***
Через два часа Фред заговорил: — Что будем делать после того, как найдём документы? — он не сомневался, что мы это сделаем. — Я думала об этом ни один раз. Если моя теория, что К.А и тот, кто подставил Фитель - один и тот же человек, подтвердится, то… Как на счёт того, чтобы напечатать множество бумаг с доказательством его виновности, и на ужине в честь Хэллоуина устроить «дождь» из них? Главное, сделать всё это анонимно, а то проблем не оберёмся. Фред почесал голову: — Идея неплохая, но знаешь, что-то меня смущает во всей этой истории. — А как по мне всё логично. Он был одержим Фитель и, когда увидел, что над ней издевается Кристиан, решил его проучить. А затем чувство страха за себя перебороло его, и он сбежал. — пожала плечами. — Но просто представь себя на его месте. Ты, как сама и сказала, одержима человеком, даже пробираешься в его комнату по ночам. Но, когда его обвиняют по твоей вине, ты молчишь. Прекрасно зная, что этого человека выгонят, и ты больше его никогда не увидишь. Либо мы переоцениваем его чувства, либо здесь всё намнооого сложнее. — он нахмурился. — Что же, когда мы найдём необходимый документ, сможем хоть немного прояснить ситуацию. — я стала искать усерднее.***
— Нашёл! — воскликнул Фред через ещё один час поисков. Я тут же побежала к нему. И правда: «Дело о магическом нападении», и год, в котором это событие произошло, написан. Мы переглянулись, Фред мигом открыл первую страницу документа, и мы начали читать. Но уже через несколько секунд я поняла, что ничего не понимаю. Я прекрасно владела английским, потому что мой отец с детства со мной говорил на нём, но в подобных бумагах использовался деловой или официальный стиль, из-за чего многие слова были мне неизвестны. — Фред… — начала я. Он тут же всё понял: — Так, здесь говорится о том, что мы и так знаем: день нападения, перечисление увечий, рассказ со стороны Фитель и Кристиана. Фитель возвращалась с дополнительных занятий и заметила Кристиана, помогла ему, поэтому на палочке последним заклинанием было исцеляющее. Кристиан в свою очередь рассказал, что на него напали сзади, он не видел лица человека, но, очнувшись, заметил убегающую Фи. — он не спеша переворачивал страницы. И вдруг остановился. — Что такое? — Миаэль ведь не упоминала никакого Михаэля Ричера? — он взглянул на меня. — Нет. — отрицательно покрутила головой. — Точно нет, я бы запомнила такое. А почему ты спрашиваешь? Он наклонился и, повернув документ ко мне, стал показывать и объяснять: — Вот здесь, посмотри, некий Михаэль Ричер дал показания против Фи, подтвердив, что видел, как она напала на Кристиана. Он сказал, что испугался и убежал, поэтому на момент, когда учителя нашли раненого, его уже не было рядом. Он даже назвал заклинание, которым Фи атаковала, а Кристиан подтвердил, что слышал что-то подобное перед тем, как упасть в обморок. — И комиссия так просто ему поверила? — У них не было выбора, у Фи был мотив, на палочке сохранилось заклинание исцеления, её видел Кристиан, теперь ещё и свидетель появился. Её за такой поступок как минимум исключили бы, но, как мы знаем, директор настоял на смягчении наказания. Почему Миаэль ничего не сказала о свидетеле? — Здесь нечего гадать, нужно узнать у неё самой. Только я сказала это, как из уха послышался взволнованный голос Джорджа: — Кажется Филч решил проверить хранилище сегодня раньше чем обычно, я постараюсь его задержать, но вам лучше поторопиться! Мы с Фредом переглянулись и, в спешке расставив все документы на места, побежали к двери. Закрывая её, мы уже слышали шарканье по полу ботинок Филча и громкие шаги Джорджа, который отчаянно пытался его задержать расспросами о миссис Норис. Мы оба понимали, что убежать уже не успеем, спрятаться негде, а заметь нас Филч, стоящими с натянутыми улыбками, то точно силой отвел бы к директору, обвинив в попытке проникновения в хранилище. Неожиданно Фред дёрнул меня к ближайшей статуе, перед входом их стояло несколько штук. Я хотела было сказать, что прятаться так бессмысленно, потому что даже меня видно из-за этой статуи, что уж говорить о Фреде, которые был выше меня и больше по телосложению. Но сказать мне этого не позволили, после следующего действия Фреда я даже думать больше не могла. Прижав меня к стене, он приподнял мой подбородок и… Поцеловал… Появилось чувство, словно я сама стала статуей, тело не поддавалось моей воле, и даже сердце замерло. А он продолжал целовать: нежно, мягко, будто почти и не касаясь своими губами моих. В сознание меня привёл гневный крик завхоза: — Что вы двое здесь делаете? Превратили приличную школу в бордель! Фред тут же отпрянул и виновато посмотрел на Филча, а тот продолжал, зло размахивая руками: — Да я на вас директору пожалуюсь! Он то приведёт вас в сознание, совсем забыли, где находитесь! Тут уже включился Джордж, который до этого стоял с не менее удивлённым лицом чем у меня: — Прошу вас, не надо! Такого больше не повторится, честно! Я за этим прослежу! — Ещё раз увижу, сам потребую строжайшего наказания! И не только для этих двоих, но и для тебя тоже! А теперь вон отсюда! — кричал завхоз. Фред взял меня, всё ещё не до конца пришедшую в себя, за руку и повёл к выходу.