Сколько их будет

      Яркое солнце, тихая речушка, безоблачное небо и легкий ветерок. Выйдя на улицу, нельзя было не радоваться такой погоде. Волосы лезли в глаза от ветра, но постоянные поправки их за ухо никак не мешали наслаждаться последними днями спокойствия. Вещи собраны и Долорес спокойно могла выйти прогуляться. Долорес не отличалась большой красотой, что не давало ей никакого разочарования, а владение неплохим словарным запасом делало ей большой плюс. Последние дни были для неё не самыми легкими. Нервное ожидание ответа от университета отпустило, оставив следы в виде синяков под глазами и парочке пачек выпитого ромашкового чая для успокоения. Последние деньки в таком знакомом доме и наконец дверь в новую жизнь. Долорес была готова уже отправится в путь, но оставалась, чтобы побыть дольше с отцом. Мать давно жила с другим мужчином, из-за чего встречи с ней были редки, но это никак не сказывалось на психическом здоровье. Свет слепил глаза. ""А я даже не знаю, куда я дела свои солнцезащитные очки",- продумала про себя Долорес, заходя в прохладный зал своего дома. Жить ей не приходилось в бедности, отец много работал, чтобы Долорес не нуждалась ни в чем. У неё была огромная свободы, ей позволялось почти всё. Уже давно сигареты стали её друзьями, особенно в трудные моменты, которые не могли быть открыты отцу из-за моральных принципов. Но отец не видел ничего постыдного курить и не имел ничего против секретов от него, ведь он знал, что каждому нужна своя личная жизнь. Вся школьная жизнь проходила в хорошем свете, хоть Долорес не с многими ладила, но пара друзей оставалась, с которыми можно было спокойно проходить время. Долорес села на мягкое кресло и её захлестнули воспоминания о старых днях. ---- --Долорес, подходи к нам, будем запускать фейерверки.- Крикнул Александр из толпы. --Пару минут, я ещё не докурила. - последовал ответный крик Александру. Выпускной, ночь у костра, где собрались все, кому разрешили. Куча историй и признание в любви. -Саш, ты мне давно нравишься!- при этих словах голос дрожал. А после молчания из глаз полились слезы. Первая невзаимная симпатия и слезы из-за этого. Первый удар по сердцу, что никогда не знало печали. Лето, проведенное в осмыслении всего, прошло небыстро. Приходы друзей заканчивались почти ничем, ведь выходить не хотелось никуда. Желание что-то делать отпадало, стоило лишь взяться за дело. Море мокрых платков и салфеток. Только спустя время наконец получилось заняться спортом, ведь наеденные бока нужно как-то убирать, вместе с болью в сердце. Учебный год, связанный с людьми с выпускного, не давал полного морального восстановления после разбитого сердца. В начале хотелось сбежать от взглядов, направленных на неё. Появляясь возможность, Долорес сразу же уходила куда-нибудь, лишь бы не чуять этот взгляд жалости. Это чувство душило, ведь она не была человеком, которым бы не прочувствовал это. Она понимала, что стоит дать слабину, так её сразу съедят завистницы. После очередного дня на перемене, на которой обычно все уходили есть, она осталась на один с Александром, с которым не общалась с той самой роковой ночи. -Прости, Дора, что отвечаю тебе после пары месяцев. Но ты мне не нравишься, как девушка. Я надеюсь, что между нами не будет недоговорок, либо неловкости,- говоря это, было видно, что ему не всё равно. А Долорес лишь кивнула ему и вышла. Вечер того дня был ужаснейшим. Придя домой, она просто просидела на кровати, смотрев на одну точку, не заметив сколько прошло времени, лишь голос отца развеял всю пустоту в её голове. -Я решил, что тебе стоит попить горячего шоколада. Её отец отличался выразительными чертами лица, чем похвастаться Долорес не могла. Её фигура не была, как у большинства мужчин среднего возраста. Он занимался спортом, поддерживая дочь, а позже это вошло в привычку. Голос был всегда таким успокаивающим. Тот вечер мы провели в разговоре. Поддержка от него было очень кстати. Она придавала силы, стремление, которые от друзей можно было получить Долорес, но они не производили такого сильного и долгого впечатления. Вскоре жалостливые взгляды исчезли, и чувство разбитых чувств не напоминало о себе так много, как раньше, но оно изредка глушило в худший момент. --- Резкий строй стуков в дверь и неразборчивые переборки за нею прервали картину воспоминаний.