Любимые истории (воображаемых) людей

В моём романе все умрут. Нет, я не говорю концовку, я лишь приближаю неизбежное, настигающее нас осколками солнца по утру, которые небрежно разбросаны каким-то до безобразия неуклюжим курьером. Птицей падаю в эти осколки, они не дают моему сердцу перегореть или остыть. Почему я живой? Я кому-то нужен. Даже если я этого не ощущаю, как не ощущает свободы соловей, запертый в клетке просто потому, что он кому-то понравился. Почему я продолжаю что-то делать? Есть мотивация. Мы же не можем друг друга стереть и забыть, верно? Это не мания, это скорее... Подорожник. Да, та самая неприметная трава, что преследует тебя по пятам. Ты сам этого не замечаешь, а он смотрит на тебя. И на меня. Смотрит ошалело, с гневом и некоторой завистью. Почему с гневом? Ты его не видишь, а он так жаждет пусть и небрежного взгляда в его сторону, немного внимания, возможно - тепла и заботы... Если вдруг упал, содрал немного кожи - он придёт на помощь, облегчит боль, отдав свою жизнь. Вот так вот жестоко, дальше пойдёшь как ни в чём не бывало, просто царапина, просто смерть... Или как чума - живёшь себе, никого не трогаешь, и тут резко всё. Болезнь. Но ты не умрёшь, никогда не умрёшь. Потому что эта чума не простая - это рулетка. В которой исход решишь ты сам. Никакой случайности, ты сам выбираешь количество патрон в барабане, на каком моменте вращения остановиться, можешь стрелять даже не в голову. Да даже холостые зарядить, что бы наверняка. Максимум оглохнешь на пару минут и дальше играть, но уже с гранатой, передавать её по кругу. Будешь потом сидеть в кругу, где люди уже лишились конечностей, но всё ещё играют. Умереть то нельзя. Но выйти можно из этого круга, просто встать и уйти. Но опыта даже несмотря на такие потери недостаток. Чума лишает рассудка. В моём романе никто не умрёт. Я сам рождаю личности, сам создаю их образ, характер, привычки вроде тех, что мы сами у себя не заметим. Например гладить прядь своих волос если задумался, или же считать секунды, пока едешь в лифте. Я не хочу убивать их, они - часть меня, плод моего воспалённого разума, ошибка, которой я дал жизнь... Только вот если лифт, везущий тебя домой, никогда не остановится, а ты в нём бессмертен? Страшно. Страшно когда откроются двери, страшно увидеть другой мир. Страшно потерять себя, всё что у тебя было, начиная от квартиры и заканчивая твоей любимой кружкой, у которой немного потёрся узор, раскололась ручка, та самая кружка, что встречает тебя по утрам. Страшно потерять тебя, мой друг. Я совсем недавно смог приручить подорожник, одомашнить его и он зацвёл. Зацвёл как черёмуха. И вкусно пахнет. Очень вкусно. Я не могу это передать словами. Теперь он мне такой родной и чуждый... А чумой я переболел. Не страшно мне это больше, очень легко перенёс выворачивающий тебя наизнанку кашель, окровавленные куски лёгких по утрам в раковине, свыкся с чудовищной болью в сердце. Привык видеть обезображенное лицо в зеркале. И знаешь, друг, чума ушла, оставишь лишь приятные спазмы время от времени в груди. Странно, да? Я тоже так считаю, но жить не мешает - и Бог с ним. Сейчас я в руках держу револьвер с шестью патронами. Держу его у виска и пишу это. Знаешь, а этот мир пускай и чудаковат, сложен и неотёсан, жесток и груб, но он так прекрасен своими недостатками... Всё, жму на курок... Осечка. Что же, видимо эта планета и есть мой лифт, в котором я и буду ехать в одиночестве... Хотя постой, у меня же есть ты!!! И подорожник!!! Значит, я не одинок, ведь так? Может быть, это моё место под солнцем?