Ангел
8 февраля 2021 г., 12:23
Ⅰ
Шорох крыльев стих, вновь воцарилась мертвая тишина. Мертвая не потому, что звуков не было вовсе, как раз наоборот - все звуки наполняющие темную грязную комнату, напоминали лишь увядание и будто бы молили о долгожданной гибели. Мария не обернулась как прежде, на звук шуршащих, золотистых перьев моих крыльев. Ее хрупкие плечи еле заметно дрожали. Вся скукоженная, девушка лежала свернувшись калачиком в темном углу, куда не попадали кривоватые лучики, холодного белого света фонарного столба. В четырех стенах ее комнаты творился настоящий хаос: разбросанные, порванные вещи разноцветными клочками валялись на полу, в тусклом свете сумерек превращаясь в однотонные серые тряпки. Листы помятой белой бумаги по мелким кусочкам, словно снег, лежавший на холодном полу. На стенах обрывками картины, мои портреты, легко колыхаются на гвоздиках от легонького порыва ветра. "Он был здесь" - думаю я, и светлый лик мой в миг превращается в гримасу гнева. - Мария? - Окликаю я возлюбленную, на что та поежившись громко всхлипывает. - Уходи, Ионна, Он убьет тебя. - Имя мое слетающее с ее губ больше не кажется сладкозвучной мелодией, но нотой, сыгранной на ржавой струне. - Он не посмеет, Мария, верь мне. Не тронет и тебя, ты под моей защитой. - Уверяю я. Девушка с трудом поднимается, шатаясь на своих тонких ножках так, словно бы они уже не в силах держать ее худощавое тело, и только сейчас я замечаю красные пятна на ее белоснежной футболке. Пятна явно свежие, мокрые.***
Прикрывая тоненькой, изящной ладошкой свежую рану, Мария выходит на свет, и с тенью печали умирающего глядит на любимого пустыми глазницами, бездонными дырами, в которых некогда хрустальной чистотой светились лазурные глаза. Он опоздал, не успел. Вознесенный на самый верх безграничного поднебесья, не почувствовал, как сзади, острым клинком срезают его мощные и беспечные крылья любви, коими стала юная Мария. Падая на холодный пол она все пыталась прошептать его имя, но язык онемел, предательски обрывая звук. Ее светлая голова не коснулась, расчерченного полосками света, пола, ведь одним взмахом золотистых крыльев Ионна поймал, весьма прохладное, измученное и окровавленное тело. Когда на ее губах затрепетал последний вздох он поклялся, что не отдаст ее душу в чистилище, но оставит подле себя, чего бы ему это не стоило. Он ронял на ее мраморное лицо бриллиантовые слезы, пока за неприкаянной душой Марии не пришли тени. Он кричал и бился с ними до последнего ведь знал, что душа девушки чиста как утренняя роса, и опорочить ее мог лишь коварный замысел - убить любовь в непослушном ангеле. Дьявольская армия не отступала, пробираясь в пустующую комнату сквозь темные щели, явно подавляя количеством все силы истинного отродья Господа - Отца. Почерневшие от греха руки дьявольские тащили беспомощную душу Марии на самое дно ада, сквозь все девять кругов к самому трону Люцифера. Сатана с ухмылкой смотрел на Марию, он сравнил ее с Лилит. Нет пути назад, и коли нарушила вето для всего чада Господни - не избежать наказания вовек. Дочерям человеческим запрещено идти под руку с детьми Божьими. И вынося свой вердикт, Люцифер потянул свои костлявые руки к ней. Ионна падал в след за тенями, уносящими возлюбленную. Сквозь кричащих и плачущих, сквозь круги отчаявшихся и гневных норовящих вцепиться в его спину. Но он будто не замечая ужасов преисподней пролетал круг за кругом, грех за грехом, мимо вихрей и смердящих вод, раскаленых гробов и котлов, все надеясь успеть. Крылья же его горели синем пламенем ада, расцарапанные греховными руками, испачканные истинной тьмою, но он, стиснув зубы падал, уже не в силах взмахнуть обуглившимся оперением, пока не разбил остатки золотых перьев о застывшее озеро Тит, где Сатана выпускал из своих ладоней преображенную ныне душу Марии - покрытую скверной ада и проклятием, одаренная новыми глазами настоящего демона - горящие желтым племенем, кровавыми зрачками. Тогда Ионна пал на колени перед ней, моля о прощении. Люцифер горько усмехнувшись, бархатным голосом поставил приговор - нет прощения предателю. И сделал ангел то, что не простят ему небеса вовек, но накажет вечной мукой, пастью Люцифера ад - Ионна разбил свой солнечный нимб о мёртвую гладь вечного льда, вырывая обожженные остатки крылий из спины, вновь повторяя свою клятву в вечной любви Марии. Сатана хохоча принял в свои ладони падшего.
