И опять ты меня спасаешь

Пока Чес не ушёл, Ди так и не вышел из своей комнаты. Ни у кого не возникло вопросов, члены семьи привыкли, что парень может сутками сидеть у себя, выходя только за едой, и то раз в день. Ди сидел в полной темноте, все так же обняв себя за колени. В голове было слишком много мыслей, они проносились слишком быстро, разрывая голову. Ди не сомневался в том, что ему понравилось случившееся. Он не знал, понравилось ли Чесу. Вроде да, но может Чес просто не хотел расстраивать пацана? Что бы не чувствовал Чес, Ди уже все для себя твёрдо решил. Он был настолько уверен в этом решении, что даже зачем-то уведомил о нем пустоту: — Это неправильно. Я больше не буду с ним видится и все будет хорошо. От одной мысли о разлуке с Чесом в душе заныло и захотелось завыть, залезть на стенку, но Ди запихнул все чувства куда подальше, отдавшись рационализму. Когда крики проигрывающего раз за разом Хэви прекратили доноситься снизу, и послышался хлопок двери, Ди наконец-то шевельнулся. Он распрямил изрядно затекшие ноги, немного размялся и спустился вниз, к семье. Глэм пытался разобраться, где фишки от покера, а где бычки, а все не уставала рассказывать Хэви: — Вот даже твой отец не смог, а я смогла, ну ого-го же! — Да, мам, круто! — Хэви с щенячьей преданностью уже в сотый раз слушал одно и то же, когда пришёл Ди. Отец повернулся в сторону сына и улыбнулся, и не успела Вики начать хвастаться, как сказал сам: — Вики обыграла Чеса. — Серьёзно? — он удивленно посмотрел на мать, потом на набор для покера, который был уже аккуратно сложен Глэмом. Он так и переводил взгляд матери на набор и с набора на мать, пока она не перестала просто улыбаться и затараторила: — Представляешь, наконец-то на руки козыри пошли, и этот петух слился за пятнадцать минут! — дальше Ди не стал слушать. Он не Хэви, чтобы преданно слушать одну и ту же информацию по сто раз, так что поздравил и пошёл на кухню. В горле ужасно пересохло, как будто парень не сидел молча, а последние два часа пел или читал молебен. Стакан воды, ещё и ещё, на пятом он наконец-то остановился. Глэм зашёл на кухню, когда Ди последний раз поставил пустой стакан на столешницу. — Ди, ты голоден? Я собирался приготовить бутербродов перед сном. — Нет, пап, спасибо, я не буду. — Ди выдавил что-то ещё менее похожее на улыбку, чем выражение лица, которое обычно выдает его отец и быстро убежал к себе. Чес ушёл пьяным и менее довольным, чем обычно. В его обычно весёлом лице читалось явное... разочарование? Даже не из-за проигранной в сухую игры, он получил от этого лишь удовольствие, а из-за Ди. Он совсем не понимал этого мальчишку. Природная проницательность Чеса просто отказывалась работать на этом парне, он был ещё более нелогичен, чем сам Чес. То приходит в ночи и разговаривает с ним по душам, то уходит без слов, то морозится, то целует, а потом вновь избегает. Из такого поведения ясно только то, что парень колеблется. А вот что выберет Ди, даже богу, похоже, не известно. Это напрягало Чеса сильнее всего на свете. Его мало что напрягало в этой жизни, бывали мелочи, но тут это мелочью никак не назвать. Это уже не беспокойство, а самая настоящая тревога по поводу этого мальца. Он пытался привести непривычно спутанные мысли в порядок. Ни одна из женщин, что была с ним так не волновала мысли Чеса, а парни тем более. Ему казалось, что всю жизнь он просто экспериментирует не особо и следя за результатом, а тут его первый раз действительно волновало происходящее. Он дошёл до своего дома в тот момент, как последний бычок полетел в темноту улицы. Дом, милый дом. Старый, потрепанный, но такой тёплый и любимый трейлер. Чес живёт тут сколько себя помнит. Конечно, он жил не только тут. За свою насыщенную жизнь Чес побывал не в одном доме и не в одной квартире, но всегда он возвращался сюда. Трейлер казался ему живым. Весь пропитанный воспоминаниями, как хорошими, так и плохими, он впитал в себя Чеса, стал похожим на своего хозяина, и это делало домик на колёсах идеальным для него жилищем. Зайдя в дом, он плюхнулся на диван. — Черт, — сказал он, вздохнув. В голове крутилось слишком много мыслей, и ни за одну из них не удавалось ухватиться. Впервые за долгое время не получалось абстрагироваться от мыслей. А мысли были не самые лучшие: А если Ди просто поспорил с кем-то? А если Чес понял все происходящее неправильно? Если сделав хоть что-то, он все разрушит? За такими мыслями Чес не понял, как уснул.