Если бы не ты

Утром следующего дня Гарри проснулся в прекрасном настроении, все еще ощущая, как магия циркулирует по телу. Прошлепав босыми ногами до ванной, он умылся и, одевшись, отправился в столовую, где уже должны были собраться родственники. Если бы кто-то спросил, хочет ли мальчик уехать из поместья демонов, то получил бы резкий отрицательный ответ. Здесь его не морили голодом и не заставляли делать генеральную уборку каждый день. За столом, как и ожидалось, собрались все и, тихо переговариваясь, поприветствовали его. Бросив тоскливый взгляд на овсянку, Гарри добавил в нее побольше малинового джема и начал завтракать. Тори, проследив за действиями брата, лишь усмехнулась и продолжила искать в вазочке печенье с шоколадом. Все было идеально, по мнению мальчика, пока он не узнал, что Лилит необходимо уехать, пусть и ненадолго. Прощаясь с детьми и призывая их не скучать и как следует помучить своих Наставников и деда, она отбыла в неизвестном направлении просто исчезнув посреди двора. Мальчик чувствовал, как внутри сердце болью сжимается от этого, но переведя взгляд на такую же грустную Викторию, принял решение не дать сестренке грустить. Весь день дети провели с учителями и под вечер доставали деда, чтобы он рассказал им историю. Лилит не появилась и на следующий день, однако маленькие волшебники старались не раскисать, и наставники, видя такое состояние, решили сильней поднажать. Теперь на грусть не было времени: оно едва ли оставалось на практическую работу по чарам. Учеба очень понравилась Гарри, и он все больше удивлялся, казалось бы, простым вещам в магическом мире. Спустя неделю посреди ночи все услышали, как в холле что-то упало и судя по всему разбилось. Спустившись в числе тех, кто был разбужен шумом, дети увидели Лилит с жуткой раной на ноге и зажатым медальоном в другой. Дед приказал домовикам успокоить детей и уложить спать, а сам занялся лечением внучки. Лилит поморщилась от боли; открыв глаза и поняв, где она находится, заметила, что рядом в кресле сидел дед, а чуть поодаль стоял недовольный отец. Стараясь не застонать от болезненных ощущений, девушка сделала попытку сесть и была подхвачена руками отца. Он подал ей стакан воды, помогая напиться, после чего вновь уложил ее в кровать. - Что произошло? – голос его был хриплым. - Хогвартс. Его директор успел ранить меня, и потом я исчезла прямо перед его носом, видимо, он наслал на меня какое-то проклятье, – негромко ответила девушка. Спрашивать, что она имеет в виду он не стал, лишь видя, как чернота от раны расползлась по руке и ползет дальше по телу. Аврелий сорвался с места и, переместившись прямо к дому Николаса, начал стучать в дверь. Послышалась возня и недовольное бормотание, после чего дверь приоткрылась. - Аврелий? – было видно, что демон не ожидал увидеть повелителя. - Николас, скорее! Она на грани! – судорожно выдохнул он, не чувствуя холода. Кивнув, лекарь исчез за дверью и спустя пару минут появился на пороге с небольшой сумкой. Взяв за руку Николаса и появившись в комнате дочери, мужчина бросился к Лилит, что вновь потеряла сознание. Лекарь подошел к девушке и не спеша осмотрел рану, после чего, хмуро кивнув своим мыслям, начал искать в сумке необходимый эликсир. Наконец найдя странного вида бутылек и налив несколько капель в стакан с водой, попросил Аврелия капнуть несколько капель его крови. Мужчина удивился, но вида не подал, покорно выполняя просьбу, после чего наблюдал, как Николас размешивает все стеклянной палочкой. Приведя девушку в сознание и попросив ее сесть, он протянул стакан, смотря на то, как чернеющая рука тянется к нему. Лилит дрожащей рукой держала стакан и, залпом выпив содержимое, откинулась обратно на подушки, прикрыв глаза. Лекарь удовлетворенно кивнул и начал собираться, пока его не остановил вопрос Александра. - Что ты ей дал? - Ничего необычного, просто живая вода с кровью родственникa. Это позволит не отторгнуть лекарство. Сказав это, он исчез, оставляя их наедине со своими мыслями, от которых становилось лишь хуже. Пока Лилит не пришла в сознание, Александр вытряхнул содержимое ее рюкзака, из которого выпало несколько контейнеров. В каждом лежал один из крестражей, мужчина только удивился, как гоблины согласились на это. Однако мысли прервала тихая возня, обернувшись он увидел, как внучка крутится во сне, сжимаясь в клубочек. Сев рядом, он положил руку на плечо девушки, пытаясь успокоить. Несколько дней прошли в напряжении, из-за чего дети не могли сосредоточиться на учебе, пока Александр не отходил от Лилит. Однако утром она открыла глаза, чувствуя себя прекрасно, о чем сообщила деду. Виктория и Гарри, словно два метеора, подбежали к ней и крепко обняли, боясь вновь потерять. Девушка ласково потрепала их по головам и обняла в ответ, чувствуя крепкие объятия. После завтрака, как и было обещано, Александр показал наглядный урок по созданию человеческого тела и восстановлению души. Дети упорно записывали все в блокноты и не упускали ни одного слова деда. Лилит же стояла, привалившись к колонне: тело еще немного болело, пусть и не так сильно. Несколько часов пения катренов, приношения в дар крови жертв, лепки тела, и они добрались до души. В центре зала была начерчена большая пентаграмма, в лучах которой разместились крестражи, а в середину поместили тело. Несколько пассов рукой, и дети отгорожены барьером от непредвиденных всплесков магии. Лилит встала на пентаграмму, что находилась в южной части, Александр занял свое место на северном рисунке, Аврелий же занял западную часть. - Я, Александр Абаддон, Хранитель Северных морей, повелеваю: даруй ему благословение, - направив ладони к центру он замолчал, но дети видели, как от его рук исходит холодный свет. - Я, Аврелий Левиафан, Хранитель Западных ветров, повелеваю: даруй ему сил, - от него начал исходить голубоватый свет. - Я, Лилит Аграт, Хранительница Южных земель, повелеваю: даруй ему жизнь, - руки девушки засветились красным. Восторженно дети наблюдали за тем, как темные сгустки собираются воедино и перед телом возникает призрачная фигура, что сливается с ним. После чего по залу проходится истошный вопль, и маленькие наблюдатели вздрагивают. Тело начинает ломать: оно вытягивается, становится шире, и после долгих минут мучения перед ними стоит довольно симпатичный молодой человек. - Люмос, - слышится его хрипловатый голос, и возле него возникает шарик света размером с большое яблоко. Свет, исходивший от рук демонов, моментально перестает светить и барьер, огораживающий детей, пропадает. Они с удивлением разглядывают фигуру в светлой мантии, после чего Гарри, приложив пальчики к губам, улыбнулся. - Томас! - завопил он и крепко обнял не ожидавшего подобного мага. - Гарри, я бы попросил называть меня просто Марволо, – он хмуро осмотрелся, ведь даже понятия не имел, что кто-то сможет воссоединить душу. Его темные волосы спадали на глаза и мешали обзору; пока он их убирал, демоны подошли к нему с серьезными лицами. Сейчас волшебник был готов благодарить хоть Дьявола за это, но смотря в холодные темно-синие глаза единственной девушки, он вдруг вздрогнул. - Я помню тебя, – сказал он, чувствуя легкую дрожь перед ней. – Это ты тогда поймала мою душу, но как так вышло? - Поговорим в кабинете, – жестко отрезала она. Призвав домовика, Александр попросил показать Марволо его комнату и, взяв детей за руки, направился к выходу из зала. Ритуал, несомненно, выпил почти все силы каждого, однако после чашки кофе все восстановится, а пока есть дела. Лилит хмурым взглядом окинула Марволо и покинула зал, направляясь в гостиную, где отдыхали дети. Гарри рассказал о том, что иногда Марволо снился ему, только вот имя он никак не мог вспомнить, а потом, после того, как часть души была поглощена, чувствовал, что скоро встретится с ним. По мнению маленьких волшебников, они чувствовали, как магия циркулировала в зале и были весьма удивлены ритуальными фразами. - Мама, скажи, почему ты и дедушки стояли по разным сторонам света и сказали, что являетесь их хранителями? – неуверенно спросил Гарри, а Виктория кивнула, словно собиралась спросить то же самое. - Каждый из нашей семьи пробует стать Хранителем и если ему это удается, то Магия дает ему новое имя, скажем так. Давно не было Хранителей Восточных скал, - с легкой грустью заключила она. Марволо стоял перед зеркалом, рассматривая свое отражение и радуясь тому, что столь сложный ритуал прошел успешно. В зеркале отражался молодой мужчина лет двадцати пяти на вид, с черными вьющимися волосами, темно-синими глазами и болезненной худобой. Все больше он приходил к выводу, что ему стоит постараться, чтобы впечатлить всех, еще не подозревая, какую роль ему отвели. На обеде обсуждали дела по поводу дальнейшего обучения детей; чем ближе становилось одиннадцатилетие, тем больше девушку одолевало сомнение по поводу школы. Однако отец заверил ее в правильности и назначил Марволо наставником детей по зельям. Впрочем, это было не все, и под конец разговора волшебник сам согласился стать для детей чуть ли не нянькой. На удивление девушки он пояснил, что всегда мечтал о семье, а тут уже есть тот, кто не хочет отпускать его. Гарри на эти слова лишь невинно улыбнулся, едва не царапая нимбом потолок. Через несколько дней все вместе наряжали елку к Рождеству, не забыв обкидать хмурого Марволо снежками. Тот день принес детям не мало впечатлений, что привели к крепкому сну со счастливыми улыбками на лицах. Лилит больше не могла игнорировать Марволо, что с каждым днем все сильней погружался в депрессию. - Что с тобой? – прямо спросила она, сев рядом. - Я бы сказал, что ничего, но это было бы ложью, – он тяжело вздохнул, смотря на стеклянный столик, - Честно признаться, я никогда не отмечал Рождество в кругу семьи, – на одном дыхании признался он. - Ты боишься чего-то? – продолжила спрашивать девушка, приобнимая молодого человека. - Не то чтобы боюсь, просто такое ощущение, что я лишний тут. Просто наблюдая за вами, я прекрасно это вижу. Вы пытаетесь каждый день сделать особенным, и даже сегодня игра в снежки была такой необычной для меня. - Но ведь мы все считаем тебя семьей, если бы это было не так, то не думаю, что дедушка дал бы возможность остаться. - Думаешь? – он усмехнулся. - Конечно, больше он никому за все это время не давал такой возможности. Лилит смотрела в такие же темно-синие, как и у нее глаза ощущая непонятную тягу к нему и, поддавшись соблазну, поцеловала мага. На мгновение он замешкался, но ответил, наслаждаясь действием и начисто игнорируя чужое присутствие. В дверях застыл Аврелий, тихо наблюдая за этим и размышляя, оставить ли в живых мага. Как отец он очень переживал за свою дочь и не мог допустить, чтобы какой-то выскочка сделал ей больно. Рождество отмечали большой веселой компанией с большим количеством вкусной еды, сладкого и подарков. Виктория и Гарри под руководством деда посетили аллею Кристофера и купили подарки для всех. Лилит же составила компанию Марволо на ту же аллею и ожидала его в банке, пока он наговорится со своим поверенным. В тот день хмурый волшебник был до жути счастлив и, не скрывая улыбки, проходил весь день. После всех праздников дети вновь вернулись к изучению наук и в конце весны демонстрировали довольно неплохие навыки в языках, этикете, чарах и зельеварении. В тот момент Лилит поняла, что дети являют магическими близнецами и, находясь рядом не только чувствуют себя хорошо, но и довольно быстро обучаются. Решив подумать об этом на досуге, отправилась к отцу с предложением провести большую часть лета рядом с морем. - Отец, может июль и август проведем на море? Детям будет полезно провести хоть короткий отрезок времени в такой среде, да и вы с дедушкой погреетесь на солнце, – не знай в кого дочь пошла характером, Аврелий давно бы приказал выпороть плетьми за подобную шутку, однако просто улыбнулся. - Думаю это замечательная идея. Как поживает Марволо? – вопрос отца застал врасплох, и он видел это. - Нормально, наверное, – неуверенно ответила девушка. – А что-то случилось? - Это у тебя надо спросить, - хмыкнул он, - не я ведь встречаюсь в саду под гранатовыми деревьями. Увидев, как дочь заливается краской, старый демон хрипло рассмеялся и сказал, что ничего против не имеет, ведь сам приложил руку к созданию этого чудика. Марволо все больше времени проводил с детьми, оттаивая и сбрасывая старую шкуру. Однако еще больше в его мыслях мелькала одна наглая особа что позволяла себе то обнять его, то, словно издеваясь, чмокнуть в щеку. Виктория и Гарри, видя такое, начали строить догадки и даже пытались советовать мужчине, какой букет подарить их матери, но он только отмахивался. Первый месяц лета посвятили тренировкам и фехтованию, чему дети были безмерно рады, особенно после того, как им предоставили возможность заниматься этим на морском берегу. Дети много бегали, плавали и спустя пару дней обзавелись красивым загаром. Лилит тоже не отставала от них и кормила большим количеством мороженого. Все это походило на отпуск большой семьи, ведь именно так считали обычные люди, что жили несколько дальше от моря.