Часть 1
23 июня 2020 г., 19:46
В кабинете душно. Открытое настежь окно в конце класса от жары совершенно не спасает, светлые занавески чуть колышутся, когда начинает дуть слабый ветерок. Тэхён обмахивается классным журналом и бездумно разглядывает белый потолок. До конца урока ещё несколько невыносимо долгих минут; тишина стоит оглушающая, слышно только, как ручки скрипят, когда кто-то особенно сильно давит на бумагу, от жары у старшеклассников нет сил даже на ленивые перешептывания. Вечно активная Чонгук, которая обычно ни минуты спокойно не может усидеть, сейчас тихо дремлет на задней парте, ненавязчиво опустив голову на плечо своему соседу, Хосоку, старательно дописывающему контрольную работу (Тэхён готова поспорить, что свой вариант он закончил еще десять минут назад). В любой другой день Тэхён бы возмутилась подобному поведению и наверняка ехидно прокомментировала бы происходящее, но сегодня ей слишком жарко и слишком лень, чтобы спорить с обнаглевшими учениками.
Она устало вздыхает и переводит взгляд на сидящего за первой партой Намджуна. Парень, сосредоточенно нахмурившись, пишет уже вторую страницу в ответ на последний вопрос контрольной (хотя Тэхён точно помнит, что максимальный объём обозначила ДВУМЯ АБЗАЦАМИ) и останавливаться явно не собирается.
(Тэхён совсем немножко хочется заплакать при мысли о том, что ей придётся это всё проверять, но она ведь сильная, правда? она сильно поставит «отлично», даже не вчитываясь в содержание – это же Намджун, прости господи, а Намджун, в отличие от своих одноклассников умный – и с чистой совестью уберет работу в проверенную стопку)
Звонок раздается неожиданно, и Тэхён вздрагивает от удивления. Ученики потихоньку откладывают ручки, начиная оживать, и даже отскребают себя от парт; Хосок тычет Чонгук в бок и протягивает её листочек, чтобы та контрольную хотя бы сама подписала. Тэхён только закатывает глаза и мысленно делает заметку поставить девушке тройку исключительно из жалости к трудам её соседа.
– Домашнее задание к следующей неделе – подготовить небольшое выступление на пять-семь минут о любом из направлений постмодернистского искусства Запада, о которых я вам рассказывала в начале сегодняшнего занятия. Для этого вам нужно будет разбиться на группы по три-пять человек и сделать презентацию. Надеюсь, распределиться сами вы сможете?
В ответ слышится неуверенное: «Да, учитель Ким», а потом в воздух одиноко поднимается рука Намджуна.
– У вас какой-то вопрос?
– Не то чтобы вопрос, просто… Вы же знаете, что у нас занятия с вами и с учителем Мин в один день, и она уже задала нам к следующей неделе подготовить каждому по два реферата на семь страниц, и мы…
Тэхён фыркает. Ну конечно, как она могла забыть.
– …Физически не успеем сделать и то, и то, я поняла. – Тэхён задумчиво постукивает по столу отросшими ноготками, пока ребята сдают работы старосте. – Я попробую обсудить это с учителем Мин и сообщу вам завтра, к чему мы придём, договорились?
Старшеклассники радостно закивали.
Тэхён поправляет персиковый пиджак, накинутый на плечи, и выходит из класса, тяжело вздыхая. От духоты болит голова, и Тэхён очень хочется поскорее прийти домой и сходить в прохладный душ, но вместо этого её ждёт последний урок и моральная подготовка к серьёзному разговору. А она так надеялась, что подобные «диалоги» с учителем Мин закончились ещё после той грандиозной ссоры в мае, в результате которой обе преподавательницы ещё несколько дней игнорировали друг друга в учительской.
(что было крайне сложно, учитывая, что их столы расположены четко друг напротив друга)
Надо же было кому-то так составить расписание на этот семестр…
*
– Ты снова за своё? – Тэхён заходит на кухню, с наслаждением шлёпая босиком по холодному полу. Ноги после целого рабочего дня, проведённого на каблуках, ныли адски. – И хватит курить на кухне, я же просила! Здесь потом находиться невозможно! Юнджи выразительно выгибает бровь и стряхивает пепел с сигареты в стоящую на столе пепельницу. У Тэхён на мгновение перехватывает дыхание: на Юнджи растянутая домашняя футболка какого-то темно-синего цвета, небрежно падающая с плеча, и пушистые бежевые носки с котятками, которые ей подарила Тэхён то ли на Новый год, то ли на день рождения, то ли просто так, потому что день был хорошим, а онни очень хотелось порадовать. Сигарета в бледных тонких пальцах смотрится так эстетично, что Тэхён вспоминает все просмотренные нуаровские фильмы и думает, что этот кадр вписался бы в любой из них идеально. (только вот смотреть на руки Юнджи с такого ракурса есть право только у Тэхён) – Ну и что я опять натворила? – лениво тянет Мин, туша сигарету и приглашающе раскидывая руки, – Иди ко мне. – Не пойду, из-за тебя потом опять блузка будет дымом пахнуть, а я только вчера её постирала, – сморщив нос, отвечает младшая. – Как будто тебе это не нравится, – хмыкает Юнджи, всё-таки утягивая Тэхён к себе на колени. (да та и не особо сопротивляется) – Я соскучилась. – Кто ты и что сделал с моей Юнджи?! – наигранно удивляется Тэхён, устраиваясь удобнее и перекидывая свои ноги через колени брюнетки. – Мы виделись в школе буквально три урока назад. – Ага, а потом ты унеслась к директору что-то обсуждать и даже забыла, что мы собирались обедать вместе, – недовольно говорит Юнджи, опаляя дыханием шею. Тэхён ведёт плечами, щекотно. – Прости, – Тэхён клюёт Юнджи в щёку, – Там было что-то очень важно, но я даже не помню, что именно… Юнджи тихо смеётся, целуя шатенку в макушку. – И вообще, не отвлекай, у меня к тебе разговор! Старшая мимоходом целует Тэхён за ухом, вызывая стайку мурашек по спине, и сильнее откидывается на спинку стула, чтобы лучше видеть чужое лицо. – И так? – Мне на тебя снова жалуются старшеклассники, – Тэхён убирает упавшую на лоб прядку и вздыхает. – Ты достала столько задавать. Юнджи презрительно хмыкает. – В следующий раз задам ещё больше, чтобы времени жаловаться не было. – Онни! Ну серьёзно! Два реферата? По семь страниц? Что они натворили, подожгли класс в твое отсутствие? – Это нормальное домашнее задание, отстань, – Юнджи закатывает глаза, – Мы, когда учились, такие же выполняли. – И так же сильно их ненавидели, спасибо, я помню. – Мне нужно их как-то оценивать в течение семестра, не могу же я просто так оценки рисовать? – Да кто тебя заставляет их просто так рисовать, задавай ты свои рефераты, но в меньших количествах! Мне тоже нужно за что-то им оценки ставить, но из-за твоей химии, они не успевают ничего! – Не мои проблемы, это старшая школа, а не детский сад. – Юнджи!!! Повисает тишина. У Юнджи в такие минуты столько упрямства появляется, словно она не рыбы, а телец. Тэхён вздыхает. – Если мы снова поругаемся из-за домашки, Сокджин нас убьёт, – Тэхён вспоминает, каким взглядом во время прошлой ссоры их одарил школьный психолог и морщится. – А я слишком молода, чтобы умирать. – Милая, тебе через полгода двадцать девять, твоя молодость давно прошла. – Мне напомнить, сколько в этом году исполнилось тебе? – Так я и не претендую, – пожимает плечами Юнджи, – Ладно, я подумаю. Может, разобью им на два домашних задания. – Аллилуйя! Мои молитвы были услышаны!! Что я должна вам за это, госпожа Мин? – С тебя ужин, а ещё я хочу кофе, – Юнджи обнимает Тэхён за талию крепко-крепко. – Но сегодня твоя очередь готовить! – Или так, или домашнее задание остаётся тем же. – Садистка, – возмущается Тэхён и кусает девушку в отместку за ухо. – У меня было больше уроков, я устала! – А я по жизни уставшая, и что? – Я тебя сейчас стукну!! Юнджи смеётся, и Тэхён не может ничего сделать с тем, что тает от этого звука. Она целует брюнетку в её широкую улыбку, поглаживая большими ладонями острые скулы, и чувствует, как сама начинает улыбаться. (и вкус ей сигарет совершенно не мешает)
