Если бы не ты

Время шло, и Лилит училась быть мамой, наставницей, другом и просто училась любить малышку так не похожую на нее ничем, кроме цвета глаз. Тёмно-синие с белыми вкраплениями - точно это были звезды - смотрели на этот мир изучающе. Девочка росла и пришло время обучения меньшей части того, что могли предложить остальные Наставники. Магические выбросы становились все чаще, что позволяло немного оценить потенциал маленькой Виктории. - Лилит, отец просит вас зайти к нему, – сказал подошедший слуга. - Хорошо, – ответила она, наблюдая за тем, как ее дочь лепит снеговика. Пусть Виктория и не была полностью ее ребенком, Лилит считала иначе, ведь уже семь лет изо дня в день длилось это счастье. Каждый день по коридорам поместья бегало рыжее чудо, пугая слуг и слушая вслед ворчание своего прадеда. Девушка шла в сторону кабинета отца, надеясь, что не услышит от него печальных новостей. - Отец, – войдя она прошла к креслу. - Здравствуй, Лилит, присаживайся у нас будет долгий разговор, – в голосе слышался холод. Нервно сглотнув, девушка села в кресло и, глубоко вздохнув, приготовилась к ожидающей ее лекции. Перебрав всевозможные грехи, совершенные ею за последние дни, Лилит внимательно посмотрела на отца, что с холодом во взгляде смотрел на нее. Осознав, что, скорее всего, он будет ругаться, она слегка улыбнулась. - Начнем с того, что ты принесла в наш дом семь лет назад, – по телу прошелся холод, - Проведя обряд, ты приняла Викторию в семью, и обряд этот несколько повлиял на ее внешность, но не это главное. Почему ты умолчала о том, что их было двое? - Отец, дело в том, что малышка была на грани из-за расколовшегося ядра и не факт, что выжила бы, однако после ритуала я не просто считаю ее своей дочерью, но ведь причина не только в этом? – вопросительно взглянув на отца девушка ждала ответа. - Ты, несомненно, права, однако у девочки есть брат-близнец и, разделив их, ты нарушила эту связь. Посмотри на Викторию и скажи, что иногда она не говорит о каком-то Гарольде? - Я не замечала, – призналась она, вспоминая, когда дочь могла говорить о таком. - Изначально я думал, что ей не хватает тех, с кем можно дружить - все же в большинстве своем всем здесь далеко за сотню лет - однако, попросив верного друга разузнать о той ночи, пришел в ужас, – он положил перед ней снимки на которых был изображен худой мальчишка лет шести - семи. - Тот самый Гарольд? Но почему он такой? Разве он живет где-то на улице или в приюте? – Лилит недоуменно посмотрела на отца. - Он живет с сестрой своей матери. Только проблема в том, как они относятся к ребенку. Пусть я и безжалостен, да вот только ты прекрасно знаешь, как я ценю семью. - Я поняла тебя, – она решительно встала, оставив на столе снимки, - Адрес не подскажешь? Отец протянул ей листок, и девушка вышла из комнаты, возмущаясь по поводу того, насколько люди порой эгоистичны и не боятся причинить боль тем, кто меньше. Стуча каблучками по полу, она добралась до своей комнаты и, переодевшись в более подходящую одежду, отправилась в недолгое, по ее мнению, путешествие. Оказавшись на Тисовой улице, Лилит посмотрела на резвящихся в снегу детей и еще раз взглянула на адрес. Найдя глазами четвертый дом, она села на одну из скамеек, предварительно стряхнув с нее снег, и начала думать, как поступить с людьми. За время наблюдения она увидела, как группа, состоявшая из толстого человека больше напоминавшего борова, женщины с непропорционально длинной шеей и толстого ребенка, вышла из дома. Они сели в машину и уехали в сторону Лондона, по крайней мере так показалось девушке. На пороге дома она заметила кутающегося в тоненькую курточку ребенка и направилась к нему. - Привет, - сказала она, опустившись перед ребенком тот вздрогнул, но не ответил, - Хочешь? – она протянула ему бумажный пакет, в котором лежали горячие булочки. Надо отдать должное совету деда, который напомнил ей о том, что ребенок, скорее всего, истощен. Ради этого она даже заскочила на кухню и взяла несколько булочек, завернутых в бумажный пакет. Сейчас же булочки были в руках замерзшего ребенка, что с опаской открыл пакет и, достав одну булочку с вареньем, быстро слопал ее. - Вы подруга тети Петунии? – голос ребенка был тих. - Ни в коем случае, – фыркнула она. - Тогда кто? - Та, кто заберет тебя отсюда, – она протянула ему руку. - Они говорят, я ненормальный. Я просто не хотел, чтобы тетя ругалась и как-то починил ее любимую вазу, а они заперли меня в чулане, – ребенок всхлипнул и размазал по щеке слезу. - Не переживай, мы их проучим. Вставай. Дождавшись пока мальчик встанет рядом с ней, она прошептала заклинание и небольшой уголек сам выпрыгнул из камина. Огонь быстро распространился по гостиной, пожирая занавески, книги, лестницу. Взяв маленького Поттера на руки, она крутанулась на месте и перенесла их в поместье. Они не видели, как начали кричать соседи и вызывать пожарных, которые так и не смогли приехать из-за метели. Оказавшись в теплом холле, девушка тут же сняла пальто и, проведя мальчика в гостиную, попросила дождаться ее тут. Мальчик кивнул и, доев булочки, снял курточку, ведь в комнате было тепло от камина. Посмотрев в окно, он удивился тому, что здесь снег падал огромными, по его мнению, хлопьями и высокие сугробы украшали небольшие клумбы. Разглядывая комнату, он больше хмурился, не понимая, почему его забрали и что будет дальше. Неожиданно в комнату вошли четверо, среди которых он узнал лишь ту, которая забрала его. - Не бойся, – с улыбкой сказала она и усадила мальчика на диван. – Позвольте вам представить - Гарольд Джеймс Поттер. А это твоя семья, – девушка поочередно указала на каждого, называя имена, – Александр Абаддон приходится тебе прадедом. Аврелий Левиафан - твой дед. Виктория Лилит - твоя сестра, – мальчик с удивлением посмотрел на рыжую девочку, которая совершенно не была похожа на него. Каждый обдумывал внешний вид и поведение мальчика, который, подобно испуганному воробушку, старался вжаться в диван. Однако видя теплую улыбку незнакомой девушки, немного успокоился, ведь она забрала его от тети с дядей. Молчаливая обстановка была прервана Александром, который встал и, опираясь на трость, взглянул на свою внучку. - Значит так, ребенка отмыть, переодеть и накормить, – негромко сказал он и вышел из комнаты. - Согласен, помыть, переодеть и накормить, – подтвердил Аврелий и, бросив взгляд на дочь, поспешил удалиться по своим делам. - Ну что ж, идем, – Лилит протянула руку ребенку. Виктория тоже встала с дивана и, взяв под руку мальчика, который оказался ниже нее, направилась в сторону подготовленной специально для него комнаты. Гарри шел следом за сестрой и разглядывал странные картины, на которых портреты оживали и провожали их заинтересованным взглядом. Спустя минут десять они наконец добрались до нужных дверей. - Добро пожаловать. Теперь это твоя комната, – мягко улыбнувшись, сказала Лилит, зайдя следом. - Правда? – мальчик неверяще осмотрелся. Комната была довольно большой и, казалось, здесь мог поместиться почти весь дом Дурслей. Стены комнаты были густого синего цвета с золотистыми узорами, которые складывались в красивое дерево, на котором росли неизвестные цветы. Возле дальней стены стояла большая кровать с таким же темным, как и стены балдахином. По обе стороны от нее были две двери, за которыми находились ванная и гардеробная, а напротив был камин с книжной полкой, два кресла и журнальным столик. - Правда, малыш, а теперь давай примем ванну и переоденемся? – Лилит прошла в ванную и, включив воду, добавила в нее несколько капель различных зелий. Ванна тут же наполнилась пеной, и, набрав достаточное количество воды, девушка вышла из комнаты. Гарри сидел в кресле и рассматривал разноцветные корешки книг, стоявших на полках. Виктории в комнате не было, судя по всему, девочка ушла на очередной урок. - Все, можешь идти мыться. Зови, если потребуется помощь, – она потрепала его по голове и ушла в гардеробную подбирать одежду. Выбор пока был невелик из-за незнания предпочтений и размера маленького волшебника, однако Лилит быстро нашла рубашку и брюки. Когда мальчик наконец вышел из ванной, то увидел приготовленную одежду на кровати и записку: «Дорогой Гарри, как только оденешься то позови Мауса он проводит тебя в столовую». Мальчик внимательно прочел записку, после чего быстро переоделся и, позвав Мауса, застыл на месте от шока. Перед ним появилось нечто лопоухое и с обожанием смотрящее на него. Так они и стояли около минуты, пока домовой эльф наконец не начал говорить. - Маус рад служить вам. Маус проводит, – взяв мальчика за руку он перенес их в столовую. Столовая этого огромного дома также не отличалась маленькими размерами. Светлая комната с панорамными окнами была залита ярким обеденным светом. За столом, где уместилось бы около пятидесяти человек, сидело всего четверо знакомых ему людей. Сев рядом с прадедом, мальчик слегка нахмурился, смотря на большое количество разных вилок и ложек. Прадед лишь ободряюще улыбнулся, призывая к спокойствию, и объяснил, какими приборами и для чего пользоваться, после чего пообещал провести уроки этикета. Гарри с благодарностью посмотрел на родственника и перевел взгляд на сестру. Виктория сидела ровно и с весельем в темных глазах смотрела на брата. Когда подали блюда, он удивился такому изобилию, и если бы не перекус, состоящий из тех булочек, то смел бы все в одночасье. В относительной тишине прошел обед, в конце которого было объявлено, что дети могут немного поиграть, пока взрослые решат необходимые дела. За окном все еще шел снег, и, стоя в коридоре перед большим окном, мальчик завороженно наблюдал за этим. Виктория, подошедшая сзади положила на его плечо руку и мягко улыбнулась. - Мама всегда говорила, что я не одна и вот ты появился наконец у нас, – она обняла брата. - Я рад, что у меня есть семья, – ответил мальчик. Остаток дня они провели, играя на улице и греясь у камина с кружками горячего шоколада, в которых плавали зефирки. Лекция, обещанная Александром так и не состоялась, ввиду того, что старого демона подвела спина, и он уже как два часа лежал в спальне, а верный слуга мазал его спину согревающими мазями. Однако это не расстроило детей, а наоборот они могли спокойно побеседовать и достать деда который в итоге рассказал им о том, кем является вся семья.