***
Знаете, иногда, сидя на ржаном утёсе, на самой его вершине, испытываешь наслаждение от лёгкого прохладного ветра, который так осторожно и нежно развевает длинные чёрные волосы, и кажется, будто весь мир останавливается в эту секунду. Зрачки расширяются, а лёгкие наполняются химической смесью. Ты ощущаешь себя чем-то важным, но, на самом деле, мы совершенно незначительны в этой вселенной. В такие моменты тебя не волнует прошлое, настоящее и будущее. Ты растворяешься в воздухе, становишься его частью и исчезаешь. Болтая ногами, сидя на невысоком обрыве, и тонкими пальцами перебирая зелёную траву, будто бы играя на струнах гитары, Зои вглядывалась в глубину города и пытаясь разглядеть, что там за горизонтом, задумалась: «Может быть это и есть свобода». Уже давно был вечер, но так не хотелось возвращаться из грёз в удушающую реальность. — О чём думаешь? — послышался знакомый женский голос со спины. — Ни о чём… — не повернувшись ответила Зои, всё также продолжая наблюдать за Солнцем, которое вот-вот исчезнет неизвестно куда. Наступила недолгая тишина, но она никого не смущала. На секунду почувствовав тяжелый взгляд на себе, Зои лишь слегка обернулась, оставаясь такой же безмятежной. — Чего тебе? — спросила та. — Ты всё ещё думаешь о ней? — задала очевидный вопрос девушка, слегка наклонив голову вправо, что позволило некоторым пепельным прядям упасть на плечи. Зои встала, провела черными кедами по прижатой траве и вновь посмотрела на горизонт, янтарные глаза так блестели, словно она больше никогда не увидит этот потрясающий пейзаж. Хотя… может быть, так и будет… кто знает. — Пора бы домой уже, — вновь подала голос подруга, которая все это время наблюдала за Зои. Девушка обернулась и с легкой неприязнью посмотрела на подругу. Агни всегда была рядом с ней на протяжении четырех лет, но что-то в ней вечно раздражало Зои, но она так и не могла понять что именно. Девушка не знала, что ей сказать, вообще не понимала, как начинать разговор, она лишь стояла и смотрела на Агни. Атмосфера спокойствия сменилась на некую неловкость и смущение, они просто сверлили друг друга взглядом и, будто проглотив язык, молчали. Взгляд Зои скользил по её блестящим (словно из рекламы) волосам, плавно переходя на темно-синюю мешковатую футболку, которая её очень шла, затем по тонким рукам и фарфоровой коже, длинным пальцам, держащие банку энергетика. — Агни, тебе бы бросить пить… — девушка прервалась, и забрав напиток из рук подруги, обернулась, сделала глоток и слегка поморщившись от привкуса апельсина, продолжила, — всякую дрянь. Агни лишь цокнула, тем самым показывая свое недовольство. — Какая банка за день? — спросила Зои, спускаясь на узкую тропинку, которая вела прямиком домой. — Не знаю… — задумчиво ответила девушка, направившись вслед за подругой. Агни притупила взгляд, и посчитав каждую выпитую банку, неуверенно сказала — Может, седьмая? Быстро взглянув на подругу, перед этим слегка подняв левую бровь наверх, Зои допила апельсиновый энергетик и устало сказала: — Ты не меняешься.***
Школа свободного обучения в Великобритании, единственная во всей стране, где преподают абсолютно всё, что вы захотите. Каждый год профессора проводят опрос среди поступивших и создают специально оборудованные кабинеты. Обычная школа для богатеньких детей, которых так не любила Зои. Лишь 10% подростков из среднего и низкого класса, могут попасть в это «престижное место», конечно же, если вы готовы стать новой игрушкой для сброда ничтожных мажоров. Зои очень не хотела поступать именно сюда, но отец настаивал, ведь ему нужен ответственный человек, который продолжит его бизнес (как же тошнит от этого). Но вот беда… Таких огромных денег у семьи не было и из-за угроз любимого отца, Зои забыла про прекрасное подростковое время, заменяя его постоянным заучиванием каждого предложения в учебнике. Но Зои смогла поступить и даже чувствовала легкую гордость за себя. Школа действительно была одной из лучших по всей стране, да и что скрывать и по всему миру тоже, но сами ученики были ужасны. К счастью, не все. Через некоторое время девушка смогла найти друзей среди «богатых» и постепенно привыкла к обстановке. Наука и география пролетели с неверотяной скукой. Проекты по молекулам, рассказы про первобытные племена и спор о масштабности Великобритании. Зои лишь вслушивалась в пять процентов от всего материала, рисуя войну человечков в тетрадке. Девушка ждала конца занятия, ведь на следующем уроке она попадает в поток с Агни и, по крайней мере, Зои не будет чувствовать себя одиноко. Ожидая подругу в кабинете истории, девушка прикрыла глаза под спокойные голоса учеников и задумалась о приблежающемся перерыве, где она сможет увидеть остальных ребят. — Привет! — улыбнувшись, проговорила Агни, присаживаясь к Зои, тем самым заставив её мысли вернуться в реальность. — Привет — ответили девушка, наблюдая за тем, как её подруга готовиться к уроку. — Ты подготовилась к зачёту? — начала Зои. — Мм… — отрицательно промычала Агни, — вчера долго зависала на факультативе по химии, так что очень устала. — Ясно, и как ты будешь? — с легкой насмешкой спросила Зои. — Ну, у меня же есть ты. «Ну конечно…» — подумала Зои, — «Будучи считаясь лучшей ученицей школы по успеваемости, означало, что ты незаменимый друг для всех, всегда выручишь и поддержишь, поделишься мозгами и сделаешь мир «умнее»… Как же раздражает». Но в ответ девушка лишь мило улыбнулась своей подруге, произнесла тихое: «угу» и последав примеру Агни, начала искать толстый синий учебник по мировой истории. Зои смотрела в открытую дверь, надеясь увидеть знакомые лица, но никого не было, кроме как толпы парней из баскетбольного клуба, которые пожирают глазами каждую мимо проходящую девушку. — Не помнишь какой сейчас предмет у Ала и Эйлен? — вдруг задала вопрос Агни, — У меня завтра с ними совместная информатика, хотела занести им конспекты. Попытавшись вспомнить расписания каждого из знакомых Зои, девушка подперла рукой щёку и немного помедлив ответила: — У Ала, вроде бы, английский язык сейчас, а у Эйлен физкультура. — Спасибо, — улыбналась Агни, — Думаю, отдам им конспекты на перерыве. До начала занятия оставалось около шести минут, не став терять время, девушка решила повторить пройденный материал, хотя она прекрасно знала, что предстоящий зачёт напишет на отлично (а по другому и быть не может). Но, в голове мелькнул образ одного человека, который уже около трех дней не даёт Зои покоя, она перевела взгляд на Агни и решила спросить у неё: — А где Эми? Агни не торопилась с ответом, будто бы обдумывая, как правильно преподнести информацию. Сделав незаметный вздох, девушка взглянула на Зои и наблюдая за её реакцией ответила: — Говорят, она снова пыталась есть себя. Зои не напугал этот ответ, потому что это было уже не впервые. Аутофагия довольно редкое заболевание и ко всему прочему очень опасное. Но девушке не запрещали посещать школу и не ограничивали в общении, ведь администрации нужны только деньги, им плевать будут ли живы ученики через день, главное, чтобы каждый месяц в карман поступала пятизначная цифра от каждого обучающегося. Эми стояла на учёте в психиатрической больнице, после её выписки оттуда. Зои много раз интересовалась самочувствием подруги, но врачи все как один говорили, что всё наладится. — Думаешь, не опасно вот так общаться с ней? Многие из нас уже боятся её, — с осторожностью произнесла Агни. — Я не знаю. Я… Но Зои не успела договорить. В кабинет вошел преподаватель и не тратя время на вводную часть урока, быстро приступил к объяснению структуры зачёта, перекинувшись парой фраз с учениками.***
Бело-красные стены, с акцентом на геометрию, прекрасно гармонировали со стульями с высокой спинкой и прозрачными квадратными столиками на чёрных ножках. За обеденным перерывом все ученики школы собираются со своими друзьями и обсуждают самые последние сплетни, перемывая кости любому живому и неживому существу. — Кстати, слышали о чём кричат все информационные каналы? — встревоженно начала худощавая девушка, всё время заправляя выпадающую прядь каштановых волос за маленькие слегка заостренные ушки. Эйлен попыталась открыть клубничный батончик, но у нее никак не получалось. — Ал, не можешь мне? — обратилась она к красноволосому молодому человеку. — Снова об экономических проблемах? — спросил Аластер, расправившись со злосчастной упаковкой, передавая сладость Эйлен. Сам же парень взял с разноса свежий куринный бургер, желудок предательски заурчал и недолго думая Ал принялся обедать. — Говорят, сейчас повышается число убийств, — ответила Эйлен, и положив батончик на стол, она сделала глоток горячего черничного чая и по пищеводу распространилось приятное тепло, — За дело взялась ИОАС*(IOAS), а значит… — Эйлен слегка сбавила тон, — демоны вновь не дают покоя людям. Эйлен не особо хотелось начинать разговор про организацию и всем уже давно известных демонов, но друзья спокойно восприняли информацию, поддерживая разговор. — Что за бред? О демонах не было слышно уже четыре года. Невозможно, чтобы они появились снова… и тем более из ниоткуда, — возмутилась Агни, сжимая банку содовой, оставляя на ней небольшие вмятины от тонких пальцев, — ИОАС хорошо поработали в те времена, истребив всех, кого было возможно. Мне кажется это ложь, — подытожила девушка. Другие выразили согласие с Агни, кивая головой или что-то мыча с набитым ртом, но Эйлен хотела возразить, ведь факты всегда остаются фактами. Не успев сказать и слова, на обеденный стол упал чёрный рюкзак, принадлежавший высокой девушке с очень короткими зелёными волосами и выбритыми висками. Данный жест привлек внимание остальных присутствующих в столовой, но через секунду всем стало вновь плевать. Взяв стул у соседнего столика, девушка небрежно села и закинула ноги на стол, прямо перед лицом Агни, которая уже всем видом успела показать своё раздражение. Необычная особа не торопилась начинать разговор, игнорируя всё вокруг она скрестила руки и прожигающим взглядом смотрела на Аластера. Такое резкое появление заставило остальных перекидываться напряженными взглядами, но Аластера, видимо, это нисколько не смутило. — И мы тебя рады видеть, крошка Эми, — усмехнувшись, весело проговорил тот, потирая ладони от съеденного бургера, — Мы с Чаки думали, что ты уже давно доела себя, — с вызовом проговорил красноволосый. Эми быстро кинула гневный взгляд в сторону кудрявого рыжего парня, который в свою очередь слегка напрягся, делая вид, что ничего подобного не было. И вообще у этого милого веснушчатого парня язык не повернётся сказать что-то грубое. — Нет, сохранила кусок для тебя, чтобы запихнуть его глубоко в твою глотку, — высокомерно ответила Эми, переведя свой взгляд обратно на Ала. Смесь неловкой тишины среди компании друзей и гула учеников вне её, заставили Эйлин насторожиться, но любопытство взяло вверх и, не выдержав, девушка со всей осторожностью обратилась к пришедшей подруги, которая, видимо не в духе: — Эми, ты слышала что-нибудь о демонах, может знаешь сегодня нашли труп дев… Но её даже не дослушали… — Да, вчера Аластер убил тринадцатилетнюю девочку, отрезал ей уши, выдавил глаза, распорол живот и выкинул тело в воду, — ответила Эми, заглядывая Аластеру прямо в глаза. «Как она в нём дырку не прожгла» — отметила про себя Зои, наблюдая за реакцией красноволосового парня на такое резкое обвинение. С небольшим страхом, но больше с недоверием все взлянули на Аластера, также как и Зои, ожидая его реакции. Но парень молчал, переваривал ли он информацию или просто судорожно искал что-то в своё оправдание, никто не знал. Аластер притупил взгляд, но затем, на удивление всех (кроме Эми) громко засмеялся, привлекая к себе всё больше внимания со стороны. Резко прервав собственный смех, парень лишь приподнял подбородок вверх, страясь продемонстрировать собственное превосходство и с явной насмешкой произнёс: — Хочешь сказать, что я демон, который любит потрошить тринадцатилетних девочек, а затем топить их? Эми ждала от него именно этого ответа и, упиваясь собственной победой, девушка убрала ноги со стола и наклонив корпус слегка вперед, ответила: — Аластер, ты садист. И мы все об этом знаем. Помнишь, как ты безжалостно вырезал всю свою семью после того, как они сдали тебя в приют? — Все, кроме Чака, шокировано взглянули на парня. Заметив это, Ал напрягся, но Эми продолжила, — Тебе очень повезло, что по неизвестным причинам кто-то спас твою шкуру. В эту же секунду, девушка резко вскочила и облокотилась на стол, сильно сократив дистанцию между ней и Аластером. Будто бы наслаждаясь моментом, словно это самый важный день в её жизни, девушка нависла над ухом и мимолетно кинув взгляд на Зои, после которого побежали мурашки, с довольной гримасой Эми прошипела не своим голосом: — Каково это… (прикусывая язык) Быть рабом? Ммм? Девушка это сказала так, чтобы только сам юноша и сидевшая рядом с ним Зои услышали её слова. Остальным лишь оставалось испуганно ждать, когда девушка вернётся на свое место, изредка кидая друг на друга растерянные взгляды. Никто не хотел влезать в чужие разборки, страх от странного поведения подруги и боязь попасть под горячую руку пересилили все отважные порывы. После слов Эми, Аластер с невероятной скоростью изменился в лице, друзья никогда ещё не видели в нем столько холода, да сам парень, видимо тоже. Зло сверкнув глазами, но с таким же хладом, Ал резким движением встал из-за стола и, наклонившись точно также, как и Эми несколько секунд назад, над самым ухом девушки властно прошептал: «Ты сошла с ума». После этой фразы он слегка прикусил мочку уха Эми, толкая её языком. Парень встал, и в последний раз окинув всех своим ужасным холодным взглядом, поспешил к выходу. Все в недоумении провожали красноволосого парня взглядом, но лишь Зои, стараясь скрыть неунимающуюся дрожь, смотрела на вернувшуюся на место Эми. Она смотрела в пустоту, её зеленые глаза словно превратились в стеклянные шарики, которые вот-вот разобьются, а губы расплылись в широкой ужасающей улыбке. Уголки рта слегка порвались, образуя что-то слабо похожее на заеды и алая кровь быстро начала стекать по подбородку, а потом и по тонкой шее девушки. — Господи, Эми, тебе нужно срочно к врачу, — сказала Эйлин, наблюдая за состоянием подруги. Все настороженно ждали реакции девушки на звуки или щелчки пальцев перед её глазами, но ничего не происходило. Лишь Зои непрекращая сверлить Эми испуганным взглядом сидела неподвижно. В данный момент в её голове крутилась только одна мысль: "Кто она?"