Color contradiction. (2020)

Мама всегда говорила Даше, что люди - это свет. Даша в это верила и была убеждена, что все люди чем-то светятся. Она светилась, судя по всему, безграничным занудством. Ну, по словам Вари и Василисы - уж точно. Алёнка светилась чем-то пастельным и мягким, с ней хотелось есть ягоды в саду, играть в классики и смотреть мультики. Примерно это они и делали лет пять назад, когда только познакомились. От Сони и ходила одновременно мягкая и уверенная фиолетовая аура. Гордая и независимая, сильная. Пожалуй, если бы их царства развязали между собой войну, Даша бы серьёзно опасалась этой бестии. С Василисой все просто - зелёная аура из бесконечного пиздежа, лицемерия, трёхчасовых выборов новых нарядов и бесконечных пизделок про парней. Царевна-лягушка здесь звучит как тонкая ирония, но тут скорее жизнь пошутила. С Варей было сложно тогда - сложно и сейчас. Даша привыкла давать характеристику всему, что видит. Издержки здорового рационализма плавно перетекли в паранойю, если что-то не сходилось в настоящем и первоначальном. И Варя - худшее проявление этого изъяна. Характеристики мешались, разбредались, уходили вникуда и вновь возвращались в чертоги разума, насилуя его раз за разом: Варя-спортсменка, которую обставил ещё в детстве Васко; Варя-троечница, которая запоминала заклятие невидимости наравне с самой Дашей; Варя-сучка, которая ломала чужие вещи и не признавала этого, а потом приходила с почином, глаза были грустные-грустные, понимающие уровень собственного троекратного проеба на всеобщую аудиторию; Варя, бесившая до усрачки, которая искала её в пыльных коридорах в слезах; Варя-заноза, которая в детстве шебутила на каждом шагу и ныне с маниакальной ухмылкой спокойно стреляла у Васко сигареты; Варвара Краса Длинная Коса, у которой волосы никогда не опускались ниже плеч. Варя - радуга цветных противоречий. - Ли Ван приезжает послезавтра, они с Мерлином обсуждают какие-то нюансы на восточном рынке, - раздался противный голос Василисы, расчёсывавшей свои идеальные во всех отношениях волосы. Теперь она как разархивированная Барби: волосок к волоску, бросский макияж, платье в обтяжку, из которого грудь едва не вываливается, картина - хоть сейчас на трассу. Даша подавила желание сплюнуть себе под ноги. Но мысленно сплевала уже раз пятьдесят и не постыдилась ни единого. - А сейчас ты куда? - наивно поинтересовалась милая Алёнка, которая и в свои шестнадцать спала в пижамах с мишками. - На пересечении Дивногорья и Солнцеморья новый клуб, - неопределённо махнула рукой девушка. - Удачно повеселиться, - улыбнулась Алёнка. Вот же дива блаженная. Даша искренне надеялась, что она понимает, что Лягушка туда не в нарды на конфеты идёт играть. - Всё учишься, Даш? - сладенько пропела Вася, подходя к Несмеяне, которая, вообще-то, её не ждала. Бип, покиньте владения сего экзистенциального личного пространства, тут думы думаются, лягушек ещё не хватало. - Учусь, - лаконично отзывается Несмеяна, которой сейчас отчаянно хочется вот точно так же как Соне - спать и в ус не дуть. Хоть что-то с годами неизменно. Стагнационная стабильность - тоже результат, все таки. - Тебе бы тоже не помешало. - Я же не собираюсь всю жизнь торчать за книжками, как червь, - фыркнула дива, очевидно, нарываясь на закономерный ответ, включающий в себя путеводную карту по пешему эротическому туру. - Меня мальчики ждут! - Если ты и червь, то только гадюка, подруга. Дверь отворилась, явив миру бледноватое веснушчатое лицо, изогнувшееся в ухмылке. Сегодня Варя решила вырядиться в черную футболку с логотипом Металлики, кожаные штаны и белые кроссовки на высокой платформе. Штаны были на полразмера больше, но бёдра и ноги подчеркивали божественно. Хотя, уверена Даша, Краса этого и не планировала от слова совсем. Ей буквально критически для будущей царицы было плевать на собственную внешность. Да и на здоровье, если так рассудить, тоже - курит царевна как паровоз: только считать успевай. - И тебе привет, Варя, - проворчала Вася, но спорить не решилась. Варька на полголовы ниже, но сучка ещё та, коль захочет - обосрёт с ног до головы, да ещё и сверху по кумполу настучит. "Царевны прекрасные и крайне опасные" - вот про неё Кощеева цитата. - Опять курили с Васко? Вам днём дымить не дают? - Днём, Василисушка, Кощей опиздовок вставит, - поучительно заявила рыжая, пробираясь к своей койке. - А сейчас не время - рай. - Курят от нервов обычно, - как бы невзначай вставила Вася, запихивая в сумочку непонятно на кой чёрт нужную пудру в шариках. - Сильно нервничаешь, дорогая? - деланно-участливо поинтересовалась она. - В ужасе, - мрачно отозвалась Краса. Такое выражение появлялось на её лице всякий раз, когда речь заходила о её чувствах и ощущениях. Даша называла это "сложной лицевой эстакадой". Вася назвала это "опять бесишься", а Ли Ван, смеясь, нарёк это как "ну сделай ебло попроще, Варь". - Как только тебя увидела, сразу весь день пошёл по пизде. Даша прыснула. Мысленно. Примечательным было ещё и то, что из всей их весёлой компашки, только она и Варька открыто могли высказывать что-то Васе. Алёнка святая, Соне глубоко насрать (наспать), Ли Вана, как её парня, вроде, всё устраивает (пока он не знает, что Василисушка ходит налево каждую неделю в клубах, конечно), а Васко - парнишка простой, да добродушный. Даше было странно противно и гадко осознавать, во что ныне превратилась её когда-то лучшая подружка. Она не знала, испытывает ли Варя нечто подобное, но факт был фактом: только они вдвоём и могли сказать ей о том, что дела-то совсем херовые, и делать и говорить так вот и так вот не надо. Парню своему изменять, желательно, тоже не требуется. Василиса, конечно, слушала внимательно в левое ухо, а после выпускала проворно через правое. Василиса гневно уставилась на Варю, потом резко схватила многострадальную сумочку, и выбежала за дверь, громко хлопнув напоследок. Варя меланхолично прошлась по двери взглядом, и изрекла: - Опять Сова будет ныть, что краска пооблупилась. Алёнка с открытым ртом уставилась на неё. Даша же, как заправский полушпион, могла лишь напряжённо вглядываться. - Идите спать уже, даунихи дебильные, - прервал тишину сонный окрик главной Сони на районе. - Варь, честное слово, как будто это что-то поменяет. Краса, пожав плечами, двинулась к своей койке, и, прямо так, не раздеваясь, плюхнулась в одежде на постель, прикрывая глаза. Даша фыркнула. Как обычно. На следующий день Васко напомнил Несмеяне о своём существовании. Сделал он это неоригинально, но презабавно кукся лицо: - Дарька, ну помоги с чарами телепатии. Я, это самое, начал, но... - головой он качал почти отчаянно. Даша могла представить, сколько ей предстоит работы. Вечера и вечера, чтобы натянуть этого господина. Она бы, может, и взялась, но уж точно не просто так. - Чего Варю не попросишь? - хмыкнула она. - Она не хуже меня разбирается. - Да не, - парнишка как-то воровато оглянулся, словно боялся, что его подслушают. - Стыдно мне к ней с таким, подруга. Учить она не умеет, шаришь? Даша фыркнула. Учительство и Варя - Северный и Южный полюсы. Вот уж ей было об этом лучше всех известно. Известно ей так же было и то, что юный падаван по Варьке сохнет с первого года обучения. - При одном условии, - елейно пропела Несмеяна. - Каком? - Варе курить больше не даёшь. Парень ещё с полминуты непонимающе чесал репу, а после все так же непонимающе удалился. Но на прощание кивнул, мол, со сделкой согласен, условия принял.