Личное солнце

Стив ненавидел холод. Улучшенное сывороткой Эрскина тело было устойчиво к перепадам температур, но… После семидесяти лет ледяного плена холод ассоциировался со смертью. Он не думал об этом, просто ощущал. Нет, никаких панических атак или кошмаров. Просто где-то на подкорке отпечаталось: холод — лёд — боль — смерть. Стив не любил зиму. Даже праздничную суету, которая наполняла сердца других радостью. Не любил. Пушистые снежинки на тёмном небе вызывали восхищение в глазах художника, а мозг сигналил красными буквами: холод — лёд… Стиву не нравился север. Случай в Сибири чуть не отнял у него самое дорогое и заставил заново испытать леденящий страх. Тогда он понял, что справиться со льдом может только человек, которого он почти потерял. Стив подозревал, что когда-нибудь мороз закончит начатое и убьёт его, но не представлял, что всё будет именно так. Что холод доберётся до него посреди жаркого лета. Когда Баки рассыпался чёрным пеплом на его глазах, первый ледяной укол пронзил сердце. Стив не был готов. И не успел даже принять эту боль, как потеря Сэма добавила ещё одну холодную рану. А потом их стало так много. Слишком для одного человека. Близкие, друзья, союзники, просто тысячи людей погибали, потому что он не справился. Господи, когда он замерзал во льдах, было не так больно. Тогда его агония имела начало и конец. Сейчас — ужас без конца. Тогда он умирал, но хотел жить. Сейчас — он жил, желая смерти. Это похоже на постоянный декабрь. Намного холоднее, чем Стив помнил. Сердце покрылось плотной коркой мутного льда. Только одно ещё держало на плаву: маленький огонёк надежды, раскрашенный в красное с золотом. Стив помнил, как с ним тепло. Роджерс не допускал мысли, что Тони Старк, как и миллионы других, может быть мёртв. Язвительный, импульсивный, обжигающий — личное солнце капитана не может погаснуть. Стив отчётливо понимал, что не переживёт. Только не эту потерю. Всё время, потраченное Кэрол Денверс на поиски, Стив провёл в оцепенении. Он сидел под солнечными лучами и не чувствовал их тепла. Это солнце не могло его согреть. Поднимая глаза к небу, как заклинание твердил: «Он жив, он жив, Тони Старк жив…» Стив ждал возвращения Марвел и боялся его. Когда космолёт опустился на лужайку, законченный атеист-Роджерс, не верящий ни в чёрта, ни в бога, начал молиться. Мужчина чувствовал, как паника закручивается внутри, пока не увидел ЕГО. Тони. Сломленный, с новыми незаживающими ранами, с потухшим взглядом, но живой. Большего Стив и не просил. Он бросился вперёд, обнял, подхватил, прижал. Жар опалил замёрзшую душу. Тони что-то говорил, но мужчина почти не слушал. Всё внутри дрожало и рассыпалось, срывая морозные оковы. Стив улыбнулся, чувствуя под глазами горячую влагу. Лёд начал таять. Тони Старк в очередной раз отогрел его сердце.