Какой сегодня замечательный день! Даже сидя в кабинете и разбираясь в отчетах и бумагах, я предвкушал сегодняшний вечер. Не могу дождаться, ресторан заказан на пять вечера. Кольца куплены. Я потянулся к первому ящику стола, открыв его, достал красную бархатную коробочку. В ней лежали два обручальных кольца. Я наконец решился. Понадобилось шесть лет, чтобы преодолеть этот глупый страх. Киоко, сегодня я сделаю тебе предложение, и ничто меня не остановит. На часах четыре, а значит пора заканчивать с бумажной рутиной. Дверь открылась и в кабинет вошел высокий блондин в черном строгом костюме.
— Джудайме, все готово.
— Хорошо, Гокудера. — Поднимаю взгляд на своего хранителя и растерянно хлопаю глазами. Его волосы взлохмачены, галстук сбит, а румянец на щеках говорит о том, что Ямамото вернулся с задания. Уже три месяца, как эти двое начали встречаться. Он был искренне рад за друзей.
— Ямамото еще не подготовил отчет? — спрашиваю я. Гокудера стремительно краснеет, поняв, что я догадался о причине его внешнего беспорядка. Буркнув себе под нос «бейсбольный придурок», он отрицательно покачал головой.
Прячу улыбку, эти двое словно огонь и лед. Сколько они нервов вымотали мне и другим хранителям. Первым не выдержал Мукуро. Он-то и свел этих двоих. За что мы его теперь зовем «вонгольской свахой», конечно, иллюзионист бесится от этого. И оправдывает свои действия невозможностью работать в такой обстановке. Когда один ржет, как конь, а другой орет, как кот. И поэтому, он, великий и ужасный Мукуро, решил снизойти до потребностей простых смертных. Ну да черт с ним, у меня сейчас своих дел хватает.
— Гокудера, вот эти бумаги отошли в Варию. Вот эту папку отправь Энме. Эти бумаги на подпись, лично в руки Занзасу, не смей отдавать даже Скуало. Бьякуран просил информацию о семье Леруш, она вот здесь. Перенеси встречу с семьей Ракуто на среду. Семья Фенаско приедет завтра утренним рейсом. Пусть их встретят Ламбо и И-пин. Закажи свежие розы и пошли их мадам Оделии. — отдавал я указания.
— И пусть сегодня соберутся все хранители, что присутствуют в особняке.
— Конечно, Джудайме. — кивнул Гокудера.
— От Хибари нет вестей?
— Нет.
— Вот же упрямое создание! — я устало прикрыл глаза. — Ну неужели так трудно, хотя бы смс написать?
— Мы же говорим о Хибари.
— Верно. — поднимаюсь с кресла и кладу бархатную коробочку в левый карман пиджака. Поближе к сердцу.
— Босс? — вопросительно на меня смотрит Гокудера.
— Я решился. — улыбнулся я и вышел из кабинета.
***
Чертово волнение! Я так не волновался, даже когда сдавал экзамены в Академии. Чертов мандраж! Эх, видела бы меня сейчас мама. Жаль, что ее не будет на моей свадьбе. Полгода назад ее не стало. Большое и доброе сердце мамы не выдержало и остановилось. Больше всех тогда плакал Ламбо, первое время мы боялись оставлять его одного… если честно, я хотел отправить его вместе с Хибари в Тибет, но передумал. Боясь, что с отчетом Кёя пришлет кусочки хранителя Грозы…
Звякнул колокольчик, оповещая о том, что в ресторан вошел очередной посетитель. Поднимаю голову и вижу ее. Длинные рыжие волосы свободным каскадом спускаются на спину. Зеленое короткое платьице плотно облегало тонкую фигурку девушки. Ее щеки чуть раскраснелись, на губах, при виде меня, засияла улыбка.
— Киоко, — подхожу к ней и целую в щеку — Ты прекрасна!
— Ты льстец, Савада Тсунаёши. — она шутливо ударила меня в грудь.
— Я самый честный человек на земле, — наигранно возмутился я.
Рассмеявшись, мы приступили к ужину. Мы разговаривали, вспоминая школьную жизнь, приключения, которых было немало после той битвы представителей. Я открыто любовался сидящей передо мной девушкой. Если она согласится, я выйду отсюда самым счастливым человеком.
— Тсуна-кун, что случилось?
Я очнулся от своих мечтаний. Думаю пора. Ни слова не говоря, я встаю перед изумленной девушкой на одно колено и протягиваю открытую бархатную коробочку.
— Я люблю тебя, Сасагава Киока, выходи за меня.
Молчание. Я, зажмурив глаза, ожидая её ответа, словно приговора.
— Я согласна. — Тихо отвечает девушка.
Всего два слова могут сделать человека счастливым. Обнимаю её и целую.
***
Новость о том, что Тсуна сделал предложение Киоко, была воспринята хранителями по-разному. Рёхей был экстремально рад за сестру и друга и, довольно громко выражал свои мысли. Гокудере не нравилась эта девица, но видя счастливого босса, он не проронил ни слова. После смерти Наны-сан, Тсуна редко улыбался такой открытой улыбкой. Ямамото и Реборн приняли эту новость как вестника конца света, не иначе. Ведь им было известно, что некая личность положила глаз на Тсуне, и этот хищник загрызет любого, кто посмеет посягнуть на свои владения. Мукуро, услышав новость, только что-то прокуфуфукал и смылся с глаз долой. Ламбо просто радовался за брата и Киоко. Свадьбу решили сыграть через три месяца. И никто из присутствующих даже не мог предположить, чем закончится это торжество…