Реборн и Десятый Наследник Вонголы

В то утро Рейдж дралась с сапожником. Его оскаленная пасть сверкала рядами разноцветных зубов, когда он пытался проткнуть ее шилом. Рейдж бросила в него колбасу. Сапожник поймал ее зубами, и от нее остались одни щепки. Тогда Рейдж бросила в него весло, которое они еще в прошлом году забыли достать из походной сумки после того, как Афанасий Никодимыч уезжал кататься на байдарках. Сапожник проткнул весло шилом, и оно замертво рухнуло к его ногам. Рейдж начала бить его карандашом. Она не могла простить ему смерть весла, а уж колбасы и подавно. Ее смерть она не простила бы никому, даже Майклу. Ах, как же Рейджян иногда радовалась, что ее ненаглядный предпочитает утолять голод трупами невинных растений! Ну, и иногда тортиков и конфет, которыми с ним неохотно делилась Рейджян. И так, сапожник. Видя, что стало с веслом, Рейдж нахмурилась, фыркнула и, потопав ногой по земле, побежала в сторону супостата, и... Проснулась. Вокруг царила безмятежность. Рядом с ее головой стояла их огромная походная сумка, в которой увлеченно ковырялся Майкл. Рейджян громко зевнула, давая всем понять, что она проснулась. - Доброе утро, родная, -сказал Майкл, вынырнув из сумки. Рейджян потянулась. - И тебе, родной. - Слушай, а ты случайно не видела мою любимую капусту? Не закончив потягиваться, Рейджян застыла. - Ой, прости, милый, я, кажется, ее съела. Она виновато улыбнулась, глядя на Майкла извиняющимися глазами. - Ничего страшного, родная. Мне вполне хватит парочки кабачков. Кстати, а где они? - Э, кажется, их я тоже съела. Прости, пожалуйста, я просто... - Не надо извиняться, родная. Я знаю, как ты любишь кабачки, так что они, можно сказать, и так были твоими. Что ж, я прекрасно могу обойтись парой-тройкой морковок. А они, кстати... Он снова посмотрел на любимую, однако она уже не улыбалась. Майкл тоже. - Ладно, - произнес он задумчиво, - Давай так. У нас остались огурцы? - Э-э, нет. Прости. - Помидоры? - Нет. - Картошка? - Нет... - Но ее же надо варить, да и чистить тоже. Когда ты успела? Сейчас семь утра. - Ну прости, я плохо спала ночью. Сначала думала, что от голода, но потом засомневалась. - Так, ладно, проехали. Редиска? - Нэма. - Лук? - Тоже. - И чеснок? Рейдж вздохнула. - Меня сегодня лучше не целовать. Майкл немного помолчал, припоминая, что растительного у них еще осталось. - И укроп с петрушкой тоже? - Угу. - Ну, лавровый лист хотя бы остался? - У-у. - Рейдж покачала опущенной головой. Майкл терпеливо вздохнул. - Что ж, видимо, придется есть арбуз. Мы его, правда, на ужин откладывали, но раз такое дело... - А арбуз, кстати,.. это... - Да ну? Ты и этот гигантский арбуз умудрилась умять? - Нет-нет, что ты! - Рейдж протестующе замахала руками. - А, ну ладно. Тогда что ты хотела сказать? - Его съел Ску-сан. Майкл молча сел на табуретку. - И что мы теперь будем есть? - Я бы предложила тебе мой бесподобный бифштекс, но он куда-то загадочно исчез. Хлеб, кстати, тоже. А колбасу, похоже, вообще украли. - Никуда они не исчезли, - с крыши Хаммера вдруг раздался голос Скуало, запихавшего за щеку последний кусок арбуза, - Я видел, как их сожрали те два мелких придурка. - Неправда! - взвизгнул Ламбо, - Колбаса умерла, и мы ее похоронили. Хлеб не смог снести такого горя и сбежал на Кавказ. А бифштекс решил отомстить и набросился на нас. Пришлось его обезвредить. Не смотрите на меня так! Я, можно сказать, вам жизнь спас! Словом, еще одно обычное утро. Только на свежем воздухе. У Рейджяны развязался шнурок. Она нагнулась завязать его, и у нее порвался ботинок. Дабы не учинить еще больше разрушений, Рейдж плюнула на все это дело и пошла варить кашу из оловянных солдатиков. Надо же было чем-то корить Майкла. Рейдж всегда говорила: "Ты все равно не ешь мяса. Так какая разница, каким "немясом" тебя кормить?". По ее логике выходило, что, если Майкл не ест мяса, значит, он вообще не ест нормальную еду, следовательно, его можно кормить чем угодно. Впрочем, это не мешало ей иногда кормить его довольно вкусными блинчиками, чудом спасенными из пожара, бушевавшего на горящей сковородке, когда Рейджян готовила, то есть, когда у них портился кефир, молоко или другой молочный продукт *Рейджян ничего не делает просто так*. К Рейджян и ее кастрюльке подошел Ламбо. Заглянув в кастрюльку, он поморщился. - Это что, саранча? - спросил он. - Это солдатики, взрывные твои мозги! - обиделась Рейдж, - И, между, прочим, твой сегодняшний завтрак! - Фу-у! - скривился Ламбо, - Сама ешь своих солдатиков. Ламбо-сан хочет мяса! - А я, думаешь, не хочу? - парировала Рейдж. - Вы мясо уже сожрали! Мое, между прочим, мясо! - Неправда! Я же сказал, колбаса умерла... - Да слышали уже! - Рейдж сговорчески наклонилась к Ламбо, - Лучше пойди поймай что-нибудь съедобное, пока Майкл не видит. - Я все слышу, - раздался милый голос за спиной Рейджян. Рейдж подпрыгнула. - Нельзя же так пугать! - возмутилась она, - Я так могу стать основным блюдом сегодняшнего дня! - Уж ты! - взвизгнул Ламбо, - Рейджян пожарят! Майкл-сан, вы хорошо готовите? - Я не буду готовить Рейджяну, - сказал Майкл. - Ну почему-у-у? - Это противозаконно и аморально. Мы ведь не каннибалы. Ламбо грустно вздохнул. - Жаль, - сказал он, печально волоча за собой хвост. А тем временем Рейджян доваривала солдатиков, Майкл собирал съедобные (по его мнению) кактусы, Ламбо и И-Пин заплетали косичку спящему Леголасу, Скуало выгрызал последнюю безвкусную мякоть из уже давно убитого арбуза. Попугай мыл полы. В Хаммере. В общем, тишина и спокойствие. - Рейджян, попугай опять съел мою ложку! - сказал Леголас, безуспешно пытаясь найти оную под сидением Хаммера. - Ничего он не ел, - невозмутимо ответила Рейдж, - Наверное, ты опять ее под капотом забыл, когда Хаммер чинил. - Я там уже смотрел, - ответил Леголас. - А в багажнике? - Тоже. - В бардачке? - Само собой. Афанасий Никодимыч икнул. Это не к добру. А впрочем, учитывая, что еды почти не осталось, утро обещало быть добрым недолго. Чувство надвигающейся бури преследовало попугая все утро, даже когда он стирал свои носки. Теперь он уже не сомневался, что сегодня станет свидетелем чего-то непредвиденного. Продолжение следует...