Дорога к мечте или путь к звездам....

Этим миром правит нравная особа по имени Судьба. Она хороша уже тем, что заведомо не признает никаких правил. Более того, она действует вопреки всему и все равно все устраивает наилучшим образом. Единственное, чего Судьба не выносит, – пассивных, ленивых и сонных людей, которые сидят на одном месте и боятся совершать ошибки. Селин. Я стояла напротив дверей дома Диррас. Никто не открывал, собиралась было уйти, уже повернулась ко входу спиной, как вдруг… - А это ты? Проходи. Он сказал это с таким убитым видом и подавленным тоном, что у меня невольно вырвался вопрос: - Что-то случилось? Кенни оценил меня взглядом, и по выражению лица видимо остановился на: «Да не она вроде бы не дурочка, разве только притворяется». Но все-таки ответил. - А ты сама не догадываешься? - это прозвучало, как-то резко и с презрением в голосе. - Нет, - пока еще спокойно ответила я, но скоро этот тон меня выведет из себя. «Чего он добивается?» - Кенни, кто там? – послышался голос Джорджа, который через минуту появился в прихожей. - А-а-а это ты? – презрения в голосе было так много, что только глухой не заметит. Меня стало это заводить. - Так, в чем дело?! Может, вы мне все-таки скажете?! – не выдержала я. Братья переглянулись. - Ты что, правда, не знаешь? – на этот раз удивленно без насмешки спросил Кенни. - А что я должна знать? – ответила я вопросом на вопрос. Братья снова переглянулись, в этот момент их надо было видеть, они были шокированы моей неосведомленностью. - Так может, вы скажете? – невинно поинтересовалась я. - Ах да, прости, - спохватился Кенни. Я сосредоточилась, готовая впитывать, как губка. - Вчера, точнее позавчера, ты обещала Нику раскрыть свою тайну, сказала, что придешь завтра, а точнее это должно было быть вчера. Но ты не пришла, этим ты предала его. - Ты оскорбила его чувства, - вставил свои пять копеек Джордж. - Но я не смогла вчера, я не нарочно, у меня бабушка заболела, а мама в командировке… - ответила я в свое оправдание. Кенни с пониманием пожал плечами. И чуть тише ответил: - Он считает, что ты не доверяешь ему, а для него это очень важно. - Ладно…, - задумалась я. – Где он? - Ник наверху, - среагировал Джордж. – Но он тебя вряд ли впустит, он тебя вообще видеть не хочет, - как-то радостно сообщил Джордж. - Он заперся в комнате и вообще никого не впускает, хочет побыть один, - уже тоскливо дополнил он, глядя в пол. -Ничего, я постараюсь, - уверила я и пошла на второй этаж. Достигнув двери, я постучала и спросила: - Ник, надо поговорить. - Уходи, - послышалось в ответ. Внизу зашептались «остатки» Диррас. Я свесилась вниз с лестницы (с перил) приставила палец к губам и тихонько сказала: «Тс-тс» Братья подняли на меня головы и лукаво улыбнулись, но все-таки замолчали. Я посчитала, что бесполезно снова просить открыть, поэтому банально прошла сквозь дверь. Ник сидел на диване спиной ко мне с гитарой в руках. Его пальцы бегали по струнам, наигрывая какую-то заунывную мелодию. Сам он, кажется, был погружен в мысли, хоть я и не видела его лица. Мягкой поступью я подошла к дивану и тихонько положила руку ему на плечо. Он вздрогнул он неожиданности, но, потом, не поворачиваясь, дернул плечом, этим знаком показывая свои чувства. Я обошла кругом диван и, пройдя передним, устроилась рядом. С минуту я смотрела ему в лицо, он, всячески избегая взгляда, смотрел на струны. Каменное лицо, сурово натянутые мышцы, которые давали мне понять всю его обиду и игнорирование. Он чувствовал боль, которая четко выражалась в его игре, пальцы практически били по струнам, он чувствовал себя оскорбленным и может даже не любимым. Вся поза, была так пропитана тоской, грустью, но вместе с тем злостью, огненно душевной злостью. В этот момент я, правда, чувствовала себя виноватой, может, я такой и была, об этом судить не могу. Но совесть отчаянно вопила, скреблась тысячью кошек на душе, оставляя глубокие раны моей вины. Мне хотелось кричать, в тот момент он сам того не замечая, причинял мне боль, душевную боль, которая намного сильнее физической. Это боль разрывает тебя на куски, она гложет, эта боль просто убивает. И она так сильна, что-то хочется рыдать, выть. На глаза накатились слезы, в горле застрял комок, но я все-таки сказал: - Ник, не знаю, виновата ли я, но прости меня. Ноль эмоции. -Ник, - серьезно произнесла я. – Взгляни на меня, прошу. Он перестал играть и перевел на меня взгляд, в глазах его промелькнул страх. Ник. Она смотрела на меня с искренним сожалением, она чуть ли не плакала, в уголках глаз остановились слезы. Мне стал страшно за нее, мне стало жаль ее, захотелось успокоить, обнять, но я не смог. Чувство, которое охватило меня вчера и до сих пор теплилось в моей груди ушло только на секунду, не больше. А когда вернулось, охватило еще большей волной. Злоба, горечь, чувство, что никто не понимает и даже не пытается, глубокая обида все это бурлило во мне. И видимо не собиралось остывать. Все эти ощущения были так мощны, не подвластны мне, они захлестнули меня, и я утонул в них, я покорился им на столько, что не помнил что делаю, не понимал, не мыслил совсем. Я жил только ощущением. И это ощущение как сорняк разрасталось все больше и больше. Иногда мне казалось, что вроде бы все, я не прав, надо во всем разобраться. Но в эти момент это окрепшее растение, это надоедливое существо давало о себе знать, не отпуская, управляя мной как марионеткой, и я не знал, как от него избавиться, я был подвластен ему и ничего не мог с этим поделать. Я был бессилен, ничтожен перед ним. Селин. Страх мелькнул только на секунду. Теперь на меня смотрели холодные жестокие бессердечные глаза, но где-то в глубине, на самом дне их, я видела надежду и тепло. Противоречивые чувства боролись в нем, и он никак не мог определиться. Но видимо обида, все-таки одерживала верх. Я не могла ему помочь, определиться он должен сам. Но я должна была объяснить ему все, а решение должен принять он. Я решилась. - Ник выслушай, - я глядела прямо в глаза, не пряча взгляда. – Я не знаю, виновата я или нет, это не важно. Но я хочу, чтоб ты знал, я доверяю тебе всей душой и сердцем. Вчера я действительно не смогла прийти, у меня заболела бабушка, я весь день была с ней. Извини, да я тебя не предупредила, я не подумала, я была так обеспокоена здоровьем близкого мне человека, что забыла про тебя. Я этого не отрицаю. Но прошу тебя, поверь, ты действительно мне дорог, ты мне нужен. Если хочешь, я могу рассказать тебе все хоть сейчас? Взгляд его стеклянных глаз резал меня, как кинжалом. Я еле сдерживалась. - Ник! – я взяла его за руку. Он резко вырвал ее и перевел взгляд. - Ладно, - выдохнула я. Я тихо встала и направилась к двери, обернувшись напоследок, прошептала: - Если захочешь, ты знаешь, где меня найти. Я прошла обратно сквозь дверь, но сдержаться уже не было сил. Слезы градом сыпались из глаз, ручьями текли по лицу. Я могла поставить себя на его место, я понимала его, но все равно какая-то непонятная обида, как змея кольцами сворачивалась у меня на душе. Я прошла в свою комнату, машинально мановением руки собрала вещи, осмотрела комнату взглядом, пробежав по столу, где была записка. Я была уверена, когда он очнется и переосилит свою боль, он поймет все, что там сказано. Взяв чемодан (волшебный конечно, в нем убрались все мои вещи) я направилась в коридор, встретившись с Кенни и Джорджем. - Селин, ты куда? Ответом Джорджу послужила моя «сумка», которую он только заметил. Его испуганные глаза смотрели на мое заплаканное лицо. - Нет, - тихо промолвил он. Это было так не похоже на него. Немного задиристый, всегда подшучивающий, мастер по ехидству и подколам, теперь он выглядел намного старше и серьезнее, он искренне шокирован и не скрывал этого. Кенни понимающе посмотрел на меня и мягко кивнув, обнял на прощанье. - Мы еще увидимся, будь уверена, - прошептал он. Я напоследок заглянула ему в глаза. Старший из братьев всегда был готов прийти на помощь, его забота о семье и друзья, всегда трогали меня. И вот теперь он волновался за меня, я стала для него не просто другом, я была для него почти семья. Я опустила ресницы и направилась к выходу, Джордж, растерявшийся и не знавший, как помочь остановил меня у двери и произнес: - Обязательно возвращайся. Обещай. Я взглянула на его, его слова были настолько просты, но смог вложить в них столько смысла, что невольно я улыбнулась. И не ответив, снова погрузившись в свои мысли, перешагнула порог этого дома. И в этот момент мне казалось, я перешагнула его навсегда, я была уверена, что больше сюда не вернусь.