Чертополох в чертеже

      — Итак!       Мужчина в белом халате держал старую кассету, оглядывая пыльную комнату.       — Дневник на экстренный случай. День первый.       Он зажимал кнопку кассеты, глянув на запечатанные коробки на столе с подписью «Кабинет 9101»       — Меня проинструкировали, что современные технологии очень уязвимы для взлома.       Учёный провёл правой рукой по прохладному столу.       — Но и вообще, использовать электронику с доступом к сети для записи важных документов запрещено. Поэтому, я записываю кассету и одновременно должен записывать бумажную версию чёрными гелевыми чернилами.       Учёный взял ручку с пустовавшего настольного органайзера. Быстро, небрежным почерком, он записывает слова на белоснежную бумагу, взятую прямо со стопки.       — Современными технологиями мы можем воспользоваться только для вы-чис-ле-ний. Но записывать имеем право только от руки, или распечатывать, и всё обязательно многократно копировать…        Отжав кнопку, учёный огляделся. Дышать трудно, руки словно дрожат, в голове гуляет ветер и страх. А ведь его аудиокассеты могут в будущем переслушивать аж правнуки! А он мямлит, голос дрожит. Кошмар, а не учёный!       — Ах! Пока не забыл! — он ударил себя по лбу. — Дата — **-тринадцатый год. Месяц — Август. Число — Седьмое. Время…       Учёный глянул на настольные электронные часы, дописывая предложение.       — Девять часов и тридцать минут. — После своего кивка тот вздохнул. — И ещё, моё имя — Подлёднов Михаил Иванович, сотрудник отдела два военно-космической обороны.       Михаил Иванович, окончив запись, широко улыбнулся и откинулся на спинку стула, скрестив руки.       — И какой же идиот станет переслушивать такой отвратительный голос?       Михаил обернулся назад. Сзади, облокотившись у высокого серого шкафа, оказался парень. Слегка пухлый, возможно азиат, в красном тёплом пальто, с волнистыми белыми волосами. Тот стиснул зубы и нахмурился.       — Здравствуйте! — улыбнулся мужчина на всё лицо. — А где ваш пропуск, коллега?       Михаил показал свою карточку на шее.       — А он-то мне сейчас зачем?! — немного удивлённо буркнул некий, вскинув довольно тонкие брови.       — Ну… — учёный постучал пальцами по столу. — А вдруг сейчас обыск произойдёт, а вас опознать не смогут? Как вам такая ситуация?       — Пффф-ф-ф! Главный инженер-конструктор-идиот планировщик, ужасов насмотрелся?       Михаил поджал губы, сводя взгляд с коллеги.       — Тогда уж прошу назваться, пессимистичный коллега!       — Ммм-м-м… — парень замялся, брезгливо съёжившись. — Меня зовут Костя. Леханов Костя Анатольевич, типа главный физик всея дурки. — Костя стучал двумя пальцами по руке, сжимая зубы. — И, кхм, я не пессимист, а злой!       Михаил вновь глянул на Костю, сжав край своего лабораторного халата.       — А теперь к главному, Миш!       Леханов подошёл к Подлёднову, тяжело вдыхая воздух. Пальцем поднял подбородок инженера, недовольно оттянув уголок рта.       — Ммм-м-мы ссс-с-случайно не вссс-с-стречались? — Нервно зашипел Леханов, рассматривая лицо новенького со всех сторон. — Просто мне твоё лицо кого-то напоминает…       Михаил оглядел ещё раз Костю лишь краем глаза и замер, щурясь.       — Вау!.. Какие у вас прекрасные голубые глаза!       — Кху-кху! — Наигранно-громко прокашлялся голубоглазый. — И это всё, что ты можешь сказать?! Ммм-м-м?       — Ну, — Михаил сжал губы, вжавшись в ручки стула. — Я почти никогда не видел вживую голубоглазых людей!       Костя тяжело вздохнул, когда развёл руки.       — Мда, мда, тут всё ясно и понятно…       И показал пальцем на учёного.       — Ты — тупой! А я с такими не работал, до сегодняшнего дня.       — Кхм, — Михаил откашлялся в кулак. — Уважаемый коллега, попридержите ваши быстрые выводы. Ведь в данном случае я достаточно глуп, чтобы быть учёным и находиться рядом с вами.       — Тц, ты!!! — Леханов театрально наклонился к Подлёднову. — Ты!..       — Вы случайно не работаете в кабинете напротив?       — Почему ты так считаешь?! — топнул ногой Леханов.       — Эм… ваших шагов не было слышно. — Михаил нервно улыбнулся. — У нас же стены тонкие из-за бюджета, ну, вы наверно понимаете…       Инженер теперь почесал голову, потея от страха.       — Ахах… Значит, вы довольно близко находились. Но я могу ошибать…       Костя схватил Михаила за плечи и начал трясти со всей дури.       — Ужасен! Ты просто ужасен! Ты до сих пор не ответил на вопрос! И вообще, ты такой странный! Ненормальный! Просто!..       — Ммм-м-м, отрицаю! Я вас впервые вижу! — Михаил вжался в стул. — Прошу, прекратите меня трясти!       Костя отпустил Михаила, едва дыша. Немного погодя, физик отвернул голову в сторону, скрестив руки.       — Ладно! А я твоё дурацкое лицо прекрасно помню!       — И где же мы ранее вс-вс-встречались, д-д-дорогой к-к-коллега?       — На российский математической олимпиаде! Я был на втором месте! В одиннадцать лет! А ты, Михаил!..       — Что я-то вам сделал?!       — А ты… Ты, пф! Как я потом узнал, почти всегда был первым, где бы я не был, сын маминой подруги!       — Ну, эм… — Михаил Иванович похлопал глазами, немного дрожа. — Лично по моему мнению, потеря не велика. И кто такой…       Леханов схватил за воротник рубашки Подлёднова, вглядываясь в его глаза со всей ненавистью.       — В смысле не велика?! В СМЫСЛЕ НЕ ВЕЛИКА?! — Орал в лицо Леханов, сделав шаг вперёд. — МЕНЯ ВСЯ ШКОЛА ОСКОРБЛЯЛА! МЕНЯ НЕНАВИДЕЛИ! УЩЕМЛЯЛИ! А ГОСУДАРСТВУ ПЛЕВАТЬ, ЧТО ЕГО ЖЕ ГРАЖДАНЕ НАРУШАЮТ ЗАКОН О ТОЛЕРАНТНОСТИ! И ГДЕ БЫ Я НЕ УЧАСТВОВАЛ, ВЕЗДЕ БЫЛ ТЫ! ТЫ, СЫНОЧЕК МАМИНОЙ ПОДРУЖКИ, МАТЬ ВАШУ!       Костя Анатольевич наступил ногой на край стула, сжимая воротник сильней.       — Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ БОЛЬШЕ ВСЕГО В ЖИЗНИ.       — Константин Анатольевич, Вы!..       — Я, ТВОЮ МАТЬ, КОСТЯ!       — Э-э-эм, та-а-а-ак…       Михаил Иванович нервно улыбнулся, схватив ладонями руки Кости Анатольевича.       — Умерьте пыл, д-дорогой коллега. Что было — то прошло.       — Тьфу ты.       Костя расстроено смотрит вниз, убирая руки в карманы пальто.       — Я ещё тебя ненавижу за то, что ты всегда притворяешься прилежным. Я больше не хочу водиться с такими, как ты.       Михаил скрестил руки, надувшись.       — Да кто такой этот ваш сын маминой подруги, блин?! — обиженно кричал инженер. — Да и вы сами первые ко мне пришли!       — Ага, да, конечно!!! Сын маминой подруги это вообще мем из 21 века о том, что обычно родители идиотски сравнивают своих детишек с другими, называя тех лучше! — Костя чуть не рыдал, весь красный нагибался над Михаилом. — И вообще, по твоей логике, лучше обвинять жертв, нежели самого злодея всей санта…       В сторону Михаила полетела фиолетовая папка.       — Мальчики, тихо!       За спиной Кости стояла высокая женщина в костюме. Разноцветные волосы в косички зизи, прямоугольная красная оправа очков и недовольное осуждение на лице.       — Кхем-кхем! И что вы тут развели, русские?!       — А ты ещё кто такая?! — обернулся Леханов, вскинув бровями.       — Не «ты», грубиян, а «Вы»! — девушка мрачнела с каждым мигом. — А меня зовут Виктория Картер, я инспектор правонарушений лабораторий.       Виктория показала руками на двух парней.       — И что, ради великого макаронного монстра, вы тут творите?!       — Короче! — внезапно начал наезжать физик. — Этот ваш, инженер-из палок конструктор-планировщик пинания болтов…       — Взбесил? — спросил Михаил.       — Да! Жутко-сильно взбесил! И кроме того, что он…       — Похож на сына маминой подруги.       — Да! Он…       — «Проклятый враг народа школьных олимпиад, «везде первый».» — Миша закатил глаза, хихикая, показывая пальцами ковычки.       — Да ты надоел снимать всё с языка, дурак! — обернулся на секунду Костя к Михаилу Ивановичу, сжимая кулаки.       Виктория записывала всё в блокнот, периодически кивая выкрикам Кости и бубнежу Михаила.       — Ну вот и всё!       Костя и Михаил приподняли брови.       — Ваш окончательный вердикт о нарушении общего свода правил лаборатории, это…       Инспектор вырвал лист, показывая его парням.       — Вы завтра моете полы в столовой!       Костя нервно обернулся к Михаилу, стянув уголок рта вниз. Перебирая пальцы в кулаках.       — Вот как, значит?!..       — Может, вы действительно сядете на седативные вещества, Костя?       — Да пошёл ты!       Костя показал язык, обиженно оборачиваясь к двери.       — Вы, вроде, со мной одного возраста вообще… — Михаил Иванович глянул краем глаза в сторону. — Ну… Если вам тоже двадцать пять. — потом начал смотреть на физика. — А если это так, то…       — Веду себя как ребёнок… Да-да-да, бла-бла-бла! — Костя пошевелил большим пальцем «вверх-вниз», имитируя бубнёж.       — У вас детства не было счастливого…       Костя посмотрел со спины на Михаила, распахнув глаза и стянув уголки губ, качая головой.       — Словно оно вообще у кого-либо было в этом сумасшедшем мире, идиот!       В голове резко всплыла картинка одинокого ужина рисовыми шариками за столом под светом жёлтых ламп, куча энциклопедий от детской ерунды до гарвардских коллекций, скучные репетиторы по различным предметам…       — Ммм-м-м… Ладно-ладно! Молчу я, коллега, молчу!       Михаил схватился за голову, пока Костя махнув рукой, закрыл дверь.       — И что это за утро суматошное, интересно мне знать?..       Он повернулся на офисном стуле. Взял ручку рядом со стопкой бумаг, да начал строчить предложения за предложениями о себе, томно вздыхая. Вскоре проходит рабочий день в абсолютной тишине.       И незаметно, ночью уснул в кабинете.