Противоположности

Привет. Прежде чем ты начнешь задавать мне вопросы наподобие: «Эй! Какого хрена тут происходит? Что за коротконогий лохматый чувак стоит на лестничной площадке с двумя тяжелыми сумками, весь промокший и топчущийся на месте?», хочу сказать: я, конечно, очень рад, что ты решил заглянуть в мою «насыщенную» жизнь и поинтересоваться, как у меня дела, но сейчас не самый лучший момент, окей? Дело в том, что пару часов назад хозяйка квартиры, которую я снимал уже около пяти лет, вышвырнула меня на улицу. Что было не совсем честно, но это не самое важное. Самое важное то, что в данный момент я, с, да, правда реально довольно тяжелыми сумками с вещами, стою возле двери своего знакомого с бывшей работы и собираюсь попроситься у него на какое-то время пожить. Теперь понятно, почему это не самое лучшее время для болтовни и тем более знакомства с моей скромной персоной? М? Что? Так интересно, что будет дальше? Серьезно? Ты все еще здесь? Людям что, и вправду совершенно нечего делать, кроме как вмешиваться в чужую жизнь? Чувак, я все равно не буду тебя слушать, даже не старайся давать мне какие-то советы, чтобы изменить сюжет. Это моя гребаная жизнь, окей? И я сам как-нибудь решу свои проблемы. Без чужих предложений… Кхе-кхе! Так и будешь пялиться? То есть, рассчитывать на то, что ты отстанешь, мне не стоит? Понятно. Ох, ладно. Но предупреждаю, если тебе вдруг станет скучно, не плюйся ядом, хорошо? Ты сам на это подписался. Нда, не за самым интересным в мире человеком ты, конечно, решил понаблюдать. Но так уж и быть. Что? Да-да, я уже постучал и на звонок нажал. Пока не открывает. Может, его вообще нет дома. Тогда придется ночевать в подъезде. Ничего, это не так уж и плохо. Ну-ну, не нужно строить такое лицо. Чего меня жалеть. Все норм. Вот, я уже слышу его шаги… Слышишь? Идет-идет. Все! Тихо! — Фрэнк? Что ты тут делаешь? — удивленно воззрился на меня высокий и, как по мне, ужасно худой парень, как только открыл дверь. Это Майки. Майки — крутой чел, отвечаю. Мы познакомились полгода назад, когда я еще работал в кинотеатре, где он ставил фильмы. Да, Майки — киномеханик, и он обожает свою работу, так же, как и я — свою. Майки примерно на две головы выше меня и в три раза худее, у него ужасно длинные конечности и светлая длинная челка, закрывающая пол-лица. Мне всегда казалось, что эта стрижка не идет Майки, но говорить я ему об этом не собираюсь. Ему же нравится. Так пусть ходит. Самое главное, что он чувствует себя прекрасно. На Майки светлые боксеры и такая же футболка без рукавов, кажется, он собирался спать. Упс. — Привет. Ты не мог бы приютить меня на время? Я потерял квартиру, и мне некуда больше идти, — устало поприветствовал его я. Майки сразу начал интересоваться, что случилось, но, кажется, из всех моих ответов так ничего и не понял. Если ты еще не в курсе, мне не очень хорошо удается выражать свои мысли вслух. Да, с тобой я общаюсь нормально, но когда дело доходит до более реальных людей вроде Майки, начинаются проблемы. — Она не имела права без предупреждения выгонять тебя, — хлопотал парень на кухне, чтобы напоить меня горячим чаем. На улице шел страшный ливень, так что я умудрился промокнуть практически насквозь. Майки обо мне позаботился, в первую очередь дав переодеться в сухую одежду, а теперь, вот, отпаивая горячим напитком. — Миссис Смит не виновата… — Как это не виновата? Ты должен написать на нее заявление! — настаивал он. — Зачем? — нахмурился я, поджав колени, потому что кухонный стол, который находился в самом центре помещения и за который меня посадили, был даже для моего не самого высокого роста крошечным. Я задумался, каким образом высокий хозяин умудряется располагать под ним свои длинные ноги. — Потому что она не права. Ты должен предоставить им в доказательство документ о съеме помещения. Там же написан срок аренды? — Какой документ? — Тот самый, Айеро. Который ты и эта миссис Смит должны были подписать. Я задумчиво поджал губы. Майки устало рухнул на стул рядом со мной. — Только не говори, что ты жил там незаконно? — вытаращился он. Я немного замялся. Слишком страшно это прозвучало. — Почему незаконно? — Нелегально. На эти слова я глупо заморгал, из-за чего Уэй устало выдохнул. — Ох, Фрэнки. Ладно, ты можешь пожить у меня. Если честно, я как раз хотел найти себе соседа, так как наше домоуправление немного подняло плату, а мне нужно выплачивать кредит за машину, так что… так что… ты очень кстати. Если, конечно, не против жить с соседом. О! О таком я и мечтать не мог! То есть, вообще-то я привык жить один, но Майки… Майки был клевым, он всегда меня понимал, так что я был бы рад проводить с ним больше времени. Я улыбнулся. — Спасибо, Майки. — Не за что, милашка.

***

Квартира, в которой жил мой друг, была не слишком большой. Двенадцатый этаж, почти центр города, от работы недалеко, да и еще целых две комнаты. В своей старой съемной мне приходилось ютиться лишь в одной, смежной с кухней, да и ванной там не было, оставалось ходить в общую душевую через улицу. Здесь же все было по-другому. Если смотреть от входной двери, комнаты располагались справа по коридору, кухня — слева. А вот прямо напротив порога стояла дверь, которая и вела в ванную комнату, соседствующую с уборной. Удобно, практично, экономично. В дальнем помещении по коридору находилась кровать, стоявшая возле окна, и раскладной диванчик у стены напротив, возле которого умещался небольшой компьютерный столик с ноутбуком, а чуть левее — шкаф и комод для нижнего белья. В другой же комнате было просторнее. Это была гостиная: большой плазменный телевизор у стены, напротив которого — такой же раскладной диван и низкий стеклянный столик под ноги. — Можешь выбирать любую, — прервал свою экскурсию Майки. — Но я бы посоветовал тебе устроиться пока в моей, так как завтра должен приехать мой старший брат. У него проб… в общем, он ненадолго тут задержится. Обычно он занимает гостиную. Но как только он уедет, она может быть в твоем полном расположении. Тут есть балкон, — продемонстрировал мне Майки помещение. — Хорошо. Так мы будем спать в одной комнате? — Да. Кровать моя. А ты против? — Нет-нет, — замотал головой я. — Я не могу спать на диване, так как у меня небольшие проблемы со спиной, — серьезно поделился Майки. — О, сочувствую, это плохо. Но я и не претендовал, конечно, я буду спать на диване, — улыбнулся я ему. — Хорошо, — смущенно ответил он мне.

***

— Кто это? — уставился на меня стоящий в прихожей и отряхивающийся от капелек дождя на одежде высокий короткостриженный ужасный блондин в темном пальто. Знакомься! Это Джерард — старший брат Майки. Как ты можешь заметить, дорогой зритель, Джерард является очень смазливым парнем… точнее, мужчиной. Если нам с Майки было по двадцать четыре, то этому чуваку прошедшей весной стукнуло двадцать восемь лет. Майки говорил, что его брат работает то ли в театре, то ли в кино, в общем, актер какой-то. У него нет собственного жилья, и поэтому он живет у своих любовников. Любовников во множественном числе, потому что он постоянно их меняет, точнее, они сами его бросают. Убегают. Майки только сказал, что тот ужасно любвеобильный, поэтому некоторые люди не выдерживают. Почему им не нравится любовь Джерарда, я не понял, но Уэя-старшего про себя пожалел. Наверное, очень тяжело быть постоянно отверженным. Наверное, это больно. Как думаешь? Я никогда не был в отношениях, так что не испытывал этого на своей шкуре, но мелодрамы смотреть люблю, всегда очень сочувствую героям. А! Еще кое-что! Забыл сказать. Джерард — гей. — Это Фрэнк, мой сожитель, — спокойно ответил Майки разувающемуся брату. — Фрэнк? — заинтересованно взглянул на меня тот. — Был же Пит. — Не в этом смысле сожитель, — отрезал Уэй-младший. — Плату за квартиру подняли, и я решил найти соседа. На эти слова Джерард поиграл бровями, а Майки завопил, да так неожиданно, что испугал меня больше, чем своего родственника. — Нет, Джерард! Фрэнк здесь не для этого, ясно? Не смей трогать его. — Пфффф, больно надо, — закатил глаза ужасный блондин, наконец расправившись с верхней одеждой, и прошел в гостиную, случайно ударив меня ладонью по ягодице. — Я все видел, Джерард! — вновь заголосил над моим ухом Уэй-младший, на что ужасный блондин ехидно захихикал. Странный тип.

***

Окей, дорогой зритель, вот я и познакомил тебя с главными персонажами моей пьесы. Надеюсь, ты счастлив. А теперь мне стоит, наверное, рассказать о себе, верно? Хорошо. Меня зовут Фрэнк Айеро, мне, как уже ранее заявлялось, двадцать четыре года. Работаю в данный момент уборщиком на овощебазе. Отношений нет, планов на будущее… хотел сказать, тоже, но потом вспомнил, что завтра к нам приезжает начальство, так что меня ждет много работы. Нужно вычистить все самые темные уголки. Так что планов много! Вкусы? Ну, мне нравится мелодрамы, хорошая классическая или не очень музыка и маленькие собачки, правда, я их немного боюсь, они очень громкие, знаешь ли, так что завести щенка пока не спешу. Насчет внешности… Ну, я думаю, ты сам все прекрасно видишь. Так-то меня она устраивает, но вот нос. У меня маленький нос, не такой, как у этого Джерарда (ты видел нос Джерарда?), но все же… Маленькие носы — это супер скучно. Вот нос Майки мне очень нравится: не слишком большой, но и не крошечный, острый, мужественный. Даже странно, что братья в этом так сильно отличаются. Но челка его, конечно, не очень, постоянно этот прекрасный нос закрывает. И как он не чихает каждые пять минут? Забавно, волосы щекочут лицо Майки, а чешет нос постоянно Джерард (я заметил), хотя сам отнюдь не лохматый, наоборот, прилизанный какой-то, пряди неестественно выбелены. Мне не нравится. У Майки тоже, конечно, светлые волосы, но смотрится более натурально, во всех смыслах. У меня же волосы каштановые, немного на солнце золотом блестят, но только когда чистые. Красить не собираюсь, я же обычный парень, не модник, как Уэи. Каждому свое. Не сказать, что этот Джерард мне сильно нравится. Как только он приехал, то сразу начал ходить и командовать. Правда, его никто не слушал. Майки сказал мне не обращать внимания. Также он занимал все пространство, просто находясь в своей комнате. Как это было возможно, не представляю, но его вещи были разбросаны практически повсюду, я даже на работе так не уставал, как подбирая все его шмотки и складывая. Он не спрашивая брал одежду Майки, однажды использовал мою синюю зубную щетку, спутав ее со своей, розовой. В ванную комнату по утрам практически невозможно попасть, потому что актер там наводит красоту. Как-то он вышел на кухню, чтобы позавтракать, с такой странной зеленой слизью на лице, что у Майки тут же пропал аппетит. Ну, это штука еще воняла жутко, так что да… неприятно было. И чтобы ты лучше осознал весь трагизм ситуации, я покажу один диалог. Внимание. Джерард: *съедает весь шоколад Майки, ноет, что Уэй-младший жадничает, пряча от него молочные батончики в ящике, который запирается на ключ* Майки: *шлет его на хрен* Джерард: Бляяяя… как меня достало! У меня ПМС, будь милосерднее, мелкое исчадие ада! (это он про Майки) Мне необходимо это, понимаешь, ты, кусок… Майки: У тебя не может быть ПМС, придурок недобитый! Джерард: Да что ты? Значит, девушкам можно так оправдываться за свое херовое поведение, а мне — нет? Это нечестно! Теперь понимаешь, о чем я? А еще у Джерарда есть нервный тик, который заставляет меня волноваться за него. Я решил затронуть данную тему, пока мы все сидели за этим крошечным столом, из-за которого бедные длинные ноги Джерарда все время упирались в мою промежность. Я сказал, что ему нужно обратиться к врачу, так как он слишком часто моргает, это не очень хорошо, нужны какие-то успокоительные. Но мои слова почему-то никто не принял всерьез. Майки вдруг расхохотался так, что подавился, и помощь уже потребовалась ему, а ноги Джерарда куда-то исчезли. Наверное, затекли. Чертов стол.

***

Братья постоянно ссорятся и иногда даже дерутся. Не поделить они могут что угодно: пульт от телевизора, последний бутерброд с колбасой, парфюм, даже место в комнате или на балконе, куда периодически выходят покурить. Майки, хоть и младше, выше Джерарда, так что часто, чтобы выбесить второго, отбирает у него какую-нибудь вещь и закидывает на шкаф, чтобы тот потом со стулом ее оттуда вытаскивал. Сам же Джерард сильнее младшего из-за комплекции, так что легко может поднять его на руки, также ради того, чтобы навредничать или отобрать пиццу. Меня они, слава Богу, не трогают, в разборки их я тоже не лезу. Просто сижу, доедаю последний бутерброд или кусок пиццы и наблюдаю за представлением. А вообще, весело! Хоть и кажется с первого взгляда, что Уэи ненавидят друг друга. Я слышал о том, что у братьев и сестер бывают плохие отношения, так что не переживаю. Во-первых, потому, что помимо всех их стычек, Майки разрешает брату жить в его квартире тогда, когда тот хочет, а Джерард в свою очередь часто волнуется, когда младший Уэй не берет на работу зонтик, несмотря на то, что в прогнозе погоды обещали дождь. Такие маленькие вещи как ничто другое говорят о том, как эти парни на самом деле любят и заботятся друг о друге.

***

Джерард — странный тип и правда очень любвеобильный. Закрались подозрения, что он имеет на меня виды. Это было нерадостной новостью, потому что я заводить отношения пока не собирался, и тем более со старшим братом своего друга, который практически подобрал меня с улицы. Быть с Джерардом было бы как-то… неприлично, что ли, в такой ситуации. Но опять же, если бы я отказал ему, сердце бедняги вновь оказалось бы разбито, и причинять страдания брату своего друга также было бы не самым хорошим делом. Так что я не знал, куда мне деваться, когда старший Уэй начал ходить за мной и предлагать потрахаться. Он так и говорил: для здоровья. Для здоровья, по-моему, спортом занимаются и полезной едой питаются. Или я чего-то не знаю, и секс теперь тоже стал спортом и морепродуктами считаться? Майки меня спасал. Он строго-настрого запрещал Джерарду ко мне подкатывать. Не знаю, почему. Он обзывал брата потаскуном, но я не придавал особого значения этому. Они много как друг друга обзывали: и шлюхами, и девственниками, и зоофилами, педиками, членососами, кисками… Стараться понять эту странную логику невозможно. Например, как можно быть девственником и шлюхой одновременно? А членососом и киской? И при чем здесь кошки? Или это как-то связано с зоофилией? Кто-то из них хочет стать котом? Ничего не понятно. Сплошная путаница. Сегодня я как обычно проснулся рано, по звонку будильника, сходил в уборную, почистил зубы, умылся и отправился на кухню, совершенно позабыв одеться. Да, такое бывало, не слишком часто, но все же. Я привык жить один и завтракать в своей квартире лишь в боксерах, а иногда, когда на улице было очень жарко, и без них. Сегодня боксеры были на мне, но и в квартире я находился не один, так что наблюдай, дорогой зритель, за картиной. — Вот скажи мне, Майки, как мне не хотеть его облапать, когда он сам, смотри-смотри! — ткнул в меня пальцем Джерард, как только я зашел на кухню; парни уже завтракали, а я направился к холодильнику, чтобы достать колбасу. — Провоцирует меня! — Не быть животным? — тупо уставился на него Майк. — Эй! Фрэнки! Фрэнк! Кис-кис! — Что? — Я гей, — упрямо взглянул на меня Уэй. — И что? — ответил я. — Ну, блядь! — выругался тот. — Вот скажи мне, как ты будешь себя чувствовать, если перед твоим носом станут ходить полуголые девушки? Ты когда-нибудь видел голых девушек, Фрэнки? — насмешливо поинтересовался он. — Да. В интернете их полно. — Я тебе не про картинки говорю. Настоящих, живых девушек видел? — Ну, я был на пляже, и ничего со мной не произошло, — своим ответом я, кажется, ввел Джерарда в ступор, потому что он завис аж на несколько минут. Этого хватило, чтобы я спокойно позавтракал и вернулся в свою комнату, чтобы начать собираться на работу. Кстати о работе! Я не говорил тебе, что просто обожаю ее? Так вот, это правда. Я работаю уборщиком на складе. Дел там всегда полно, мусорят постоянно. Куча пыли, земли и остатков от овощей и фруктов, которые поставляют мои начальники, развозя их по магазинам. Как только я закончил школу, я сразу же отправился работать. Мои родители были против, они хотели, чтобы я пошел в какой-нибудь университет, тем более, со своими не самыми худшими оценками мог поступить на бюджет, но я наотрез отказался. Именно поэтому мне и пришлось рано съехать от них: постоянные ссоры из-за работы, которую я выбрал, стали невыносимы, так что мне пришлось быстро перебираться в общежитие. Только потом я нашел квартиру. К сожалению, моей любви к этому делу не понял и Джерард. Он был в полном шоке, когда однажды на вопрос: «чем я занимаюсь» услышал ответ: «убираю гнилые фрукты и овощи со склада». Вначале он мне не поверил, а когда Майки подтвердил мои слова, просидел неподвижно на одном месте около пятнадцати минут, что довольно сложно для него. — Но у тебя же такая внешность! — взорвался он. — Ты бы мог работать моделью! Я скривился: — Как ты? Делать биологически опасные маски для лица каждый день? Мужчина фыркнул. — Я актер, но… ну, да, иногда у меня бывают фотосессии, но это не важно. Я не понимаю, почему ты не используешь свою внешность, чтобы… ну, не знаю… устроиться в жизни. — Мне все устраивает, — пожал я плечами. — Убирать гнилье? Убирать гнилье тебя устраивает?! — Ну да. Он хотел сказать что-то еще, но тут встрял уже Майки: — Отстать от него, Джерард. — Но… — Оставь человека. А потом я стал свидетелем долгого спора между двумя братьями по поводу того, чем я должен или не должен заниматься. Майки понимал меня и защищал мою позицию, когда Джерард, решивший, что со мной разговаривать бесполезно, так как внятного ответа, почему я так люблю убирать, как он выразился, дерьмо, он не услышал. — Я могу устроить его к Ксавье! Ему как раз нужны мальчики для разворота! — Нет, Джи! Фрэнк не будет этим заниматься. Он не хочет. Видишь? — кивнул он в мою сторону. Я кивнул в ответ. — Боооже! — мучил волосы на своей голове Джерард, даже не пытаясь меня понять. Ну как… как я мог объяснить ему, что просто обожаю свою работу? Что считаю ее самой лучшей и полезной на свете? Уборщики нужны всегда и везде. И если даже будет всемирный кризис, те не потеряют работы — настолько она важна. Как же люди этого не могут осознать?! Чистота, комфорт, в котором они находятся — это исключительно заслуга тех, над кем в нашем обществе принято смеяться и не уважать. Я не знал, как объяснить это Джерарду. Я даже своим родителям это сделать не мог. Единственный кто меня понимал — это Майки. Наверное потому что мы долгое время работали рядом и он видел, как я наслаждаюсь своей профессией, как забочусь о том, чтобы окружающим меня людям было приятно находиться на своих рабочих местах. Но Джи не слушал. Немного позже, под предлогом подвести меня до дома (да, он вычислил, где я работаю), он притащил меня, уставшего и вымотанного, в какое-то агенство прямо на фотоссесию, передав своему дружку, бритому фотографу со страшными татуированными руками. Я был настолько растерян, что только в гримерной, где мне накладывали какой-то стремный макияж, отпросился у девушек-стилистов в туалет. Те посмеялись надо мной, но отпустили. Так я, в принципе, и сбежал. Правда, этим же вечером получил по полной от Джерарда, который разъяренной бешеной курицей влетел в дом и начал бить меня своим красным шарфиком, называя идиотом. Но мне не привыкать. У моей мамы тоже была такая реакция, когда я прогулял вступительные экзамены в университет на следующий год после окончания школы. Бывает.

***

Так как Майки работает в кинотеатре, у него есть некоторые привилегии. Например, на ночные сеансы, когда начальство уже разъезжается по своим домам и мирно спит в кроватях, он может привести своих друзей в зал и показать им на халяву какой-нибудь фильм. Как оказалось, его лучшими друзьями являлись мы с Джерардом, так что каждые выходные с субботы на воскресенье Уэй-младший тащил своих домочадцев в кино. Попкорн, правда, приходилось брать свой, так как кафе в такое время закрывалось, но все равно это было безумно весело и классно. Мы сидели в зале одни, можно было выбрать абсолютно любое место, какое только захочешь. Я предпочитал сидеть в середине, хоть Джерард и тянул меня постоянно на задний ряд. По-моему, это было супер глупо. Зачем садиться в самый конец, если у тебя такой большой выбор? Но Джерард нес что-то про романтику, атмосферу и так далее. Ох уж этот Уэй. Именно в кинотеатре Майки я и увидел первый фильм с Джерардом. В последнее время он говорил что-то о том, что снялся в каком-то блокбастере и идет подготовка к премьере, на которую он ездил, но я как-то не придавал этим словам значения, я больше старые фильмы люблю, особенно черно-белые или немые. У них особенная атмосфера. Но фильм с Джерардом мне тоже очень понравился! Эта была какая-то фантастика про охотников на монстров, ангелов и демонов. Джерард играл ангела. Поэтому он, как выяснилось, и ходил с такими странно высветленными волосами. По сюжету он был ангелом-хранителем какого-то парня, за которым послали армию тьмы. Они влюбились друг в друга, но потом выяснилось, что на самом деле этот парень — сын Дьявола, и демоны пытались перехватить его себе. Джерарду же приказали убить своего подопечного. Он не сделал этого и погиб от руки людей, которые также охотились за сыном Зверя. Ангел спас его, пожертвовав своей жизнью, а в парне из-за сильнейшего эмоционального срыва от потери любимого проснулись способности, и он убил всех людей, которые находились поблизости. Майки уже видел этот фильм, как и Джерард, поэтому в кинотеатре ревел я один. Правда интересный фильм был. Я даже на Джерарда как-то по-другому смотреть начал. Какой он, оказывается, хороший актер! Но автограф на груди я ему не дал оставить, хоть он очень и хотел, когда понял, как мне понравилось кино. Еще он предлагал сфоткаться с ним и в инстаграм фото выложить, ну, чтоб я, типа, похвастался перед подписчиками, что знаю знаменитость, но инстаграма у меня не было, как и странички в фейсбуке и других социальных сетях. Джерард, когда я это ему сказал, очень расстроился, даже зарегистрировать меня где-то хотел. Я отказался. Я больше книги читать люблю, чем в интернете лазить, не понимаю, почему всех он так привлекает. Наверное, из-за общения. Я-то не очень общаться люблю, так что мне в своем мире весьма комфортно. — Как это у тебя нет телефона? — удивился Уэй-старший. — Как ты живешь, блин, вообще без связи. — Нормально, — заверил я. — Иногда прошу у кого-нибудь, чтобы позвонить. Я нечасто звоню, так что не вижу смысла приобретать телефон. — Да ты… ты, — растерянно зазаикался Джи. — Вообще уже. Я пожал плечами. А на следующий день Джерард купил мне сотовый, какой-то навороченный. Он так его разрекламировал. Целый день мы просидели в его комнате, где он учил меня пользоваться гаджетом. Он вбил в телефонную книгу свой и Майки номера, а также пометил в блокноте мой, чтобы я знал, как пополнять баланс. Я не стал отказываться от подарка, потому что не хотел обижать его. Он и так слишком психовал из-за того, что я не захотел надевать какую-то куртку, которую он себе купил, но та оказалась ему мала. — И что мне, теперь ее выкидывать, Фрэнки?! Выбрасывать деньги на ветер?! — орал он, натягивая на меня рукава. После того случая как-то перечить ему уже не хотелось. Только стресс получишь в итоге. Майки тогда Джерарда холериком обозвал. Я посмеялся.

***

Прошло не много времени после премьеры фильма Джерарда, как на него внезапно обрушилась сбивающая все на своем пути слава. Папарацци начали поджидать его на каждом углу, толпы фанатов преследовали Джи на работе, узнали, где он живет, стояли под нашими окнами и кричали, что любят его. Одна девочка стала угрожать ему, что порежет вены, если ее любимый актер не будет с ней. Это очень пугало, так что он начал задумываться о переезде. У Джерарда была крупная сумма в банке, которую он еще не успел потратить. Нет, вообще, вначале он хотел купить права на один фанфик, который написали про него и Стива Уаета, который исполнил роль сына Дьявола в их совместном фильме, и экранизировать его, но Майки отговорил брата, так как прочел этот шыдевр фикбука. Фанфик не имел ничего общего с историей фильма, но шипперы очень полюбили парочку Стирард, хоть в реальности актеры и не состояли в отношениях. — Если хочешь что-то подобное увидеть, то просто сними тупую порнуху. Дешево и красиво! — прикалывался младший Уэй. — А! Можно еще сделать как Гера Стрейзанд или Сафин. Как его там? Блогер этот. Про него и его парня же написали какой-то фик, и они его потом с этим юношей разыграли. Ну, в комедийном виде, правда. Блин, Джи, ты бы еще про этого ученика и озабоченного учителя выбрал. — Там про школу, — буркнул Джи. — И что? Ааааа, прости. Я забыл, что у тебя триггер на школу, — рассмеялся Майки. Уэя спасла смена образа. Когда он перекрасился в темный цвет, то стал словно невидимкой для поклонников. Пока это работало, и его практически перестали узнавать на улице.

***

Уэи такие странные иногда. Люди вообще странные. Вот смотри, чувак, лежал я на своем диване, читал какую-то книгу, как в комнату с серьезными минами на лицах вошли братья. — Можно с тобой поговорить? Можно. — Мне нужно кое-что тебе сказать, Фрэнки. Я слушаю, Майки. — В общем… я гей. И замолчал. — И что? — только спросил я, как комната взорвалась чайкиным смехом Джерарда. — Я говорил, что он так скажет. Гони десятку! — ржал старший Уэй, обливаясь слезами. Оказалось, они спорили на мою реакцию, как я отнесусь к тому, что узнаю об ориентации Майки. А мне что? Да ничего. Ну живу с двумя геями в одной квартире. Что тут такого? Не понимаю. Они же не каннибалы — вот тогда действительно бы волноваться пришлось. Ну, я решил продолжить разговор, не зря же они до сих пор тут сидели и читать мне мешали. Поговорить, наверное, об этом хотят. — И как так получилось? — Что? — Что вы два брата в семье и оба гея? — спросил я. Они молчали. — Вы оба гея? — Да, Фрэнки, — кивнул Джерард. — Давно? — Пффф, глупый вопрос, — заметил Майки. — Ммм, — я не знал, что еще сказать, а они все сидели, смотрели и ждали чего-то. — То есть, вы только по парням? — Да, Фрэнки, — смеялся Уэй-старший. — И вам нравятся мужчины. — Да, — смеялись оба. — И вы типа… друг с другом… — Да… Что? Нет! — яростно воскликнули они. — Ммм, ну ладно, — пожал плечами я и взялся за недочитанную книгу. Так что, выходит, Майки переживал, что я буду нервничать из-за того, что он не совсем традиционной ориентации? Странно как-то. Против Джерарда же я не был. Но потом до меня дошло почему. Джерард и Майк никогда не любили говорить о своих родителях. Потому что у них такие же напряженные отношения как и у меня с моими. Майки потом сказал, что причина их нелюбви заключается в ориентации братьев. Это печально и сложно для моего понимания. Люди разные, и если родителям Майки и Джерарда удалось разлюбить своих детей, это не значит, что и остальные могут поступать так же и убивать в себе любовь к своим родным и вторым половинкам. По-моему, папа и мама Уэев поступили очень неразумно. А еще оказалось, что у Майки есть парень. Его зовут Пит, и его никто не видел, потому что друг думает, что его брат его отобьет. Джерард слишком любвеобильный. «Как только он закончил школу, перестал быть пухлым готичным подростком и попал в кино, то его самооценка сразу поднялась до самых небес», — жаловался Майки. Так что теперь Джерард, по всей видимости, наверстывает за все годы. Ходит на свидания, устраивает пижамные вечеринки со своими друзьями из шоу-бизнеса, такими же высокими и красивыми. Джерард любит пижамные вечеринки. Правда, в пижаме я его ни разу не видел. Дома он почему-то ходит без нее. Это мне приходится теперь одеваться, а то бывает, Джи случайно врезается в меня в коридоре, он у нас, кстати, такой узкий. Джерард постоянно запинается об свои разбросанные носки и падает на меня. Пару раз чуть трусы случайно не стянул. Майки ругался. Я тоже посоветовал ему лучше смотреть под ноги.

***

Джи недоумевал. Как я, милашка-симпотяшка, с таким охуительным лицом и телосложением до сих пор оставался девственником. Оказалось, Уэй подумал, что я шучу насчет того, что видел полуголых девушек только на пляже. В какой-то момент, после очередного разговора с Майки, он пришел ко мне и начал в который раз пытать своими глупыми вопросами. — Но как так вышло? — Разве ты не хочешь трахаться? — И девочки за тобой не бегают? А, ну да… ты же уборщик. — А в школе? В школе-то тебе должен был кто-то дать! Узнав, что в школе я был таким же отстоем, как и он, а за девчонками никогда не бегал, как и те за мной, удивился еще больше. — Может, ты гей? Я пожал плечами. — Может, ты би? Я пожал плечами. — Может, ты псих? — Джерард, отстань от него! — встрял Майки. — Это только ты у нас все время о сексе думаешь! Не все такие озабоченные. И кстати, тебе на заметку... Я слышал, что гипер-сексуально-активные мужчины раньше лысеют. Так что ты это... следи там за своей черепушкой пхахахаха... — Но Майки, — запищал тот. — Ты же понимаешь, что это ненормально? Ему уже двадцать четыре! Ты хоть дрочишь, Фрэнки? Я кивнул. — Фух, слава Богу, — выдохнул он. — Хочешь, я тебе подрочу? — Джерард! — Бля, отстань, мелкий! — отмахнулся Уэй, на что получил от младшего брата подзатыльник, завязалась драка. Я только тяжело выдохнул и вышел на кухню перекусить, серьезно задумываясь над тем, что… а правда, почему у меня до сих пор нет девушки? Как-то и не хочется, если честно. Я никогда особо и не размышлял над тем, чтобы найти себе пару. Я, естественно, наблюдал за остальными людьми, смотрел те же мелодрамы, но я всегда считал, что чтобы быть вместе, нужно обязательно влюбиться, что-то чувствовать к человеку, а я… получается, и не влюблялся ни в кого, меня ни к кому не тянуло. Разве это ненормально? Почему Джерард считает это каким-то отклонением? Я люблю наблюдать за другими людьми, быть созерцателем, радоваться за их счастье, переживать из-за расставания. Что в это плохого? Не понимаю. «Фрэнк у нас девственник», — как-то шутил надо мной отец перед соседями, но звучало это как оскорбление. Почему девственником быть оскорбительно? Странное общество.

***

Джерард слетел с катушек. Теперь он, как только Майки отворачивался или уходил к своему парню Питу, сразу же после того, как дверь за ним закрывалась, начинал лезь ко мне и слюнявить лицо, как какой-то пес. Я, конечно, очень люблю собак, но если они маленькие, такие миленькие и веселые. Рядом с здоровенным Уэем я сам как маленькая собачка выглядел. Правда, что-то не весело. — Ну, Фрэнки, давай один разок, тебе понравится, — тыкался он своим острым носом мне в шею. — Один крошечный минетик. Это совсем-совсем не больно. После долгих уговоров я все-таки согласился. Не знаю, почему, может, из-за того, что у Джерарда были такие грустные глаза, что мне плакать захотелось, или из-за того, что я — обычная тряпка. Майки-то рядом не было, так что отбиваться пришлось самому. А это плохо у меня получается. «Ну ладно», — подумал от безысходности я, надеясь, что после этого Джерард, может быть, оставит меня в покое. Как же я ошибался. А Джерард уже по глазам все понял. Потянул в свою комнату, усадил на диван, нахмурился, заставил встать, стянул мои штаны прямо с трусами, из-за чего сразу же стало холодно, посадил обратно, опустился на колени, облизнулся. Я ждал, что будет дальше, а у Джерарда чуть ли слюна изо рта не капала. Я не понимал, как можно так хотеть сосать чьи-то гениталии. Джерард же не понимал, как можно не хотеть. Мы были абсолютно разными и не понимали друг друга. Сперва он посмотрел мне в глаза, они у него словно горели, я тоже смотрел, а дальше он, не прерывая зрительного контакта, медленно-медленно опустил свою голову к моей промежности и прикоснулся к моему обмякшему члену губами. У меня пробежали мурашки по спине, сразу стало тепло, я забыл про холод. Было с одной стороны приятно, с другой — как-то странно, я сразу почему-то подумал о том, что хочу в туалет, хотя мочевой, вроде, и был пуст, но ощущения какие-то подобные сохранялись. Далее он опустил свою руку, поднял ею мой член и полностью положил его в рот. Я не был возбужден, но от влажности языка Джерарда, от тепла стало очень приятно. Я закрыл глаза, чтобы погрузиться в эти ощущения. Он медленно шевелил языком, облизывал, слегка посасывал меня. Вскоре его движения ускорились, и я затвердел. Он начал делать это очень быстро. Я чувствовал, как головка моего члена касается его горла, стало немного страшно оттого, что он задохнется, но Уэй вроде выглядел вполне нормально, только покраснел немного. Он мычал, помогал себе рукой, и от этих действий я ощущал странную, но чертовски возбуждающую вибрацию. Через какое-то время все мое тело прострелила горячая волна оргазма, перед которой я хотел отодвинуть Джеррда от себя — ну мало ли, что — но тот воспротивился, и в итоге все проглотил. — Ты даже не покраснел, — нахмурился он, вытирая рот. Я пожал плечами, заправляясь. — А что должен был? — Тебе точно до меня никто минет не делал? — спросил он, вытирая рот, все еще стоя передо мной на коленях. — Эм, нет, — почему он спрашивает? — Спасибо, было приятно, — добавил я, улыбнувшись, и тогда он тоже расплылся в улыбке. — Не за что, обращайся. Когда вернулся Майки, то сразу начал что-то подозревать. Джерард попросил меня ничего ему не рассказывать, сказал, что тогда Майки выгонит его из квартиры. Я не думал, что Майки так может поступить с собственным братом, но и говорить ему не стал, потому что… Ну, Джерард так хотел доставить мне удовольствие, мне казалось, я был ему обязан. — Ты че, трахался опять с кем-то, Уэй? Лыбишься все, — бурчал Майки. Джерард только хихикал. А потом это повторилось. Если честно, я не очень хотел, так как в отношениях мы все же с Уэем не состояли, так что это было как-то неправильно, но Джерард так просил, у него были такие грустные глаза, он даже расплакался, я думал он реально расстроен, но когда я все-таки дал согласие, тот, как в ни в чем не бывало, оскалился, вытер слезы, высморкался и потянул меня в душ. Что сказать? Было приятно с ним мыться и обниматься. На этот раз он делал мне приятно руками, я тоже ему попробовал. Он кончил. Очень радовался. Ему правда нравилось это, но вот я каких-то особых чувств к нему не испытывал. Мне нравилось с ним обниматься, правда, но как только он начинал мне лицо обслюнявливать, становилось неприятно. Джерард сделал вывод, что я просто не люблю целоваться, поэтому переключил свое внимание на мою шею. Так мы и спалились через некоторое время. Майки заметил засос. — Джи, ублюдок хренов! — орал он, вцепившись в своего брата; мне пришлось их разнимать. Я защищал Джерарда, уверяя Майки, что тот ничего не сделал, ну, мы немного пообнимались, поцеловались, Джерард сделал мне двенадцать раз минет и подрочил — семь. Ничего такого. Глаза Уэя-старшего от настолько точных подсчетов полезли на лоб, но сказать он ничего не сказал. Его очень сильно удивило, что я считал наши… эм… разы, потому что он сам даже всех своих партнеров сосчитать не мог. — Все в порядке, Майки. Точно. Не волнуйся. Джерард ничего плохого не сделал. — Он сексоголик, Фрэнки. Я о тебе забочусь. — Я вообще-то здесь, — нахмурился Уэй. — Я не против, если Джерард реально в этом нуждается. Мне же тоже приятно. — Единственное, в чем он нуждается, — это в лечении, — фыркнул Майки и, похоже, обидевшись на нас обоих, вышел из комнаты.

***

Братья поссорились. Вначале Майки правда хотел выгнать Джерада из квартиры, но я его остановил. Испугавшись того, что Джерард окажется на улице, мне пришлось соврать Майки, что я очень люблю Джи, что мне правда он нравится, что мы теперь пара и так далее и тому подобное. Джерард был шокирован не меньше Майки, у него даже челюсть отвисла, но подыграть мне согласился. И на майкино громкое: «эта правда?» закивал. А потом у них была какая-то беседа на кухне за закрытой дверью. Мне сказали сидеть в комнате. Джерард после этого больше ко мне не лез, но, что странно, Майки все равно считал нас парой. Джерард, правда, отстал на какое-то время, часто дома не ночевал. Майки сердился, говорил: «И как тебя может устраивать мой брат-шлюха?» А я отвечал, что люблю его. Я больше не хотел ссор, драк и прочего. Эти три простых слова помогали устанавливать подобие хоть какого-то спокойствия и умиротворения в доме. Какие же все-таки странные эти люди. Когда я не разрешал Джерарду прикасаться ко мне, он сердился, часто вредничал, мог начать щекотать, отбирал книги, одежду, но стоило мне поддаться на его уговоры, тут уже Майки начал ругаться. Я был растерян. Черт, как же хорошо было жить одному. Ну да, с Уэями было весело, но эти постоянные потасовки, выяснения отношений ужасно утомляют, если честно. Я серьезно устал, стал позже приходить с работы, чтобы избегать бессмысленных разговоров с Майки и неожиданного игнора со стороны Джерарда, который то ли боялся своего брата, поэтому начал избегать меня, то ли еще непонятно чего. Я вроде как ему нравился вначале. Ведь нравился? Он все время находился рядом, звонил часто на купленный им телефон, который я постоянно забывал дома, отправляя смс-ки с какими-то порнографическими гифками. Сердился из-за того, что я не отвечал, ведь он купил мне телефон не для того, чтобы тот лежал дома. Странные эти Уэи. Наверное, у них что-то наследственное. Однажды Джерард не вынес этой подавляющей атмосферы. Да что уж, мне самому было тяжело. — Куда ты собрался? — надзирательно уставился Майки на своего старшего брата как-то вечером. — Я съезжаю, — копался в своих вещах Джерард. — Серьезно, уже? — фыркнул младший Уэй. — Быстро тебе Фрэнк надоел. Джерард промолчал. Просто собрал все пожитки и, не глядя никому в глаза, вышел за дверь. В квартире стало очень тихо. Джерард даже все свои носки, которые бессменно валялись на полу, собрал. — Ублюдок! — выплюнул Майки. — Я могу занимать гостиную? — просто спросил я. Уэй грустно на меня посмотрел. — Да, Фрэнки, можешь.

***

Джерард вернулся через неделю со всеми вещами. Майки его не пустил. — Комната занята! Уэй-старший аж вздрогнул. Я стоял на выходе из дальней комнаты и тихо наблюдал за братьями. Все время своего отсутствия Джерард не звонил, я тоже не стал, посчитав, что тот не хочет со мной разговаривать, что устал. Тем более, Майки сказал, что раз Джерард уехал куда-то, значит, ему есть где ночевать, а если так, следовательно, у него появился новый любовник. Мне вдруг стало грустно из-за этой новости. Я привык к Джерарду. Ну да, он был немного вредным, гиперактивным, громким и надоедливым, но стоило ему исчезнуть из наших жизней, как в доме появилась какая-то подавленная, серая атмосфера, словно Джерард забрал вместе с собой не только все свои вещи, но и солнце. Даже еда казалась какой-то безвкусной, как я ни старался готовить, ничего не выходило. Майки на это лишь хмыкнул, забирая у меня посуду. — Сам приготовлю. Иди отдыхай, Фрэнк. Теперь я понял, почему Майки с радостью принимал своего брата, когда того выгонял его очередной любовник, несмотря на то, что братья постоянно ссорились и дрались, несмотря на то, что Джерард был ходячей катастрофой, сметающей все на своем пути. Нет, он был вечеринкой. Точно. Яркой и громкой вечеринкой, которая выбивает из тебя весь дух. Самым энергичным человеком из всех, что я встречал. Он был потрясающим. — У нас нет места, Джерард, — Майки ни в какую не хотел пускать брата на порог; из-за чего я волновался, это было очень непохоже на Уэя-младшего. — Кем занята? — низким голосом поинтересовался Джерард. — У Фрэнка новый парень, — бессовестно соврал Майки. — Места у нас нет. А зная твою дурацкую привычку трахать все, что движется, я очень переживаю за нового мужчину Фрэнка, так что прости, братишка, но жить тебе придется в другом месте. Рот Джерарда чуть дернулся от такой новости, а увидев меня в коридоре, он неожиданно бросил сумки и… началась потасовка. Около десяти минут он пытался прорваться внутрь квартиры, а Майки его в эту квартиру не пускал. В итоге победил Джерард. Он просто поднял Майки на руки и, вытащив на площадку, захлопнул перед его носом дверь изнутри, а потом рванул в гостиную. — ГДЕ?! — орал он, бешеной кошкой шаря по шкафам. Только вот что он там пытался найти, непонятно. — ГДЕ ЭТОТ УЕБОК?! На меня Джи особого внимания не обращал, так что я пробрался к выходу и по-тихому впустил барабанившего по двери Майки в квартиру. Зря, наверное, потому что опять началась драка. — Парни! — орал уже я, оттаскивая Джерарда от собственного брата. — Да блять! Прекратите! Вы, уебки хуевы, достали меня уже своими разборками, суки подзаборные! Такого от меня, конечно, никто не ожидал, так как я никогда не матерился, так что драка, к большому счастью, прекратилась. У парней был шок, а когда шок, как известно, быстро не побегаешь. А потом нас ждала генеральная уборка, ибо столик в гостиной оказался разбит, шторы — сдернуты на пол вместе с гардиной, а шкаф — разворочен. Джерард понял, что Майки соврал про парня, просил у меня прощения за что-то, признавался в своих страхах. Я ничего не понимал, но пообещал, что все будет хорошо, ну, если он будет нормально себя вести и перестанет наконец драться со своим младшим братом. Это некрасиво. Майки моложе, старшие должны защищать младших, заступаться за них, а не наоборот. А что у них? Взрослые же люди, одному двадцать четыре, другому через два года тридцатник стукнет. Как не стыдно? Парни меня послушали, покивали и ушли умываться. Ведь лица друг другу разбили, идиоты. — Я обращусь к врачу, — прошипел Джерард, когда Майки обрабатывал ему рану на губе из принесенной мною аптечки. — Я правда хочу быть с ним. — Какой же ты тупица, — заверил Майки. — Кто хочет блинчиков? — поинтересовался я.

***

Джерард съездил к какому-то врачу, который выписал ему витамины. Пижамные вечеринки прекратились. — Ты понимаешь, что Фрэнк… ну, не совсем обычный парень? Мне кажется, он асексуал. Майки с Джерардом сидели на кухне, попивая кофе и, видимо, думая, что я еще сплю. Нехорошо подслушивать чужие разговоры, но в последнее время я очень волновался за отношения братьев, я не хотел, чтобы они вновь ссорились, так что часто стал прислушиваться к их разговорам, чтобы понять, когда нужно встревать и нужно ли вообще. — Вряд ли. Он кончал со мной, — тихо ответил старший Уэй. — Вы занимались сексом?  — Только оральным и… Я дрочил ему. Майки вздохнул. — Вы не сможете быть в месте, Джерард. Ты не можешь без секса, а он… — Я лечусь, окей? — перебил его тот. — Я, черт возьми, даже порно перестал смотреть! — Когда-нибудь у тебя крышу сорвет. — Все под контролем. Я контролирую себя, окей? А значит, выдержу. Майки, блять! Хватит! Вот не нужно такую рожу делать, хорошо? Я никогда в жизни не встречал такого прекрасного человека, как Фрэнк. Да таких вообще нет. Их просто не существует, понимаешь?! Я не могу, черт! — послышались звуки скрипящего стула. — Если я отпущу его, это будет самой огромной ошибкой в моей жизни. Думаешь, с другими ему будет хорошо? Где доказательство того, что в будущем его наивностью никто не воспользуется? — Как это сделал ты? — фыркнул Майки. — Я все исправлю. — Боже… Джи. Какой же ты идиот, — я прямо слышал, как глаза Майки закатываются. — Счастливый идиот, — явно улыбаясь добавил Джерард. — Но идиот, — остался при своем Уэй-младший.

***

Джерард наконец купил жилье. Фанаты все еще преследовали его, так что он действительно позаботился о переезде. Вкладываться в фильм про себя он не стал, а по совету младшего брата решил приобрести дом. Он хотел, чтобы мы переехали к нему, но Майки отказался, аргументируя это тем, что им лучше жить раздельно, иначе они просто переубивают друг друга. Тем более, его парень Пит наконец расстался с девушкой и готов был переехать к нему. Джи поздравил брата, а вот от меня никак отвязываться не желал. Он почему-то решил, что я-то уж точно перееду. Меня же вполне устраивало жить с Майки, тем более, его квартира находилась недалеко от моей работы. Я задумался. Я не хотел расставаться с ними обоими, потому что знал, что буду очень скучать. Исчезнет Джерард — потухнет солнце, расстанусь с Майки — потеряю единственного человека, который меня понимает. Из-за этого я сильно запутался. — В смысле ты не хочешь? — удивился Уэй-старший. — Мы ведь пара, не так ли? А это значит, что мы должны быть вместе. Черт. Мне правда нравился Джерард. Нравился как человек. Он был очень милым, несмотря на свой гиперактивный, непоседливый характер, добрый и мягкий. Он любил делать мне приятно, заботился, а в последние месяцы нашего совместного проживания это стало очень заметно. Несколько дней назад, например, он сделал мне потрясающий массаж. К сожалению, за этим делом нас застукал Майки, он рано вернулся с работы. Он страшно ругался, думая о Джерарде хрен знает что, и тогда я попытался как-то замять ситуацию, предложив ему вместо бесполезной и беспочвенной злости самому испытать охеренный массаж Джерарда на себе. Майки от такого предложения подавился пивом, а Джерард долго смеялся. Больше он в это не лез. Наверное, он просто завидовал, что Джерард мне больше внимания уделяет. Ну, я его не винил, они же братья. Я бы тоже наверное, будь у меня брат или сестра, ревновал их к другим. Я же не дурак, на самом деле. Я понимал, что Джи ко мне что-то серьезное чувствует, хоть Майки всегда и говорил, что его брат ужасный распутник, но… я не знаю в чем проблема. Я такого не ждал, да и не хотел никогда. Мне правда нравилось смотреть мелодрамы и верить в любовь. Но как можно вступать с человеком в отношения, не испытывая этой любви? Поступили ли мы с Джерардом так? Мне нравился Джерард, правда. Но это не было похоже на то о чем пишут в книгах, снимают в фильмах и поют в песнях. Я ощущал к нему что-то другое, чему не мог найти объяснение. Может быть просто моя любовь была другой? Джерард же кажется все понял за меня. — Мы просто будем жить вместе, Фрэнки, — погладил он мои волосы. — Тусоваться вместе, ходить, как раньше, в кино, готовить. Я снова задумался. — У Майки есть парень, понимаешь? Тебе не кажется, что было бы здорово, если они будут жить вместе. Одни. Влюбленным нужно уединение… — Ты козел, Уэй, — вставил подслушивавший из коридора нас Майки; вот что еще я любил в нашей квартире — здесь не было абсолютно никакой звукоизоляции. — Только попробуй использовать эту хрень! Ты можешь оставаться жить здесь, Фрэнки, сколько захочешь. К тому же мы оба платим за квартиру. Я ни за что не собираюсь выгонять тебя, — обратился он уже ко мне. Я тяжело вздохнул. Что бы Майки ни говорил, но Джерард был прав, он заслуживал личного пространства. Мне не хотелось расставаться с другом, но жить в этом безумии, которое устроили фанаты Джерарда было невозможно. Стоило признать, что как раньше больше никогда не будет, так что собравшись с духом, я как можно увереннее посмотрел на Джерарда и ответил: — Я согласен. Я буду жить с тобой. Джерард ликовал, но не очень долго, потому что когда все наши вещи уже были собраны, а у подъезда ждало такси, я, как какая-то девчонка, в самый последний момент разревелся. На меня напала такая грусть, что все закончилось, что больше не будет тех веселых посиделок за нашим маленьким кухонным столиком, не будет походов в кинотеатр, борьбы за горячую воду. Мне не хотелось покидать эту квартиру. Я очень полюбил Майки, я не хотел расставаться со своим лучшим другом. — Как невеста на выданье, ей-богу, — причитал младший Уэй, поглаживая мои волосы. В итоге ему все-таки удалось меня успокоить, пообещав, что он будет приезжать к нам в гости каждые выходные. Так, в принципе, меня и выкурили из дома в этот совершенно неизвестный и непредсказуемый новый мир.

***

Дом Джерарда был шикарен. Видимо, ему очень хорошо платили на работе. Это было огромное двухэтажное здание с бассейном и множеством окон. Здание находилось в каком-то элитном районе Нью-Йорка. Видно было, что здесь жили одни богачи. Уэй скакал по квартире, как ребенок, ему не терпелось показать мне мою комнату. Она оказалась одной из пяти на втором этаже, а ещё в доме было три ванные, подвал и чердак. — И сколько стоит здесь жить? Мой вопрос заставил Джерарда надолго задуматься. — Эммм, двадцать долларов в месяц. — Не может быть! — Мне нет смысла врать тебе, Фрэнки, — улыбнулся он. — Можем платить пополам. С тебя десять. — Окей, — неуверенно вздохнул я; все-таки такой ценник казался мне очень подозрительным, наверное, тут какие-то проблемы с водопроводом. В моей комнате была большая кровать, две тумбочки, шкаф и зеркало с комодом. Красиво, но непривычно. В маленькой квартире Майки все-таки было намного уютнее. Особенно я это почувствовал, когда Джерард в этот же день закатил громкую вечеринку, пригласив своих друзей и знакомых. К вечеру у нас собралась целая толпа народа. Я никогда не видел такое огромное скопление людей в одном месте, даже в торговых центрах их казалось на порядок меньше. Разодетые мужчины и женщины, флиртующие друг с другом. И полуголые танцовщицы, крошечные люди-гномы, которые их развлекали. Все это было не по мне, так что стоило только Джерарду представить меня гостям, я скромно скрылся в своей комнате, чтобы в ней переждать бурю. Однако ни к полуночи, ни к двум гости расходиться не собирались. — Эй, Фрэнки! — ворвался ко мне Джерард через пару часов; по глазам было видно, что он немного пьян. — Ты что? СПИШЬ? — воскликнул он. — Уже нет, — пробубнил я в подушку. — Тц, блин, ну Фрэнки, — он залез ко мне под одеяло. — Как ты можешь находиться здесь, когда там так весело? Что с тобой не так? Я несколько часов тебя искал. — Я был в своей комнате. — Пошли-пошли, — потянул он меня. — Мелвин там такое устроил, я хочу, чтобы ты посмотрел на это! — Я хочу спать. — Ну Фрэнки. — Я. Хочу. Спать. Джерард еще какое-то время полежал возле меня, подышал в ухо, повздыхал, а потом, видимо, решив, что я уснул, тихо вылез из-под одеяла и вышел из комнаты. Это была самая тяжелая ночь в моей жизни. Естественно, заснуть под крики, громкую музыку и смех гостей мне так и не удалось, те только к утру разъехались по домам, когда я захотел есть и выполз на кухню. Но то, что я там увидел, было… огромным шоком. Когда мы только сюда приехали, в доме была идеальная чистота, больше всего, честно говоря, этим он мне и понравился. Сейчас же это место было не узнать. Куча бутылок, пакетов от чипсов и сухариков, кости от слив, раздавленный по белому ковру виноград превращали гостиную в настоящую помойку. У меня, наверное, даже глаз задергался от такого зрелища, а аппетит тут же пропал. Довольно быстро разыскав средства для чистки, я принялся за уборку и к примерно полвторому дня урны возле дома были забиты черными мусорными мешками. А ковры пришлось убрать, так как их стоило отдать в химчистку. Вот так я провел свои первые два дня на новом месте.

***

Когда Джерард проснулся, а это произошло где-то к вечеру, он был удивлен наведенному мной порядку не меньше, чем я беспорядку, который застал. — Ты вызвал клининговую службу? — спросил он. Попойка явно оставила след на его самочувствии. — Нет. Зачем? — Эээээ… По-моему, он так и не понял, что произошло. А на следующий день, когда я собирался на работу, вдруг меня остановил. Оказалось, что он надеялся, что я уволюсь со старой работы и устроюсь в место, более приближенное к дому, например, к его знакомому, который снимал какие-то рекламные ролики. — Я не хочу быть моделью, Джерард! Как ты не понимаешь? — А я не хочу, чтобы мой парень мыл полы, — гнул свою линию он. — Тогда, может, нам стоит расстаться? Найдешь того, кто больше тебе подходит, — я говорил серьезно, но Уэй почему-то воспринял это как манипуляцию. Итогом дня послужило то, что Джерард запер меня в комнате и никуда не пустил. К вечеру к нам приехал Майки. — Ты что, запер его в доме?! — начал орать Уэй-младший, как только переступил порог. — Он тебе позвонил? — рассерженно бубнил Джерард. — Да, блять, а ты как думал, тупица?! Господи, парни, всего три дня, прошло всего три дня, как вы живете вместе, а уже успели рассориться и разыграть сцену, как в каком-то очередном фанфике! Джи, надеюсь ты не привязал Фрэнка к батарее, надеюсь, он не в подвале? — Чего? Майкос, ты совсем что ли сбрендил? — Все понятно. ФРЭЭЭЭНК! — услышал я приближающиеся к моей комнате шаги. — Он там? — пробубнили за дверью, прежде чем она открылась. Я бросился в объятия Майки. — Все, мы уезжаем, — решительно заявил Уэй-младший. — Что? — возмутился Джерард. — Но Майк! — Все, Джи. Ты просрал свой шанс. Я забираю его. — Ну уж нет! Он не твоя собственность, придурок! — загородил нам проход Джи. — И не твоя, — ответил младший. — Фрэнки, собирай вещи. Естественно, просто так разрешить эту ситуацию нам не удалось. Честно сказать, мне не нравилось то, какой образ жизни вел Джерард. Это правда. За три дня, проведенные вместе, я оказался выжат, как какой-то лимон. И в эмоциональном плане, и в физическом. Нервы это место мне точно потрепало, так что идея отправиться обратно к Майки не казалась такой уж предательской по отношению к Джерарду. Не казалась до тех пор, пока Джи не расплакался. — Королева драмы, — закатил глаза Майки, отдирая старшего брата от своих брюк, так как тот встал на колени и практически высморкался в его штанину. — Ты чертов манипулятор, Уэй. Знаешь об этом? Джерард разревелся еще больше. Мне стало так жалко его. В какой-то момент я понял, что зря на него злился. Ну и что, что он не разрешил поехать мне на работу? Он же не виноват, что просто не понимает некоторых вещей. Многие люди, которых я встречал за свою жизнь, были узкомыслящими, как Джи. Они придерживались определенных взглядов, не беря во внимание все остальные варианты, не задумываясь о красоте мира вне материальных ценностей. Нужно быть по-настоящему свободным, чтобы чувствовать себя счастливым, не имея при этом практически ничего. Джерард не был свободным. Он не понимал меня. И винить его было не за что. Я остался. Мы хорошо поговорили. Джерард обещал не устраивать больше шумных вечеринок, а — я найти новую работу, поближе к дому, так как до своей действительно добираться было очень долго.

***

Джи сдержал обещание: вечеринок в нашем доме больше не было. Зато появилась другая проблема. Она называлась компромисс. Джерард очень обижался, что я не хочу общаться с его многочисленными коллегами и друзьями, поэтому избежать мероприятий, связанных с его работой, мне не удавалось из чувства долга. Он представлял всем меня как своего бойфренда, но про то, чем я занимаюсь, всегда врал. Говорил, что у меня якобы какой-то бизнес, связанный с клининговыми услугами. Стеснялся говорить, кем я работаю на самом деле. Его друзьям я нравился. Ну по крайней мере, все они мне широко улыбались, жали руку, обнимали, словно я их старый знакомый. Один из мужчин, правда, слишком этим увлекся. Мы с Джерардом были на каком-то балу в честь открытия чего-то, я точно не понял, когда мне приспичило в туалет. Там меня его друг и поймал, уговаривая поехать к нему в гости и заценить какую-то крутую тачку, которую он недавно приобрел. Я в машинах не разбирался, так что отказался, к тому же, общение с таким количеством незнакомых людей, очень выматывало. Тогда этот мужчина начал меня обнимать, предлагать на этот раз уже просто прогуляться, лезть мне своим носом в ухо. Раньше так со мной никто не обращался, так что я даже растерялся. Нет, на самом деле, Джерард тоже вел себя подобным образом, когда мы жили с Майки, может, поэтому я и подумал, что у кинозвезд это типа нормальное явление. Но все равно было неприятно. Джерард меня спас. Он, видимо, потерял меня и отправился на поиски. Нашел, что сказать. Если честно, я думал, что Джи только с братом драться любит. Как оказалось, нет! И вообще, с братом он и не дрался, выходит. Потому что когда он набросился на моего нового знакомого, страшно стало даже мне, не то что любителю спортивных тачек. После этого случая об инциденте в туалете говорила вся Америка. «Джерард Уэй, звезда «Сына Дьявола», подрался с самим Закари Куинто! Из-за того, что не поделил своего бойфренда — восходящую модель Фрэнка Томаса Айеро!» — пестрили заголовки газет. Слава богу, журналисты перепутали фото, и вместо меня везде красовалось изображение какого-то другого невысокого парня, который в тот день в туалете помогал разнимать актеров. Не повезло парнишке, конечно. Зато Джерард после этого больше меня ни на какие тусовки не брал. Побоялся, что отобьют, наверное.

***

Зато мы стали больше времени проводить дома. Я научился плавать. Никогда не плавал в бассейне, как, впрочем, и в океане. Джи оказался хорошим учителем. Вначале мне было очень страшно, но потом я понял, что это так здорово — не чувствовать опору под собой, словно парить над землей. Джерард сказал, что не слышал, чтобы кто-то еще сравнивал плавание с ощущением зависания в воздухе, но я же особенный, так что мне, типа, можно. Я провел несколько часов в воде. Теперь буду заниматься этим каждый день. Это действительно невероятно! Ну, если не считать того, что Джи начинает ворчать, когда я слишком много времени провожу на улице: бассейн-то возле дома, под открытым небом. Научиться бы его еще чистить, вместо того, чтобы вызывать рабочих. Хоть деньги бы сэкономили. Кинотеатра у нас пока нет. Джерард сказал, что не торопится его делать, потому что… ну, можно же ходить на работу к Майки и смотреть фильмы до их официальной премьеры. Я был с ним полностью согласен. Я — за то, чтобы чаще видеть Майки. А так он приезжал к нам на выходные, и плюс, мы иногда приходили к нему на неделе. С Питом знакомить нас младший Уэй так и не стал. Он все еще боялся, что Джерард отобьет его, но, мне кажется, Майки просто стеснялся своего брата. Джи — гиперактивный, в нем всегда полно энергии, иногда он ведет себя просто как ребенок. Но зато с ним очень весело. Джерард постоянно придумывает какие-нибудь интересные игры. В основном это прятки или догонялки со своими правилами. Иногда мы деремся, ну так в шутку. Но итог всегда один: проигравший делает приятное победителю. Я очень втянулся в это. Люблю выигрывать.

***

На прошлой неделе произошло то, что очень расстроило Джерарда. Кто-то из журналистов узнал, где я работаю. Да, на этот раз они сфотографировали того человека. Когда до Майки дошли новости об этом, он тут же приехал к нам, чтобы поддержать. Я не понимал, в чем трагедия, почему у парней такие грустные лица. Мне читать новости не дали. Джи только сказал, что там много чего плохого написано. И про меня, и про него. — Гребаные паразиты! — распалялся Майки, бегая из одного угла комнаты в другой. — Какое им дело до твоей личной жизни?! Какое им дело вообще до того, кто Фрэнк?! Какого… — Они просто считают, — перебил его Джи. — Что он… ну, мягко выражаясь, птица не моего полета. — И ЧТО? — заорал Майки так, что мы с Джерардом подпрыгнули на месте. — ЭТО НЕ ИХ БЛЯДСКОЕ ДЕЛО! — Майки, я прекрасно знал, что так будет. Как только до них дойдет информация... Это клеймо. Майки нервно растрепал свою ужасную челку и рухнул на диван напротив нас. — И что теперь делать? — Ничего, — просто пожал плечам Джи. — С этим ничего не поделаешь. — Эта хрень может испортить тебе карьеру? Джи пожал плечами. — Мы засудим этих уродов, если они только попробуют тебя уволить! Джерард грустно рассмеялся. Тогда я правда не понимал, в чем проблема. Не понимал до тех пор, пока на улице за мной не стали охотиться точно так же, как и за Джерардом. Эти журналисты даже где-то откопали мои старые фото, еще со школы, разузнали, где я жил, съездили туда и сняли репортаж. Моих родителей показали по телевизору. У мамы на лице был написан явный шок, когда она спасалась бегством от папарацци. Мне было и смешно, и… не очень. Особенно расстроило то, что меня уволили с работы. Да, эти люди так достали моего нового начальника, что он практически вышвырнул меня за дверь. Парням я об этом рассказывать не стал, чтобы не было лишних проблем. Ну правда, судиться нам еще не хватало. Просто сказал, что ушел, так как меня преследуют. Отчасти это было правдой. — Это несправедливо, несправедливо! — сопел Майки в грудь Джерарда, а потом полез обниматься и ко мне. Это было непохоже на Майки, но мне понравилось.

***

Майки переехал к нам в качестве группы поддержки, оставив своего парня в квартире. Он все еще не доверял Джерарду. — По-моему, ты считаешь меня монстром, братишка. Тебе не кажется? — гудел Джерард. — Или все весьма прозаичнее, и никакого Пита не существует? Майки злобно пыхтел. Ну что ж… все практически вернулось на свои места. Джерард каждый день уезжал на работу: к счастью всех окружающих людей на планете Земля его не уволили, ведь будь иначе младший Уэй устроил бы всем апокалипсис по-голливудски; я практически каждый день устраивал генеральные уборки, так как у меня-то как раз работы не было, а желания заниматься чем-то полезным — полно, ну и Майкос тоже покидал дом, оставляя его в моем полном распоряжении. В огромном пустом доме одному было совершенно неуютно. Постоянно слышались разные странные звуки из других комнат, что-то часто падало на кухне, но когда я приходил проверить, там был полный порядок. Я не верил в призраков и не жаловался парням, пока однажды не обнаружил на улице, возле бассейна, мужчину. Тот, видимо, пробрался через высокий забор, огораживавший дом, чтобы сфотографировать Джерарда или меня. Вот тогда я и испугался. Я совершенно не знал, что делать, и полностью растерялся. Этот мужчина даже не стал со мной говорить, просто сделал несколько фото, ослепив меня вспышками, и бросился обратно на улицу, перепрыгнув через забор. Парень был высоким, так что неудивительно, что это не составило ему труда. Мне же потом еще из-за этого попало. Мужчина выложил фото на каком-то сайте, и они за считанные секунды разлетелись по всему интернету, так что когда Уэи вернулись домой, то уже были безумно злы из-за того, что я им не позвонил. — Ты должен был это сделать, Фрэнки! Ты должен был хотя бы вызывать полицию! — орал, как всегда, Майки; Джерард же только поддакивал, по-видимому, он испугался больше чем я. — Я не подумал, — промямлил я. — Не подумал он! — Ладно, Майкос, — успокоил брата грустный Джерард. — Этого больше не повторится. Я сегодня же закажу ограду понадежнее. Ты в порядке, Фрэнк? Я кивнул. — Точно? — Угу. — Вот и отлично. Знаешь, нам часто говорят не обращать внимания на мнение других людей о себе, игнорировать ненавидящих, не спорить с глупцами — только время зря потеряешь. А еще нам советуют терпеть, набраться мужества и жить своей жизнью. Только вот как это сделать если в твою жизнь, которую ты, кажется, полностью оградил от остальных, все равно пробивается кто-то из них, кто-то из стервятников, кто-то, кто получает от этого удовольствие? Как уберечь себя от этого, если твое убежище на самом деле лишь иллюзия, а хищники кружат над головой? Куда спрятаться? Остается только притвориться мертвым. Недолго будут плясать на твоих костях. Я думаю, недолго.

***

Хоть Джерард мне и запрещал заходить в интернет и читать разные гадости, которые про нас писали, не рискнуть я просто не мог. И когда Джи вернулся с работы, снова в компании Майки, они застали меня за ноутбуком с гримасой крайнего удивления на лице. — Они вышли на митинг! — я указал пальцем на экран. И старший, и младший Уэи медленно скользнули непонимающими взглядами с меня на монитор и обратно. — Они, Джерард, они! — продолжал я тыкать пальцем. — Твои фанаты! — Зачем? — вытаращился Уэй. — Твиттерские за несколько часов договорились о том, что соберутся у здания тех придурков, которые написали, что я имею тебя шваброй в зад. Они уже там! — Где? — тупил Джи. — В заднице? — Голова у тебя в заднице, Уэй! — поборов оцепенение, закричал теперь уже Майки. — Что непонятно? — Все понятно, — выдохнул перевозбужденный этой информацией Джерард. — И что они хотят? — спросил он. — Понятия не имею, — ответил я. — Это же фанаты, — встрял Майки. — Они полные психи. — Эй! — воскликнул Джи. — Эти люди защищают нашу с Фрэнком честь. Я бы попросил. — Ну да, — покорно ответил он. — Если вы из-за всей этой хуйни расстанетесь, у них же вдохновение пропадет фанфики писать. — Не пропадет, — отмахнулся Уэй-старший. А потом мы все дружно сели за компьютер смотреть трансляцию митинга, который устроили фанаты. Честно говоря, я никогда в жизни так не волновался, как в тот раз. Как-никак, целая толпа молодых людей вышла на улицу. В руках они держали рисунки, на которых были изображены мы с Джерардом, а на их футболках были написаны наши инициалы. Это было похоже на безумие, какой-то сюрреалистичный сон. Нет, даже во сне мне такое никогда не виделось. Это было ненормально, но в тоже время очень приятно и страшно. Я, например, точно не знал бы, что делать, если бы эта толпа оказалась возле нашего дома. Это вообще законно? Прогнать ее? Вызвать полицию? Так от любви до ненависти один шаг. Они бы могли в таком случае возненавидеть нас с Джерардом. Я был рад, что эти молодые люди, кричащие «фрэрард — канон», «у любви нет профессии» и «раз, два, три, журналистика, беги» не находились возле нашего дома. К вечеру их разогнали. К счастью, обошлось без жертв. Почти. Но данная провокация подействовала. У некоторых девушек брали интервью, в которых они, в стиле настоящих хиппи, кричали о том, что любовь побеждает любое зло, даже проклятые СМИ, которым, ой, мама-мама, гореть в аду. В итоге журналисты махнули на все это дело рукой, видимо, опасаясь того, что их вновь обольют водой из пистолетиков. Да, фанаты Джерарда использовали воду, — как они ее называли: «вода позора», — чтобы «показать этим паразитам, кто тут настоящее дерьмо», — вместо тухлых яиц, которыми они планировали закидать их ранее. Почему они не решились на яйца? Ну, в интернете писали, что это якобы будет оскорблением моей трудовой деятельности — загрязнять город. Я же все-таки уборщик, я же все-таки за порядок. Если честно, это было так мило с их стороны… хоть и некрасиво… да… обливать людей водой — это некрасиво… но все же так мило! Эта история показала, что помимо тех, кто сыпал в нас откровенными оскорблениями и ненавистью, нашлись люди, которые готовы были постоять за нас. Читая комментарии к трансляции, я очень удивился, когда нашел те из них, что выражали примерно то же, что творилось в моей голове, защищали мои интересы, мою работу, утверждая, что она так же, как и многие другие профессии, полезна для общества, а может, и больше, так что унижая людей, которые ей занимаются, говорили они, обращаясь к ненавистникам, вы позорите только самих себя. Некоторые люди писали, что обожают нашу пару, что я очень милый, и если Джерард выбрал тихого уборщика, значит, он просто не может быть плохим человеком, потому что это выбор Джерарда. Они даже распространили хэштег «уберисьсми», под которым писали о том, как любят нас и ненавидят средства массовой информации, которые пытаются манипулировать общественным мнением. В конце концов, растроганный всем этим, Джерард не стал меня ругать за то, что я залез в интернет. — Надеюсь, фанфики про нас ты не читал? — Ээээ… — Понятно, — вздохнул он. — Ну что ж… по крайней мере, то, что я сделаю с тобою сегодня ночью, не будет для тебя сюрпризом. — Не надо, — в шутку добавил я. — Надо, Федя, надо, — рассмеялся он, взлохматив мои волосы, и хихикая выбежал из комнаты.