Сладкая парочка

            Всё таки Максим смог уломать Данияла прокатиться на аттракционах. Были задействованы все методы, начиная от вызова жалости, заканчивая дракой. Не зря в школе высокого кличут «Малышом» за его детский характер, никак не сочетающийся с возрастом. Посмотрев на него, вряд ли можно подтвердить, что мудрость приходит с годами. Паренёк был действительно умным в некоторых школьных предметах, но жизнь его мало чему научила.       Даниял привык потакать капризам друга, но уверенно отстаивал свою точку зрения, когда это было необходимо или когда она полностью не совпадала с мнением оппонента. Даниял был смышлён, но ему не хватало изюминки, чего-то яркого, что бы выделяло его из толпы. И этим чем-то много лет назад стал Макс — целая миска изюма. Они идеально дополняют друг друга. Кекс с изюмом. Не многим нравится эта пара, но те, кто распробовали ее за одной чашкой чая, не забудут никогда.       Дон предложил Максу вернуться к гипермаркету, возле которого и находился ближайший парк, но второй возразил, что им там будут не рады. Спустя одно бессмысленное листание мобильной карты, зависший телефон, пощечину, бесконечное ожидание автобуса и адскую толкучку мальчики оказались в другой части города, находившейся гораздо ближе к их домам. Огромный парк с вековой историей простирался перед ними. Густые тёмно-зелёные кроны деревьев создавали много теней, что помогло путникам остудиться после длинной дороги. Даниял заметил колесо обозрения, которое медленно двигалось где-то высоко в небе, и предложил другу туда пойти. Максим не хотел показаться трусом и согласился.       Ребята сели в открытую кабинку. Ржавое железо прямиком из совка скрипнуло под их весом. Машинист повесил цепь. Мальчики стали подниматься. С каждой секундой обзор становился больше, открывались новые красоты города. Вот — больница, вот — школа, вот — заводы.       — Ты боишься высоты? — спросил Даниял, заметив мимолётным взглядом руки Макса, крепко вцепившиеся в металлический столик, прикреплённый посередине.       — Нет. Просто эта штука как раз для этого и нужна. Единственное, что я здесь боюсь — этой карусели уже двести лет, и она может развалиться в любой момент, — немного приврал парень.       — Как думаешь, отсюда упало много людей? — Даниял решил чуток поиздеваться над боязливым другом.       — Если ты не прекратишь нагонять страх, то полетишь вслед за ними.       — Молчу-молчу.       — Да, лучше заткнись, шал.       — Я думаю, не стоит рисковать на такой высоте.       Кабинку резко тряхнуло. Даниял вцепился в поручень точно так же, как Макс.       — Мы падаем! Теперь и тебе страшно? — высокий стал говорить громче, чем обычно, его голос вздрагивал, переходя на писк.       — Успокойся, мы не падаем. Просто отвалилась какая-то деталь, — низкий тоже поддался панике, но старался держать себя в руках.       — Как раз время для тупых шуток, Дэнчик.       — Ну умирать, так весело.       Время медленно шло, примерно с той же скоростью, с какой крутилось старое колесо. Кабинка не спешила падать, и мальчики спокойно вздохнули. Дэнчик достал из кармана джинсов телефон, чтобы фотографировать природу.       — Смотри, вон наши дома!       — Ага.       — И речка.       — Ты как будто первый раз её увидел?       — Нет, но красиво выглядит с такой высоты. Можно увидеть весь наш сегодняшний маршрут.       — Почему все наши свидания получаются такими… страшными?       — Потому что мир ещё не готов к красоте нашей пары?       — Я превосхожу тебя в красоте и в уме в сто раз.       — Но боишься каруселей.       — Это мой единственный страх, в отличие от тебя, трусливая курица.       — От такой же и слышу.       Кабинку опять тряхнуло. Она стала опускаться. Ребята вновь схватились за железяку, но быстро поняли, что бояться нечего. Деревья перекрывали прекрасные виды. Падать уже было не страшно, но небезопасно. Мальчики думали, куда же пойти дальше, и остановились на американских горках.       Почувствовав землю под ногами, Максим радостно воскликнул. Даниял лишь взял друга под руку и увел подальше от толпы.       Американская горка в том парке невысокая и нестрашная — совсем не такая, как ее представляют нормальные люди. (Что говорить о нормальности, если даже хороший Интернет провести не могут?) Она была рассчитана на детей: не маленьких, но и не больших — подростков. Хотя и взрослым становилось плохо на поворотах. Да, она была невеселая и головокружительная. Ее создатели явно не тестировали горку перед запуском. Не ремонтировалась она ещё с эпохи нулевых: потершаяся краска, гнилые доски, ржавые опоры кричали: «не надо туда идти!», но дети на то и дети, чтобы рисковать и дурачиться.       Очереди не было. Все шесть человек, что купили билеты, в том числе Максим и Даниял, заняли места и готовились к самой худшей поездке в их жизни. Мальчики смогли урвать самый первый вагончик, чтобы большие дядьки не загораживали им обзор.       Машинист нажал на кнопку, раздался звонок. Состав резко тронулся, быстро набирая необходимую скорость. На лицах нельзя было прочесть ни восторга, ни испуга — только задумчивость, чья причина — поиск ответа на вопрос: «В чём смысл жизни?» Она имеет много взлетов и падений, и только мы сами решаем, как и с какими чувствами и эмоциями их воспринимать.       Женщину сзади тошнило. Она наклонилась, и противная жижа коричневого цвета оказалась внизу, в центре круга. Людям, сидящим слева, не повезло.       Горка не вызывала у взрослых в поезде ни капельки страха. Это не мешало его симулировать и делать обстановку более романтической. Так и поступил Макс. На одном из высоких спусков он изобразил, что ему страшно, вцепился в друга и обнял его. Даниял обнял Максима в ответ.       Вы когда-нибудь видели фотографии с американских горок, где запечатлены обнимающиеся и целующиеся парочки? Эти двое стали бы отличным экземпляром для любопытных фотографов. Сидящая сзади двойка противилась такому поведению молодежи, но постеснялась высказать что-то плохое в их адрес.       Романтика продолжалась целый круг, оставшийся до конца долгой и скучной поездки для посетителей и счастливого мимолётного мгновения для мальчиков. Это было единственным развлечением и утешением, сделавшим ужасный выбор прекрасным.