Declaration

— Ханна, даже если ты почувствуешь, что мир обходится с тобой несправедливо, и даже если небо обрушится на тебя, всегда помни, что всегда есть кто-то, кому хуже, чем тебе. — Но, мам, разве это не слишком? Я должна быть сердитой, если такое случится со мной — Я знаю, ребенок, но когда вырастешь, поймешь почему я говорю это. Даже если ты думаешь, что никого нет на твоей стороне и у тебя никого нет, всегда помни, что если переживешь эти моменты, то встретишь кого-то потрясающего в будущем, который будет ждать тебя. — Это означает, что я встречу кого-то особенного после тяжёлых времен? — Да, или возможно ты уже встретила даже до засухи, веслуя между тяжёлых волн, но в другом месте. Семи проснулась из-за звонящего звука ее телефона. Она стёрла свои слезы и слегка хмыкнула. Прошло уже много времени с тех пор, когда она последний раз видела маму во снах, говорящую о жестокой реальности мира, что она прочувствовала самостоятельно. — Алло. — ответила хриплым голосом, она только что проснулась поэтому это нормально для неё. — Ты только что проснулась? Юная леди, ты так облажалась сейчас. Главный директор ищет тебя и ты должна была явиться в офис два часа назад. — ДЕРЬМО! Она повесила трубку, умылась и выбежала на улицу, не заботясь даже о том , чтобы нанести макияж. Она проспала опять, третий раз за неделю, и она не могла не винить Хонджуна за то, что звонит ей поздно вечером. Её коллега одаривает ее разочарованным взглядом и она лишь вытягивает свой язык. Как по-детски. — Так что же сказал директор? — Ёсан спрашивает как только она садится. — Ещё одна папка файлов с делами, а что ты ожидал? — она закатила глаза, а Ёсан выпустил ручку и депрессивно посмотрел в потолок. Только Юнхо кажется энергичным, так как он забрал все бумаги со стола Семи и принялся к делу. — Каким завтраком тебя накормила миссис Чон? — Семи смотрит с открытым ртом. У нее никогда не будет даже и половины энергии Юнхо. — Разве ты не говорила что пойдёшь в тюрьму для освобождения Чон Уёна? — Юнхо смотрит на неё непонимающе и она закрывает лицо рукой. Она забыла, что обещала составить парням компанию. Прошел почти год с половиной и все проходит гладко с тех пор. Она научилась испытывать эмоции опять и позволяла большему количеству людей входить в ее жизнь. Она сблизилась с ребятами, которые раньше буллили ее в старшей школе, прошло целая вечность и будет простой потерей жить со всеми обидами всю жизнь, Семи знает это и пытается научиться прощать и забывать. Кроме этого, все самое лучшее случается. Она пытается убедить себя, что начала жить с чистого листа. И кажется, что это работает для неё так как она начала жить без дальнейшего удовлетворения. Ее отец исчез прямо тогда, когда был уволен как только было доказано, что он не виновен, он должно быть все ещё стыдиться себя за то что порвал все контакты с Семи, ну а ей плевать вообще, хотя она все же хотела увидеть его в последний раз. Тайна двух девушек, что умерли, было так же совпадением, первая подскользнулась на мокром полу, а вторая, увидев паука, тоже. Семи просто воспользовалась ситуацией в свою пользу, без чувства тяготения. Она встретила по пути Хонджуна и он переплетает их пальцы воедино. Семи краснеет и пытается отпрянуть. — Это слишком по-ребячески,— она стискивает зубы, но не может вырваться из его хватки. — Могу ли я всем показать насколько красивая у меня девушка? — Я не твоя девушка. — Да-да, пытайся убедить себя в этом. — Я убью тебя, Хонджун. — Тогда я буду счастлив умереть в твоих руках. Она сдаётся и пялиться на него, он смотрит в ответ и улыбается, так тепло, что смотреть на него становится больно, так как он буквально светится и сият даже при дневном свете. Он щелкает ее по носу и крадёт мелкие поцелуи до тех пор пока они не приходят к тюрьме, где их уже ждёт Минги с тофу, ожидая засунуть его в горло лучшего друга. — Ты готова? — шепчет Хонджун близко к ее лицу и она ударяет его, настолько сильно что он выкрикивает. — Больше, чем ты когда либо был. Итак через несколько минут, они услышали громкий вопль за которым следовало приглушение, чей рот был заполнен гигантским тофу.