Что за дерьмо вообще происходит? Рука машинально нащупала рукоять пистолета. Месси прокладывал им себе путь до крыльца, там вверх по ступенькам и, наконец, остановился, наставив дуло на вихрастый затылок Пике. На руках у него лежал Неймар, кажется, без сознания или… У Лео словно граната в голове взорвалась, превращая мозги в кашу. Холодная ярость охватила всё его существо. Или это другое чувство? — Жерар, какого чёрта?! — тихо прорычал Лионель, не убирая пистолета, нацеленного Пике прямо в голову. Послышался хлопок. Он выстрелил, отведя руку на несколько сантиметров в сторону. Убивать Месси никого не собирался, просто это было отличной проверкой. — Ты покойник. Был бы. Лео убрал пистолет, сцепив зубы и, кажется, немного успокоившись. — Куда ты засунул свой телефон? В задницу? Если так, то я намерен лично его достать. Взгляд метнулся к Неймару. Лео старался не выдавать своей тревоги. Сначала нужно услышать, что скажет Пике. — Лео, Лео, не шуми. Ней спит. «Покойник» внимательнее вгляделся в выражение лица Лео: ярость, усталость, толика недоумения и… ревность? Или ему кажется? Казалось ли ему все это время, с самого появления Неймара в Барселоне? — Я хотел позвонить тебе, но замотался с Неймаром. Модрич пытался сделать фарш из его бедра, Ней истекал кровью. Мне пришлось отвезти его в больницу к другу, он хирург. Теперь с Неймаром всё в порядке, но ему придётся не ввязываться в истории хотя бы недели три. Хирургу я ничего не сказал, да и сам он не особенно любопытен: я прежде не раз у него бывал. Ней сказал, что всё хорошо и карта у него. А ты где пропадал? Неймар искал тебя здесь, когда вернулся, — Жерар честно постарался не вложить в эту фразу ни грамма осуждения. — Кстати, Суарес так и не объявился. Пике силился отогнать от себя неуместные мысли. К примеру, мысли о чужом запахе на Месси: мужской парфюм, совсем Лео несвойственный. Или о том, что не стоит анализировать фразы, которые говорил Лионель Неймару. Двусмысленные фразы. Тем более не стоит принимать во внимание некоторые взгляды Нея, брошенные в сторону Лео. Печальные взгляды. С каких пор Пике стал так много думать? Или дело не в этом, а просто он наконец начал замечать то, от чего раньше отворачивался? Голос послышался где-то на краю сознания. Резкий, даже грубый голос… Лео? Да, точно. Перепутать его с кем-то было невозможно. Он был особенным. А потом выстрел, заставивший вздрогнуть. Жерар в этот момент рефлекторно крепче сжал руки, словно желая защитить. «Я точно не заслужил таких друзей», — Ней пытался понять, что именно произошло. Судя по всему, Лео просто палил от злости, это с ним бывало, хоть и крайне редко. Когда Жерар осторожно опустил его на диван, Неймар попытался продрать глаза, сразу понимая, что это не так уж просто. Голоса уже были немного ближе, но сознание не желало возвращаться до конца. Пике коротко рассказывал Лео о том, что произошло, и как они ездили в больницу. Месси слушал, на удивление молчаливо и спокойно. Во всей этой почти домашней картине был один недостаток. И он был гораздо существенней, чем ранение Нея, — резкий запах. Чужой, откровенно мужской и очень дорогой. Скорее всего что-то из облегченный мужских Gucci. Возможно, даже эксклюзив. Лео всегда пах по-разному, его аромат был тонким, приятный и ненавязчивым. Всегда оставлял возможность для фантазии. Единственное, что всегда было при нем — нелюбовь к сложным и вычурным ароматам, а этот запах совсем не его. «С кем ты коротал ночь, мой друг», — всё же заставив себя разлепить глаза, Ней глянул сперва на Жерара, а потом Месси в глаза. — Лео, всё прошло отстойно. Но карту я достал. Жерар спас меня, иначе я бы сдох под дверью. Прости, что мы не позвонили. Ней знал, что Месси может ещё долго вспоминать Пике оплошность. Поэтому нужно было расставить точки над i сразу. В том, что его жизнь в приоритете для Лео, Ней не сомневался уже очень давно. Модрич. Пропажа Суареса. Ранение Неймара. Голову Лео сверлила тупая, ноющая боль. Столько всего свалилось на него в эту минуту. Благо, все живы. И карта вроде у них, вот только… Луис. У Месси защемило сердце. Суарес был машиной. Расчётливой, но не лишённой воображения и даже… таланта к убийству. Что могло сбить его с толку? Заставить свернуть с пути, потерять хладнокровие, забыть о миссии и пропасть без вести? — Проклятые Бланкос, — Лео вздохнул, мыслями снова вернувшись к Криштиану. А Модрич? Месси не испытывал к нему враждебных чувств, даже симпатию, но, если говорить деловым языком, всех их мало было грохнуть. — Звонить Луису не пробовал? Пике опустился на пол. Выглядел он уставшим. Месси почувствовал себя настоящим ублюдком. Зря он так кинулся на Жерара. Тот был, как обычно, незаменим, действовал точно и каждое его решение было правильным. Даже когда укладывал Неймара на диван. Лео хотел было сказать что-то вроде «прости», но его остановил вопрос, заданный Пике. Где он пропадал… К горлу подступила тошнота. Неймар был ранен, всё свалилось на Пике, а он точил лясы с этим португальским мудаком, Роналду. Почём зря. — Я… — Лео запнулся. — Нужно было обговорить кое-что с Криштиану. Дело было дрянь. Месси чувствовал себя липким, скользким. Гадким. Но прежде чем он успел что-то сказать, голос подал Неймар. Решил защитить Пике, ну да, он в своём праве, а уже после доложить о провале, спасибо, что частичном. Лео сжал кулаки, пытаясь оставаться спокойным. — Хорошо. Не переживай, — Месси старался, чтобы голос его звучал как можно мягче, но он знал, что выглядит сейчас как настоящий предатель, чувствовал он себя точно так. — Единственное, что меня сейчас волнует — Луис. А ты как себя чувствуешь? Лео подошёл ближе, внимательно глянув на Неймара, а потом провёл ладонью по его вспотевшему лбу. Хотелось, чтобы всё было нормально, но кажется, в его жизни так никогда не будет. Понимая, что без выпивки ему не обойтись, Лионель подошёл к бару, пытаясь унять жужжание мыслей. Достал два бокала, неаккуратно налив в них виски, и вернулся с бутылкой, присев рядом с Пике. Один стакан он отдал ему, второй осушил до дна, чувствуя, как по телу разливается жидкий огонь. Прикосновение Лео заставило Неймара едва заметно вздрогнуть. Руки Месси были прохладными, и хотелось задержать ладонь как можно дольше, но тот встал, уходя в бар за выпивкой. Криштиану… Это имя буквально взорвалось в голове у Неймара. И всё встало на свои места: и частые отлучки Лео, и отвратительный запах вычурного парфюма, и то, что за последнее время их с Луисом вылазка была первым выпадом в сторону Бланкос. «Неужели ты не понимаешь, по какой опасной грани ходишь», — без злости, но с сожалением, думал Неймар, глядя на Месси из-под ресниц. Ревность — не то, что привык испытывать Ней. Он даже не сразу понял, как она просыпается в нём и проникает всё глубже в сердце. Никогда, даже видя Лионеля в недельных загулах и с несколькими партнерами сразу, он не испытывал подобного. Почему же сейчас, когда стало ясно, что босс, его близкий друг, спит с врагом, так паршиво? Может быть просто потому, что ему неприятен сам факт? Но ведь Ней давно привык, что Лео гуляет где хочет и с кем хочет. И даже перестал пытаться доказывать, что спать с мужиками как минимум противно и аморально. Погрузившись в свои мысли, Неймар едва расслышал вопрос Лео и ответил не сразу, воспользовавшись паузой в разговоре: — Я в порядке, надеюсь быстро заживет. Правда, мои прекрасные стройные ноги теперь будут с огромным шрамом, — Ней тихо фыркнул. — Хорошо, что этот придурок не задел артерию. Иначе я сдох бы прямо там, за минуту. — Я рад, что ты в порядке, Ней. И, Жерар… Нервы. Прости. На самом деле, ты был сегодня полезнее меня, — хрипло выдавил Лео, поддев Пике плечом. — И спасибо. За себя и за него. Вдохнув, Жерар едва не закашлялся от пропитавшего всё вокруг аромата. Наверное, эти духи никому не подходили так, как самодовольному Роналду. Вместе с тем они до тошноты не подходили Лео, как алая мамина помада не подходит маленькой девочке. — Я не успел позвонить ни тебе, ни Луису, если честно. Прости. Про Суареса Пике и думать забыл. Что-то происходило у него на глазах, что-то было во всем существе Лео, когда он гладил Неймара по лбу. «Беспокойство. Ему действительно есть дело до жизни Нея. Это хорошо, это очень хорошо. Плохо пока что только отсутствие Луиса». Взяв в руки протянутый бокал, Жерар посмотрел сквозь него на Лео. Он провёл полночи с врагом, смотрит на Неймара так, словно хочет прямо сейчас ощупать всего и везде, да и сам Пике не лучше. Воспоминания мелькнули в голове, нагоняя щемящую тоску на сердце: нынешнего местоположения своего друга детства он не знал. Жерар не хотел тогда, в юности, думать, что его братская любовь к Фабрегасу может куда-то завести. Карлес, конечно, в шутку называл их «maricones» и тряс кудрявой головой, когда смеялся, но это было так по-детски невинно. До тех пор, пока Сеск сам не стал задерживаться рядом с Жераром чуть дольше, чем требовалось, когда они обнимались. Да и кто не обнимается в Испании? Наверное, только приезжие немцы. Быть может, сейчас все эти касания и объятия обрели бы для него отличный от детского смысл. Или взгляды Сеска с его горящими черными глазами, такими чёрными, что они поспорили бы с темнотой, какую видел Пике, закрывая глаза в тёмной комнате. И вот они, Лео и Неймар. «Что бы там ни было между ними, главное, чтобы это не мешало работе», — думал Пике, не оглашая даже мысленно второе дно этой фразы: работе сильно может помешать запах Криштиану, прилипший к Месси. — Наверное, братцы, нам всем пора спать. Особенно вам с Неймаром. «Что он несёт? Какое «вам с Неймаром»? Надеюсь, это звучало не так двусмысленно». Мысленно аплодируя своей тупости, Жерар выпил виски, скорее мечтая добраться до постели и заснуть. Неймар провел ладонью по волосам приунывшего Жерара, а после потянулся к бутылке виски, но не достал, и никто на его жест не отреагировал. — Эй, дайте мне тоже выпить. Я вообще пострадал! Лео сделал покерфэйс и бутылку не отдал, а Жерар вообще поднялся со словами, что Неймару с Лео пора спать. Прозвучало немного двусмысленно и Ней почувствовал, как лицо заливает краска. «Да что же такое сегодня. Как девка себя веду», — Ней дал себе мысленную пощечину, надеясь отогнать странные мысли. — Спокойной ночи, Жерар. И спасибо тебе еще раз. Ты мой герой и рыцарь. Ней послал другу шутливый воздушный поцелуй, надеясь его как-то подбодрить. Они все выглядели убитыми, разбитыми и несчастными. Жерар понуро опустил голову и, кажется, думал, вспоминал о чём-то не совсем приятном. Неймар задумчиво кусал губы и изучающе смотрел на Лео. Месси чувствовал себя виноватым, хотя они с Криштиану виделись не часто и переспали всего один раз. Как оказалось, Лионель для него был очередной забавой и оказался не нужен. А теперь Неймар смотрит на него, как на предателя. Осуждающе, обиженно. Лео чувствует его взгляд затылком, но старается не обращать внимания, подливая себе скотча в бокал. Жерар поднялся, вырвав Лео из череды мыслей. «Вам с Неймаром?». Ну-ну, Пике, ты перегнул. Лео усмехнулся: — Если спать, то только втроём. Банда, как никак. Не хочешь составить нам компанию? Спать Месси совсем не хотелось, а вот Пике выглядел уставшим. Возможно, всему виной сегодняшний день, а может, так давит прошлое. В любом случае, они не должны были оставлять друг друга, разделяться, подавая недвусмысленные намёки. Лео уже понял, какие камни кидают в его огород. Он оборачивается, чтобы увидеть, как Неймар улыбается и посылает Пике воздушные поцелуи. А казался таким ярым поборником мужских отношений. — Я всё ещё здесь, если тебя это волнует, — криво улыбнувшись, заметил Лео, откинув голову на диван и глядя на Неймара в упор. — И если Пике мы так неприятны! — шутливо, беззлобно, но, чтобы Жерар слышал и, если что, никуда и не уходил, — то можем поговорить. Волнует что-то? Кроме чужого парфюма на моём воротнике. Шутка Месси про сон втроем едва пробилась сквозь нарастающий шум в голове Жерара. Он обернулся и улыбнулся в ответ на воздушный поцелуй Нея. — Спасибо за приглашение, Лео, но я лучше проведу ночь с парой таблеток «Тайленола».