Истинные сны.

Сэми привык, что ему снится многое. Начиная от бредовых снов, заканчивая вещими, и с возрастом последних становилось все больше и больше. Омега считал это своей суперспособностью: он такой себе Мерлин, который может в любой момент просто сказать, мол: «Мне это снилось», и всё, все твои друзья в восторге. Пусть он и не любил привлекать к себе много внимания, но иногда в компании верных людей юноша позволял себе вставлять посреди действа что-то подобное. Вообще, он мог привлечь к себе многих людей, даже не говоря ни слова. И нет, он не гордился этим, скорее относился с легким презрением. Всё почему? А потому, что Сэми – мужчина, вторичный гендер которого – омега. Обычно дети рождаются такими себе «по ГОСТу», «по стандарту»: мальчик-альфа, девочка-омега, и только в очень редких случаях у бедных родителей рождалось какое-то недоразумение, которое на первый взгляд непонятно чем должно родить или непонятно чем должно оплодотворить. Тупость какая-то. Потом уже роженицы разбирались, что это у них за гуманоид такой родился, и в итоге бедными уже становились не матери, а дети, которых водили по гостям, показывали свой редкий случай, будто это не человек, а экспонат в музее. Отчасти поэтому у Сэми с родителями отношения не сложились. Он тоже был достопримечательностью их небольшой семьи, но проблема была не только в этом. Фактически, он – непонятно кто. Мама относилась к нему как к дочурке, говорила что-то об альфах, о детках, о течках. Проводила с ним разговоры о пестиках и тычинках, но парень не понимал, нравится ему это или нет. Спустя пару лет он понял, что всё же некоторые темы, о которых говорила мама, его интересуют, но вот от приторного омежьего дерьма, стереотипов, от того, что ему типа придётся рожать, парня невероятно воротило. Хотелось блевать. Отец же не был той мужской поддержкой. Казалось, что он сам не разобрался, кем является для него сын. Наверняка он надеялся либо на «Сын-альфа, вот обучу его охотиться, мужские дела делать, во парень-то будет!», либо на «Папина омежка-дочурка, будет хорошей девочкой, буду следить, чтоб не попала в плохие руки», а в итоге получилось что-то посередине. Сэми не винил ни его, ни маму. В их семье были недопонимания, ему не хватало внимания от отца, его воротило от мамских разговоров, но всё это было логичным исходом, ведь они втроём – просто неразобравшиеся люди в том, что происходит. Благо, юноша рос в хороших компаниях, поддержкой была бабушка, которая относилась к нему хорошо, наплевав на вторичный гендер. Именно в подростковом возрасте, когда мальчику было лет так тринадцать, его сны, ранее состоящие из мутных силуэтов, кошмаров, бессвязного бреда, обрели яркие черты. Постоянным героем его снов был всегда один человек. Это был парень с приятной россыпью веснушек по щекам такого же возраста на вид, как и сам Сэми. Волосы его пылали ярко-рыжим, в зелёных глазах всегда плясали чертики. Во время того, пока подросток спал, этот паренёк постоянно что-то творил в его сне, пакостил кому-то, глупо шутил, рассказывал захватывающе какие-то истории, которые на утро Сэми вмиг забывал. Но вот черты лица парня из снов четко отпечатались в его подсознании. К сожалению, он не понимал, почему ему снится какой-то человек. В голову лезли мысли, что он избранный, либо что они оба избранные, либо людям странных гендеров снятся какие-то люди, либо этот рыжий – призрак мертвого человека из прошлой жизни, но верить в это совершенно не хотелось. Чем старше становился Сэми, тем старше становился и мальчик из сна. Точнее, теперь он стал полноценным парнем. В подростковом возрасте ни альфы, ни омеги не так сильно отличаются друг от друга, ведь организм только начинает «расцветать». Но уже через два года рыжий вытянулся в росте, в плечах, теперь можно было с точностью сказать, что он альфа; его глаза стали ещё более красивыми, лисьими, смотрели на Сэми с точно такими же чёртиками внутри, и его задорное поведение осталось, но приобрело и немного другие...отрасли. Теперь обладатель очень красивого и лица, и тела постоянно подначивал его выпить, пойти на тусовку, сыграть в провокационную игру во сне, а Сэми, как порядочно воспитанный человек, постоянно отказывался. И с каждым разом это было делать все сложнее. Но когда брюнету исполнилось шестнадцать лет, он стал замечать многозначительные взгляды мамы в его сторону. Потом и отец, казалось, одобрил ее порывы, и у Сэми сердце в пятки ушло, потому что он сразу прикинул, что родители, черт возьми, хотят, чтобы Сэми нашёл себе альфу, забеременел и завёл нормальную семью, но ещё с детства мысли о том, чтобы так сразу лечь под кого-то, детей завести и прочее, пробуждали внутри рвотные позывы. А потом родители ему в лоб сказали о том, что уже, сыночка, как бы возраст согласия, а ты ни с кем даже за ручку не держался, а мы внуков понянчить хотим. Парня тогда так перекосило, что словами не передать, ведь он понимал, что мама, если ей что-то яро движет, не отступится, а отец хочет ещё воспитать нормального ребёнка с нормальными гендерами, а не вот это вот всё. Все усугубляли его сны. Образ альфы теперь рассказывал истории об омегах, которых имел, о том, что это все не то, а Сэми поддерживал, высказывался как и он, будто они были друг другу психотерапевтами. На следующую ночь рыжий предъявил, что ему кажется, что он действительно будет всю оставшуюся вечность с какими-то мимолётными дамами, и Сэми соврал бы себе, если бы не признал, что заревновал. Очень. А потом весь день ходил подавленным, не понимая, как мог влюбиться в какого-то призрака из мира грёз. Его эмоции все накалялись и накалялись. Мама уже втирала про то, что «вот помнишь тётю Лили? Вот у неё сынок – альфа – во какой! Они к нам на ужин могут прийти, познакомим вас!», никто за бедного Сэми, который хотел карьеру построить, не заступался, сам он не мог по натуре наорать на близких, а точкой кипения стал его сон, в котором пьяный альфа, который по праву стал ему лучшим другом хотя бы в воображении, пытался его поцеловать, в шутку соблазнить. Проснулся Сэми красный, горячий, с небольшим сюрпризом под одеялом и осознанием того, что этот чертёнок в десять раз лучше сына тёти Лили. И он принял решение бежать из этой ситуации. Нет, он не был глупым, не думал, типа: «Вот к магу надо сходить, чтоб выкурил из снов моих какого-то пацана!», его пока всё устраивало (поцеловаться во сне тот был настроен серьёзно, а домогался в шутку, скорее, легко издеваясь, и почти сразу же отступил, поэтому Сэми далеко не чувствовал себя жертвой изнасилования), он хотел сбежать из ситуации со сватовством. Мама становилась все назойливее и назойливее, даже отец иногда вбрасывал ему что-то о паре, поэтому в голову, естественно, приходили мысли о побеге. Нет, он не собирался как идиот сбегать из дома и бомжевать, он хотел быть в тепле, уюте, получать образование, социализироваться и налаживать с кем-то отношения. Решение ребуса пришло не сразу, но вскоре Сэми выдал стопку аргументов родителям на тему того, что его уж очень срочно надо отдать в школу-интернат в столице, что находилась довольно близко, и, конечно же, факты были модифицированы парнем в угоду предпочтениям родителей, например, «Вот там альф много, омег, знакомств будет много, встречаться с кем-нибудь стану» – вариант для родителей, для него же самого – «Познакомлюсь с парой человек и всё будет заебись, вот этого мне хватает». Мать с отцом, конечно же, не пытались поданные факторы перевести на язык их сына, приняли их таковыми – удобными для себя – и перешли к обдумыванию предложения Сэми. Для них были тоже сплошные плюсы: образование, перспективы, столица, альфы, самостоятельность, в общем, сынуля по идее не пропадёт и только лучше станет, а для их голубоглазого ангела плюс был таким: «буду там без этих назойливых», но родители о таком не знали, поэтому отпустили, и уже в новом учебном году подали документы на поступление в интернат. Сэми не был человеком глупым. Он выиграл конкурс, сдал экзамен, поэтому мог полноправно становиться новым учеником. Признаться честно, данное учебное заведение может ассоциироваться с каким-нибудь детским домом, где дети живут в не самых комфортных условиях, качество образования там оставляет желать лучшего, а из окружающих людей сплошное быдло. Нет, категорически нет, это была совершенно другая школа. Ее спонсировал какой-то дядька «сверху», условия там были отличными, учителя строгими и умными специалистами, а попасть туда мог не каждый хорошист. Чаще всего там обучались дети из достаточно обеспеченных семей или умные счастливчики. Сэми не мог понять, к какой категории себя отнести. По логике – ко второй, но признавать себя скучным заучкой совершенно не хотелось, поэтому он возглавил новую категорию обучающихся: «Левые гуманоиды», и остался вполне доволен. В итоге план «поскорее бы свалить из этого дома» оказался успешным, и уже в первые же учебные дни Сэми оказался в школе-интернате, экскурсию по которой проводил какой-то парень, которого брюнет отнёс бы к «Счастливчикам». Энди был явно заинтересован в том, что новый ученик здесь – омега; пока показывал общежитие, бросал на него заинтересованные взгляды, изредка интересовался, каково таким жить. Сэми отвечал что-то шуточное и несерьёзное, но Энди, казалось, действительно ему верил. Парня это даже забавляло, но он все же не был отрицательно к нему настроен, стараясь быть ко всем «френдли», так сказать. Сосед по комнате Сэми пока не объявлялся, чему тот пока был даже рад, ведь ему никто не мешал раскладывать вещи и приводить себя в порядок с дороги. Собственно, покончив с этим, брюнет оценил время, поняв, что уже достаточно поздно, и решая не дожидаться соседушку, лёг спать, чтобы наутро быть свежим, не отпугнув от себя половину учеников. Такой план тоже оказался успешным, поэтому на урок омега пошёл в адекватном состоянии. Сосед, кстати, даже утром не объявился; все же Сэми слышал, что пред первым учебным днём была где-то неподалёку вечеринка, на которую сбежались чуть ли не все ребята из интерната, так что удивляться не было смысла. Пришёл он за десять минут до урока, причём в кабинете на тот момент сидели только две ученицы, видимо, девушки прилежные, ровно как и Сэми. Он почувствовал себя одним из самых ответственных и сел за свободный стол, и сразу же, дабы не выходить из образа умного и ответственного, открывая книжку и начиная ее первоначально исследовать, не обращая внимание на заходящих в класс учеников. Конечно, он ощущал на себе удивленные взгляды, но к подобному привык, ведь все же быть парнем-омегой – быть экспонатом всю жизнь. Вскоре начался урок. Вёл его грозный мужчина по имени Фенцио, который, как только большинство учеников уселись за свои парты, стал уж очень серьезно говорить о правилах на своём уроке и о дисциплине. Сэми был готов поклясться, что его возненавидело большинство присутствующих людей, но омеге этот седой учитель показался ответственным и мудрым, что его даже воодушевило. Класс перешёл к работе, Фенцио руководил процессом, Сэми был поглощён учебой. Как вдруг в кабинет ворвалась какая-то пара, которая с низким смехом принялась извиняться, видимо, давно зная этого «пердуна» и не боясь его реакции на их недопустимое опоздание. У Фенцио аж вены на лбу вздулись, а Сэми, предвещая бурю, уткнулся носом в учебник, пытаясь сконцентрироваться на тексте, а не на происходящем вокруг. –Это недопустимо! – слышались крики со стороны учительского стола. –Да что вы, мистер, мы со всех ног бежали на ваш урок, старались не опоздать! Вы посмотрите, в каком Ади состоянии! – с наигранной лаской и эмоциями восклицала девушка. – У него та-а-ак голова кружится, вы не представляете! И он все равно решил пойти к вам, чтобы получить необходимые в нашем будущем знания! –Мне кажется, Мими, что ваш отец был бы не прочь услышать о таком героическом поступке с вашей стороны! Он бы точно вас похвалил, особенно за то, что ваш спутник явно приложил свои усилия ради того, чтобы получить вчера незабываемые эмоции, пожертвовав своим нынешним состоянием здоровья! – сэр сделал отсылку к вечеринке, что устраивали вчера ученики, где, естественно, был алкоголь. –Всё со мной нормально, ваше беспокойство уж шибко чрезмерно! – саркачтично подал голос парень. – Вы не представляете, да! Вчера всю ночь вспоминал прошлогодний материал, чтобы не оплошать в первый же день – незабываемые эмоции! –Вот поэтому голова и болит! Я его вечером ещё оттащить от учебников пыталась – так нет же! «Хочется мне завтра, Мими, перед любимым преподавателем знаниями блеснуть – сэром Фенцио! Не отвлекай!» – цитирую! –Проверим, значит, твои знания, Ади, раз уж так старался! – с огромной долей сарказма воскликнул учитель, выглядя очень грозным. – А после пар – объяснительную писать! Работайте! Пара неуклюже пошатала в сторону парт, плюхнувшись позади Сэми, часто хихикая и бормоча что-то друг другу. Темноволосый, правда, старался не подслушивать чужие разговоры, но по-другому не получалось. –Вот ты сучка, ты же специально! – рассмеялся тихо Ади. –Ты ж умный у меня, во, знаниями блеснёшь! –Мне ж пизда потом! –На это и расчёт! Сэми вздохнул, чувствуя себя немного одиноко, ведь друзей у него все же нет. А эти ребята явно жутко ладят. По запаху – альфа и омега, но пахнет не смешанно, значит – не встречаются. Просто друзья «душа в душу». Послышался чих. –Ой, сколько запахов новых, – пробормотала Мими, шмыгая носом. Ади, судя по звукам, откинулся на спинку стула. –Тоже путаюсь, – произнёс негромко он, а после вернулся в исходное положение и наклонился над партой, концентрируясь на запахе человека, сидящего перед ним. А это был чёртов Сэми, да, который чувствовал себя достаточно неловко. Мими пискнула: –Пацан – омега? Девушка прыснула в кулачок, поняв по лицу рыжего, что бедный омега в разработке, и скоро прочувствует всю боль быть таковым, ведь ее лучший друг кого угодно до самоубийства тупыми подкатами доведёт. О да, похоже, опять подкаты про сны... –Эй, малыш, – с ухмылкой произнёс Ади. Сэми проигнорировал его и сделал вид, что увлечённо выполняет какое-то упражнение. –Малыш, мы не встречались раньше? – продолжил, несмотря ни на что, он. – Ах, точно, я видел тебя в своих снах, сладкий. Дабы посмотреть в лицо человеку, который явно ходит по тонкому льду, нарушая дисциплину на уроке, Сэми развернулся к нему. Занавес. Мими могла поклясться, что таким бледным и охуевшим своего лучшего друга никогда в жизни не видела. Чёртовы сны этих двоих были как своеобразная палка о двух концах: с одной стороны Сэми, который засыпает и видит этого рыжего, считая его плодом своего воображения, а с другой – Ади, который делает то же самое и считает точно также. И вы просто представьте себе эту ситуацию. Это выглядело как глупый анекдот. Сэми тоже побледнел и находился в ступоре, понимая, что он этому альфе душу во снах, блять, раскрывал. А теперь они оба здесь, оба материальные и только-только вроде как познакомившиеся. –Ади! – послышался оклик Фенцио. – Что с лицом? Устал дисциплину нарушать? Время блеснуть знаниями! Альфа постарался взять себя в руки, но мозги у доски не фурычили, ровно как и мозги Сэми, который с точно таким же шоковым выражением лица следил глазами за Ади, который пытался что-то сделать. –Плохо ты вчера ночью готовился, Ади, – проворчал саркастично Фенцио. –У него же голова болит, я сказала! Вот он ничего сделать и не может! – воскликнула Мими, пытаясь спасти друга из такого положения, понимая, что что-то действительно произошло, что понять пока что она не могла. – Давайте я! Парень с девушкой поменялись местами. Та принялась решать задачу, а Ади вернулся на место, приходя в себя. Сэми было страшно на него даже смотреть. –У меня шиза проснулась? – спросил тихо рыжий. –Если она и проснулась, то у обоих, – пробормотал омега. –То есть у тебя тоже сны...? – тихо произнёс Ади. –Да. –Пиздец. –Резонно. Повисло молчание между ними, которое сейчас их ужасно раздражало. В этот момент обоим, наверное, нужен был диалог. Они могли бы прояснить некоторые моменты, начать заново знакомство и все такое... Омега уже узнал имя рыжего, ведь его упоминал Фенцио, а вот Ади... –Тебя как зовут хоть? –Сэми. –О. Малыш Сэми, ты прости, что имя забыл, но сны забываются пиздец быстро, так что... –Я и сам твоё забыл. Плевать, – пробормотал омега, смотря, как Мими решает задачу. Вскоре пара закончилась, и абсолютно все ученики, включая Ади и Сэми, принялись как можно скорее собираться в другую аудиторию. У Мими с Ади уже были собственные рекорды в этом спорте, поэтому расправились с вещами они моментально и выскочили из класса, намереваясь пообщаться на крыльце школы перед второй парой. Они сели на ступени, и естественно, тема для разговора нашлась. –Что это за говно? – спросила, щурясь, подруга. И Ади объяснил, что за говно. –Помнишь, мне омега снился? –Ну. –Это тот омега. И я ему тоже типа... это. –Пиздец, – на лице Мими расцвела улыбка. – Ну всё, ебитесь, что уж тут. Ади фыркнул недовольно и повернулся в сторону ворот, раздумывая о произошедшем. –Ну подкатил ты знатно, конечно, – произнесла девушка, поправляя чёрные волосы. –Максимально. *** Ади всегда чувствовал себя уверенно рядом с омегами. Все же родители у него были обеспеченными, личико у него – что надо, характер задорный. Девушкам он уж очень нравился, так что проблем и неловкостей обычно не было, особенно учитывая то, что он не парился, когда общался с ними, ведь они все не были ему близки. Он искал себе омегу на пару недель – максимум, а причины было две: утолить свои ясные потребности и... ну просто девушка. Ну круто. Ну вот даже у Дино девушки щас нет, у Ади есть. Мужик на все сто. И, естественно, такие дамы его не особо интересовали, так что прощался он с ними быстро и также не парился. Как говорится: «Дама мсье не взволновала-с». А вот этот чёртов омега из снов его взволновал. Чертовски. В снах они вместе круто общались. Рассказывали о своих проблемах. Сэми казался ему рациональным и умным, но не душным, короче, побеситься с ним можно, а в сложной ситуации совет дать сможет. Ади видел в нем лучшего друга, но как бы... в сфере воображения. Вот представьте, наверное у вас есть такое: вы общаетесь с несколькими людьми в интернете, и один из них – ваш лучший интернет-друг, а вот в офлайне у вас есть обычный лучший друг. Они оба крутые и разные, даже из сфер разных, и сравнивать их было нельзя, и вот такая ситуация была сейчас в дружеской иерархии Ади. А лет так в пятнадцать он понял, что влюбился в какого-то воображаемого парня из снов. Но отчасти это было плюсом. Он ведь воображаемый. Значит, стесняться некого. Он же не реальный человек. Поэтому Ади смело пытался его целовать, соблазнять и тому подобное, и вы просто представьте себе, как ему сейчас было стыдно перед реальным омегой. Такие чувства были у альфы впервые. И у Сэми тоже. Им обоим было стыдно за своё открытое поведение, и в реальной жизни они все еще оставались знакомыми, которые узнали имена друг друга сегодня на уроках. Ади не знал, как себя вести рядом с омегой, который ему чертовски нравится по всем параметрам. Поэтому он решил поступить прямо как настоящий альфа. Он бегал от него и игнорировал весь день. А вечером, когда после того, как проводил Мими до комнаты, Ади вломился к себе в надежде отдохнуть одному и закинуть таблетку от головы, он охуел, увидев перед собой Сэми, который занял соседнюю кровать. –И что это? – спросил, нахмурившись, Ади. Сэми выглядел также изумлённо. Ему тоже было пиздецки страшно разговаривать с этим крутым, самоуверенным и на самом деле достаточно чувствительным альфой. –Меня заселили сюда, – пробормотал брюнет, делая вид, что готовится ко сну. –Какой лось посчитал отличной идеей альфу и омегу в одну комнату поселить? – фыркнул раздраженно рыжий, опуская незаметно взгляд, чтобы не видеть этого парня перед собой от волнения. Послышался глубокий вздох со стороны Сэми, который покачал головой. Видимо, его наличие вообще в реальной жизни выбило Ади из колеи тупых шуток и сарказма. Шутить и быть расслабленным не хотелось совершенно. Посчитав, что соревноваться в остроте ума будет очень нерационально сейчас, Ади молча приготовился ко сну, чувствуя себя тупой пуськой, которая с омегой без трепета в сердечке поговорить не может, и побыстрее залез в кровать, даже не пожелав спокойной ночи. А когда свет выключился, Сэми пищать захотелось от взрывов бабочек в животе и нервов, ведь они какие-то избранные, действительно, и этот альфа из снов действительно существует. От усталости в сон провалились оба, причём практически сразу же. Но они не учли тот факт, что сны им сниться будут наверняка. В этот раз Сэми снилось, что он был в холле их школы ночью. Он прогуливался меж колонн, будто ожидая начала урока. Почему-то он был в пижаме, но это же просто сон, так что логика присутствовать не должна. Сзади послышались шаги. –Почему я об этом не подумал?.. – пробормотал скептически Ади. Омега к нему развернулся, вздыхая. Теперь, то есть, он даже во сне отношения будет выяснять, отлично. –По крайней мере, я здесь себя более комфортно чувствую, – попытался найти плюс в ситуации Сэми. –М. Отлично, – произнёс рыжий, облокотившись о белую колонну. –Будем решать что-то? – омега пытался пройти сквозь смущение и быть более... результативным. У Ади на лице читалась только усталость. Он явно не был готов язвить или делать вид, что ему плевать и все такое. –Что решать-то? Предлагаю так: давай дружить, что ли, начнём взаимодействовать, а там посмотрим, – в глазах у него явно было выражение по типу «Что ж с тобой все так сложно». – Только хочу уяснить, как ты ко мне относишься. В перспективе. Сэми закусил щеку изнутри, наблюдая за альфой, который тоже немного был смущён. –Ну, думаю, ты... нравишься мне, – ответил он, почесав указательным пальцем висок. – А что насчёт тебя? –Думаю, тоже, – Ади прищурился, сел на пол, а потом похлопал ладонью рядом с собой, приглашая омегу сесть. Тот повиновался. –Продолжим вести себя в снах как обычно? –Почему бы... да.

***

–Не-не-не, только не в нашей комнате, пожалуйста. Сэми был готов умолять девушку на коленях, лишь бы первое событие в кругу друзей прошло успешно. К тому же, это практически годовщина их с Ади отношений – скоро год. Мими надулась. –Опять у нас с Вики что ли? –Вы нам все постели просто чипсами засрёте, а я на крошках спать не особо люблю, – он скрестил руки на груди, укоризненно смотря на девушку, которая пыталась как можно лучше устроить их небольшое двойное свидание. –О’кей, Сэми, только у нас комната – не трахальня, а-то в прошлый раз вы с Ади явно что-то спутали. –Это ты ему и говори. И вообще, мы ушли! И вам неудобств не доставляли! –Мне потом всё белье менять пришлось, а-то знаю я Ади, серьезно, – она нахмурилась, поправляя волосы и следя за бегущей парой людей за спиной Сэми. –Хэй! – послышался оклик сзади. Брюнет повернулся, увидев перед собой его альфу и Вики – девушку Мими. –Что вы тут? – поинтересовалась брюнетка, пытаясь всучить одному из омег пакеты с едой. Ади прыснул и забрал их. –Решили, что первое двойное наше свидание в этом году будет проходить у нас с тобой, малышка, – Мими заговорщески подмигнула Вики, подозвав ее рукой. – Я пойду срач уберу, а вы тут стойте, нас ждите. –Меня когда-то смущал срач у тебя в комнате? – Ади улыбнулся, подняв брови. –Да мне перед этим ангелком стыдно, а не перед тобой, баклан, – Мими послала воздушный поцелуй, а Сэми закусил губу. Девушки скрылись за углом, направляясь к себе. –Ревнуешь? – спросил с ухмылкой его альфа, кладя руки тому на плечи. –Да нет, – брюнет немного прищурился, а после откинул голову, смотря прямо в глаза Ади. – На днях к родителям ездил, ты знаешь. Отец запах твой учуял. –И что было? –Ор родителей, типа: «А что не знакомишь?», «Когда дети?» Альфа присвистнул, глядя на него сверху вниз. –Детей хоть щас можем организовать. –У меня уже есть один, – Сэми улыбнулся, а потом посмотрел в сторону угла, за который зашли Мими с Вики. –Посмотрим, как ты назовёшь меня вечером: папочкой или сыночком, – Ади ухмыльнулся, взъерошивая его волосы, прекрасно зная, что брюнет иногда из-за этого бесится. –Ты отвратителен. –Поэтому мы неплохо смотримся вместе. –Почему? –Я – отвратительный весельчак, ты – отвратительный заучка. По-моему, отличное сочетание. –Признаю, мы оба противные.