Отвага, Талант, Борьба

Весна. Самое красивое и романтичное время года, каждый год весной происходит какая-то занимательная история, которая запоминается на всю жизнь. Гертруда родилась весной 1927 года, 16 апреля в Берлине. Именно она была той самой занимательной историей её отца — Роберта Вине, режиссера, чье имя вплотную связано с немецким киноэкспрессионизмом. Мать её, увы, женщина менее выдающаяся, носила имя Бабетт, а фамилию Кауфман, была незаурядной актрисой массовки, которая только и могла мечтать о больших ролях. С Робертом они познакомились в 1919, когда та была молодой девушкой, сидевшей на кастинге к фильму «Кабинет доктора Калигари». Вине сразу отбросил перспективу брать провинциальную актрису на главною роль, но её харизма и умение лишь взглядом подчинить себе зрителя легли в основу их длительного романа. Они не были расписаны и не венчались в церкви, а их разница в возрасте казалась дикой. После того, как Германия стала под эгидой национал-социализма, Роберт Вине, как и большинство деятелей культуры подался в эмиграцию. Бабетт выехать не смогла, впрочем, как и Гертруда, которая носила фамилию матери. Именно благодаря легкомыслию её родителей, Гертруда Кауфман осталась в Германии. Она бодро шагала по практически пустынным улицам Берлина, который вот-вот падет под красным флагом. Сегодня её день рождения, который она, как всегда, будет праздновать. Нарядится возможности не было, но у матери оставался практически пустой тюбик красной помады еще довоенного производства. И хоть продукт практически высох и красится им было на грани невозможного, Гертруда хотела показать всему миру свой праздник. Война шла так долго, что страх отступил. Смерть казалась чем-то обыденным, чем-то без чего мир перестанет существовать. Девушке казалось что она единственная, кому было все равно на поражение их лидера, их армии и их идеологии. Она продолжала бодро шагать и смотреть на руины домов, думая о том, что ей подарит Ирма, возможно, она нашла где-то чистый альбом и уголь, Гертруда так давно не рисовала. Людвиг? Что сможет подарить Людвиг? Возможно, он еще не сломал свою скрипку и сможет наиграть Сарасате. Вернер найдет цветы, он всегда их находит, его отец воспитал из него джентльмена, как из старых фильмов. Гертруда несла во внутреннем кармане пальто что-то важнее подарков. У неё была копия пленки, где было записано первые тридцать минут фильма её отца: «Иисус Назаретянин, Царь Иудейский». Девушка видела только отрывок фильма отца, в детстве, он показывал ей своей шедевр, фильм благодаря которому она появилась, а именно — «Кабинет доктора Калигари». Тогда Гертруда испугалась, сомнамбул показался ей страшным и невероятно неестественным. Девочка заплакала на руках у отца, а тот лишь тихонько сказал, что с возрастом она обязательно полюбит этот фильм. Даже если бы сейчас она, Ирма, Людвиг и Вернер не смогут посмотреть начало работы, сам взгляд на пленку был чем-то священным и сакральным. В другом кармане Гертруда несла маленькую книжечку. Книжечка эта была сборником гравюр-копий полотен известных художников, чьи имена попали под политику «дегенеративного искусства». Гертруда в детстве помнила одного из них, Эрнст Кирхнер был другом её отца. Он всегда называл её одаренным ребенком, она часами сидела в его мастерской и смотрела на работу мастера, безмолвно училась, руками копировала его действия. Эрнст, в свою очередь, часто рисовал девочки книги, которые были утрачены со временем. Показать друзьям подобное казалось Гертруде актов героизма. Наперекор всему она идет в подвал, где они всегда встречались. Подвал дома Вагнера. Один из немногих подвалов который не стал бомбоубежищем. Ирма, Вагнер, Людвиг и Гертруда назвали свою организацию «MuTaKa», что расшифровывалось как «Mut, Talent, Kampf» (Отвага, Талант, Борьба). Все они дети деятелей культуры, чей-то отец провинциальный актер, чья-то мать художник, известность родителей не была основным для вступления в «организацию». Главным было сохранение традиций искусства, чье значение властью было осквернено. Увы, в силу возраста, им это плохо удавалось. Чаще всего они грезили воспоминаниями из детства, когда родители сидели за огромным и рассуждали про современность, про художников и режиссеров. Спустившись в подвал, Гертруда увидела Ирму, она была одета в армейскую куртку и армейские сапоги. Людвиг сидел, держа в руках скрипку, слегка улыбаясь и краснея. Вернер сидел з букетом из одного цветка, обвернутого в белую бумагу из-под газеты. Гертруда знала, что это возможно их последняя встреча. Еще немного и Берлин падет и тогда неизвестно, что будет. Людвиг уже вернулся с фронта без одной ноги, а Вернер вернулся с гитлерюгенда, где сверстники ошибочно его ослепили, приняв за еврея. Ирма и вправду нашла уголь и альбом, Гертруда сделала быстрый эскиз друзей, пообещав сохранить и пронести его до конца жизни. Она держала Вернера за руку, рассказывала ему что в её маленькой книжечке. Дала подержать ему пленку, рассказав снова об отце истории, которые все знали. Собрание их длилось долго, слышались звуки обстрелов, но именно не боязнь смерти объединяла их общий дух. Каждый рассказывал, как представляет жизнь в эмиграции в Париже. Кто-то сказал, что там пьют шампанское до сих пор каждый день. Ирма сказала, что кино там показывают три раза в день, в тысячах кинотеатров. Еще чуть-чуть и закончилась война. Ирма погибла от рук красноармейцев, впрочем, как и Вернер. Людвиг погиб при бомбежке. Гертруда осталась жива. Эскиз друзей она потеряла, когда они с матерью бежали из Берлина в Баварию к дальним родственникам. Пленку пришлось оставить, а книжку с гравюрами продать ради буханок хлеба.