Дурсли и не только читают книги

Молли прочла название главы. —Что? Неужели наш внук встретиться с ними—в ужасе проговорили Юфимия и Флимонт. Петуния тоже начинала вспоминать обрывки разговора Лили и Снейпа об этих дементорах. —Так давайте начнем—произнесла Молли и начала читать. «Утром Гарри разбудил улыбавшийся беззубой улыбкой Том с чашкой чая. Гарри оделся и подошел к Букле. Сова никак не хотела лезть в клетку. Уговаривал он ее, уговаривал, и тут в комнату влетел Рон, натягивая на ходу рубашку. — Скорее бы на поезд, — выпалил он. — А то Перси совсем замучил! Слава богу, в Хогвартсе не с ним жить. Опять прицепился! Видите ли, я пролил чай на фото Пенелопы Кристал. Это его подружка, — хмыкнул Рон. — Ты ее знаешь. Спряталась за рамку, потому что у нее на носу теперь пятна от чая…» —Молли наш сын уже такой взрослый—сказал и улыбнулся Артур. Все же приятно осознавать, что Перси нашел себе девушку. А Молли читала тем временем. —А ваш Рон всегда куда-то спешит? —спросила Юфимия. —Да есть немного—ответив почесал голову руками Артур. «В этой суете Гарри никак не удавалось выкроить минутку для разговора с друзьями. Столько хлопот! Таскали чемоданы по узкой лестнице и ставили к двери, рядом с клетками, где сидели на жердочках Букля и Гермес — ушастая сова Перси, — и плетеной корзиной, откуда неслось громкое фырканье. — Глотик, не сердись, — ворковала у корзины Гермиона. — В поезде я тебя выпущу. — Не выпустишь, — зашипел Рон. — Вспомни о бедной Коросте.» —Что-то мне кажется кот сыграет тут не последную роль—сказала Вальбурга. —Почему? —спросил Флимонт. —Просто какое-то предчувствие—ответила она. А Молли читала дальше. «По сравнению с путешествием на «Ночном рыцаре» в поездке до Кингс-Кросс не было ничего примечательного. Министерские машины, казалось, не отличались от маггловских, и все же Гарри заметил, с какой легкостью они лавировали в пробках Куда там новому автомобилю дяди Вернона! На вокзал прибыли за двадцать минут до отхода поезда. Водители нашли им тележки и погрузили чемоданы. Коснувшись кепок, попрощались с мистером Уизли и уехали, неведомо как проскочив в самое начало длинной очереди перед светофором. Мистер Уизли всю дорогу до станции шагал рядом с Гарри. — Пришли, — сказал он, оглянувшись по сторонам. — Разобьемся на пары, а то нас многовато. Мы с Гарри идем первые. Мистер Уизли направился к барьеру между девятой и десятой платформой, толкая тележку Гарри и не сводя глаз с электрички №125, прибывшей на девятую платформу. Многозначительно глянув на Гарри, он как бы невзначай наклонился к барьеру. Гарри тоже. Мгновение — и металлический барьер позади, они на платформе №9 и ¾, а вон и «Хогвартс-Экспресс». Алый паровоз пускал клубы дыма, окутывавшего платформу, полную детей и провожавших волшебников. Позади Гарри появились Перси и Джинни, оба тяжело дышали, видимо, преодолели барьер бегом. — Пенелопа! — Заметив девушку с длинными кудрями, Перси покраснел, пригладил волосы и зашагал ей навстречу, выпятив грудь, чтобы она непременно увидела сверкающий значок.» —Оу, любовь. А ваш сын влюблен в эту Пенелопу—с улыбкой проговорила Юфимия. Она помнила, какими глазами Джеймс смотрел на Лили, когда она впервые увидела выбор сына. —И если это выбор сына я его полностью поддерживаю—с гордостью заявил Артур. «Гарри с Джинни не выдержали и, отвернувшись, прыснули». —Юфимия наш внук точно жениться—в это мгновение Флимонт повернулся к семье Уизли и продолжил: —на вашей дочери. —Это еще не подтверждено—константировала Вальбурга. Флимонту пришлось согласиться, ведь еще нет прямого доказательства любви его внука и дочери Артура Уизли. «Вскоре подоспели остальные. Вместе прошли мимо забитых купе, нашли наконец пустое, внесли чемоданы и, поставив Буклю с Живоглотом на багажную полку, вышли проститься с мистером и миссис Уизли. Миссис Уизли расцеловала своих детей, Гермиону и наконец заключила в объятия Гарри. Она долго его не отпускала, он даже смутился и все-таки был искренне рад, когда она чуть не в десятый раз его чмокнула. — Береги себя, Гарри, — сказала она, и ему показалось, что глаза у нее повлажнели. Миссис Уизли открыла большую сумку, — Я приготовила всем сандвичи. Это тебе, Гарри. Рон, ты возьми другие, с говядиной… Фред? Где Фред? А это, дорогой, твои… — Гарри, — шепнул мистер Уизли, — пойди сюда на минутку. Вдвоем отошли за колонну, оставив всю компанию с миссис Уизли. — Пока ты еще не уехал, я должен тебе кое-что рассказать, — волнуясь, начал мистер Уизли. — Не беспокойтесь, мистер Уизли. Я все знаю. — Знаешь? Откуда? — Я… ну… я слышал ночью ваш с миссис Уизли разговор. Случайно. — И быстро добавил: — Извините». —Прости Артур мы научим Гарри не подслушивать чужие разговори—заверили его Юфимия и Флимонт. Артур кивнул и сказал: —Спасибо. Молли прочла диалог мужа и обижено на него посмотрела что он ей не доверяет. Артур сказал что «будущий» он наверно волновался за неё и не хотел потревожить. Молли улыбнулась и продолжила: «Странно. «Хогвартс–Экспресс» предназначен для школьников, и, кроме волшебницы, развозившей тележки с едой, взрослых они раньше не видели. Незнакомец был одет в поношенную, штопаную–перештопаную мантию. Болезненного вида и изможденный, но совсем еще не старик, светло–каштановые волосы едва тронуты сединой. Ребята закрыли дверь и сели подальше от окна. — А это кто такой? — шепнул Рон. — Профессор Р. Дж. Люпин, — не замедлила с ответом Гермиона.» —Ого дружище та ты стал профессором—поздравлял его Сириус. Ремус улыбнулся от слов друга. —Ты будешь лучшим учителем, я в это верю—с улыбкой на лице промолвила Петуния. —Спасибо—ответил он. А Сириус еще больше обрадовался когда узнал с книги, что его друг будет профессором по ЗОТИ. —Ты точно станешь отличным профессором—сказал Сириус. —Помни друг этого еще не случилось—сказал серьезно Люпин. —Но надеюсь случиться—с улыбкой на лице проговорил Сириус. Многие умилялись от разговора друзей Гарри. —Все же Гарри повезло иметь таких друзей—сказал Флимонт. —Да вы правы. Но у меня плохое предчувствие. Недаром глава так названа—сказала Вальбурга. «С попутчиком, конечно, не очень повезло, но была в этом и польза. После полудня зарядил дождь, за окном проплывали расплывчатые очертания холмов, и ребят стало клонить ко сну. В коридоре послышались шаги, у двери шаги смолкли, и сон как рукой сняло. В дверях появилась троица заклятых врагов — Драко Малфой, Винсент Крэбб и Грегори Гойл. Драко Малфой и Гарри враждуют с самой первой поездки в Хогвартс. Лицо у Малфоя бледное, заостренное и с вечной ухмылочкой. Учится он в Слизерине. Гарри и Драко в своих командах ловцы. Мощные, мускулистые Крэбб и Гойл — что–то вроде малфоевской свиты. Крэбб повыше, со стрижкой под горшок и очень толстой шеей. У Гойла жесткие, короткие волосы и длинные, как у гориллы, руки. — Кого я вижу, — по обыкновению лениво протянул Малфой, шире открыв дверь. — Малявка и Лис! Крэбб и Гойл дружно заржали. — Слышал, твой отец в кои–то веки разжился кучей золота, — начал Малфой. — А что, твоя мамочка, случаем, на радостях не померла?» —И это поведение чистокровного? Стыд и позор—откровенно сказала Вальбурга и заметила что Сириус пишет письмо. —Сириус кому ты пишеш? —задала вопрос она. —Нарциссе. Ох и устроет она Люциусу, но он сам виноват—ответил Сириус и кинул в камин письмо и тихо сказал адресу. —Все письмо отправлено.Молли можешь читать дальше—промолвил он. И дальше все напряженно слушали и ужасались что поезд остановился. «Глаза Гарри метнулись вниз, к горлу подступила тошнота. Из–под плаща высунулась рука: лоснящаяся, сероватая, вся в слизи и струпьях, как у долго находившегося в воде утопленника. Рука торчала наружу долю секунды: существо как будто почуяло взгляд Гарри и поспешно спрятало ее в складке черной материи. То, что было под капюшоном, протяжно, с хрипом не то взвыло, не то вздохнуло, словно хотело засосать не только воздух, но вообще все вокруг. Присутствующих обдало стужей. У Гарри перехватило дыхание. Мороз пробирался под кожу, в грудь, в самое сердце. Глаза Гарри закатились. Он ничего не видел. Погрузился в холод. В уши хлынул поток воды. Его тащило вниз, вой усиливался. Откуда-то издалека донесся жуткий, пронзительный вопль мольбы. Гарри хотел помочь, все равно кому, попытался шевельнуть руками, но не смог. Его окутал густой белый туман…» —Он все же с ним встретился—с ужасом подвели итог Юфимия и Флимонт. —Значит вот кто такой дементор. Жуть—сказала Мардж. Но когда Молли прочла, что теперь дементоры в школе, ох и началось. —Что? —спросила Вальбурга. —А Дамблдор случайно—вместе начали Юфимия и Флимонт. —Да ты точно умом тронулся. А дети? А? Они же не готовы? Куда же я директор—сказала с презрением к Дамблдору Вальбурга. —А может все же дорогая ну его Хогвартс. Есть и другие заведения. Да Дамблдор, а я о вас был лучшего мнение—сказал Артур. И Молли была мысленно согласна, но сейчас нужно дочесть эту главу. —Вот теперь точно даже и на два метра не подходите Дамблдор к нашему внуку, а то мы вам устроим—сказали Юфимия и Флимонт. » — Что касается второго назначения, — заговорил Дамблдор после того, как стихли жидкие аплодисменты, — должен, к сожалению, напомнить, что профессор Кеттлберн, наш специалист по уходу за магическими существами, в конце прошлого семестра подал прошение об отставке, чтобы провести больше времени с оставшимися у него руками и ногами. Так вот, с большим удовольствием сообщаю вам, что его должность согласился принять сам Рубеус Хагрид. Он будет совмещать работу лесничего с преподаванием. Гарри, Рон и Гермиона не поверили своим ушам. И тут же присоединились к буре аплодисментов, которые были особенно сильны за столом гриффиндорцев. Гарри подался вперед, чтобы лучше видеть Хагрида. Лесничий был красный как свекла, глядел, опустив глаза, на свои огромные ручищи, а в его черной всклокоченной бороде играла широкая довольная улыбка. — Как же это мы не догадались! — ударил кулаком по столу Рон. — Кто еще мог рекомендовать нам эту кусачую книгу? Гарри, Рон и Гермиона последние кончили хлопать. Дамблдор заговорил опять, и друзья увидели, что Хагрид вытирает глаза скатертью.  — Ну вот, кажется, и все, — заключил Дамблдор. — Во всяком случае, самое главное. А теперь будем праздновать! Золотые тарелки и кубки наполнились едой и питьем. Гарри почувствовал, что умирает от голода, и положил себе на тарелку все, до чего мог дотянуться. Пир был хоть куда! Зал наполнился смехом, разговорами, звоном ножей и вилок. Но Гарри и его друзья не могли дождаться, когда праздник кончится, — так им хотелось поговорить с Хагридом. Они знали, как много означает для него должность преподавателя. Ведь у него даже не было диплома волшебника. На третьем курсе его безвинно исключили из школы за преступление, которое он не совершал. Гарри и Рон с Гермионой в прошлом году вернули ему доброе имя. Наконец последние куски тыквенного пирога исчезли с золотых блюд и Дамблдор намекнул всем, что пора идти спать. Друзья сейчас же бросились к Хагриду. — Хагрид, поздравляем! — воскликнула Гермиона, когда они очутились у преподавательского стола. — Привет, привет всем троим, — ответил Хагрид, вытирая салфеткой с лица пот. — Не верится! Великий человек Дамблдор… Пришел ко мне в хижину… сразу, как профессор Кеттлберн сказал, что больше не может… Я так об этом мечтал всю жизнь… Чувства переполнили его, и он спрятал лицо в салфетку. Подошла профессор МакГонагалл и погнала всех спать. Гарри, Рон и Гермиона вместе со всеми гриффиндорцами, сытые сверх меры и усталые, поднялись по мраморной лестнице, свернули в один коридор, другой, поднялись по сотне ступенек и очутились наконец у своей башни. Полная Дама в розовом платье спросила у них пароль. — Входите, входите, — раздался из–за спин голос Перси. — Новый пароль — «Фортуна Майор»! — Опять я не запомню, — чуть не плакал Невилл Долгопупс. Он вечно забывал пароли. Вошли в гостиную, девочки пошли в свои спальни по одной лестнице, мальчики подругой. Гарри поднимался по винтовой лестнице с одним чувством: какое счастье, что он опять здесь. Вошли в такую знакомую круглую спальню, вот и пять кроватей под пологами на четырех столбиках. Гарри подошел к своей. Наконец–то он дома.» —Все конец. Кто следующий? —спросила Молли. —Буду я. Но всем нам нужно немного освоит все то что было в этой главе—сказал Сириус…