Сказка о лунном проклятии

Начало истории было положено около двухсот лет назад. Именно тогда Король еще совсем молоденького Королевства, поддавшись греховному искушению, осквернил святыню Божью. И обрушилась на него и весь его род кара Божественная. Настолько суровая, что пожалел Король, что не умер в тот же миг. Отныне в каждом поколении Королевской семьи рождался ребенок, одним своим существованием отнимающий жизнь и отвергаемый Солнцем, эту жизнь дарующим. И никак нельзя было это остановить. Первой всегда рождалась девочка, не тронутая проклятьем, но с текущей по венам проклятой кровью, не имеющая права умереть, пока не выполнит свое предназначение, продолжив род. Вторым или, в крайнем случае, третьим, рождалось проклятое дитя. Королевская семья всеми силами скрывала от своих граждан и других Королевств грех своего предка. Через несколько поколений они начали убивать дитя еще в чреве матери или сразу после рождения. В первом случае Королеву можно было уберечь от неминуемой гибели. Во втором — нет. Так продолжалось на протяжении ста пятидесяти лет. Пока на престол не взошла Королева Хёджон. Настолько возлюбила она свое дитя, что убедила Короля сохранить ему жизнь. С тяжелым сердцем, но он дал свое согласие. И начались грандиозные приготовления к рождению ребенка, угрожающего одним своим существованием погубить не одну жизнь. Именно так на свет появился Мин Юнги, убивший в день своего рождения и свою мать, и повитуху с помощницей, принимавших роды. В тот же миг упали они без чувств и больше не поднимались. Видимо, за ту сотню лет, что проклятию не давали разгуляться в волю, оно набрало невиданную силу, выбросив ее всю в один момент. Ни Король, ни трехлетняя Юнджи, являясь частью рода, не могли погибнуть от проклятия, но так же не могли приблизиться к Юнги ближе, чем на пятьдесят метров. За всю жизнь принца Король предпринимал бесчисленное количество попыток приблизиться к сыну, но все они не увенчались успехом. С каждым шагом воздух как будто становился все плотнее и почти искрился напряжением, а кровь в венах начинала закипать. Каждый раз Король был вынужден отступать. Граждане и слуги знали только то, что принц болеет невероятно заразной болезнью, из-за которой к нему нельзя приближаться. Первые годы жизни принца были его самыми счастливыми, но одновременно самыми болезненными. До сих пор он лелеет в памяти крупицы мутных воспоминаний, оберегая их как сокровище. Чем старше становился Юнги, тем более губящее воздействие оказывал на окружающих. Маленький принц все не мог понять, почему его никто не обнимает, не успокаивает, когда он падает, почему все прикосновения сведены к минимуму. Почему добрый дядюшка Пак, учащий его разговаривать, постоянно так болезненно кашляет в платок, становящийся с каждым разом все чернее. Почему он внезапно исчезает, а его место занимает дядюшка Ким, тоже постоянно кашляющий и учащий его писать странные закорючки. Где его папа, и где его мама. Почему он должен сидеть в комнате и почему они занимаются, когда все остальные спят. Письма отец начал писать ему в восемь, все время до этого вопросы принца остались без ответа. В шесть лет маленький принц впервые пытается сбежать из своей комнаты с заколоченными окнами и выбраться на улицу. Спасает от страшной участи его одна из служанок. Она ухаживает за его болючими ожогами, покрывающими все тело, гладит по голове, обнимает осторожно, чтобы не сделать больнее. И рассказывает сказки. Рассказывает также, что он особенный мальчик, и что ему нельзя выходить на улицу, иначе опять будет больно. Юнги кивает, ластясь к нежным рукам, и впервые чувствует себя очень странно, в животике как будто лопаются маленькие пузырики, щекоча и заставляя хихикать, и постоянно хочется улыбаться. Юнги узнает, что это чувство называется счастьем, только через много лет, когда от этого пресловутого счастья остается жалкая тень. Принц любил эту служанку больше, чем родителей, которых никогда не видел, больше своей любимой игрушки, больше всего на свете. И самое главное, она не кашляла этой странной черной жижей. Ему так казалось. Ему казалось, что она будет с ним рядом всегда. Но все закончилось уже через три недели. И в этот раз принц понял, почему. И почему исчезали те предыдущие дядюшки. Однажды Миён, всегда радостная и улыбчивая Миён резко побледнела, ее практически вырвало этой странной черной субстанцией, и она упала ничком прямо на пол, застыв изломанной куклой. Испуганный принц не знал, что делать, сидя рядом с бездыханным телом и плача навзрыд. С тех пор маленький принц закрылся в себе, выгоняя всех учителей, которых присылал отец. Юнги больше никому не позволял приблизиться к себе. Потому что больно будет всем. Потому что все, кого он любит, неизбежно умирают. Потому что именно он в этом виноват. Он сам учился одеваться, убираться, обрабатывать раны, писать, читать. Через два года из письма отца мальчик узнал о своем проклятии. Что объяснило многие вещи и укрепило веру принца в то, что он ни с кем не должен сближаться. Несколько раз он даже хотел прервать свое жалкое существование, но каждый раз что-то мешало. Как будто сам Бог не желал облегчать его страдания и не давал отправиться на тот свет. Может быть, так и было. К пятнадцати годам Юнги смирился с тем, что проживет долгую и безумно одинокую жизнь. Возможно, свихнувшись годам к тридцати. Сначала у Юнги была своя комната, потом свой собственный этаж, а потом в целом крыле остался только он один. Каждый слуга, который приближался к пустующему крылу, ощущал гнетущую атмосферу и спешил поскорее его покинуть. Тошнотворный, сладковатый запах смерти как будто въелся в каждый уголок, заставляя в желудке что-то неприятно переворачиваться. Даже малейшее прикосновение к проклятому принцу могло привести к практически мгновенной смерти. Единственным средством связи оставались письма. Слуга подкладывал их под самый порог покоев. Так же как и еду. Все необходимое вроде чистого белья, лезвий для бритья, новой одежды или книг, которые Мин попросит, появлялось в самой далекой от принца части крыла. Если ему нужно было что-то необычное или конкретное, он писал это на небольшом клочке бумаги, и на следующий день это у него появлялось. Иногда по ночам он бродил по разным этажам, разглядывая картины, вазы, какие-то доспехи. Но выходить на улицу не рисковал даже в ночное время. Однажды, лет в четырнадцать, он попытался сделать это. Но доброе, мягкое сердце принца сжималось от боли, когда он видел, что трава под ним буквально на глазах ссыхается, а с неба падают мертвые птицы и насекомые. После этого принц на улицу больше не выходил. Он бы волком выл от одиночества, если бы не Юнджи. Именно она стала для принца самым близким другом. Именно ей он рассказывал все, что было у него на душе. Хоть общаться они могли только через письма. Отцу он всегда старался показать, что у него все в порядке, что его все устраивает. Принц чувствовал вину перед Королем за свое рождение, за то, что отнял у него жену, за то, что так и не смог избавить мир от себя, за то, что приносит так много неприятностей. Когда-то принц надеялся. Надеялся, даже не зная, на что. Это было так давно.